Часть 13
17 мая 2022 г., 11:39
Сакура проснулась вялой, ее чувства были затуманенными и притупленными. Ее тело было тяжелым, словно свинец заменил кровь в ее венах. Каким-то образом она все еще находилась в вертикальном положении, опираясь на стул со связанными за спиной руками. Наверное, это единственное, что удерживало ее от падения вперед. Не то чтобы это было необходимо в ее нынешнем состоянии.
Почти каждый сустав в теле Сакуры болел, и ее глаза отказывались открываться, как бы она ни старалась. Медик протолкнула чакру через свою систему, но она текла сквозь пальцы, как вода. Было трудно удержаться без ее полной концентрации. Что только усилило стук в голове.
Где-то рядом она могла слышать других. Или, вернее, другого, пока он взволнованно ходил взад-вперед.
— Я же говорил, что хочу ее живой.
— Она жива, сэр. Просто под действием успокоительного.
Ах, так вот что они ей ввели. Неудивительно, что ее чакра казалась такой тяжелой.
— Сколько ты ей вколол? — Спросил Данзо, в его голосе слышалось лишь легкое неудовольствие.
Его подчиненный недолго колебался.
— Все, что было.
Даже под действием наркотиков Сакура чувствовала, как недовольство исходит от него так сильно, как если бы оно было направлено на нее. Он вернулся к своим шагам, когда тряска и грохот битвы звучали так близко и в то же время так далеко.
Сквозь туман, заполнивший ее разум, Сакура снова вспомнила состояние деревни. Что этот человек разрушил ее самый любимый дом. Ее товарищи по команде, ее друзья, ее семья страдали из-за него. Ино, Наруто и Саске… все они были в опасности. Она даже не знала, живы они или нет. Это ее разозлило. Разозлило настолько, что ей захотелось разорвать его на части. Но в то же время и испугало.
Данзо послал своих людей за ней по очень конкретной причине. И она знала, что он воспользуется любым способом, чтобы получить информацию.
Накачанную наркотиками и связанную, паника угрожала захлестнуть ее, но она напомнила себе дышать. Они все еще думали, что она была без сознания. Ничего они ей не сделают. Все же.
Не шевелясь, Сакура воспользовалась моментом, чтобы как можно лучше оценить свои травмы. Ее предплечье ужалило там, где она заблокировала удар куная, а задняя часть шеи болела от удара, лишившего ее сознания, но в остальном она не пострадала. Просто измотанная и измученная. Не то чтобы это было удивительно. Они намеревались схватить, а не убить ее с самого начала. Допросить ее для получения информации о Цунаде.
Даже с этой угрозой, нависшей над головой, наркотики продолжали буйствовать в теле Сакуры, и она снова отключилась. Ропот голосов достиг ее ушей, но она не могла разобрать слов, как будто ее погрузили под воду. Она не знала, сколько времени прошло так, ее голова все еще кружилась, пока она балансировала на грани потери сознания.
В конце концов она снова пришла в себя, ее голова медленно начала проясняться. Как у медика, ее метаболизм работал с гораздо большей скоростью, и хотя наркотики еще не полностью вышли из ее организма, скоро это произойдет. Ей просто нужно было еще несколько минут, чтобы ее чакра снова начала течь регулярно. Тогда она могла бы ускорить процесс и разработать план выхода из этой ситуации. Но сначала ей нужны были руки.
Они все еще были связаны за ее спиной. Если бы Данзо был умен, он бы приказал своим людям связать ее запечатывающими чакру оковами. Но он был высокомерным. И она молилась, чтобы он думал, что превзошел ее, накачав ее наркотиками. Был только один способ узнать.
Данзо снова остановился.
— Где другие люди, которых я послал за ней?
— Давно уже не спасти, — наконец сказала Сакура. Голос у нее был низкий и грубый, но его было слышно по всему полуразрушенному кабинету. Данзо повернулся к ней.
— Я вижу, ты наконец проснулась, — сказал он, подходя к ней. Он был не совсем свиреп, но на его губах навсегда застыла неприятная хмурость, как будто он никогда больше не найдет повода для улыбки. Очевидно, он не оценил ее слов в ответ. — Ты доставила мне немало хлопот этим вечером. У меня плотный график, поэтому я спрошу тебя только один раз. Где она?
Деревенский старейшина возвышался над Сакурой, вынуждая ее резко отклонить голову назад, чтобы встретиться с ним взглядом, но наркотики в ее организме заставили его запугать ее. Уголок ее рта дернулся в улыбке.
— Ты можешь перерыть всю деревню, но я могу обещать тебе, что ты никогда не найдешь ее.
— Не заставляй меня силой выбивать это из тебя.
— Если ты думаешь, что можешь сделать со мной что-то, что заставит меня говорить, ты обманываешь себя. Сначала тебе придется убить меня, — сказала Сакура с большей храбростью, чем раньше. Она была почти уверена, что наркотики заставляли ее терять самообладание, заставляя ее рот двигаться быстрее, чем ее фильтр. — И если я умру, она все равно будет жить, и ты все равно погибнешь.
Данзо уставился на нее так, словно она была надоедливым ребенком, которого он был вынужден нянчить.
— Маловероятно. Мы оба знаем, что Цунаде не переживет эту ночь.
Сакура уверенно встретила его взгляд.
— Если ты хотел, чтобы я в это поверила, тебе не стоило тащить меня сюда. Тебе нужно подтверждение того, что Цунаде мертва. Я обещаю тебе, что она жива и здорова.
Так что, возможно, вторая часть была ложью, но Данзо не нужно было об этом знать.
— Пока, — высокомерно согласился он.
Он отвернулся от нее и встал перед стеной, где когда-то было большое окно. Его одежда развевалась на легком ветру, когда он наблюдал, как разрушения продолжают разворачиваться в деревне.
Сакура воспользовалась отвлечением, чтобы проверить ограничители на запястьях. Она сдержала ухмылку. Они были сделаны из армированной кожи. Похоже, Данзо снова ее недооценил. Она позаботится о том, чтобы это был последний раз, когда он это сделает.
Затем ее взгляд упал на других мужчин в комнате. У противоположной стены стояли трое агентов Корня, двое по обе стороны от нее и еще четверо охраняли дверь, словно безмолвные горгульи. Всего девять. В таком состоянии она не сможет их всех уничтожить. Даже невредимой и хорошо отдохнувшей ей было бы трудно справиться с ними в таком ограниченном пространстве.
Но это не имело значения. Данзо был ее главной целью. Если она получит его, не имеет значения, что с ней случится.
Сакура посмотрела на рушащуюся стену. Потолок был на удивление цел, но пол был покрыт трещинами под ногами Данзо, там, где лежала Цунаде. Сакура пыталась не замечать лужу крови, окрасившую дерево в темный цвет, пыталась подавить ярость, грозившую накопиться в ее груди. Вместо этого она заставила себя сосредоточиться, несмотря на все наркотики, гнев и боль. У нее был только один шанс на это.
— Несмотря на это, Коноха все еще находится на грани падения, — продолжил Данзо, его видимый глаз все еще наблюдал за пылающими вдалеке огнями. — А когда это произойдет, она будет построена заново с новым лидером.
Сакуре не удалось скрыть фырканье.
— С тобой в качестве нового лидера.
— Я уже говорил тебе. Я верну Конохе былую славу. Со мной как с новым Хокаге…
— Ты не Хокаге, — перебила она голосом, полным нескрываемого презрения и презрения. — Украденная корона не делает тебя королем.
Данзо повернулся к ней лицом. Но вместо того, чтобы раздражаться ее явным неуважением, он казался удивленным. Или как будто он забавлялся кем-то вроде нее.
— И все же мы стоим здесь.
— Ночь еще молода.
— Возможно. Но это не меняет исхода утра, — отмахнулся он от нее. — Цунаде — просто слабая ниточка, с которой в конце концов разберутся. К настоящему времени она и ее шиноби либо мертвы, либо умирают на улицах.
— Из-за яда, который ты создал, — предположила Сакура. — Яд, который твои люди модифицировали так, чтобы антитела человека атаковали его собственные клетки.
Данзо холодно улыбнулся.
— Я вижу, ты провела свое исследование. Но уже слишком поздно. Он на каждом клинке, который носят мои агенты. Достаточно одной царапины, чтобы заразить кровоток. Большинство умрет через несколько минут.
Сакура кивнула, соглашаясь. Затем посмотрела на него с насмешкой.
— Если только у них нет противоядия.
Это заставило его задуматься. Внешне он этого не показывал, но его молчания было достаточно. Победа пронеслась сквозь нее.
— Ты не сделала противоядие, — сказал Данзо, словно пытаясь сделать слова правдой, произнося их вслух.
— Нет, я не сделала его, — сказала Сакура. Затем она ухмыльнулась: — Но Шизуне сделала.
Он снова пересек комнату, остановившись прямо перед ней, пока не навис над ней. Его лицо было невозмутимым, но его челюсть была стиснута, он злился на ее дерзость.
— Ты можешь быть ценной ученицей Цунаде, — сказал он как будто это было оскорбление, — но даже ты не в состоянии донести противоядие до всех.
— Верно, — кивнула она. — Я думаю, это к счастью, что есть одна общая черта, которая нужна всем, чтобы выжить. — Когда Данзо просто уставился на нее, она добавила: — Вода.
Кратковременное понимание пробежало по его чертам.
— Вы испортили водоснабжение деревни.
— Медицина — прекрасная вещь, — улыбнулась она. — При правильных модификациях наркотики могут оставаться в организме часами. Если ты выпил немного воды за последние двадцать четыре часа, даже такой предатель, как ты, защищен.
— Ты сука, — прорычал Данзо.
Как фарфоровая маска, его самообладание было нарушено. Он ударил ее резко, его рука опустилась ей на лицо, резко и внезапно. Неожиданная сила резко свернула ее лицо в сторону, чуть не сломав ей шею. Металлический вкус крови тут же наполнил ее рот и обволакивал язык. Боль пронзила ее челюсть, но она отказалась показать это, собираясь с силами.
Когда она оглянулась на него, ее лицо было суровым.
— Ты бьешь, как мальчик.
Ее голос был мягким, но нельзя было отрицать очевидное оскорбление. Его удары не шли ни в какое сравнение с ударами Цунаде.
Гнев мрачно отразился на его лице.
— Ты скажешь мне, где Цунаде. Или я тебя заставлю.
Сакура никогда раньше не считала Данзо злым. Высокомерным и пугающим, да. Но не злым. Однако в его тоне было что-то совершенно зловещее. У нее мурашки пошли по коже. Какую бы храбрость она ни хранила, она растаяла, как соль на снегу. Она ничего не сказала.
— Очень хорошо, — мрачно сказал Данзо. — У меня есть другие способы получить от тебя нужную мне информацию.
Сакура не знала, что он имел в виду, но все стало слишком ясно, когда Данзо вытащил правую руку из-под мантии. Похоже, она не была такой бесполезной и неработоспособной, как он заставил всех поверить. Ее шок усилился, когда он закатал рукав, обнажив почти полдюжины шарингановых глаз, имплантированных ему в предплечье.
Изуми была ее первой мыслью. Затем последовал ужас, когда она задалась вопросом, сколько Учих он убил из-за этих глаз. Ее желудок скрутило острыми узлами, она даже не была уверена, что хочет знать ответ.
— Скажи мне то, что я хочу знать, — потребовал Данзо.
Выражение его лица было совершенно угрожающим, когда он поднял руку и наклонился над ней, глаза на его предплечье начали вращаться. Ее сердце болезненно колотилось за ребрами, достаточно сильно, чтобы она чувствовала каждый удар всей грудью. Она до сих пор слишком хорошо помнила последний раз, когда она была заперта в гендзюцу, наложенном шаринганом. Она бы не сделала этого снова. Она бы не стала!
В этот момент Сакура потеряла сознание.
Она обмякла в кресле, ее глаза закрылись, а голова наклонилась вперед. Данзо отступил назад и посмотрел на агентов по обе стороны от нее.
— Черт возьми! Ты дал ей слишком много лекарства. Разбуди ее. Нам нужно действовать быстро.
Член Корня справа от Сакуры немедленно начал действовать. Он прижал пальцы к ее шее, пощупав пульс, прежде чем поднять ее лицо. Он удивленно моргнул, увидев, что ее глаза открылись, а ромбик на лбу исчез. Вместо этого из того места, где он когда-то был, отпочковались темные линии, обвивая ее лицо и кожу под одеждой.
Сакура не дала ему возможности пошевелиться. Она вырвалась из пут и схватила мужчину, швырнув его за собой прямо в другого агента, охранявшего ее. Данзо тоже был в шоке, но быстро пришел в себя.
Он отступил назад, позволив другим агентам встать между ним и могущественной куноичи. Но Сакура знала, что ей некогда. У нее не хватит выносливости, чтобы справиться с ними всеми и Данзо в довершение всего. И если деревня могла выжить, то Данзо не сможет.
Отведя кулак назад, Сакура ударила им по потрескавшемуся полу. Паутина затянулась дальше, но не рухнула, как она планировала. Проклятые наркотики все еще действовали на нее. Но она не колебалась. Собрав свою чакру, она отдернула руку, намереваясь нанести новый удар, когда ее внезапно схватили сзади. Кто-то схватил ее сзади за рубашку и отбросил в сторону.
Сакура споткнулась, но сумела взять себя в руки. Она подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как четыре члена Корня набрасываются на остальных. В считанные секунды офис превратился в арену резни, когда кровь брызнула в воздух, а тела упали на пол. Данзо не стал задавать вопросов. Он сбежал из офиса через зияющую дыру в стене и исчез в ночи, прежде чем первое тело упало на пол.
Как только другие агенты Корня были мертвы, оставшиеся четверо повернулись к ней. Сакура снова приняла оборонительную стойку, подняв кулаки, не совсем уверенная, должна ли она сражаться или бежать. Все стало ясно через мгновение, когда они сбросили свой хенге.
Итачи. И Шисуи, и Генма, и Какаши. Они все были здесь.
— О, спасибо, Ками, — выдохнула Сакура.
Облегчение поразило ее, как физический удар, и ее колени чуть не подогнулись. Не то чтобы это имело значение. Мгновение спустя Итачи оказался рядом с ней, обняв ее, чтобы поддержать ее вес. Она уткнулась лицом в изгиб его шеи, находя утешение в его фамильярности.
— Ты в порядке, — пробормотал он ей в волосы. — Ты со мной.
Сакура не говорила. Лишь впивалась пальцами в его рубашку сзади, держась за него, как за спасательный круг. Как будто он был единственным, что держало ее на земле, держало ее сильной перед лицом всего, что произошло.
Она не была уверена, как долго она держала Итачи, но в конце концов его хватка ослабла настолько, что он смог посмотреть на нее сверху вниз. Он коснулся уголка ее рта, где ее ударил Данзо. Сакура слегка вздрогнула, но все равно улыбнулась.
— Я в порядке, — сказала она, отвечая на его бессловесный вопрос.
Итачи еще мгновение изучал ее лицо, прежде чем беспокойство в его темных глазах исчезло. Когда он, наконец, отпустил ее, Сакура поняла, что все остальные наблюдают за ними. Какаши и Генма обменялись удивленными взглядами, хотя Какаши скрывал свой лучше, чем обладатель сенбона, в то время как Шисуи выглядел так, будто изо всех сил старался не ухмыльнуться. Странное зрелище, учитывая, что его шаринган все еще был активирован.
Именно тогда она поняла, что глаза Итачи были черными. Как будто он знал, что она все еще дрожит от воздействия, которое шаринган оказал на нее все это время назад. На нее обрушилась новая волна благодарности и нежности к нему. Настолько сильная, что чуть не сбила ее с ног. Она так обрадовалась, что была не одна.
— Что вы, ребята, здесь делаете? — Спросила Сакура. — Как вы сюда попали?
— Мы были здесь до тебя, — сказал Какаши.
— Что, наверное, хорошо, — добавил Генма. — Иначе Башня Хокаге превратилась бы в груду щебня.
Его рот дернулся в дразнящей улыбке. Сакура соответствовала этому, но у нее не было такого большого сердца. Итачи все еще стоял так близко к ней. Как будто он знал, что она планировала унести с собой Данзо и всех его агентов Корня. Она знала, что он недоволен, но это было ее последнее средство. С тех пор, как она проснулась, она не думала, что покинет Башню живой.
— Нам нужно найти Данзо, — сказала Сакура, перенаправляя разговор. — Он не остановится, пока Коноха не окажется под его контролем. Или пока он не поймет, что его план полностью потерян.
— Вероятно, он просто перешел в другое место и все еще находится в деревне, — сказал Итачи.
— Согласен, — кивнул Шисуи. — Нам нужно поторопиться. Пока он не перегруппировался.
— Мы тоже должны распространять информацию, — добавил Генма. — Значит, все знают, что эту атаку возглавил этот ублюдок, а не клан Учиха.
Сакура кивнула, соглашаясь, но Итачи быстро возразил им.
— Наша основная цель должна быть сосредоточена на поиске Данзо. Позже будет время, чтобы очистить имя клана.
Она поймала взгляд Итачи краем глаза, но он не выдержал ее взгляда, пока Генма настаивал:
— Мы все равно должны рассказать деревне. Ему будет труднее спрятаться.
— Генма прав, — сказал Какаши.
Итачи ответил не сразу, взвешивая все за и против. Затем он кивнул.
— Хорошо. Давайте объявим об этом.
Только прежде чем они успели пошевелиться, в углу комнаты послышалось какое-то движение. Последний агент Корня, истекающий кровью, сломанный и умирающий. Но все еще жив. Как будто все замедлилось до четверти скорости, Сакура узнала бирку на его теле. Она смотрел, как поднялась его рука в этой знакомой ручной печати, за которой последовало единственное слово:
— Взрыв.
Адреналин ударил как молния. Все двинулись в одно мгновение. Генма бросился на агента Корня, Какаши был в шаге позади. Итачи потянулся к Сакуре, Шисуи к Итачи. А в центре была Сакура, сложив руки в печать, когда ослепительный свет наполнил офис.
А потом наступила тьма.
***
Сакура медленно возвращалась. Что-то тяжелое прижимало ее к месту, угрожая ее способности дышать и обездвиживая большую часть ее тела. Она была едва в сознании, но ей удалось влить немного чакры в свои руки, столкнув с себя тяжелый камень. — Сакура! — Позвал голос. К ней потянулись руки, вытаскивая ее из-под обломков. Она задохнулась на первом вдохе и сильно закашлялась от пыли и частиц, засоряющих воздух. Когда самое худшее прошло, ее сердце упало в желудок. Башня Хокаге исчезла. Она полностью рухнула, каменные и деревянные опоры вывалились на улицу, как выпотрошенная рыба. Какаши держал ее, вытаскивая из груды камней, под которой она оказалась в ловушке. Он был покрыт пылью и пеплом, но в остальном не пострадал благодаря бело-синему полосатому существу на его плече. У Сакуры тоже был слизняк. Он выделял жидкую, похожую на слизь субстанцию, наполненную чакрой, которая действовала как бальзам, залечивая ее раны и защищая ее от травм, которые могли бы сделать ее намного, намного хуже. Сакура вдруг почувствовала благодарность за то, что она попросила Цунаде научить ее технике призыва после нападения Пейна много лет назад. — Кацую… — облегченно вздохнула Сакура. Она вовремя активировала дзюцу. — Вы в порядке? — спросила она Какаши. — Я в порядке, — сказал он, поднимая ее на ноги. Призыв, возможно, исцелил самые тяжелые раны Сакуры, но той ночью она довела свое тело до предела и на мгновение покачнулась. Ее бывший сенсей поддержал ее твердой рукой. Как только это чувство слабости прошло, Сакура тут же огляделась. — Итачи? Шисуи? Итачи оглянулся, услышав свое имя. Его плечи опустились от облегчения, когда он увидел Сакуру всего в нескольких ярдах от него, немного потрясенную, но по большей части невредимую. Он пытался приблизиться к ней до взрыва, но не смог вовремя вытащить ее. Он был благодарен Какаши за то, что нашел ее. Благодаря ей они выжили. Он не думал, что кто-то из них смог бы выжить после взрыва так близко и в таком ограниченном пространстве. Казалось, в печатях на ее теле было нечто большее, чем он знал. Шисуи был рядом с Итачи, его волосы и одежда были покрыты пылью, но он был в порядке. Единственным человеком, которого Итачи не видел, был Генма. Сакура тоже это заметила. — Где Генма? Слизняк на плече Сакуры немного уменьшился, его стебельки печально опустились. — Прости, Сакура-сан. Генма-сан принял на себя большую часть взрыва. Спасать было нечего. Эти слова поразили Итачи как второй удар. Рядом с ним Шисуи замер, его глаза были широко раскрыты и полны смеси печали и недоверия, словно он не мог понять, как все это произошло так внезапно. Итачи еще не был уверен, что сможет полностью осознать это. Это была война. Товарищи по команде были там, сильные и здоровые. И вдруг их не стало. Тишина охватила улицу, когда они оплакивали своего павшего товарища. Когда Итачи снова повернулся к Сакуре, она тяжело опиралась на своего бывшего сенсея, как будто больше не могла найти в себе силы держаться. Что, вероятно, было правдой. Она так много пережила этой ночью. Потеря товарища, потеря друга была просто еще одним ударом. Итачи сделал шаг к ней, но действие было прервано появлением новых шиноби. Инузука Хана, Анко, Морино Ибики и несколько других ниндзя Конохи вышли на улицы. Они не сразу заговорили, увидев широко известную достопримечательность, разваливающуюся на улице. Молясь, чтобы это не было символом того, что должно было стать с Конохой. Хана первой заговорила: — Что случилось? Ребята, вы в порядке? Какаши кивнул, но его лицо было напряженным. Он все еще пытался смириться со смертью Генмы. — Это Данзо. Он пытается взять Коноху под свой контроль. — Данзо? — Резко спросила Анко. — Я так и думал, — сказал Ибики, удивив их. — Мне показалось, что я узнал в нескольких из этих людей членов Корня. — Корень? — Повторила Хана. Нинкен-пользовательница взглянула на главного следователя Конохи с озадаченным выражением на ее татуированном лице. — Я думала, что они были распущены много лет назад. — Хокаге приказала, — согласился Ибики. — Но, похоже, Данзо продолжал свой проект за ее спиной. — Скользкий ублюдок, — пробормотала она. — Эй… где Генма? — Неожиданно спросила Анко. Она просканировала местность, прежде чем взглянуть на Какаши. — Я думала, что он с тобой. Автоматически Итачи взглянул на Сакуру, но ее глаза были опущены, не в силах ни с кем встретиться взглядом. Знакомая волна горя снова захлестнула его грудь. Такая тяжелая, такая пустая. Какаши не говорил. Только покачал головой. Словно волна, потрясение и печаль прокатились по собравшейся небольшой группе. Каждый из них хорошо знал Генму, работал вместе с ним или рос вместе с ним еще со времен академии. Его потерю ощутят все. Больше всего Шизуне. Итачи уже знал, что это уничтожит добрую женщину. И Сакура, скорее всего, расскажет ей об этом. Собравшись с мыслями, Итачи отвел взгляд от Сакуры. Будет время погоревать, но не сейчас. Им всем нужно постараться, чтобы деревня могла пережить ночь. — Нам нужно найти Данзо, — сказал Итачи, снимая напряжение. — С чего мы вообще начнем? — Спросила Анко. На лице Ханы появилось мрачное выражение. — А как насчет него? Сбитые с толку, они последовали за движением ее большого пальца в сторону ее нинкена. У большого пса в зубах был связанный агент Корня с кляпом во рту, следы когтей были очевидны на боку человека. Было похоже, что его чуть не загрызли до смерти. Что, судя по пятнам крови на собачьем меху, было недалеко от истины. По команде Ханы собака бросила мужчину перед Ибики. Старший шиноби нахмурился. — Я могу попробовать, но не уверен, сколько он нам даст. Корень обучен методам пыток. И если Данзо поставил печать, получить от него какую-либо информацию будет невозможно. — Есть только один способ узнать, — усмехнулась Хана. Она выдернула кляп у него изо рта. Как только он вышел, он плюнул на нее и усмехнулся. — Я ничего вам не скажу. Я верен Данзо. Он настоящий Хокаге. Как только вы, глупцы, и ваш Хокаге падете… Прежде чем кто-либо успел пошевелиться, Сакура оказалась на корневом агенте. Она схватила его за горло и стукнула его о восьмифутовую стену, оставшуюся от Башни. Сила позади него заставила трещины расколоться в камне, но она крепко удержала его на месте. Член Корня обмяк, его глаза расширились. — Что… что ты сделала со мной? Я не могу… пошевелиться. — Я перерезала тебе спинной мозг, — сказала ему Сакура темным голосом, наполненным чистым ядом. — Ты полностью парализован, но не волнуйся, ты еще можешь говорить и дышать. Пока что. Теперь ты скажешь мне то, что я хочу знать. Острый, как бритва, лед в тоне Сакуры заставил Итачи задуматься. Ее мастерство было печально известно всей деревне. Ее способности и достижения не были секретом. Но это… это было что-то совсем другое. Чакра угрожающе закружилась вокруг нее, когда гнев, страх и стресс, которые она пережила той ночью, достигли точки кипения. Итачи не думал, что когда-либо видел ее более разъяренной или опасной, чем сейчас. И если другие молча смотрели на нее, то и он тоже. Покрытая кровью и пылью и дрожащая от ярости, Сакура была чем-то прямо из ночного кошмара. — Скажи мне, где я могу найти Данзо, — потребовала она. На лице мужчины промелькнула серия выражений. Как будто он все еще пытался восстановить контроль над своим телом. Сакура знала, что он никогда этого не сделает. Даже с ее медицинским опытом спасти его было уже невозможно. Но она и не собиралась. — Я не могу, — наконец сказал агент Корня. Ее рука на его шее сжалась. — Не можешь? Или не хочешь? — Н-нельзя, — прохрипел он. Она снова ослабила хватку, ровно настолько, чтобы он заговорил. — Данзо… Данзо запечатал всех нас. Если я попытаюсь раскрыть его планы или что-нибудь о нем, я тут же впаду в кому или умру. Отсутствие его помощи только еще больше разозлило ее. Не его вина, что он не смог предоставить им необходимую информацию, но он и не был жертвой. Он был солдатом Данзо. Он был частью армии, напавшей на деревню, их товарищей по команде, их друзей. Окольными путями он был ответственен за смерть Генмы. И это был переломный момент для Сакуры. — Тогда я полагаю, что ты мне больше не нужен, — сказала она. И со всплеском чакры она крепче сжала его шею. Никто не шевельнулся, когда он упал на землю. Что-то в воздухе изменилось, словно коллективное понимание прошло через группу. Была причина, по которой эту куноичи боялись. Факт, который Итачи не осознавал до этого самого момента. Выражение ее лица было хладнокровным, но расчетливым, а глаза твердыми, как будто они были высечены из камня. Словно один неверный шаг, и ее призрак обрушится на следующую жертву. Ибики был тем, кто нарушил молчание. — Нам нужно найти Данзо. — Согласна, — Хана кивнула, медленно отводя глаза от зрелища, свидетелями которого они только что стали. — Да, но Данзо все еще старейшина деревни, — сказал Какаши. — Мы должны относиться к этой ситуации очень осторожно. Анко скрестила руки и усмехнулась. — Во-первых, из-за него мы воюем. Если мы его убьем, АНБУ смогут снова взять деревню под контроль. — Все не так просто, — сказал Итачи, наконец оторвав взгляд от Сакуры. — Данзо тщательно спланировал это нападение. Если мы убьем его без приказа Хокаге, это только спровоцирует новую гражданскую войну. — Итак, давайте получим приказ от Хокаге. После этих слов гнев Сакуры рассеялся, как роса на утреннем солнце, а в ее животе образовался твердый ком. Образ ее наставницы, слабой, бледной и без сознания на обеденном столе Учих, врезался в ее сознание. Она попыталась заблокировать образ, попыталась на время отодвинуть свои эмоции в сторону, но когда она заговорила, ее голос был тяжелым: — Хокаге сейчас не в том состоянии, чтобы отдавать приказы. Взгляды, встреченные словами Сакуры, снова заставили ее грудь сжаться. Она отвернулась, не в силах больше ничего сказать. — И что теперь? — Наконец спросила Анко. — В случае, если Хокаге не сможет взять на себя командование, протокол предписывает выбрать другого временно исполняющего обязанности, — ответил Итачи. — Значит, нам нужно назначить нового Хокаге? — Это должен быть Итачи, — сказал Шисуи. — Его рассматривали в качестве следующего Хокаге. Потрясенная, Сакура резко взглянула на Итачи, но он не смотрел на нее. Он ни на кого не смотрел. — Это не могу быть я, — сказал Итачи. — Деревня считает, что за нападением стоят Учиха. И пока мы не сможем очистить имя клана, это должен быть другой человек. Кто-то, кому деревня явно доверяет. Наступила тишина, когда все взгляды обратились к одному человеку. Какаши моргнул. — Почему вы все смотрите на меня? — Ты старший шиноби. Бывший оперативник АНБУ. Ты бы хорошо подошел на эту должность. Деревня примет твои приказы без подозрений и колебаний, — добавил Ибики. Какаши выглядел несчастным, но все остальные кивали. — Все за? — Спросил Ибики. Кивки согласия исходили от всех, кроме Сакуры. Хана выжидающе посмотрела на нее. — Сакура? Хокаге доверяла тебе больше всех остальных. Твой голос говорит за нее. Что ты скажешь? Сакура уставилась на нее, удивленная тем, что все действительно ждали ее голоса. Шизуне была ближе к Цунаде. Она была бы более подходящей, чтобы принять это решение, но ее здесь не было. Сакура была здесь. Она никогда не считала себя старшим шиноби, но в тот момент ее решение имело наибольший вес. Мысли о том, чтобы взять на себя эту ответственность, вызывала у нее благоговение. А также усмирила ее. Сакура кивнула, глядя прямо на Какаши. — Цунаде-шишоу полностью доверяет Какаши. Она знает, что он будет дорожить интересами деревни. Итачи повернулся к Какаши. — Каковы ваши приказы тогда? Какаши ответил не сразу. Он смотрел мимо них, его глаза задержались на дыме и огнях, все еще полыхающих в деревне вдалеке. Когда он обернулся, лицо его было мрачным. — Найди Данзо, — сказал он Итачи. — И делай все, что в твоих силах, чтобы остановить его. Наследник Учиха кивнул. — Да, Хокаге-сама. — Затем он взглянул на Шисуи, между ними прошла бессловесная беседа, прежде чем он повернулся к другим шиноби, собравшимся вокруг. — Инузука, ты мне тоже будешь нужна. И Митараши. Обе женщины кивнули, их лица превратились в готовые к бою маски. Сакуру охватила волна ревности, когда Итачи не назвал ее фамилию. Ей хотелось повалить Данзо на землю и напомнить ему, что происходит с теми, кто связывается с самыми близкими ей людьми. Но она была истощена и у нее было мало чакры. Она была не в том состоянии, чтобы преследовать предателя. Черные метки от ее Печати Инь уже исчезли. Сакура взглянула на Итачи и обнаружила, что он уже смотрит на нее. Ей хотелось сказать ему миллион вещей: «Будь осторожен», «Береги себя», «Возвращайся в целости и сохранности». Но она ничего не сказала. Только встретилась с ним взглядом, ее беспокойство было выражено в одном взгляде. Итачи слегка наклонил голову, рассказывая ей без слов все то, что ни один из них не мог сказать в присутствии стольких других. Затем он дал безмолвный сигнал и ушел вместе с остальной частью своей команды. Сакура смотрела на то место, где видела его в последний раз, пока Какаши не произнес ее имя. Он подошел к ней тихо, пока не остановился рядом с ней. — Я знаю, что сегодня ты сделала невозможное, и я знаю, что ты устала, но ты нужна мне в больнице. Она медленно повернулась к нему лицом. Странно, как быстро все изменилось в деревне. Он всегда был тем, на кого она смотрела как на своего сенсея, а затем и на лидера команды. Теперь он не был ни тем, ни другим. Он был ее лидером, ее Хокаге. Сакура уважительно кивнула. — Конечно. Он положил руку ей на плечо. Она знала, что он слегка улыбается, по тому, как его разные глаза сморщились. — Следи за своей спиной, — сказал он ей. Затем он взглянул на Ибики: — Иди с ней. Убедись, что она доберется до больницы. Устрашающий следователь кивнул. Затем Какаши ушел вместе с остальными шиноби, оставив ее наедине с Ибики. Сакура не теряла времени даром. Она сбежала с разрушенной улицы, направляясь прямо к больнице, Ибики следовал за ней по пятам. Сакура избегала многочисленных уличных сражений. Она бежала по крышам, перепрыгивая через полуразрушенные дома и приземляясь на соседние. Они были всего в нескольких кварталах от больницы, прежде чем их перехватила небольшая группа агентов Корня. Она резко остановилась, избегая удара катаной вниз. Она легко парировала его атаку кунаем и проскользнула под его защиту, перерезав ему горло кончиком своего оружия. Он хлопнул рукой по ране, прежде чем снова броситься к ней. Прежде чем он успел нанести удар, из его груди внезапно вырвалось лезвие, и по металлу заплясала синяя молния. Сакура замерла, когда член Корня рухнул на землю замертво. Позади него стоял Саске, покрытый пылью и кровью, но в остальном невредимый. Сакура бросилась на него. Она обняла обычно стойкого мужчину, и, к ее удивлению, Саске позволил ей, когда его собственная рука скользнула ей на плечи, чтобы притянуть к себе. Они разделили момент облегчения, благодарные за то, что никто из них не был взят в плен на войне. Это длилось всего короткую секунду, их момент был прерван звуком, когда Ибики добивал последнего участника Корня. Саске отстранился первым, чтобы осмотреть ее. Она вздрогнула, когда его пальцы скользнули по ее виску, обнаружив рану, о существовании которой она даже не подозревала. — Ты в порядке? — Спросил он. Сакура кивнула. — Да, а ты? — Я в порядке. Наруто тоже. Она последовала за его кивком как раз вовремя, чтобы увидеть, как их светловолосый товарищ по команде использует свой Расенган против члена Корня. Мощное дзюцу отправило человека в стену уже полуразрушенного бизнеса. Кирпичи упали с поврежденной крыши, похоронив его. Наруто просто повернулся, чтобы взглянуть на Саске. Как только он заметил Сакуру, он запрыгнул на крышу, чтобы присоединиться к ним. — Сакура-чан! Ты в порядке? — Да, я в порядке, — сказала она, тоже принимая его быстрое объятие. Как только он отпустил ее, Ибики выступил вперед, весь в новых пятнах крови. — Ты сможешь дойти до больницы, Харуно? — Да, спасибо. Старший шиноби кивнул, прежде чем снова исчезнуть в гуще боя. Как только он ушел, Сакура продолжила путь к больнице со своими товарищами по команде с обеих сторон. Наруто первым спросил, что происходит. Она ввела их обоих в курс дела, быстро объяснив о Данзо и его планах по захвату Конохи. Она рассказала им, как пала Цунаде, как Какаши был избран Хокаге и как он послал команду за Данзо в мельчайших подробностях, убедившись, что не упоминает имя Итачи. Сакура подозревала, что Саске не знал, что это его брат был послан убить Данзо, но она не уточнила. Она знала своего товарища по команде. Знание было бы только отвлечением. Наруто был неожиданно зол. — Данзо, — прошипел он. — Этот скользкий ублюдок. Клянусь, когда я доберусь до него… — Тебе нужно держаться подальше от этого, — строго сказала Сакура. Она набросилась на своего товарища по команде, когда они добрались до больницы. — Я знаю, что ты хочешь помочь, но пусть Какаши справится с этим. Если ты действительно хочешь что-то сделать, найди его и получи приказ. В противном случае, сделай все, что можешь, для деревни. Гражданские нуждаются в твоей помощи больше, чем когда-либо. Блондин нахмурился, но все же кивнул. — Будь осторожен, ладно? Не делай глупостей, — сказала она. — И прикрывайте друг другу спины. Потребовалось мгновение, но Наруто пробормотал свое согласие, прежде чем отвернуться. Саске не сразу последовал за ним. — Я позабочусь о том, чтобы он не попал в беду, — сказал он. Сакура улыбнулась своему товарищу по команде, прежде чем Саске присоединился к Наруто, и вместе они снова скользнули в дым. В больнице все оказалось лучше, чем ожидала Сакура. Залы были забиты ранеными и умирающими, но персонал методично перемещался по ним. Гордость ненадолго охватила ее. Она и Шизуне хорошо обучили своих сотрудников. Но это чувство длилось недолго, когда к ней подбежала Ойоне. В руках у медика была стопка бинтов. — Сакура-сан, ты здесь! Спасибо, Ками! — Что у нас есть? Сразу же Сакура пошла рядом с ней, когда они поспешили дальше в больницу. Вскоре стало очевидно, что они переместили самых тяжело раненных ближе к хирургическому полу, а тех, которые могли подождать, переместили в другое место в больнице. Десятки раненых шиноби и мирных жителей лежали в кроватях, всех уже лечили медсестры и медики. Сакура осмотрела почти полдюжину пациентов, прежде чем внезапно оказалась рядом со знакомым лицом. — Ино? — Позвала Сакура. Она отошла от своего теперь стабильного пациента, чтобы подойти к своей подруге. Блондинка поддерживала гражданского, у которого явно была сломана нога. — Что ты здесь делаешь? Ино бросила на нее один взгляд. — Тебе нужна помощь. Я знаю, что у меня нет большого медицинского образования, но я, черт возьми, могу наложить повязку на рану. Где я тебе нужна? Сакура почувствовала, как благодарность наполняла ее. Внезапно ее охватило желание обнять свою светловолосую подругу, но она сопротивлялась. Вместо этого Сакура направила ее и гражданского к ближайшей кровати, и две девушки вместе приступили к работе.***
События оставались хаотичными в течение нескольких часов. Но в безумии была организация. Медики и медсестры спешили, сортируя и доставляя припасы по мере необходимости. Им удалось очистить большую часть хирургического этажа, прежде чем туда ворвалась целая группа спецназа, все в критическом состоянии. Каким-то образом им удалось спасти их всех, но на это ушло очень много сил. Весь персонал был измотан. Сама Сакура начинала выдыхаться. Уровень ее чакры был почти опасно низким, и стресс в ее теле начинал утомлять ее. Больше от нее пользы не будет. Вот что занимало ее мысли, пока она смотрела, как две медсестры вывозят одного из шиноби из операционной. Она подсчитала в уме, сколько медиков и медсестер все еще работают, сколько времени большинство из них работает и сколько, по ее мнению, они смогут продержаться. Больница пока не в плохом состоянии, но скоро будет. — Ойоне, — позвала Сакура, прежде чем опытный медик смогла вернуться в самую гущу событий. — Скажи медсестрам, которым это нужно, чтобы они отдохнули. Я не хочу, чтобы кто-то потерял сознание от истощения. — Да, Сакура-сан, — кивнула она. Темноволосая женщина повернулась к двери, но перед тем, как она ушла, Сакура снова позвала ее, внезапная мысль пронеслась в ее голове. — А ты не знаешь, где Шизуне? Я ее еще не видела. Я думала, она уже здесь. Ойоне не ответила. Она посмотрела на Сакуру с выражением удивления. Прежде чем оно превратилось в выражение глубокой, глубокой печали и сожаления. Сердце Сакуры упало в живот, а страх осел в ее груди, как камень в пруду. — Нет… — Мне так жаль, Сакура-сан, — жалобно сказала Ойоне. Сакура только покачала головой, уже чувствуя, как к горлу подступают непролитые слезы. Она знала, что медсестра пыталась сказать ей, но не была уверена, что сможет в это поверить. — Скажи это, — тихо потребовала Сакура. — Ты должна это сказать. Или я тебе не поверю. Ойоне долго смотрела на нее, выражение ее лица отражало ее горе, прежде чем она, наконец, произнесла эти осуждающие слова: — Шизуне мертва. Дыхание покинуло тело Сакуры, словно физическая сила вытолкнула его из ее легких. «Как» и «почему» приходили ей в голову, но все это не имело значения. Потому что Шизуне больше нет. Как и Генмы. — Спасибо, что рассказала мне, — сказала Сакура, ее голос был сильнее, чем она чувствовала. — Пожалуйста, позаботься о медсестрах. Ойоне открыла рот, желая сказать больше, но снова закрыла его. Вместо этого она выскользнула из операционной, позволив двери беззвучно закрыться за собой. В одиночестве эмоции Сакуры угрожали поглотить ее. Она обернулась, ее руки вцепились в стойку вдоль стены так сильно, что костяшки пальцев побелели. Она зажмурила глаза, пытаясь сдержать слезы, боролась, чтобы дыра в груди не разорвалась настежь. Нескольким слезам удалось выскользнуть, но она не позволила себе сломаться. Она боялась, что никогда не соберется с собой, если сейчас выпустит свои эмоции. Это было почти желанным отвлечением, когда дверь снова распахнулась менее чем через минуту. В дверях стояла молодая медик с широко раскрытыми глазами. — Харуно-сан! Пожалуйста, быстрее! Вы нам нужны. Сакура не сразу пошевелилась, как будто ее тело превратилось в камень. Шизуне была мертва, а Цунаде находилась в коме. Больница теперь находилась под ее непосредственным наблюдением. Все обращались бы к ней за руководством, и она не могла бы им помочь, если бы не сохраняла хладнокровие. Сделав глубокий успокаивающий вдох, Сакура вытерла слезы с лица, прежде чем расправить плечи и повернуться к молодой женщине. — Помедленнее. Просто скажи мне, что случилось. Без промедления Сакура пошла рядом с другой женщиной. Она быстро рассказала Сакуре о травмах и состоянии прибывшего шиноби. Серьезное ранение в грудь, ожоги второй степени на плече и правом боку, а также множественные мелкие рваные раны. У них была своя работа. Двое медиков добрались до операционной как раз в тот момент, когда они ввели пациенту успокоительное. Даже покрытого кровью и сильно раненого, Сакура узнала его: Учиха Фугаку. Ее сердце подпрыгнуло в груди. В ее голове пронеслись миллионы вопросов: как это произошло? Как Микото? Где была Цунаде? Но она не давала себе времени остановиться. Сакура доверяла Микото, чтобы обеспечить безопасность Цунаде, и пока у нее не было причин думать иначе, она должна была верить, что ее наставница все еще держится. Фугаку, с другой стороны, нет. Он нуждался в ее помощи, и она не могла откладывать лечение. Только у нее почти закончилась чакра. — Ладно, все, — сказала Сакура собранным голосом, полным уверенной власти. — Мы собираемся сделать это быстро, но тщательно. Глава клана Учиха не умрет сегодня вечером на этом столе.
