Формулируйте чётче

Итэр сидел на полу, привалившись к стене, и тупо смотрел, как уже минут десять старик бережно вынимает из мешков проклятую макулатуру и бережно рассматривает каждый проклятый экземпляр. - Уважаемый, Вы же не думаете, что мы тоже Вас обворовали? - Чтобы вывести Альбериха из себя, нужно быть специалистом, каковым и оказался дотошный букинист. - Отдайте уже этому добросердечному юноше его "Дневники кого-то-там-не-помню"! Оказывается, старичок настолько радовался возвращению пропажи, что попросту забыл о нас, целиком отдавшись пересчёту сокровищ. Он посмотрел на сорвавшегося капитана то ли удивлённо, то ли испуганно и, наконец, засуетился, уковыляв в соседнюю комнату. Вручив белокурому парню обещанную потрёпанную тетрадь в кожаной переплёте, он довольно сухо поблагодарил и уже собрался нас выставить когда Кэйа, неожиданно для меня предложил сделку. - Сегодня вы со снежнайцем договорились о продаже уникальной книги. Сошлись в цене в восемьсот тысяч моры. Я хочу её купить сейчас. За наличные. - Что, повздорили и решили увести у него из-под носа единственный существующий экземпляр? - Дед сощурился и гаденько захихикал. - Что ж, я торговец. Для меня так даже лучше. Вдруг он вообще передумает и не вернётся, а тут верная наличная мора. По рукам. - Но Альберих и не подумал протягивать свою руку в знак заключения договора. - Он был серьёзно ранен, отбивая Ваш товар, и не известно, когда сможет сюда попасть. А Вы, как я и предположил, слово не держите! Несите книгу, - он обернулся, - Итэр, ты запомнил, как она выглядит? - Тот утвердительно кивнул. - Я хорошо помню иллюстрацию к стихотворению и обложку, - внесла свой вклад и я. - Пересчитывайте, дотошный вы наш. - Кэйа небрежно кинул звякнувший мешочек на стол, приняв из рук торговца старинную книгу. Мы с Итэром подошли и удостоверились, что это именно та, что нам демонстрировали днём. Хоть всё и прошло гладко, на душе было не спокойно. По-моему, я никогда раньше не видела Кэйю в таком раздражении. И ещё я думала, что книгу передаст Итэр, потому как нам нежелательно было сейчас появляться в Гавани, но она отправилась в мой рюкзак. - Я завтра вечерком загляну в "Долю ангелов", расскажете что там. - Итэр пожал руку капитану, мне. И зевнув слово "спать", ушёл в чайник. Приготовившись к тошнотворному скачку, я прижалась к обнявшему меня сильнее, чем обычно, Кэйе и ... ничего не произошло. Я выждала с полминуты, вслушиваясь в глухие удары сердца капитана. - Кого ждём? - Я не могу. - Точка "сломалась"? - По-моему, я "сломался". Мне страшно. Я сделала шаг назад и, потрясённая, всматривалась в его растерянное лицо. - Я слушаю. - Я сегодня держал тебя в руках, а ты была как.. туман.. облако. Я считал каждую секунду. Ждал, когда услышу стук сердца. Я понял, что ты пережила там, в Соборе, пока меня "собирали". Если бы ты исчезла, я бы его убил. Не образно, а вполне натурально, я бы его убил! Позже я его держал на руках... и он умер. Нет! Нет! Стоп! Дели! - Он схватил меня за плечи и встряхнул. - Прости! Он живой. - А теперь по порядку, и в следующий раз так не делай! - Меня била крупная дрожь. - Давай присядем, а то мои несуществующие ноги подкашиваются. - Ему порвали бедренную вену, если тебе это о чём-то говорит. Он даже внимания не обратил на эту рану, а там счёт на минуты. В общем, когда Сяо его забирал, он умер в первый раз. Когда мы добрались до Гавани, гхмм... как бы сказать-то... Мёртвая девочка при нас воскресила его уже во-второй раз. - Завтра утром мы идём в Ли Юэ! - Вот поэтому я выкупил книгу и положил её в твой рюкзак. Итэр хотел сам его проведать, но я сказал, что как только я тебе расскажу, ты и слушать никого не станешь. И, естественно, я с тобой пойду. А он тогда вечером в таверну зайдёт узнать, как дела обстоят. - Мы сидели на траве, вытянув ноги, и почти соприкасались отставленными для упора руками. Он потихоньку пихнул меня плечом. - Дели, Тарталья теперь в курсе, что я снежнайский немного знаю. - Жаль такой козырь. Значит была причина. - Да. Пока он умирал, я на снежнайском с ним заигрывал. Ну, скорее смешил, конечно. Но это помогало. - Кэйа, зачем тебе всё это? - Я повернулась и ждала ответа. - Хлопоты, деньги свои потратил. В конце концов, мог бы и меня не переправлять завтра в Гавань, и это было бы правильно, просто дождались бы Итэра и всё. И начерта, позволь узнать, ты такую сумму с собой таскаешь? - Пришлось домой сгонять, у Дилюка занял, - рассмеялся, оценив мои округлившиеся глаза. - Он давай расспрашивать что да как, я сказал, что всё позже расскажу, потому что ты меня ждёшь в засаде в горах. Представляешь? Я думал, что он мне голову прям в таверне при свидетелях оторвёт, но решил, видимо, отсрочить до момента, как мы домой вернёмся. Так что ты меня сегодня защищай. - Он повторно пихнул меня плечом и тут же получил ответный толчок. Мы улыбались, хотя поводов, казалось, не было. Наверное, мы просто улыбались друг другу. Тому, что сидим тут вдвоём и разговариваем. Тому, что всё закончилось хорошо. - Эй, ты не ответил! - Ну да, точно. Если перефразировать, ты спросила, что я думаю о Тарталье. Так. - Собираясь с ответом, Кэйа сменил позу и, сев по-турецки, разминал затёкшие руки. - Он полезен сейчас и в дальнейшем может пригодиться. От приятеля Предвестника глупо отказываться, коль уж он сам к нам пришёл. И ещё.. что-то в нём есть. Если брать этот аспект, да, он мне нравится. Но! С ним всегда нужно держать ухо в остро. С умыслом или без умысла, он опасен. Это факт, и ты должна всегда об этом помнить! - Хорошо, дорогой, - я склонила голову и заговорщицки прищурила один глаз. - Я не хочу пока домой, давай ещё посидим? - Хорошо. Я хотеть спросить. - ХотеЛ... Спрашивай. - Дели, ты жалеть о что-нибудь? - Нет! - Я и сама периодически задавала себе этот вопрос, прислушиваясь к воспоминаниям. Они были разными, но не про одно я категорично не подумала: Нет, надо было по-другому. - Я практически счастлива. Насколько бы я не была сейчас "не живой", только здесь, с вами, я ощущаю полноту жизни. Меня печалят только две вещи, но их я изменить не могу, так что вынуждена смириться и поменьше думать об этом. Кажется, ты недавно и сам говорил нечто подобное. Я же вижу, с каким удовольствием ты возишься с Кли, как тебя обожают городские мальчишки. - Да, это не случится. Но к счастью, я уже имею не мало, - он повторил слова, сказанные вчера. - Было бы славно в будущем завести детей, но я понимаю, что это не возможно. Я надеюсь только, что ты не отдалишься от меня уж очень сильно. - Это с чего это? - Придёт время, и Рагнвиндр даст тебе свою фамилию. Ты будешь всё больше времени проводить на винокурне, где мне не место. А я буду напиваться в таверне и докучать вам глупыми шутками. Отчего-то моя судьба только на время соединяется с чьей-то другой, а потом очередная потеря. - Загадывать что-то - неблагодарное дело, но мне не хочется даже гипотетически думать о том, что когда-нибудь смогу тебя разлюбить, - я машинально прижала руку к защемившему сердцу, как-будто хотела удержать жившее в нём драгоценное чувство. - Мне с ней хорошо. - Мне с моей тоже хорошо. - Он сел на прежнее место почти вплотную, и мы, задрав головы, наслаждались цикадами и чёрным безоблачным куполом над нами. - Красивое, но чужое. Ни одного знакомого созвездия не вижу. Не то, чтобы я их прям много знала, но пару-тройку могла найти. - А я знаю своё, - Кэйа взял меня за руку и навёл мой палец-указку на нужную область на небе. - Вот. Раз, два.. - он чертил пальцем линии от одной звёздочки к другой - ...шесть. "Глаз на павлиньем пере". Чёрт его знает, что за павлин такой. Что? Чего смеёшься? Хуже вороны, что ли? - Наоборот! Очень красивая птица, яркая, вот с таким невообразимым хвостом, - я развела руки, изображая веер. - Удивительно, как точно оно тебе подходит. Но я не думала, что мальчики интересуются такими вещами. - Узнал я о павлине, можно сказать, против своей воли. От Моны ещё никто просто так не уходил. А удивительнее всего в этом то, что я родился, скорее всего, не под этими звёздами. Тридцатое ноября - день, когда меня оставили у винокурни. Его отец и предложил считать Днём моего рождения, - он улыбнулся какой-то мысли. - Тебе сейчас понравится. Знаешь, у Люка как созвездие называется? "Мудрая сова". Хотя скорее Хмурая. - Тем ценнее моменты, когда он улыбается. Негодники мы с тобой, Альберих. Сидим, ржём за спиной у человека, а он там ждёт нас на ужин, - я встала, отряхнула штаны, закинула рюкзак на плечо и протянула руку. - Ты готов меня переправить? Обещаю не пропадать. * * Оказалось, что из таверны Дилюк ушёл ещё часов в десять, а сейчас была почти полночь. Голодный Кэйа купил пару бутербродов с мясом и мы поспешили домой, в надежде, что Рагнвиндр там, а не в поместье. - Смотри, свет в окне горит, значит, не сильно разобиделся. Ой! - В темноте я чуть не полетела через неразличимого серого кота, который невозмутимо сидел посреди дороги. - Это же Дионин Толстячок! Опять сбежал. Подожди две минутки, я быстро, - подхватив упитанного флегматика на руки, я вручила беглеца хозяйке, которая безуспешно звала его, стоя на крыльце своего заведения. - Теперь осталось и нам домой вернуться. Уже сил нет, как я хочу меч отстегнуть. Комнату мягко освещал огонь больших канделябров на несколько свечей, в свете которых Дилюк, полулёжа на диванчике, читал книгу. Остановившись в дверях, я с теплотой в душе окинула взором наш небольшой, но ставший родным дом. Кэйа стоял рядом и, обняв за талию, привлёк к себе. - Хорошо, правда? - Да.. - я поцеловала и, сняв надоевший ремень с мечом, на четвереньках по-кошачьи опустилась на кушетку, прильнув к губам Рагнвиндра. - Не злись. Сегодня у нас тоже всё пошло не по плану. Зато знаешь, что у меня есть? Кэйа, будь добр, я в книгу пластину положила. Можешь подать? - Он покопался в моём рюкзаке и подал фотографию, которую Дилюк рассматривал с нескрываемым интересом. - В моём мире они являются обычным делом, люди их по сотне в день делают. И вдруг у вас! Я дар речи потеряла, когда Итэр сказал, что фотографировать будет. Обещал купить нам аппарат. Нравится? - Насколько она долговечная? (Прозвучал вопрос, которым я тоже задалась в первую очередь). А Фатуи тоже на вечную память? - Он посмотрел на наши сникшие лица. - Итак, вы поведаете мне сию грустную историю? - Я сначала в порядок себя приведу, а то в таком виде даже сесть никуда не могу. - Облик Кэйи мало чем уступал вчерашнему потрёпанному виду Дилюка. Направляясь в ванную, он с радостным присвистом затормозился у стола, на котором заметил несколько полных тарелок. - Господин всё же решил любезно угостить нас ужином, на который мы так бессовестно опоздали? Так мило видеть проявление Вашей заботы о нас. - Ещё слово, и он окажется у тебя на голове. - Это было сказано слишком резко, но дело в том, что Дилюк не Кэйа, и маскировка неловкого смущения у него выходила не важно. В такие моменты нужно было уводить тему в сторону, и зарождающийся пожар гас. - Спасибо за ужин, дорогой, - я так и продолжала стоять на четвереньках над телом Люка, так что далеко ходить не пришлось, чтобы снова прикоснуться к губам, с готовностью ответившим на поцелуй. - Ты согреешь его, пока я начну рассказывать? А потом Кэйа присоединится и дополнит. Я же почти ничего и не видела сегодня. Он правда меня спрятал и на войнушку не взял. - Люк убрал руки и, поднявшись вслед за мной, сел за стол, поочерёдно грея тарелки, в которых всё сильнее начало пахнуть густое аппетитное рагу. - Вот, на неё Кэйа взял у тебя деньги, и её мы завтра понесём Тарталье, - я продемонстрировала книгу. - Начало мне уже не нравится. Нечего вам там делать, - "хмурая сова" наложила свою категоричную резолюцию. - Давай я по порядку расскажу, а потом решим, что и как лучше сделать! - Как мы и договорились раньше, я "вырезала" из повествования ту часть, где Предвестник меня по случайности чуть не отправил в мир иной. А отмытый до блеска Альберих поведал в ярких подробностях то, о чём и я почти не знала. - Ты знаешь такого Бай Чжу? У него ещё змея белая, - Кэйа прервал свой рассказ. - Он сказал, что не думал меня когда-нибудь встретить... Меня, каэнрийца. - Торговец, обладает большим авторитетом как лекарь, управляет этой своей зомби, и змея его, кстати, неплохо разговаривает. Весьма тёмная личность, - Дилюк поставил тарелку и вдохнул ароматный пар. - А про тебя люди разное придумывают, вплоть до того, что тебе пятьсот лет. Желая вечной жизни, он и зомби приютил, и про тебя узнавал, наверняка, по этой причине, - он поднял глаза на наши разинутые рты. - Альберих, я много где побывал и знаю не меньше твоего. Ты просто редко спрашиваешь, считая себя единственным знатоком всех тайн Тэйвата. - Тебе пятьсот лет?! - Сердце пустилось в аритмичный пляс. Ледяное отчаяние, от того, что это всё не правда, кувалдой выбивало появившуюся призрачную надежду, заставляя сердце проваливаться и снова бешено стучать в висках. - Я не могу тебе этого сказать... Иди ко мне, - он потянул за руку и прижал, нежно обнимая и гладя по голове. - Не могу, потому что не знаю. Но вряд ли это правда, потому что я нормально взрослею с тех пор, как себя помню... помню здесь, в Мондштадте. - ... - Дилюк, мы закрыли эту тему, и не я её сейчас поднял! Так что твой упёртый скепсис ни к чему. Я просто не хочу давать девочке напрасную надежду. - В руках чувствовалось напряжение. Казалось, что он сейчас этими объятиями успокаивал больше себя, а не меня. - Люк не верит, но я действительно не помню ничего до того вечера. Начало моей жизни: сумрак, дождь и тёмный силуэт рядом. Вот он - мой День рождения, тридцатое ноября. - Люк, ты же понимаешь, что я теперь не смогу не думать об этом. - Иногда чёрствость Дилюка сводила с ума. Я ведь очень старалась принять факт неизбежной потери своих мужчин. Я жила с этой борьбой каждый день, по капле выдавливая из разума горькие мысли. Меня потянули назад, и Кэйа отпустил. - Я не подумал, - прислонившись щекой к волосам, Люк робко тронул своими пальцами мои. - Я же знаю, чего ты хочешь на самом деле. И то, что я нечаянно сказал, было жестоко. - После бешеного всплеска эмоций накатила апатия, и я чувствовала себя пустой. Мне казалось, что у меня тоже ничего не получится, как и у Кэйи. Что все попытки обречены. - Вы сами это сделали! И теперь же сами по очереди ставите под сомнение существование нашей семьи. Вы убедили меня в моей неправоте, когда я ушла. Но выходит, что я тогда поступила дальновидней! - Я с надеждой всматривалась в алые и синие глаза, ждала ответ. Кэйа первым опустил голову. - Надеюсь, мы больше никогда не вернёмся к этому разговору. Прошу вас. Обоих. Какое-то время мы молча ели, пока Дилюк, прочистив горло, не напомнил Кэйе о не законченном рассказе. - Книга - предлог для встречи? - На утвердительный кивок Рагнвиндр ненадолго задумался. - Как думаешь, что ему от нас нужно? Или, возможно, только от тебя? Альберих презрительно хмыкнул и закашлялся. - Да кто его знает, вот это и интересно. Он же, по сути, лжец, азартный игрок, а такие не могут жить спокойно. - Хорошо, идите. Он полезен, но не понятен. А убить я его всегда успею. На эти слова Кэйа задумчиво качнул головой из стороны в сторону. - Послушай, Тарталья очень сильный боец. Ты не представляешь, что он вытворяет с водой. И он действительно очень быстрый! - Альберих, ты его изучаешь, чтобы вам проще было его убить? - Я сама поразилась тому, как буднично прозвучал этот вопрос из моих уст. - А ты думаешь, он по доброте душевной пошёл с нами на похитителей? Он занимается ровно тем же. А убить... Дели, тут всё зависит только от его намерений! - Кэйа откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел мне в глаза. - Тебя разве не шокирует такого рода разговор о твоём приятеле? - Ребята, но я же не идиотка, в конце концов! Я не верю в абсолютное зло и абсолютное добро, я верю в обстоятельства и причинно-следственные связи. К тому же у меня на вас, а не на него, долгосрочные планы! * * На рассвете, когда луч солнца ещё даже не успел привычно доползти до кровати, как нас разбудил настойчивый стук в дверь. Нас - меня и Дилюка. Я всегда удивлялась дару капитана подскакивать в мгновение ока, если он был на службе, но неспособность реагировать на "пушечные выстрелы" над ухом, если он спал дома. Вот у кого действительно был внутренний контроль. Потолкав немного с разных сторон, мы начали решать, кому идти. Сошлись на кандидатуре Дилюка, который и так был не рад пробуждению, а вернулся ещё более хмурым. - Капитан, подъём! Твои рыцари в карцере! - Я не сдержалась, когда Кэйа сел, явно просыпаясь только в процессе. (Нужно запомнить чудо-фразу, может пригодиться). - Одевайся, тебя гонец под дверью ждёт. - Рагнвиндр же, наоборот, скинул одежду и упал обратно на подушку. Проводив Альбериха, я стояла у стола в раздумьях - почитать или порисовать, когда спиной ощутила взгляд. Не оборачиваясь, провела пальцами по изгибу от бедра до груди, слегка запрокинула голову и про себя улыбнулась. - Если только господин пожелает... - Вчера я желал быть с вами, когда разбирал бардак на постели, который вы устроили. - Пока он говорил, я, не торопясь, приближалась и, остановившись в изножье, скользила взглядом по лежавшему на животе парню. - Ты смотришь. - Конечно. - На задницу? - Если Вам угодно, я покажу, куда я смотрела. Стоя на коленях над расслабленным телом, я, чуть касаясь, прошлась по отчётливо угадывающимся мышцам плеч и спины, сведя пальцы к позвоночнику у поясницы. Опускаясь ниже, раскрыла ладони, охватив ягодицы, и большими пальцами провела по рефлекторно сжавшемуся розовому колечку. Он чуть приподнял таз, когда я, не останавливаясь, продолжила вести дальше вдоль шва, что переходил на яички. - Вам неудобно? - Он с облегчением перевернулся, дав возможность члену без помех наливаться кровью, и хотел уже усадить меня на него, но получил вежливый, сопровождаемый медовой улыбкой, отказ. - Я буду сверху. Но не так, как ты думаешь, - потянув его с подушки вниз, я развернулась и перекинула ногу, приняв так мной любимую позу "шестьдесят девять". Такие откровенные взаимные ласки возбуждали не только физической стимуляцией, а в первую очередь на всю работавшей фантазией. Если он нежно ласкал вход, я мягко посасывала головку, если он проникал языком или пальцами, я в том же темпе принимала член в рот, давая ему представить себя внутри. Эту сладкую игру можно было продолжать долго, давая волне немного отступить и снова лизать, щекотать и заглатывать, наслаждаясь откликом тел друг друга. Выпустив сочащийся член изо рта, я подушечной пальца провела по выступившей капле, уводя её вниз по краю головки и задевая уздечку. -..мм.. - бёдра приподнялись в инстинктивном желании вставить член. Он буквально зарычал, когда я вжала его таз в кровать, запрещая самому контролировать движения. И, опустившись параллельно животу для максимального удобства, дала ему то, чего он так хотел - приближенный по ощущениям к обычному проникновению, глубокий минет. Это настолько возбуждало, что я очнулась, только когда руки судорожно потянули меня назад и головка, выйдя из горла, начала изливаться спермой, терпкой теплотой обволакивая язык. Чувствуя всё это: пульсацию оргазма, вкус, гладкую поверхность члена, я и сама пережила всепоглощающую вспышку, перешедшую в сладкие дурманящие волны. Мы так и лежали только что теперь головами на подушках, когда вернулся капитан. Он прошелся взглядом по влажно блестящей поверхности моих бесстыдно раскинутых бёдер; по белёсым каплям под опавшим членом; по безмятежному лицу Дилюка, который даже не соизволил открыть глаза, хотя мы периодически лениво с ним переговаривались до этого, так что я точно знала, что он не спит. - Я пропустил всё веселье и по вашему виду понимаю, что приставать бессмысленно, - он отрезал ломтик хрустящего яблока, с удовольствием жевал сочную мякоть, развалившись в кресле. Я потянулась, решила, что валяться хватит, и отправилась в ванную, украв с ножа очередной кусочек. - Порежешь мне ещё? - Вернувшись, я уютно устроилась на коленях у Кэйи, вручив ему второе яблоко. - Что там у них случилось? - Да трое напились и подрались. Пока удалось узнать, что один юнец из моих новеньких повёл себя высокомерно, деньгами хвастался. Его попытались утихомирить, а потом просто люлей ввалили, и их патруль забрал. - Деньгами? Интересно. Семья богатая? - Я начала соображать, что история может быть не простой пьяной дракой, а шпионским детективом. - Аха, в том-то и дело, что нет! - Кэйа тоже был воодушевлён таким неожиданным поворотом. - Тех двоих приказал домой отпустить, как проспятся, а этот пусть промаринуется в похмелье и страхе, потом допрошу. Да он сейчас и не смог бы нормально говорить, ему челюсть еле-еле на место вправили. Ну что, пойдём? Я спрыгнула с колен и, взяв платочек, кинула его на живот Дилюку, который тоже с интересом слушал рассказ. - Благодарю. Аделия, ты потом ко мне или куда? - Давай к тебе, лишние руки не помешают, - я, вспомнив недавнее, несколько увлеклась поцелуем, склонившись над млеющим Рагнвиндром, когда услышала, как Кэйа подал голос со своего кресла. - Солнце, ты же понимаешь, какой вид мне отсюда открывается? Мы либо продолжаем, либо одевайся! - Промурлыкал голодный кот. * * Мы зашли в лавку к Инессе, торгующей разной домашней утварью и милыми вещицами для дома, и купили у неё красивую обёрточную бумагу, но от предложенных ленточек благоразумно отказались. Аккуратно завёрнутая книга вернулась в рюкзак. - Мы же домой к ним или к этому Бай Чжу? - Пока поднимались к городской точке телепортации, решали, куда же всё-таки пойти в первую очередь. - Мне Итэр ещё одну точку показал, что ближе к лекарю этому. - Если Тарталья жив, то Чжун Ли, наверняка, его домой забрал. - Как? На себе? - На Сяо! Думаешь, Аякс в сознании будет незнамо где валяться? - Мы спорили шёпотом, вовсе замолкая, если попадался кто-нибудь встречный. - Давай туда, куда он нас вчера переместил. -Ух, тут жарко, - Кэйа помахал воротом расстёгнутой рубашки. В купе с влажностью от моря и множеством запахов и цветочных ароматов воздух казался густым. - Ты нормально стоишь? А то я сейчас взмокну моментально. Оценив своё состояние как удовлетворительное, я потихоньку отошла от Альбериха. Вдохнув полной грудью, я от удовольствия даже закрыла глаза. Как же я люблю приморские города! И как я, оказывается, соскучилась именно по этому! Остановив взгляд на одном месте на площади, я дёрнула Кэйю за рукав. - Вон там, у перил, мы долго разговаривали с Люком и ... я позволила себя поцеловать. - Теперь это ваше место. - Не зная местных обычаев и менталитета людей, он не стал обнимать, а просто, но вместе с тем очень трогательно взял меня за руку и гладил пальцем ладонь. - Кажется, я была права! Пойдём. - Не выпуская руку, я увлекла парня за собой вниз по небольшой улочке, где напротив "Народного выбора" увидела знакомую фигуру. Чжун Ли стоял перед прилавком и, сложив по обыкновению руки на груди, казалось, скучал. - Добрый день, господин Ли. - Он вышел из своих мыслей и обернулся на голос. Лицо оставалось спокойным, но в глазах что-то промелькнуло. Не обладая выдающейся проницательностью, я не поняла что это было: удивление, радость, интерес? - Аделия. Я рад тебя видеть. А Вы сэр Альберих? Я бы хотел сразу поблагодарить Вас, - он кивнул и оглядел Кэйю с ног до головы. - Мне описывали Вас несколько хм.. ярче. Прошу простить меня за невольную оценку. - Для меня честь, господин Чжун Ли, - капитан кивнул в ответ. - Я не в обиде. Просто я тут инкогнито, насколько это вообще возможно с моей внешностью, но мех в этой жаре смотрелся бы неуместно. Прошу Вас, зовите меня просто Кэйа. - Скажите, Аякс дома? С ним всё в порядке? - Мы.. да, мы вчера доставили его домой, как только стало понятно, что дальнейшая помощь Ци Ци не потребуется. Теперь я вынужден озаботиться пропитанием пострадавшего. Дело в том, что по вечерам мы ужинали в ресторане, а если хотелось что-нибудь поесть дома, то Тарталья сам готовил нехитрые блюда. - Хозяин и по совместительству повар как раз закончил упаковывать заказ и, поставив его на прилавок, ждал оплату. Моракс достал увесистый бархатный мешочек с вышитыми на нём инициалами "ЧТ 11", тщательно отсчитал положенную сумму и передал в руки продавца. - Вы не против? - Кэйа из вежливости задал этот вопрос, ловко подхватив две пирамиды мисок, упакованных и перевязанных бичевой. - Очень любезно с Вашей стороны. Мы живём недалеко, прошу, следуйте за мной, - Чжун Ли заложил руки за спину и неспешно направился к широкому деревянному мосту через шумную горную речку. - Аделия, сэр Кэйа, я бы хотел с вами кое-чем поделиться. Дело в том, что сегодня ночью Аякс уговорил меня на весьма легкомысленный поступок - спор. И я, кажется, только что выиграл. Должен признать, что это довольно приятно, - он повернул голову, и я снова увидела те же искорки, что и немногим ранее. Так вот что это было - радость, удовлетворение от одержанной победы. - Суть спора заключалась в следующем: Аякс ставил на то, что вы вдвоём придёте до полудня, а я на то, что после. - Что ж, примите мои поздравления, - капитан и сам любил поспорить и поэтому искренне порадовался словам выигравшего. - Я рад, что непредвиденные обстоятельства поспособствовали Вашей победе. - Надеюсь, не случилось ничего серьёзного? - Участие в тоне тоже казалось вполне искренним. - Это может напрямую касаться истории с перехваченным недавно письмом, но информации на данный момент недостаточно, чтобы утверждать это наверняка. Чжун Ли молчал некоторое время, смотря себе под ноги, на ходу слегка пнул с дороги небольшой камешек. - Они всегда играют не честно. Мне это не по душе. Кстати, я поблагодарил капитана за помощь моему...хм.. другу, но совершенно забыл извиниться перед вами за то, что по вине Аякса чуть не случилась трагедия. Он юн и легкомысленен, но это ни в коей мере не оправдывает его. Это было непростительно. Как ты переносишь перемещения после этого? - К счастью, мне удалось "собраться" и теперь как новенькая или старенькая. - Мы уже почти пришли, когда я тоже кое о чём вспомнила, раз уж мы тут расшаркиваемся друг перед другом. - Господин Чжун Ли, я тоже хотела Вас поблагодарить. За Сяо. В гостиной было тихо, светло и прохладно. - Аякс, к тебе пришли. - Моракс даже не повысил голос, но звук, казалось, проник в каждую клеточку мозга, заполнил всё пространство в доме. - Ох, прошу меня простить. Это было неожиданно для вас. - Мы заворожённо смотрели, как медленно гаснут вспыхнувшие золотом кончики его волос. - Я не сплю. - Нам пришлось напрячь слух, чтобы расслышать слабый голос, донёсшийся сверху. - Комната с открытой дверью. Можете подняться, - Чжун Ли забрал у Кэйи упаковки и удалился на кухню, предоставив нас самим себе. Лестница светлого дерева с резными балясинами оканчивалась деревянным же полом второго этажа. В неширокий коридор выходило четыре двери, одна из которых действительно была распахнута. - Привет, чего на пороге, как не родные стоите? - По интонации было понятно, что говоривший улыбается, но его самого пока что было не разглядеть. В отличие от других помещений, спальню окутывал полумрак. Подхват для плотных коричневых штор был распущен, и золотые кисти свободно играли на ветру, что залетал в открытое окно, и от этого полоска проникающего света то уменьшалась, то увеличивалась. В тон штор кровать была тёмного благородного дерева с четырьмя столбами, венчающимися балдахином, по углам с которого свисали воздушные занавески. Они то и скрывали за собой парня. - Привет, - я подошла ближе и рассмотрела, лежавшего на белой шёлковой подушке, бледного, как смерть, Тарталью. А вот рыжие волосы, наоборот, казались теперь ярче и насыщенней. - Ты во всём такой невнимательный? Даже свою смертельную рану "мимо ушей" пропустил, что уж обо мне говорить. Он тихо засмеялся и поднял глаза поверх моего плеча. - Обещал не бросать и всё-таки бросил. Скучно было одному умирать без твоего милого снежнайского. Кэйа даже и не подумал как-нибудь комментировать эти слова. Он стоял и неотрывно смотрел в голубые глаза, пока Тарталья не стёр с лица дурацкую улыбку. - Спасибо, капитан. И всё же Вы должны признать, что это была отличная схватка. - Признаю. Но справедливости ради стоит отметить, что лучник из тебя никакой. - Признаю! - Рассмеялся Чайльд. - Но это не повод забросить это оружие, а как раз наоборот! - Похвальная позиция. - Мы уступили место подошедшему с небольшим столиком Чжун Ли. Он установил его на кровати и первым делом подал стакан воды, который парень выпил огромными жадными глотками. - Чертовски хочется пить всё время. Ци Ци хоть и подлечила основательно, но кровь уж я сам должен восстановить, - он вытер с губ капли и устало прикрыл глаза. - Даже сидеть утомительно. Кэйа покосился на фигуру Чжун Ли. - Мы пришли только узнать, как ты. И ещё одно... причина всего вчерашнего. - Сяншен, можно мы немного посекретничаем? - Надеюсь, этот секрет не обернётся очередной катастрофой. - Даю Вам слово, что этот больше не принесёт огорчений, - Кэйа посмотрел в глаза нахмурившемуся Мораксу и, когда тот вышел, достал из моего рюкзака обёрнутую дорогой бумагой книгу. - Это она? Ребята! - Я замотала головой и, рассмеявшись, ткнула сразу обоими указательными пальцами в грудь Альбериха. - Капитан, Вы... Спасибо. Она ведь кучу денег стоит. - У Дилюка занял. - Сяншен, дорогой, принеси мне мой кошель! - Он вмиг стал абсолютно серьёзным. - Я ни одной лишней минуты не хочу быть должником Рагнвиндра!