Единственный супруг Императора.

Ша Хуалин нервно постукивала коготками по столу. Она не сводила глаз с двух фигур в алых одеждах за прозрачным занавесом. Что-то было не так... Их супруг с самого начала, едва увидев портрет Шэнь Юаня, был в бешенстве. Вся эта свадьба, этот брак - был фарсом, стремящимся прикрыть издевательства над незадачливым двойником Шэнь Цинцю. Император готовил массу неприятного для юноши, и даже Лин-эр не могла не испытать легкого сочувствия к мальчишке, ступившему сегодня под сень Дворца. Но... Утром А-Ло внезапно изменил все свои решения. Буквально все. Началось все с того, что слуги закрыли павильон Снежного Гриба. Буквально - снесли туда все оружие из нескольких залов дворца, и... Закрыли, на ключ. Затем были подготовлены покои, пустовавшие долгие годы - и о которых мечтали все супруги и наложники Императора. Прямиком в павильоне самого Ло Бинхэ, недалеко от его спален, будто мужчина опасался, что кто-то обидит нового супруга хотя бы присутствием. В его же личный павильон никому нельзя было входить без разрешения. Дальше - подготовили пир. Нет, не так - Большой Пир для мужа Императора. Именно так выражались слуги, шепчась, что молодой господин Шэнь явно один из фаворитов в сердце Ло Бинхэ. Ну, и в довесок... Хуалин нервно закусила губу, глянув в сторону занавеса как раз вовремя, чтобы увидеть, как Император улыбается новому супругу. Ни на кого из них Ло Бинхэ не смотрел... вот так. С похотью, с уважением, с интересом - да. Но не с такой нежностью. - Нашего мужа что, приворожили? - хмыкнула со стороны Сяо Гунчжу. Судя по ее перекошенному лицу, в пиале барышни вместо вина был выдержанный уксус. Справедливости ради, они все хлестали сейчас уксус ведрами. Что не так с этим юнцом? Может, это потому что он трясётся как осенний лист на ветру под взглядом Императора? Или потому что у него тонкие запястья, и муж ненароком боится их сломать? Откуда бы из презрения взяться нежности? Что за бред?.. - Возможно, это лишь игра? - предположила Нин Инъин, посматривая в сторону нового нареченного их мужа. Она слышала слишком много о его сходстве с ее бывшим учителем, и что-то внутри подмывало убедиться в этом. - Быть может... супруг хочет усыпить его бдительность? Цинь Ваньюэ, вздохнув, постаралась осадить соратниц по гарему: - После медовой недели муж приведёт юношу к нам для знакомства. Тогда и посмотрим на него. Из всех девиц гарема лишь Лю Минъян молча играла с пиалой с вином. Она задумчиво посматривала на Ло Бинхэ, острым взглядом подмечая определенные детали в его общении с молчаливо сидящим Шэнь Юанем. Взгляды. Улыбки. Касания. Ухаживания за столом. Свадьбы проводились во Дворце частенько. Быть хотя бы наложницей Императора среди представительниц знатных и не очень семей считалось невообразимой удачей. Здесь им не приходилось голодать или испытывать побои. А то, что господин порою подолгу не вспоминает о них... многие находили это удачей. Немудрено, что гарем Его Величества превысил количеством три сотни. Но... Это была первая свадьба, на которой Ло Бинхэ уделял столько внимания супругу. Не просто первая за долгое время, нет... Первая вообще. В девушке вдруг всколыхнулось давно забытое чувство... Интереса. Ох, она и раньше была такой - новые люди вызывали в ней желание узнать о них больше, но в последние годы было особенно трудно: все люди будто стали носить одну маску, одно лицо. Это было омерзительно. И вот, пришёл этот странный Шэнь Юань, сперва разъярил их Императора, а теперь... Тот словно превратился в послушного мужа, пытающегося угодить красавице-жене. Даже сейчас Шэнь Юань нервно сжимал ткань рукавов и вел себя скованно - не из кокетства, а из страха. Наверняка его запугали перед тем, как отправить сюда. Логично, что он будет дрожать, словно маленький кролик. Или как испуганный котенок. Да, точно, наверняка этот юноша больше похож на котёнка. Лю Минъян пообещала себе, что будет за парнем присматривать. Не каждый день можно встретить человека, который одним своим появлением смог приручить Императора Трех Миров. Пир прошёл хорошо. Все веселились, пили, смотрели на танцы и слушали музыку. Во дворце никогда не было таких шикарных приёмов в честь свадьбы - это подметил даже главный министр, которому досталось место недалеко от молодых. Он восславил новый союз и опрокинул в себя вино. Его примеру последовали и остальные. Бинхэ поднялся с места. Обычно на его свадьбах невесты и женихи сидели смирно, выполняя роль украшения. Они могли есть, пить, но почести доставались лишь Императору. Что ж, не в этот раз. Шэнь Юань ошарашенно вскинул голову, когда Ло Бинхэ потянул его под локоть, призывая встать для следующего тоста. В зале воцарилась звенящая тишина. Юноша покорно встал подле Императора, нутром чувствуя яростные взгляды остальных супруг и супругов Ло Бинхэ. - Ваше Величество... - пискнул было Юань, но ему уже нежно вложили в ладони пиалу с вином. - Уважь этого мужа, супруг мой, - мурлыкнул Бинхэ и потянулся было приподнять вуаль, но замер, стоило ему "оголить" линию губ испуганно замершего юноши. Какого... Император ощутил, как внутри что-то злобно ощерилось. В уголке рта Шэнь Юаня виднелась покраснение и чуть содранная кожа. Как если бы... если бы... Его ударили наотмашь. - Кто..? - хрипло выдохнул Ло Бинхэ, едва слышно. - Кто посмел тебя ранить? Под вуалью Юань отвел взгляд в сторону. - Этот супруг просто был неосторожен... - тихо произнес он. - Только и всего, Ваше Величество... Ложь. Бинхэ знал это. Юань никогда не умел - и не хотел лгать. Значит ли это, что это снова... Госпожа Шэнь? Ох, Ло Бинхэ пообещал себе, что лично разрубит эту льстивую суку на сотни кусков и скормит кишки свиньям. - Когда пойдём в спальню, этот господин обработает губу супруга, ладно? - Бинхэ уже решил, что... хочет оплатить долг перед этим мужчиной, и одарит его всей своей нежностью. При упоминании спальни юноша перед ним сжался. Подведенные алым губы мелко задрожали. - Как скажет мой супруг... Вздохнув, Император взял одной рукой ладонь супруга и сжал её в своей. Другой он поднял над головой пиалу с вином и провозгласил: - Благословен будет этот союз!

***

Больше всего Юань страшился именно этого. Стоя перед дверьми в опочивальню супруга, он мелко дрожал. В его памяти были свежи наставления матери и тихие смешки старших сестер, смешанные одновременно с презрением и завистью. "Служить Императору, ты подумай!" "Ах, цзэцзэ, и не говори, так несправедливо..." "И все из-за его лица!.." Они считали это величайшей честью и удовольствием. Они понятия не имели... "Что бы с тобой не делали, ты должен молчать и улыбаться. Будь покорным! От этого зависит судьба клана Шэнь!" От каждого слова госпожи Юаня тогда брала дрожь. Он был сыном третьей наложницы. Не смея противиться порядкам, он лживо звал жену отца "матерью" и был вынужден ей подчиняться. К нему с самого начала относились, как к грязи. Было лишь вопросом времени, когда бы его продали кому-то ради влияния и престижа семьи. ...совсем как того самого Шэнь Цзю... Но кто бы мог подумать, что продадут его в Имперский Дворец! И не кому-то там, а самому Императору, который... Коллекционировал людей, словно вещи. Может, Юань был слишком романтиком, но он не желал быть одним из сотен. Ох, он был дураком, но желал... Стать единственным, таким, что, если бы от любимого отвернулся бы весь мир, то он стоял бы рядом с ним и прикрыл бы его от града злости, даже ценой своей жизни. Но мир, как известно, не сказка. А люди в нем слишком мерзки, чтобы оценить такого рода привязанность. - Не волнуйся, - Юань вздрогнул, когда Император обнял его за талию. - Мы сейчас пойдём в купальни при спальне, где вымоемся после пира. Ты, должно быть, устал? - Д... Да, Ваше Величество... - Юань старался не дрожать. Император был... не совсем таким, каким его описывали. Чертовски красивый, при этом он оказался обходительным и мягким. В нем не было пренебрежения или отвращения к нему, Шэнь Юаню, лишь из-за его лица. Но молодой заклинатель не знал, было ли это лишь спокойной гладью, скрывающей мутный омут. Он не мог утверждать, не было ли это поведение затишьем перед бурей ненависти с его стороны. Ведь, кто знает, может, уже завтра Ло Бинхэ прикажет переломать ноги незадачливому супругу, который "не смог угодить этому господину на ложе". А ведь Юань... И правда не мог. Бога ради, ему было всего семнадцать, он не умел ничего из того, чему годами учили его сестёр!.. - Тебе не нужно бояться, - Ло Бинхэ вел его, все еще укутанного в алые одежды, в сторону купальни. - Этот господин ни за что не сделает тебе больно. Юань подавил нервный смешок. Забавно. Ему все твердили об обратном. - Ты позволишь? - уже в купальне Император вновь коснулся вуали. Нервно сглотнув, Шэнь Юань на миг зажмурился и угукнул. Бинхэ, тихо сглотнув, снял алую ткань и отбросил её прочь, тут же прикипев к лицу юноши. Ох... Просто... Шэнь Юань был так красив в юности. Он оставался чудесным даже спустя пятьдесят лет, да, но сейчас... Он так дивен и невинен, что внутри Императора все заходило ходуном от желания огладить точеные щеки, обвести пальцами нежные губы и... И... Перед глазами вдруг возникло безжизненное лицо, обескровленные губы. Разрубленное тело словно опять лежало в его руках... Запах молний, агония в голове и... И... Увидев, как расширились глаза мужчины напротив и отлила кровь от его лица, Юань смертельно побледнел и отшатнулся, вжимаясь спиной в стену. Его начала бить крупная дрожь. - ...Простите, простите... Я не хотел рождаться с таким лицом, я не... Я вовсе не... - на грани слышимости выдохнул он. Бинхэ вдруг рванул к нему, тут же заключая в объятия. Юань ждал, что тот начнёт его душить, или ещё что похуже, но... Император тяжело дышал и... Шептал какие-то обещания? Что? Шэнь Юань сжался. Разум отказывался работать. - Я знаю, что Вы ненавидите меня... Я не буду Вас винить, никогда не буду... - его трясло. - Я правда... Я... - Юань... Прости. Юноша замолчал, ошарашенно вскинув взгляд на мужа, и застыл. Из глаз Ло Бинхэ катились тонкие дорожки слез. - Прости, прости, что я... Что я так... Я такой идиот, - полудемон нежно гладил спину юноши, едва ли внятно шепча слова извинений. - Чт... Тонкие пальцы коснулись влажных щек Императора. - Ваше Величество... почему Вы?.. - растерянно пробормотал юноша. Ло Бинхэ лишь поджал губы. Как ему объяснить?.. За месяц заточения в Холодном Дворце он не слышал от Юаня почти что ни слова. Те редкие моменты, когда тот что-то говорил, были сметены паническими атаками, спровоцированными болью. В день своей смерти Бинхэ услышал голос Шэнь Юаня четко и ясно впервые за то время. Он никогда даже в мыслях не держал, что юноша считает себя виноватым перед ним. И из-за чего! Из-за лица!.. - Ты не виноват, ни в чем не виноват, - шептал Ло Бинхэ, прижимая ладонь юноши к своей щеке. - Это я, я виноват, весь мир виноват, но не ты. Нет, ты ни в чем не виноват... Постепенно всхлипы и панический шепот затихли. Юань расслабился, словно лишившись разом всех сил... как мидия, которой насильно раскрыли раковину. Император смотрел на юношу в своих руках, с нарастающим ужасом понимая... Был ли Юань в таком же состоянии в прошлой реальности? И, если да... Боги... - Вы... Правда не будете ненавидеть меня за схожесть с... С тем человеком? - с лёгкой надеждой прошептал Шэнь Юань, чуть прикусив губу. - Ты не похож на него, - вдруг огорошил Юаня Император, ласково проведя по его щеке ладонью. - Совсем иные черты. Ни в целом, ни в деталях. Юань - это Юань. - Тогда... Тогда почему?.. - в золотистых глазах появился болезненный вопрос. Ох... А ведь и правда - почему? С какой стати Ло Бинхэ был так уверен, что это светлое создание один в один с его учителем? Да причем так всецело... Словно... Словно ему внушили это. А кто, собственно, сказал в первый раз об их схожести? Ло Бинхэ будто по голове стукнуло. Это же... Это была Нин Инъин, верно? Это она, вскрикнув, заявила, указывая на портрет, что юноша на нем - точь-в-точь учитель! И он... слепо поверил ей... Из-за ее слов он сломал жизнь Шэнь Юаня. Юноша в его руках прерывисто вдохнул, и тягостные мысли отошли на второй план. Ох... Сперва он должен позаботиться о нем. - Не бойся, - тихо произнес Император. - Этот господин не тронет тебя сегодня... и до тех пор, пока ты не будешь готов, - он старался говорить как можно более убедительно. Шэнь Юань моргнул. Моргнул ещё раз. И ещё. После чего его щеки вспыхнули, как цветы на маковом поле. - Господин... Не желает консумации брака? - неверяще шепнул юноша, вцепившись в рукава Ло Бинхэ пальцами. - Этот недостойный чем-то огорчил Вас и испортил настроение? Ох... Бинхэ сглотнул. - Господин желает... Он помнил запах Юаня, его тепло и ласковые касания. Помнил, как желал ощущать их снова и снова, и за месяц привык к ним, пристрастился так, словно никогда не ведал чужих прикосновений - и не желал ведать. Вернувшись по воле неведомых сил обратно, он был бы счастлив сделать на сей раз все правильно и подарить Шэнь Юаню высшее удовольствие, какое только возможно, но... Но. Юань напуган. Растерян. Он только что пережил страх. Как Бинхэ посмеет?.. Бинхэ решил быть честным. Настолько, насколько мог. Хотя бы это он был в состоянии дать своему мужу в полной мере - свою веру. - Этот достопочтенный... Очень хотел бы сделать хорошо моему Юаню, - Император провел ладонью по плечу юноши. - Но... Но я знаю, что тебе ещё страшно. Ты хочешь побыть один. Привыкнуть ко всему. И... Этот хотел бы, чтобы тебе было комфортно. Шэнь Юань сглотнул. Он всматривался в лицо Императора, пристально и внимательно - как делал это в те минуты, когда Бинхэ, мучаясь от боли и отказываясь признать это, артачился и не желал есть. Спустя долгую минуту тонкие брови разошлись. - Спасибо... Спокойное, умиротворенное лицо юноши стало вдруг ещё красивее. Бинхэ вдруг так обрадовался тому, что смог немного утешить Юаня, что на сердце стало так хорошо и светло. Что же, один осколок стекла из своего сердца он вытащил. Осталась ещё, примерно, бесконечность. - Теперь давай искупаемся, - Ло Бинхэ нежно улыбнулся супругу, после чего игриво подмигнул. - Обещаю, что не буду подглядывать. - Вы - мой супруг. Вы имеете все права смотреть, - смутно порозовев, тихо произнес Юань, и Бинхэ прерывисто вдохнул. В памяти шелестом опадающей листвы всплыли негромкие слова. "...Он мой супруг..." - Тогда и ты можешь смотреть на меня, ладно? - Бинхэ окончательно перешёл на неформальную речь, после чего отпустил из своих рук юношу. - Я могу помочь тебе снять эти одежды? Они наверняка очень тяжёлые. Помедлив, Шэнь Юань кивнул. Бинхэ раздевал его медленно, борясь с взыгравшей в венах кровью. Ох... Зачем скрывать? В Холодном Дворце были минуты, когда он размышлял: какова на ощупь кожа Шэнь Юаня, каков ее вкус? Как он стонет в страсти и как розовеют его щеки на пике удовольствия? Как блестят его слезящиеся от наслаждения глаза?.. В те дни он запоздало задумался, сколь прекрасна была бы жемчужина, открывшаяся ему, если бы он доставлял этому сокровищу не боль, а удовольствие. К сожалению (или к счастью, да, скорее счастью), то будущее не случится. Никогда. Хотя бы потому, что Ло Бинхэ не позволит Юаню даже близко подойти к Холодному Дворцу. Он... Он будет с ним рядом, всегда. Узнает его, полюбит и даст шанс полюбить себя, да. Он не отпустит того, кто будет с ним и в жизни, и в смерти. Когда юноша остался в нижних одеждах, Бинхэ небрежно скинул свои вещи, прямо на пол, после чего, не удержавшись, на мгновение прижал к себе молодого заклинателя. Его ключицы опалило ошарашенным вдохом, пока сам Бинхэ зарывался носом в волосы Шэнь Юаня. Да. Верно. Вот он. Этот запах. Глубоко вдохнув, демон отстранился и шагнул в воды купальни. Шэнь Юань, пунцовея, последовал за ним.