Хороший сын, хороший друг. Хороший любовник?

*** Дилюк успешно сдал вступительный экзамен и сегодня на винокурне был праздник в эту честь. Дилюк пришел в свежей форме рекрута и весь сиял от гордости. Крепус одобрительно кивал и велел слугам подать ужин. Кэйя тоже был рад за брата, и готовил ему сюрприз. Оставшись вечером одни, в спальне, он сказал: – Дилюк, я собираюсь тоже поступать в орден. Покажешь мне пару уроков фехтования? Дилюк радостно заулыбался, и одобрительно хлопнул его по плечу – Спрашиваешь! Я буду рад научить тебя всему, что умею! Но давай я попрошу отца чтобы Сэммуель дал тебе пару уроков? Пары уроков от меня будет недостаточно – Не стоит, - уклончиво ответил Кэйя. Он догадывался, что Крепус будет не рад такой просьбе, хоть и выполнит ее, попроси об этом Дилюк. – Ты совсем отказался от идеи вступать в гильдию искателей приключений? Нет, я буду только рад, если мы будем вместе в ордене, но разве ты не хотел другой жизни? - засомневался Дилюк, и Кэйя отвел взгляд, чтобы не смотреть в эти добрые искренние глаза. – Просто детские глупые мысли. Мастер Крепус прав, рыцари это более почетное место. У меня есть год чтобы подготовиться и догнать тебя. – Я буду только рад. Кстати, мне придется жить в городе… Служба того требует. Но я обязательно буду приезжать к тебе и отцу на выходные! - заверил Дилюк, но Кэйе стало не по себе от мысли проводить время в этом доме без Дилюка – Жаль. Я буду ждать тебя каждые выходные, тогда. Обещаю проводить это время с пользой. *** Дилюк успешно стал капитаном, а Кэйя только-только смог сдать вступительный экзамен. Но теперь это означало что они оба были в черте Мондштадта. Так Кэйя думал, но у юного капитана было очень много дел и совсем не было времени на младшего братика. А Кэйе было противно находиться в ордене среди рыцарей. Он вымученно улыбался своим коллегам, но мыслями был где-то еще. Где-то, где его руки не ныли от мозолей, что появились от тренировки с мечом, где кровать мягкая как на винокурне, а не набитая соломой, и где под боком сопит его брат, а не неизвестный перепивший кадет. Но быть в казарме было лучше, чем под строгим взглядом Крепуса. Тот больше не трогал его, но неустанно напоминал ему что он в этом доме только из-за крепкой дружбы с Дилюком. Кэйя начал замечать, как Крепус никогда не произносит его имя, и всегда называет “мой сын”. Но и он сам к тому обращался не иначе как “Мастер”. Аделинда помогала хоть немного скрасить пребывание на винокурне и позволяла себе излишнюю доброту по отношению к Кэйе. Из нее вышла бы хорошая мать. Лучшая, чем мог позволить себе любой из присутствующих в казарме. И пока Кэйя привыкал к тяготам новой жизни, Дилюк сиял. Сиял и среди своей команды, и на общих собраниях, и на совместных тренировках, и в таверне отца, работая на побегушках, но делая это с улыбкой и в поисках одобрения отца. Кэйя стал замечать, что на бледной коже Дилюка появляются всё новые и новые шрамы, но тот только с улыбкой отвечал что такой путь рыцаря. Кроме ордена, Дилюк трудился и в таверне, вызываясь в помощь отцу. Тот был не против, но очень просил сына не делать это в ущерб службе. Кэйя же определенно помогал в ущерб службе, за что его очень ругал Дилюк. Но ругал сквозь улыбку, все таки, он был рад проводить время вместе. Однажды он угостил Кэйю фруктовым напитком. – Как вкусно! У тебя определенно есть талант еще и бармена, - похвалил он Дилюка. Тот рассеянно хлопал глазами и немного покраснел, что выглядело чертовски мило. – Правда вкусно? А отец ни слова не проронил. Глупости, какой талант, так, детская забава, - улыбаясь отвечал Дилюк, - это не сравниться с важностью работы рыцаря. Обещай мне больше не прогуливать тренировки. Твой капитан очень тебя ругает. Кэйя виновато улыбнулся. Он был без понятия что его капитан говорит Дилюку, но определенно знает что слышал сам. То же, что и от Крепуса. Аристократы в этом городе все друг на друга похожие - грубые, надменные и особо трепетно относящиеся к праву по крови. Которого у Кэйи в их кругах не было. “Дворняга семьи Рагнвиндр”. Он очень надеялся, что Дилюк такого никогда не услышит. – Обещаю не доставлять тебе проблем, капитан Дилюк, - поднял бокал Кэйя и осушил его. Дилюк рассмеялся – Ты только к своему капитану по имени не обращайся, брат. Это очень неучтиво. Ты мне никогда не доставишь проблем, знай - Дилюк огляделся по сторонам, убедился что никто не смотрит и осторожно чмокнул брата в щеку. Кэйя знал, что он и есть одна сплошная проблема, но не стал делиться этим с братом. Его заводила скрытость их отношений, но для Дилюка каждый невинный поцелуй был целым поводом для беспокойства. И даже он иногда позволял себе сам этот повод создать. – Завтра я буду вечером один. Приходи к часу ночи, - шепотом проговорил Дилюк и покраснел еще сильнее. Почувствовав жар на щеках, резко отвернулся и принялся переставлять бутылки за барной стойкой. Столько времени прошло, а он все еще краснеет от таких мелочей. Допив свой бокал он покинул таверну и отправился прогуливать службу возле собора. Была некая ирония в том, чтобы предаваться блудным мыслям и воспоминаниям в таком месте.