Единственный супруг Императора.

Вскоре люди услышали благие вести. Войска Южных рубежей объединились с армией Императора, образуя крепкий союз. Война была прекращена, по велению двух владык, и все вернулись по домам, так и не вкусив крови. Когда Чжоу Лимин узнал об этом, в ярости он едва не разнес свой дворец на Небесах. Как же так... Как же так?! Разве Ло Бинхэ не ненавидел Тяньлан-цзюня, науськанный в свое время Лао Гунчжу? Может ли многолетняя ненависть исчезнуть в один миг, смениться сыновьим почтением? Конечно же, нет! И разве сам Тяньлан-цзюнь не презирал ребенка Су Сиянь? Так написано в Книге Судеб! Так почему?!.. Чжоу Лимин замер, вцепившись в краешек нефритового чайного столика - но так и не перевернув его. Неожиданная догадка пронзила его разум. Неужели... Это снова Шэнь Юань?.. Снова, опять он переписал судьбы этих нелюдей?! - Зачем же ты вмешиваешься, дурное дитя? - шипел себе под нос небожитель, стряхивая с рук осколки дорогого сервиза. Он начинал чувствовать злость. Его золотой лотос влезал, куда не надо, изменял ход событий, разрушая собственное предреченное ему Небесами будущее... Как он мог не злиться?.. Шэнь Юань, Шэнь Юань... Лимин пошатнулся, но не обратил на это внимание. Вспомнив нежное лицо юноши, он невольно смягчился, мыслями соскользнув в прошлое. Как то дитя улыбалось, ласково и нежно. Как ребёнок срывал цветы для родительницы, чтобы порадовать её тайком от старшей жены своего отца. Как... Каким ласковым мальчиком он всегда был. Ох... Чжоу так хотел бы стать его героем в золотом ореоле! Он бы... Он бы положил к его ногам мир и звезды. Но прекрасный цветок в итоге упал в кровавый ров и распустился уже в нем. И белые лепестки стали алыми... Ло Бинхэ... Как Юань мог полюбить его... Отдаться ему, поддерживать его?.. Ох... От одной мысли о том, что его Юань с этим... Этим!.. Столик все же полетел в стену. ...убить. Он так чертовски хотел убить эту дворнягу, по издёвке судьбы занявшую престол!.. А собственно... что его останавливает? Чжоу застыл, закусил ноготь. По его губам скользнула безумная улыбка. Разве не сказано в Книге Судеб именно об этом? Так какая разница, как именно - Ло Бинхэ падёт от его руки. Важен ведь лишь результат. Надо бы только раздобыть оружие... Оскалившись, Лимин большими шагами направился из своего дворца, игнорируя свой внешний вид и то, как младшие чиновники шарахались от него в стороны. Пусть. Скоро все так или иначе встанет на свои места. Когда этот чертов демон наконец сдохнет!.. Погруженный в свои мысли, зацикленный на том, что он планировал, Чжоу Лимин не замечал — не мог заметить — внимательного взгляда в спину.

***

Королевские покои наполняли звуки поцелуев и влажных шлепков одного тела о другое. За пологом из нежно-розового шелка два тела сливались в страсти, изгибаясь в невообразимые фигуры. Юань держался за руку мужа, которой он придерживал его за грудь, пока толстый корень Ян вбивался в него методично и под правильным углом, аккурат надавливая на жемчужину удовольствия внутри. После стольких ночей любви их соитие не доставляло ни капли боли - лишь сводящее с ума наслаждение, и Юань сам все чаще утягивал довольного его инициативой мужа в спальню. Что касается самого Бинхэ... раз попробовав сладости Шэнь Юаня, он не имел более желания смотреть на других. Шэнь Юань стал его опиумом, и Император был бы счастлив не выпускать супруга из кровати целыми днями, присваивая его себе снова и снова... Как сейчас... - Муж, муж... Я... Больше не... Ах!.. - говорить Юаню было трудно, в его голове творился сплошной сумбур из мыслей и чувств. Он мог, ещё как мог продолжать эту прекрасную ночь, но... С утра их ждал целый ворох дел. - Еще один раз, любовь моя, всего один... - жарко рыкнули ему на ухо, и не думая сбавлять темп. Как мог остановиться Бинхэ сейчас? Он слышал зверское желание в голосе любимого, перекликающееся с его собственным! Юань только тихо проскулил, когда супруг излился в него, словно желая навсегда заполнить собой до самых краёв, после чего перевернулся на спину, почти рухнув на перины. Ло Бинхэ взял его длинные стройные ноги и положил их себе на плечи, снова тараня тело любимого собой. Сил кричать, стонать, уже не осталось. Юань мог лишь хватать ртом воздух, полностью отдаваясь этому мужчине. Бесстыдный... Ненасытный... Неугомонный... Эти и многие другие слова мелькали в затуманенном сознании Шэнь Юаня с каждым выбивающим дух толчком. Боги... Будь он способен понести - уже давно был бы беременен... С таким-то энтузиазмом супруга... - Тише, моё сокровище, мой драгоценный, любимый мой, - нежно ворковал с супругом Ло Бинхэ, ускоряясь. Юношу под ним едва ли не протаскивало вперёд под силой страсти мужа, он безмолвно кричал от напора. - Дай мне стать с тобой одним целым, остаться в тебе... - вырывалось с жарким дыханием из груди Ло Бинхэ, балансирующего на грани дьявольского удовольствия и божественного безумия. - Позволь мне насытить тебя, м? Ты хочешь этого? Юань... - Да... - тихо выдохнул Юань со стоном, когда муж вошёл в него до самого основания. - Да, пожалуйста... Пожалуйста, насыть меня, муж, муж мой! - юноша развёл ноги шире, придерживая их для любимого. На его лице было такое постыдное выражение, полное удовольствия... С нечеловеческим, поистине демоническим рыком, Ло Бинхэ содрогнулся, выплескиваясь внутрь юноши. Семя просочилось наружу, пачкая и без того влажные простыни. Ох... Он и впрямь... Насытил Юаня... Оба тяжело дышали, стараясь вернуть ясность уму. Бинхэ упал на бок и сгрёб в свои объятия мужа, ласково целуя его в губы. - Всё хорошо? Ничего не болит? - Император погладил низ спины любимого ладонью. Тот невольно прогнулся навстречу, страстно выдыхая в губы супруга. - Ох... Ты хочешь ещё?.. - А чья это вина? - шлепнул его по груди (совсем слабо) Юань. - Доводишь меня до безумия... - Но мой Юань ведь не против... - Разумеется, нет. Ло Бинхэ улыбнулся и, склонившись, куснул тонкую шею любимого. - Дай себе пару минут подышать спокойно, и я снова сделаю тебе хорошо, - нежно шептал он, потираясь носом о выпирающие костяшки ключиц. В ответ его мочку уха захватили губами, посасывая и вызывая плотоядное урчание. - Моему супругу приятно со мной? - скользнул языком в ушную раковину Императора Юань. - Ты в этом правда сомневаешься или просто хочешь это услышать от меня? - шёпотом спросил у супруга Бинхэ, поглаживая его по спине. Юань довольно улыбнулся. - Очень сомневаюсь, - наигранно проворчал юноша, обнимая мужа за шею. Ло Бинхэ тихо рассмеялся, прижимая к себе юношу и позволяя тому ощутить твердость и искренность его отношения. - Только с Юанем этот ничтожный познал истинное наслаждение. Юноша шумно выдохнул через нос, после чего прижался к губам любимого своими.

***

Чжоу Лимин стоял за порогом Имперского павильона, облаченный в Небесную броню, с мечом наперевес и... Молча смотрел на то, как колышатся шторки, а за ними - сладострастными тенями сливаются двое мужчин. Он слышал голос Юаня. Его стоны. Вздохи. Видел, как хрупкий силуэт прижимается к более крепкому - и жадно обнимает его. Шэнь Юань, его белый лотос... Чжоу Лимин закрыл глаза, чувствуя, как его трясёт. Внутри него что-то рушилось, осыпалось осколками. Он... Пришёл сюда с мыслями вызвать Ло Бинхэ на дуэль. Сразиться насмерть, да так, чтобы не отвертелся. Втоптать его в грязь на глазах у Юаня, да, точно, все именно так, но... Но. Чжоу Лимин ощутил, как его выдержка и сила духа оказались сломлены. То ли ударом реальности, то ли - страстным голосом возлюбленного... Это ему... Ему должны были принадлежать такие жаркие ночи. Он должен был сплетаться телом и душой с Шэнь Юанем. Ему было это предначертано! Ему! А не!.. Не!.. - Может ли этот ничтожный узнать, что тут забыл Небесный чиновник? Голос за спиной был чуть шипящим, но Чжоу даже не вздрогнул. Медленно, будто лениво, обернувшись, божество хмыкнуло. - Пришёл подслушивать, Южный змей?.. Юноша позади него никоим образом не отреагировал на презрение в голосе. Откровенно говоря, в его взгляде, обращенном на небожителя, такового было куда больше. - Пришел на божественную ци, которой тут быть не должно, - Чжучжи Лан чуть прищурился. - Хочешь напасть? - протянул Лимин, усмехаясь. - Не сможешь, сам понимаешь это. Ты слишком слаб, даром, что Генерал бывшего владыки, - каждое слово мужчины сочилось ядом. Раз уж он пришел сюда сражаться, но какая разница, чья голова первой полетит с плеч?.. - Братец сам решил и сам выбрал, с кем ему быть, - проигнорировав подначку, ровно произнес Чжучжи. - Вам стоит прекратить вмешиваться в его жизнь, господин Чжоу Лимин. Змей кинул взгляд в сторону ложа, где уже затихли сладкие стоны. - Приходите под покровом ночи, таитесь в тенях и вслушиваетесь в каждый вдох... Даже для божества... это уже слишком. Что-то всколыхнулось было в душе небожителя — но тут же бессильно опало. Чертов змей был... отчасти прав. Отчасти. - Тебе почём знать, что я чувствую? - тихо, почти без эмоций, выдохнул Лимин, уронив меч. Тот, не долетев до земли, рассыпался искрами, так и не издав лязга. - Куда тебе понять, каково это - когда твоего предначертанного человека кто-то забирает? Змей издал тихий звук, в котором отчетливо проскользнуло недоверие. - С чего вы взяли, что братец Юань вам предначертан? - приподнял одну бровь Чжучжи. - Книга Судеб, - поделился Чжоу: у него не осталось ни сил, ни желания что-то утаивать. - В ней говорилось, что он будет моим светом. И я стану его. На пару ударов сердца воцарилась тишина, прерываемая лишь сонным дыханием за шторами. Чжучжи Лан рассматривал небожителя перед собой безразлично. - Судьбы меняются, - все так же тихо наконец ответил на его слова змеедемон. - Так же, как и книги - переписываются... Давно ли господин Чжоу заглядывал в Книгу Судеб? - Не давнее, как этим днем, Генерал, - божество взглянул на кровать, за пологом где сладко спал его прекрасный белоснежный цветок. А вот вторая фигура уже двигалась к ним, на ходу завязывая пояс халата. ...что ж, глупо считать, что Ло Бинхэ ничего не слышал. Окутанный запахом страсти, Император нёс в руке свой верный Синьмо, яро глядя на двоих нарушителей. - Кузен не спит так поздно, - поприветствовал его Ло Бинхэ, но взгляда с Чжоу Лимина не сводил. - Этот господин тебя потревожил? - Скорее, он хотел потревожить Вас, - Чжучжи чуть поклонился Императору, не высказывая смущения ни его обликом, ни тем, чему невольно стал свидетелем: демоническое племя змей в принципе отличалось удивительно удобной выборочной слепотой. - Этому ничтожному стоит остаться? - Не нужно, - Ло Бинхэ очень нехорошо улыбнулся, рассматривая неприязненно поглядывающего на него Чжоу. - Иди спать. Юань не проснётся раньше полудня. Так что не тревожь его до этого. Снова поклонившись, змеедемон скользнул в темный коридор, растворяясь среди теней и оставляя демона и небожителя наедине. Тихий шелест, раздавшийся и так же быстро умолкнувший спустя миг после его ухода, дал понять обоим, что Генерал прибыл сюда ранее не вполне в одиночестве. Спустя примерно фэнь молчания, Бинхэ усмехнулся. - Ты никак не уймешься. - А ты никак не насытишься, - брезгливо окинул демона взглядом Чжоу. - Животное. - Моему Юаню нравится, - нагло усмехнулся полукровка, заставив божество зарычать. Забавно... В прошлой жизни этот мужчина сам рвался к нему в постель и срывал под ним голос, подобно дешевой шлюхе из борделя, а сейчас ведет себя, как цаца. Стоит ли ему поддразнить его? После ночи наслаждения с супругом Бинхэ был в хорошем настроении. - Да и ты в прошлой моей жизни не шибко жаловался. - Что несёт твой грязный рот, демон? - Чжоу Лимин сплюнул, криво улыбаясь. - Даже если бы мне пришлось под тебя лечь, то стонал бы этот Чжоу лишь для того, чтобы достичь своей цели. - О, не сомневаюсь,- усмехнулся Бинхэ, ядовитая улыбка переросла в оскал. - И ты стонал, поверь этому Ло. Но, вспоминая об этом, этот достопочтенный ощущает лишь тошноту. Чжоу Лимин взмахнул рукой, и из воздуха, искрясь, возник длинный золотой клинок. - И к чему ты об этом вообще заговорил? - холодно усмехнулся Чжоу, склонив голову набок. - Лучше иди, расскажи это А-Юаню. Думаю, он будет счастлив знать, что ты кого-то трахал? - Я и так знаю, - донесся из-за занавеса недовольный, усталый голос Шэнь Юаня, чуть хрипловатый. Взгляд Бинхэ мигом стал теплее летнего вечера. - Ты не спал? - он чуть обернулся к пологу, отделяющему ложе от основной комнаты. - Как тут заснуть, зная, что кое-кто подсматривал? - хмыкнул юноша, усаживаясь на кровати. Он не спешил выходить. - Надеюсь, зрелище нашему... гостю пришлось по душе? Чжоу Лимин прикипел глазами к едва различимой за пологом фигурке на ложе. Тонкий стан даже с его места казался хрупким и нежным, от одного взгляда на него во рту невольно собиралась слюна. Разумеется, такое не скрылось от внимания Императора. Ло Бинхэ сделал скользящий шаг в сторону Юаня, загораживая его силуэт. Лимин вцепился в рукоять клинка до боли в пальцах. - Я знаю, о чем ты думаешь, глядя на моего супруга, - тихо процедил сквозь зубы демон. - Выкинь из головы все гнилые мысли, божок. - Не твоё дело, что в моей голове, грязное отродье, - Чжоу выставил меч перед собой. - Сегодня я пришёл, чтобы убить тебя, Ло Бинхэ. И положить конец своим мукам! - А не слишком ли ты нагл, - снова послышался голос Шэнь Юаня из-за занавеса, - чтобы требовать жизнь моего мужа? Ло Бинхэ улыбнулся, взглянув себе за плечо. - Любовь моя, ложись спать, - его голос был ласковее прикосновения пуха к коже. - Я приду к тебе, как только покончу с этим несносным человеком. - Этот Шэнь хочет видеть это. Шэнь Юань вышел из-за полога, одетый лишь в нижнее платье своего мужа, широкое, не по размеру, открывающее вид на белую кожу груди и острые ключицы. Бинхэ довольно заурчал, глядя на Юаня, покрытого его запахом и собственническими метками. В глазах демона было обожание, пока он наблюдал, как Консорт неспешно ступает к ним. Чжоу Лимин на миг забыл, как нужно дышать. Простоволосый, слегка сонный, Шэнь Юань был оплотом всего прекрасного в этом мире. Юноша подошел к супругу и прижался к нему боком. Бинхэ довольно сощурился. Для Чжоу Лимина эта картина была невыносима. - Этот Шэнь уже говорил, - юноша глянул на небожителя. - Мне неприятно твое внимание. Мне неприятны твои чувства. И я в бешенстве от твоих попыток навредить моему мужу, - каждое слово было пропитано застарелым отвращением, резало по живому. Даже Бинхэ невольно ощутил легкую дрожь вдоль хребта. Будь эти слова Юаня направлены на него... он не знал, как смог бы вынести подобное. Но, по счастью, вся неприязнь его прекрасного супруга имела целью другого человека. Небожитель молчал, крепко сжимая меч в руках. Его глаза слегка остекленели, и только сейчас, присмотревшись, Ло Бинхэ отметил, как паршиво стал выглядеть тот, кто некогда щеголял, лучась практически неземной красотой: белоснежные волосы сально поблескивали, под глазами залегли тени, когда-то нежные губы потрескались. Лишь блеск Небесных доспехов позволял отвлечь внимание от этих маленьких, но немаловажных деталей. Чжоу Лимин был на грани. - Даже если каким-то чудом ты сможешь его убить, - хрипло выдохнул Юань, прижимаясь лбом к плечу любимого. - Я умру за ним следом. Кровь мгновенно отлила от лица Чжоу Лимина. Он вскинул на юношу полные безумия и боли глаза. - Почему... Почему?! Если уж ты помнишь прошлую жизнь!.. - Потому, что он мой супруг, - громко заявил Шэнь Юань, обнимая мужа за руку. - И потому, что я люблю его. Бинхэ неотрывно смотрел на своего молодого мужа. Такие простые слова, но столько искренности, сколько он не слышал веками... Воистину, все, что он испытал за свою долгую жизнь стоило того, чтобы он встретил своего молодого мужа! В мужчине зрело невообразимое желание выкинуть Чжоу Лимина из комнаты, подхватить Юаня на руки и вновь уложить на ложе, снова клеймя собой. Но он сдерживал звериную натуру. Синьмо сыто полыхал темной ци в его руке, покорный и немыслимо лояльный, пожалуй, впервые за все эти столетия, впервые с момента, как Ло Бинхэ его отыскал. Мечу... нравился Юань. Ло Бинхэ мог в этом поклясться. Юноша мог даже касаться эфеса, пусть иногда случайно, но клинок не реагировал никак иначе, кроме как ласковым урчанием. Порою Бинхэ даже ощущал отголоски желания оружия оказаться в руках Консорта. Меч... разделял чувства своего хозяина к его обожаемому супругу. - Идём на тренировочную арену, - сказав это, Юань потянул мужа за собой. - Там и разберётесь. - Как скажет мой супруг, - ласково улыбнулся ему Бинхэ, позволяя вести себя изящной руке. Со стороны он казался диким зверем, которого тянут на шелковой ленте, а тот и рад следовать за хозяином... Чжоу Лимин содрогнулся от таких ассоциаций, неохотно шагая следом, заставляя себя делать каждый шаг. Лучше бы этот грязный полукровка и дальше... оставался чудовищем.

***

Тут было пусто. Удручающе пусто. Что ж... По крайней мере, никто не видел его позора. Никто не видел, как сотни ударов божественным клинком даже не зацепили демона, все время, постоянно попадая мимо. Ни один человек не был свидетелем того, как Император снисходительно улыбался, изящными взмахами источающего тьму Синьмо нанося рану за раной растерянному, уже ничего не понимающему Небожителю. Брызги крови украшали брусчатку арены, будто мазки эксцентричного художника — но еще больше крови было на Чжоу Лимине, пропитало его одежды, запятнало некогда сверкающие доспехи и покрыло светлые волосы. Лимин слепо смотрел в одну точку перед собой. Почему все так обернулось? Разве не должен быть демон слабее божества? Как может мир допустить подобный исход?.. Чжоу Лимин стоял на коленях и даже не пытался вытереть кровь, струящуюся изо рта. Над ним... Возвышался Ло Бинхэ. Синьмо в его руках блистал, подобно звезде. Демонический клинок жадно рычал, поглощая истекающую из тела небожителя энергию, и это был совершенно иной сорт голода, который источало проклятое оружие — Синьмо пожирал отчаяние бога, его боль и слабость. Для любого артефакта, изготовленного руками и душой демонического отродья, подобное было высшим наслаждением. Небесный чиновник знал — мгновения его жизни сочтены. И дело было вовсе не в проигрыше Императору и не ужасающих ранениях, нанесенных тёмным клинком. Ло Бинхэ лишь ранил его тело. Синьмо пожирал его силы. Но его душу — его душу расколол и уничтожил-... Лимин перевел взгляд на Юаня. Юноша сидел на софе неподалеку от арены, глядя на них. Ветер касался его распущенных волос, заставляя те шевелиться, будто они были живыми. Вокруг Консорта словно виднелся легкий ореол, придающий ему эфемерности. Словно он и вовсе не присутствует тут. В золотистых глазах супруга Императора царило поражающее воображение безразличие. ...больно. ...как же больно видеть, что все так обернулось. - Ты отнял... У меня судьбу... - криво улыбаясь, шепнул Лимин, и ярость в его глазах вспыхнула, подобно адскому пламени. Последнее усилие перед несомненной гибелью, последний, самый сильный толчок. Он перевёл взгляд на Ло Бинхэ и прохрипел сквозь вырывающуюся из глотки кровь. - Не быть тебе долго на троне! Не быть тебе долго счастливым! Заклинаю и проклинаю тебя, Ло Бинхэ - ты сдохнешь в одиночестве и несчастье!.. В следующий миг свет в душе небожителя померк: он рассыпался тысячей светлячков по воздуху, что истончались буквально на глазах, обращаясь в ничто. Ло Бинхэ равнодушно наблюдал за тем, как остатки некогда сильного божества, что сломило и разрушило самого себя, исчезают во мраке ночи. Его лицо ничего не выражало - но в голове все ещё гудели страшные слова проклятия. ...он не мог — пусть всего лишь на краткий миг, но — не увидеть в погибшем Небожителе самого себя из прошлой жизни. Утратившего всё, потерявшего любое желание бороться, способного испытывать лишь ненависть и злость — на Небеса, на людей, на тех, кто явился отнять его жизнь. Если бы не Юань, тогда поддерживающий его, Бинхэ не знал, сохранил бы хоть крупицу рассудка, попав вновь в собственное прошлое, получив шанс все исправить. Ему было тошно сравнивать себя с Чжоу Лимином, но Император ничего не мог поделать. Бинхэ поджал губы, стискивая рукоять клинка крепче. "В одиночестве..." Он учился столетиями не реагировать на чужие проклятья и посулы невзгод. Но эти слова... эти слова зацепили, впились отравленной занозой в сердце. Эти слова вытащили из глубин души страх, казалось бы, уже надежно запертый там, плотно закованный в цепи. И этот страх сейчас распушил свои иссиня-черные перья. Проклятья простых людей и даже заклинателей — это одно. Но проклятья богов... - Это пустые слова. Его мягко обняли со спины, и тонкие руки осторожно погладили его по груди позволяя напряжению уйти из тела. - Даже если весь мир от тебя отвернется, я буду с тобой, - шепнул ласково любимый голос. - Ты не останешься один. Никогда. Замершее было сердце вновь начало биться. Бинхэ накрыл ладонью пальцы супруга, улыбаясь уголками губ. - Я никому тебя не отдам... - шепнул он. - Никому. Это обещание звучало почти что как угроза, но в ответ послышался лишь мягкий, полный нежности смешок. Бинхэ ощутил, как объятия его возлюбленного стали крепче. - Как и я никому не отдам тебя... - Юань ткнулся носом в спину мужа, закрывая глаза. - Никому. Я буду единственным супругом Императора Ло Бинхэ.