Finnigun 4HH

      Вблизи тюрьма была ещё чернее. Она отражала совсем мало света. Только влага блестела на неровностях камня, подсказывая расстояние до стен. Валуны у подножия были скользкими. Хотя вода вокруг давно не шевелилась.       Тишина угнетала. Малфою казалось, что он слышал биение сердец в пулях, когда помогал Симусу вылезти из наколдованной лодки.       Джинни высушила ребятам одежду. Они вели себя тихо и не разговаривали без необходимости, жестами сообщая намерения друг другу. Вокруг никого не было, и с каждым новым шагом это их пугало всё больше и больше. Подозрения насчёт шторма медленно разъедали холодный разум Малфоя.       Финниган предположил, что туман падает с крыши крепости, и показал, что подниматься нужно будет постепенно. Уизли ему кивнула, трансфигурировала кусок камня в кинжал, напоминающий ледоруб. Напоследок она посмотрела в глаза Гермионе, безмолвно говоря, что скоро увидимся.       Джинни одной рукой сжала палочку, а другой покрепче схватила рукоятку её оружия. Драко заметил, что она немного покачивается и с усилием держит равновесие.       — Репенте, — Уизли взлетела ровно вверх. Её голос эхом пробежал над водой.       Гермиона и Драко смотрели в белый плотный туман над головами. Симус оглядывался по сторонам и держал револьвер наготове. Через несколько секунд вдоль стен посыпались камни. До них донеслось эхо второго заклинания Джинни.       Через пару минут тишина вернула власть над этим проклятым местом. Ничего не происходило. Тёмная гладь воды словно никогда и не жила, не была могучим Северным морем, которое забавы ради подбрасывало лодки и сбивало с полёта птиц.       Трое оставшихся ждали и смотрели в высь и на магические стены. Сверху из тумана упала верёвка.       — Есть, — прошипел Симус, и Гермиона разделила его восторг. Вроде всё шло по плану.       — Сначала я, — Драко опередил Грейнджер. — На случай, если там не она, пошевелю один раз. Если она, три раза. Бери верёвку только на третий раз. Идёт?        — Идёт, — шёпотом ответила Гермиона. — Будь осторожен.       Малфой перекинул верёвку через спину. Она, как змея, концом туго обтянула его за пояс. Драко дёрнул один раз, и Джинни взметнула его вверх в тишину и в неизвестность.       Через минуту верёвка вернулась и покачалась три раза. Гермиона ухватилась, кивнула Симусу, дёрнула и также взлетела. Скорость нарастала, и Грейнджер отдалялась от стены. В животе из-за высоты защекотало. Дыхание сбивалось, и хотелось ртом хватать воздух. Тюрьма и не думала показать крышу, она словно летела с ней наперегонки. Внезапно натяжение веревки стало быстро слабеть.       Гермиона теряла скорость и вот-вот должна была начать падать вниз с огромный высоты. Это был как страшный сон, только она точно знала, что упадёт не с кровати. В тумане показался край крыши. Ужасно хотелось уже крикнуть и отдать волю страху.       Грейнджер зависла на миг и подлетала к крыше. Джинни её поймала левитирующим заклинанием. До приземления она целиком увидела взорванную часть Азкабана. Было разбито три или четыре этажа. Туман падал не отсюда, но здесь его было гораздо больше. Драко подхватил её и помог выбраться из объятий верёвки.       — Ты как? Порядок? — со сбитым дыханием спросил Малфой.       Гермиона активно закивала и, опираясь на него, приходила в себя. Финниган прилетел на крышу минуту спустя.       Вот оно.       Они на крыше Азкабана, а вокруг ни единой души.

***

      Коридоры в магической тюрьме были покрыты пылью, инеем и где-то очень липкой влагой. Внутри камень был такой же тёмный, как и снаружи. Только сюда свет даже не пытался пробраться. Гермиона достала маленькие баночки с Люмосом. Она прикрутила их к ремешкам, чтобы использовать как браслеты со светом на запястье.       Джинни с палочкой шла впереди и освещала Люмосом узкий коридор. За ней шли Драко, Гермиона и Симус, который одновременно следил за тылом. Они заметили на полу следы, точнее отсутствие нескольких слоёв пыли.       Кто-то, возможно, пару дней назад здесь что-то тащил. Дважды на стене они видели смазанные следы рук. Этот след становился активней и заметней к центру здания.       Наконец они вышли в чистый коридор. Люмос освещал черный камень без инея и без пыли. В конце была арка, и свет туда не попадал. Нужно было проверить помещение.       Симус за локоть остановил Грейнджер, та несдержанно, но тихо ахнула. Малфой и Уизли обернулись. Финниган показал, что идти следует только ему и Драко, а Джинни с палочкой посторожит вход. Они разделились, но оставались в поле зрения друг друга.       Ручные Люмос-фонарики отдалялись. Стены не отражали свет, и казалось, что их нет, что парни идут по узкому мосту среди тьмы.       Они дошли до арки. За ней и впереди была стена, а по бокам две каменных двери от пола до потолка. Малфой, не надеясь, подтолкнул левую. Она поддалась. Дверь не была зачарована. Драко толкнул её вдоль стены ещё раз, и по коридорам эхом пронесся скрежет камня.       Все замерли. В ответ было тихо.       У входа в коридор Гермиона держала Джинни за руку и перебирала в голове варианты событий. Ни один пока её не радовал.       Почему в тюрьме никого нет?       Малфой снял ручной фонарь, прижался к холодной стене, засунул руку со светом в щель и заглянул.       Ничего. Там была маленькая и пустая камера без окон.       Он вытащил руку и отрицательно покачал головой Симусу. Они вместе подошли ко второй двери. Финниган толкал каменную дверь вверх, чтобы она меньше касалась каменного пола, а Драко толкал её в сторону вдоль стены. Шума получилось меньше.       Грейнджер подумала, что даже если бы они очень постарались, то всё равно могли не услышать дементоров тюрьмы, так как разговорчивым был только подстреленный Гуфер.       Из-за тишины и пустоты Малфой всё больше верил в то, что со штормом в Азкабан пришёл Орден и, вероятно, Поттер уже отогревается чаем в каком-нибудь укрытии. Драко с Люмосом смело заглянул во вторую комнату. В углу лежал человек.       Серая заляпанная роба заключенного цветом почти сливалась с кожей шеи и голых ног. Неизвестный лежал спиной к выходу. Чёрные патлы мёртво лежали на полу у головы. Волосы были длинные, примерно до плеч.       — Всё слишком просто, — переживал Драко.       Он медленно подошёл к телу и опустился на одно колено. Заметил рядом у головы круглые разбитые очки. Малфой вдруг подумал не трогать его. Сказать Уизли и Грейнджер, что Поттер мёртв, и убраться отсюда как можно скорее. Но они захотят сами проверить или, того хуже, забрать его тело.       Выбора не было.       Он едва коснулся плеча, как Гарри с резким вздохом вздрогнул и испуганно схватился за руку Малфоя. Последнему пришлось с силой зажать ему рот. Свет волшебного фонарика освещал им лица.       Драко второй рукой нащупал очки, сунул их Поттеру в руку и медленно отпустил ему рот. Гарри спешно надел разбитые очки и не поверил своим глазам. Малфой смотрел на него в упор и указательным пальцем велел быть тихим.       Что происходит? В незапертой камере Азкабана тихо себе лежал и дремал живой Поттер?       Разум Драко искал подвох.       Это Пожиратель смерти под оборотным зельем? Орден зачистил тюрьму, но его не нашёл? А может, здесь Волан-де-Морт и у них нет шансов выйти? Иллюзия? Сон? Ловушка?       Симус почти зашёл в камеру, но Малфой резким движением одной руки приказал ему не заходить, а второй рукой задержал за робу Гарри.       Ткань была сырая и немного липкая. Поттер был худым и слабым. Заставить его сидеть на месте не требовало много усилий.       — Скажи только то, — шёпотом и с угрозой начал Малфой, давая понять Финнигану, что нужно быть начеку. Последний отшагнул назад и упёрся в дверь, на случай если она вздумается закрыться. — что знает Поттер… и мы.       Гарри дрожал и для сопротивления слабо сжимал кулак Драко.       — Вы… — его глаза бегали от Малфоя к Симусу в поисках ответа. — Вы не друзья.       Драко отпустил и услышал, с каким облегчением выдохнул его вынужденный напарник.       Джинни не сводила глаз с тёмного коридора. Сейчас там было видно свет от одного Люмос-фонарика, который редко шевелился. Она держалась, молчала, ждала знак от Симуса и мысленно проклинала его за столь долгое отсутствие.       Гермиона всматривалась во тьму в коридоре. Они точно спустились до середины тюрьмы, но Грейнджер не понимала, находятся ли они сейчас в центре этажа. Шум моря не мог ей этого подсказать. Она искала другие ориентиры и в уме выбирала заклинания, которые развеяли бы чары лабиринтов.       Финниган резко выглянул из арки. Джинни с испуга вздрогнула. Нервы были натянуты, как струны гитары, которым, увы, нельзя было звучать. Он махнул рукой, говоря идти к ним медленно.       Судя по движениям, Симус не был напряжен или насторожен, что заблаговременно волновало сердце Уизли. Она ускоряла шаг, а Гермиона тормозила и удерживала её за руку. Нужно было идти медленно.       Медленно, Джинни.       Уизли услышала сдержанный кашель с очень живым и с очень родным ей голосом. Она отпустила или даже бросила руку Грейнджер. Ноги сами понесли её в ту арку.       Расстояние от неё и до Финнигана растягивалось, а пространство между ними сопротивлялось, как толпа людей. Словно Джинни бежала во сне, только ноги не были ватными или слабыми. Сейчас она чувствовала силу, как никогда в жизни. И пусть там будет всего лишь видение, она заставит его стать явью.       Он увидел её как в первый раз. В холодном свете Люмоса её рыжие волосы всё равно светились золотом. Она стала старше и, кажется, выше его или Поттер не выпрямил спину.       Первое мгновение он видел её лицо. Второе мгновение он чувствовал её тепло вокруг себя. Третье мгновение он обнял Джинни в ответ и она была реальностью. Сильной и тёплой. Его сердце наливалось горячей кровью, и теперь Гарри по-настоящему был живым.       Следом забежала Гермиона. Сквозь мутное стекло Поттер её узнал по кудрям и острым бровям. Уизли сдерживала всхлипы и плакала в шею Гарри. Он, не отстраняясь от неё, вытянул руку, и Грейнджер её сжала. Тёплая ладонь и тонкие пальцы. Она тоже была реальностью.       Они правда были здесь.       Они за ним пришли.       Гермиона перехватила палочку у Джинни и тихо прошептала «Окулус Репаро». Поттер резко увидел её четче, но всё еще смазано. И причиной тому было не стекло. Он заморгал, чтобы скрыть слёзы и прогнать не сильную боль в глазах. Ноги и тело, кажется, вернули себе тонус. Грейнджер отдала палочку хозяйке.       Уизли успокоилась, ослабила объятия и нежно поцеловала Гарри в губы. Малфой сдержал рвотный позыв. Поттер почти два года просидел в камере, и навряд ли у него была зубная щётка или душ.       Грейнджер заметила этот момент и хотела с улыбкой сказать ему что-то, но, открыв рот, замерла. Драко увидел то же, что и она. В их глазах расцвёл ужас. Из её рта вырвался пар. Холод и иней внезапно захватили комнату и коридоры.       А вот и ловушка.       — Скорей, — в голос приказал Симус.       Грейнджер заторопилась, открыла бисерную сумочку, Уизли подскочила, призвала портал-домой в тряпке. Все быстро подошли ближе, взялись за руки, за одежду и за локти. Гермиона развернула ткань и коснулась шара.       Ничего не произошло.       Голые ступни Гарри примерзали к полу. Симус сжал револьвер, а Джинни подняла палочку. Драко схватил за руку Гермиону и притянул к себе. Они оглядывались на пол и потолок. Ручными фонариками освещали стены и искали, откуда ждать нападение. Здесь не было ни окон, ни других комнат. Они буквально стояли в тупике.       Придя к этой мысли почти одновременно, все пятеро ринулись вон из комнаты в коридоры. Джинни схватила Гарри за руку и побежала первой, за ними Драко, Гермиона и Симус.       Уизли бежала обратной дорогой. Гермиона видела знакомые следы. Коридоры не менялись, но инея и холода становилось больше. Они бежали молча и всё ещё старались себя не выдать.       Драко дёрнул Поттера за локоть и остановил их. Опасно было возвращаться той же дорогой, на крыше их могут поджидать. Финниган махнул рукой на следующий поворот, предлагая там сойти с пути и спрятаться.       Так и сделали.       Они забежали в глубокую нишу, прикрыли Люмосы и прижались к ледяным стенам. Их выдавал только пар, и они начали дышать в воротники или в руки.       Всё ещё было тихо. Только тьма и тишина следили за ними в этой проклятой тюрьме. Температура воздуха заметно падала. Пальцы рук и ног дубели. Драко до сих пор не отпускал руку Гермионы, а она не отпускала его.       В чём заключается смысл ловушки? Почему портал не сработал? Какие здесь чары? Зачем Пожиратели и Волан-де-Морт оставили Поттера без присмотра, да ещё и незапертым? Может Тёмный Лорд умер? Как им отсюда выйти?       — Нам нужна щель, трещина или окно, — прервала его мысли Гермиона. — Что угодно. Пожиратели с помощью этого взорвали камеры. Взорвем и выпрыгнем.       — Прямо в объятия к дементорам? — с нарастающей злостью спросил Драко.       — Их там нет, — встряла Джинни.       — Уже есть, — Малфой кивнул в сторону замёрзшего коридора и, лишая их намёка на надежду, добавил: — Они стреляли снаружи, Грейнджер. А мы внутри.       — Всё равно нужно попробовать. Портал сработает снаружи, я уверена.       — Где ваши палочки? — с недоумением спросил Поттер.       — Сам-знаешь-кто одолжил.       — А новые?       — Поттер, мы на ебланов похожи?!       — Тсс! Тшш! — зашипели на Малфоя девушки.       Гермиона второй ладонью сжала руку Драко и посмотрела ему прямо в глаза, чтобы успокоить. Они оба понимали, что если их и найдут дементоры, то из-за эмоций. Твари будут их чутко чувствовать и желать, как свежеиспеченный хлеб в пекарне.       Идеальная ловушка. Малфой хотел уже спросить, приходили ли за Поттером раньше, но он его перебил.       — Где Рон? — упрямо спросил Гарри Гермиону и поднял ненавистный взгляд с её рук.       Грейнджер замешкалась, и изо рта вырвался только пар.       — Умер, — однозначно и хладнокровно ответила Джинни.       По Азкабану разнеслось эхо скрипучего корабля. Симус сжал револьвер. Все встали на ноги и вжались в чёрные стены. Они словно были на дне океана, из глубин которого отовсюду доносился медленный хрип…       Стихло.       — Чем ещё его приправишь, Уизли? — сквозь зубы злобно прошипел Малфой. — Заткните фонтаны своих тупых бошек. Нас из-за вас найдут.       — Он прав, Гарри, — подала голос Грейнджер. — Нужно выбраться отсюда. Остальное потом.       Поттер принял это известие с болью в глазах. Гермиона хотела отпустить руку Драко и обнять друга. Но он не отпустил и сжал её крепче.       — Остальное. Потом.       Нельзя было сейчас допускать чувства и эмоции. Малфой это понимал и пытался унять свою злость на всё это. На то, что они с ней всё-таки здесь, что треклятый Поттер жив, что из-за него они в неясной ловушке, что он сам не может успокоить себя, что он понятия не имеет, как они найдут в целой крепости хоть какую-нибудь брешь.       Он хотел отнять палочку у Уизли, револьвер у Симуса, схватить Гермиону и просто сбежать. Исчезнуть отсюда. Проснуться от этого нагнетающего кошмара.       Все прислушивались к тишине и гасили свои эмоции.       — А это что? — уже более спокойным тоном спросил Гарри и кивнул на револьвер.       — Финни-ган, — с весёлым и гордым видом ответил Симус. — Пушка от… — он замолк, осознавая мысль, и со страхом посмотрел на Драко. Малфой мгновенно и с ужасом понял почему.       Хихикают и рокочут, как затонувшие корабли, только подстреленные дементоры. А Симус подстреливал лишь двоих. И второго, послушного и безрукого обжоры, здесь не могло быть.       Стена ниши взорвалась.       Их отшвырнуло в коридор. Чёрные камни падали в спины. Драко прикрывал голову себе и Грейнджер. Над волшебниками с глубоким и медленным рычанием проплыла, как пиратский корабль, ледяная тварь с чёрными парусами.       В лесу Весёлого Динго полгода назад Финниган выбрал её смерть, а не свою. Из-за вожака северной стаи был создан волшебный револьвер.       Это был огромный трёхметровый дементор, и он, одним только присутствием, душил надежду в живых сердцах.       Земля ушла из-под тела. Драко, задыхаясь, бесконечно падал в чёрную дыру. Лёд и проклятый камень Азкабана сковывали и сдавливали. Кожу обжигал холод.       Чёрно-белое кино окунули в краску. Воспоминания возвращались. Дементоры срывали с них чёрную пелену и жадно поглощали, оставляя в душе ядовитую боль. Огонь без пламени, как солнечный свет под лупой, прожигал лицо матери. Всё сокрытое заживо и бесконечно сгорало. Его кожу разъедали жар и холод.       Симус выстрелил.       Белая молния осветила окружающий их ужас. Из взорванный стены извергалась тьма. Десятки дементоров кружили и глотали их жизни.       Бежать. Нужно было бежать отсюда. Они здесь даже не умрут. Азкабан вот-вот отнимет смысл у всего, что было и будет.       Вожак стаи схватил Гарри за горло, приближаясь к его лицу.       Второй выстрел мимо.       Финнигана сбили дементоры. Револьвер упал в метре от Драко.       Две пули.       Дементоры обнажили их раны, отняли их иллюзии о лучшей жизни. Боль просто так не тонет в сознании. Они больше не смогут поверить в то, что она ушла, что она утратила свою силу. Нет, она возвращается. Внутри она бесконечна и бессмертна.       Два выстрела, чтобы сбежать от ужасной гибели и от угнетающей жизни.       Драко прятал голову Гермионы у своей груди и защищал телом от дыхания дементоров.       Она не увидит, не успеет понять. Он заберёт их отсюда в два щелчка.       — Ты помнишь нас?       — Помню, что хотел тебя защитить… и сейчас хочу, только не так, как раньше.       — Слабее?       — Нет… Просто иначе.       Малфой сжал рукоятку револьвера. Леденящий металл курка обжигал ему палец. Сердца двух пуль стучали в унисон. Прицел замер.       Яркая вспышка разорвала костлявую грудь дементора, выпуская наружу заряженное воспоминание. Оно изнутри сжигало вожака стаи.       Поттер камнем упал на пол.       Четвёртый выстрел в голову.       Тварь извивалась, билась об чёрные стены и ужасающе рокотала. Осколки пробки вонзились в плоть и живые горячие сердца саламандры моментально вросли в гнилые внутренности. Они будут биться и мучать дементора одну минуту.       Появился шанс.       — Джинни! Брешь! — прокричала Грейнджер, указывая на трещину в стене за подорванной нишей.       Воля Уизли отступила от берегов, как резкий отлив океана. Воспоминания о матери, об отце и братьях были изуродованы красным и чёрным цветом. Их лица в мыслях сжигал ядовитый огонь без пламени.       Джинни всем сердцем желала вернуть свою семью и изничтожить зло, прикоснувшееся к ней.       Разум велел разрушить, а сердце желало защитить. Цунами вернулось к берегам.       Моргнул свет. Он был ослепляющим и милосердным. Патронус Джинни захватил разбитые коридоры Азкабана. Яркая белая стена прошла сквозь живые тела. Холодный морской воздух, как водопад, упал им на головы.       Тёплая ладонь схватила Драко за руку.       Пространство и тело растянулись.       Драко очнулся на коленях Гермионы. С мокрых кудрей на его лицо капала вода. Он чувствовал качку и запах рыбы.       Грейнджер говорила с ним, но он не мог разобрать слова.       — Малфой, — обратился к нему рыбак. Северное море разносило эхо. Звон колокола качающейся лодки слился со звонком школы. — Мистер Малфой?       — Мистер Вонка? — пришёл в себя Драко.       — До свидания, профессор! — дети прощались, галдели и спешно собирали свои принадлежности в сумки.       — Да, всего доброго…       — Что-то вы бледно выглядите. О, у меня же для вас подарок!       Вилли Вонка вручил Малфою маленький рождественский шар с плавающим снегом, в центре которого был, похоже шоколадный, дементор.       — Он съедобный! — с энтузиазмом добавил волшебник-кондитер. — Но рекомендую есть его над тарелкой. Начинка ещё слишком жидкая. А ещё приглашаю вас и мисс Грейнджер на праздничный ужин! Приходите обязательно. Большую часть фабрики уже отремонтировали и…       — Конечно, — наступил на горло песни Малфой. — Конечно, мистер Вонка. Я… Ээ, сейчас… пойду как раз к ней.       — Отлично! — он бодро улыбнулся белоснежной улыбкой.       — С Рождеством, — поздравил Драко и поспешил покинуть кабинет.       Вилли приподнял шляпу-цилиндр и проводил его взглядом.       По пути Малфой, приходя в себя, глянул на своеобразную конфету и подумал:       Ну, хотя бы не светится.