Формулируйте чётче

- Доброе утро, засони! - Я почти добралась до Дилюка, но предостерегающий жест Кэйи обратил моё внимание на простынь, на которую я чуть не легла. На ней красовались несколько отчётливых масляных пятен. - Ладно, не засони. - Предпочтя всё же не пачкать одежду, я просто наклонилась и зарылась носом в красные спутанные волосы на затылке. - Дурной сон приснился? Ты сегодня меня так прижал к себе, что кости затрещали. - Вот поэтому ты и спишь между нами. Ох.. Я не то имел ввиду! - Кэйа сообразил, что только что сморозил, но было поздно оправдываться. Мы перешли в наступление. - Да ты что? Только поэтому? Дилюк приподнялся на локтях и смерил брата оценивающим взглядом. - Если такой хрупкий, можешь спать на кушетке. Кэйа аж подавился протестующим смехом. - Это же мой дом! Вы меня из собственной кровати гоните? - Дом не твой, он принадлежит городу. Ты даже не платишь за него. Твой дом - поместье. - Спорить с Дилюком, как всегда, было бесполезно. Факты - упрямая вещь. - Дели, прости, что разбудил. Правда, всю ночь херня снилась. Проснулся с облегчением. - А куда ты убежала так рано? - Судя по запаху любимых духов Джинн, в гости к подругам. - Ты помнишь, как пахнет Джинн? Я ревную! - Альберих подполз ко мне и смешно обнюхал. - Люк, ну у тебя и обоняние! Дели, а ты не ревнуешь? - Подначил меня поддержать драму. - Но он же здесь, с нами. Да и девочки выглядят вполне счастливыми. Кстати, Джинн просила напомнить, что ты брал только один выходной. Я больше к тебе ревную сейчас, - я рассмеялась, указав на недвусмысленные масляные разводы на смятых простынях. - Нет-нет! - Я дала задний ход, пятясь от решившего восстановить справедливость Кэйи . - Я итак засиделась в библиотеке, а мне уже нужно бежать на винокурню. Я только плащ тёплый хотела взять, а то на меня люди косятся. На дворе не лето, а я в одной рубашке лёгкой. И меч. Хорошо, что вспомнила. Дилюк сел и с интересом уставился на меня. - На винокурню? Зачем? - А ты думал, жду вас дома, почитывая книжки, когда не в таверне? Я в "Рассвете" последнее время чаще тебя бываю, - я положила руки в карманы и с насмешкой смотрела в их немного растерянные лица. (В самом деле, какую картину они представляли: я смиренно сижу у окошка, считая минуты до их прихода?). - Сегодня будут готовить к зиме молодые лозы. Хочу посмотреть на процесс. С Коннором непосредственно о вине много разговариваем. Я туда на практику хожу, на одной теории ведь далеко не уедешь. Дилюк встал и, приобняв за талию, поцеловал в висок. - Лучше бы всё же предупредила. В свете последних событий... Подожди, ты пешком туда и обратно ходишь? Я пожала плечами. - А что делать? Альтернатив нет. Даже лошадей нет, - я осеклась, уловив застывшие взгляды. Как всегда ляпнула. А всё потому, что как раз сегодня Лиза с подругой рассказали мне печальную историю. На двенадцатилетие Дилюка Крепус подарил своим сыновьям двух годовалых жеребят. Серый Раш и вороной Уилд. Мальчишки сами ухаживали за ними, приучали к узде, а потом и к седлу. Все многомесячные терпеливые старания были вознаграждены, и со временем они днями пропадали, наслаждаясь просторами зелёных долин Мондштадта. А потом их, как, впрочем, и всех остальных лошадей, забрали. Джинн рассказывала о том, как Варка долго сидел в кабинете с Кэйей. Разговор был непростым, но парень вроде не держал зла на Магистра. Долго тосковал, но постепенно пришёл в себя. Я вспомнила, что когда мы бывали в поместье все вместе, Кэйа даже голову не поворачивал в сторону хозяйственных построек. И теперь поняла, почему. Там находилась пустая конюшня. - Ребята, я не хотела... - смущённая своим досадным промахом, я быстро нацепила ремень с ножнами и плащ и пулей вылетела из дома, опасаясь ещё и того, что кто-нибудь предложит меня переправить прямиком на винокурню. А я так полюбила эти прогулки! Никто особо не нападал, вся живность держалась подальше от дороги, благодаря регулярному патрулированию. А когда выдавалась хорошая погода, даже редкие слаймы не портили общего настроения. * * Кэйа повернулся к брату и посмотрел в глаза. Помедлил, продолжая застёгивать рубашку. Но всё же сказал: - Она мне больше подходит. - А мне она нужнее. Какие-то проблемы? - Это может стать проблемой, когда ты сделаешь её своей женой. Я прекрасно знаю, какой ты невыносимый собственник. Хотел выяснить для себя перспективы, чтобы потом не было сюрпризов. - Фамилия только для удобства ведения дел и наследования. Я не планирую отбирать Аделию у тебя. Да и тебя никуда не отпущу. Выяснил? Всё устраивает? * * Джинн заочно отчитала, так что пора было отправляться на службу. Но, выйдя из дома, Кэйа свернул в противоположном направлении и, не особо торопясь, прошёлся по торговому кварталу. Заприметив знакомую фигуру, он убедился в том, что его увидели и поняли, и уже привычной дорогой дошёл до таверны. Подгадав время, он был у дверей как раз к открытию. - Доброе утро, Чарльз. Два чая и три бутерброда. - Управляющий, много лет проработавший за барной стойкой и зная обоих братьев, уже ничему не удивлялся и никогда не задавал праздных вопросов. Когда же он вернулся с двойным заказом к одинокому посетителю, в дверь вошёл паренёк и устроился рядом с Кэйей. - Угощайся, Вилли, - Альберих пододвинул к мальчишке тарелку и сам тоже занялся бутербродом. - Хозяин ругаться не будет? - Я как раз закончил таскать эти долбаные ящики, а тут Вы, капитан, как нельзя кстати. Он даже расплатился, так что я весь в Вашем распоряжении, - умудряясь быстро жевать и говорить членораздельно, ответил парень. Аккуратно отпив горячего чая, он без промедлений принялся поглощать второй сэндвич. Кэйа не стал ему мешать, сам молча обдумывая дальнейшее. Он давно имел дело с Вилли, и сейчас он больше всех остальных людей капитана подходил для задуманного. Остальные доверенные "глаза и уши" обитали в разных частях города, но в основном были привязаны к определённым местам. Паренёк же промышлял небольшими подработками, а то и просто слонялся по городу в поисках не моры, так развлечений. К нему все давно привыкли и внимания особо не обращали. Он был неприметным, обычным. А вот ум и смекалку имел незаурядные. Всегда в точности выполнял поручения, запоминая все, даже несущественные детали. Кэйа ждал, когда мальчишке исполнится хотя бы пятнадцать, чтобы официально взять его под своё командование, пока тот не влез куда-нибудь по глупости. - Пойдёшь за мной. Дождёшься, когда из помещения рядом с казармой выйдет рыцарь, - Кэйа по памяти старательно описал внешность. - Зовут Карл Шульц. Услышав это имя, паренёк повернулся с лёгким презрением на лице. - Не повезло же Вам, капитан, с такой швалью связаться. Недалеко постарше меня, да толку-то. Одно пьёт, да к девкам цепляется. Не чета своему брату. Я так понимаю, он в карцер угодил? Там и оставьте! Кэйа про себя улыбнулся. Казалось, рядом сидит не четырнадцатилетний подросток, а мужик в годах, за кружечкой сочувствующий молодому капитану. - Подождите! Отсидел своё, а следить-то зачем? - Его осенило, и он громким шёпотом просил объяснений. - Так вот, Вилли. Мне нужны все встречи, странности, подозрительные действия, вроде передачи или оставления где-нибудь посланий. Меня интересует его возможная связь со снежнайцами, с фатуи. - Кэйа, предвосхищая его реакцию, положил руку на плечо, не дав вырваться крепкому слову. Мальчишка сдержал все гневные порывы, и только костяшки пальцев побелели на сжатых кулаках. - Если Вы окажетесь правы, что с ним будет? - Он с вызовом смотрел прямо в глаза капитана. - Ходить по одному городу с таким выродком... - Не знаю, Вилли. Пока не знаю. - Кэйа устало вздохнул. - Решение будет за Советом. Но ты забегаешь вперёд, пока ведь мы ничего не узнали. - Альберих, отсчитав монеты, оставил их на стойке и вышел из таверны. * * Он действительно пока не знал. Не был даже уверен в том, ставить ли в известность Джинн, если оправдаются худшие опасения. Последует нота протеста, которую снежнайцы с презрением проигнорируют. У них этих протестов по шпионским делам, наверняка на целую библиотеку. Парня - в тюрьму или на поруки. В любом случае, в городе он в свои неполные семнадцать станет изгоем. Ни работы, ни перспектив. Хорошо бы ему просто исчезнуть, - закралась шальная мысль. Но этого делать было нельзя. И было жаль его семью. Одинокая мать, тащившая двух сыновей в люди. Старший уже несколько лет как на службе в Ордене. Отличный человек. Младшего, Карла, Кэйа всего полгода назад принял под командование. Вроде старался. Чего ему не хватало? И всё же хотелось, чтобы этим продажным оказался Карл. Тогда будет больше определённости. Дело за Вилли. Размышления по пути к казарме были прерваны душещипательной картиной. На скамеечке сидела женщина и её успокаивал молодой мужчина. Было видно, что ему очень неловко, потому как всего в нескольких метрах перед ними стояли двое часовых. Караул у входа в небольшую тюрьму. Завидев своего командира, парень подскочил и стал по стойке смирно. - Вольно! Я смотрю, тут целая делегация для встречи собралась. Фрау Ирма, не держите зла, Вы же понимаете, что это было необходимо? - После слов Кэйи женщина начала чуть ли не жать ему руки, чем окончательно довела сына, который теперь стоял красный как рак. - Что Вы! Господин Альберих, у меня только на Вас и на брата этого шалопая надежда! Пока есть шанс на исправление. Вы уж построже с ним. (Может, и нет уже никакого шанса. Это она наверняка ещё про фатуйские деньги не знает.) - Иди, вызволяй брата. Да с воспитанием не переусердствуй. Завтра чтобы оба на службе были! . . Прошло чуть больше недели. Всё это время мы с Дилюком каждый день до вечера проводили в поместье. У нас появилась небольшая тайна. Мы готовили подарок. Который, к слову, меня очень веселил, и мне хотелось поскорее увидеть лицо Кэйи. А каких душевных сил он стоил Дилюку, я даже представить не могла. Полулёжа на кушетке, мы потихоньку таскали из вазочки маленькие сахарные конфетки и предавались чтению. Хлопнула входная дверь. Капитан вошёл в комнату и сообщил: Это он. Карл. Сомнений нет. - Не вздумай сделать то, что я читаю в твоих глазах. Ты защитник, а не убийца. Думаешь, мне не хочется ему шею свернуть? - Дилюк, ожидая реакции, сверлил брата глазами. Молчание. - Ладно, Джинн знает? Кто-нибудь знает? - Только мой человек и всё. Я пока не решил, говорить ли ей. Что толку? - Он присел на край стола и сложил руки. - Мысли есть, что мне с ним делать? - Шантаж и ультиматум. Он же у тебя не совсем дурачок? - Они оба уставились на меня в ожидании продолжения. - Да вроде не совсем... - Будет забавно, если именно я поговорю с ним. Доставьте мне такое удовольствие, - моя улыбка вышла кровожадной. Но мне очень хотелось отыграться на этом придурке, который так легко меня подставил, наверняка даже не задумываясь, кому и зачем нужна эта информация. - Кэйа, я тогда завтра на тренировку загляну, мы с ним пошепчемся, а вечером хорошенько отпразднуем. Ты же не забыл о Дне рождения? Аделинда тебя днём ждёт, тортик сделает, а вечером Венти в таверну придёт поздравить. - Ха-х Я и правда забыл, - заметно повеселев, он украл у нас вазочку с остатками конфет и закинул в рот сразу пару. - Задницу не отрасти, - отомстил Дилюк. - Мм... вкусные! И что тогда? Разлюбишь? Проходя мимо, я поцеловала теперь в прямом смысле сладкие губы. - Ешь на здоровье, я тебя любить буду. * * Тридцатое ноября в этом году выдалось хмурым, зябким. Пронизывающий ветер гулял между домов, распахивая полы тёплых накидок и забираясь под воротники. Обложные тёмные тучи не спешили с дождём, иногда лишь роняя холодные капли. Как бы мрачно не было вокруг, настроение наше с капитаном было приподнятым. Мы вмиг взлетели по лестницам и остановились перед площадью для тренировок. Я помахала знакомым, и Кэйа скомандовал построение. Сегодня я буду тренироваться с молодыми рыцарями. Точнее с одним. Капитан указал Карлу встать ко мне в пару. Я намеренно преувеличенно склонила голову в приветствии, не переставая мило улыбаться. - Ну, здравствуй, Карл, давно не виделись. Запустила я занятия, так что заранее прошу прощения, если ненароком задену, - он смотрел на меня как кролик на удава и начал более менее ставить блоки, когда я пару раз несильно приложила его по руке тупым тренировочным лезвием. - Включи голову или ты труп! - Я больше не улыбалась, и он начал соображать, что расплата близка. В конце концов, он остановил бой и, кинув на меня взгляд через плечо, подошёл к Альбериху. - Капитан, баланса нет. Разрешите отнести меч оружейнику. - Отнеси. Нам тут не нужны негодные вещи, - Кэйа прожёг его ледяным презрением. - Но если вы с... ним найдёте приемлемый, можешь вернуться. Дадим ему шанс. Я сильно не спешила. Вручила свой меч Кэйе, на что он попытался протестовать, не хотел отпускать безоружную. - Так страшнее, - хмыкнула я. - Ему. Парень ждал меня недалеко от входа в оружейку. - Что со мной будет? Мелкий засранец! Даже не попытался попросить прощения! Заговорил сразу о себе. Избалованный ребёнок, выросший законченным эгоистом. - На твой выбор, - я стояла перед ним руки в карманы. - Что тебя больше заботит? Родня, свобода, возможность и дальше быть мондштадцем, жизнь? Если мы пойдём законным путём, то все узнают о том, как ты низко пал за горсть монет. Ещё и заплаченных тебе фатуи. Ты потеряешь своё будущее, а может и свободу. В любом случае, все отвернутся от тебя. - Мне некуда идти, да вы и не отпустите. - Я кивнула в подтверждение. - Но это же будет убийство?! Меня искренне забавляли его двойные стандарты. - То есть то, что ты мне подписал пожизненное в клетке для опытов с последующей мучительной кончиной - это нормально! Убийством не считается. Не ты же, в самом деле, будешь этим заниматься. Он вытаращил на меня перепуганные глаза. - Какие опыты? Они же просто хотят быть уверены, что ты не представляешь угрозы! Архонты! Ему что, пять лет? - Ты-то, наверняка, не в курсе, а вот мы знаем, кто читал твои донесения. Весьма любознательный и дотошный доктор. Он тут у вас знаменит. По-моему, все в Мондштадте знают его имя - Дотторе. Он тяжело сполз по каменной стене на землю и остался сидеть на корточках. Пусть оценит масштаб ненависти и презрения, что обрушатся на него. Наконец он как-то обречённо поднял голову. Взгляд побитой собаки. - Но почему я до сих пор жив? Ведь братья... они должны были меня давно убить. - Ты слышал, что тебе сказал капитан? Ты понял, что он тебе сказал? - Я почти нависла над ним. - Не будь эгоистичным мудаком и живи по-людски! Карл, если иногда думать головой, то можно избежать многих бед! Так что же ты выбрал для себя? Он опёрся ладонью о стену, помогая себе подняться на нетвёрдые ноги. - Аделия, прости. - Не смотря на откровенно ледяной ветер, он расстегнул верхние пуговицы мундира, как будто ему не хватало воздуха. - И спасибо за выбор. - Цени! Мать, друзей цени, - как маленькому объясняю, да помогут мне Архонты. - Запомни, мора не самоцель! - Я усвоил, - твёрдо ответил он. - А теперь пойдём со мной к капитану. Я должен попросить прощения и у него, только пусть увидит, что ты целая, что я не нападал. Я не сдержалась и театрально закатила глаза. - Карл! Ты себе бессовестно льстишь! * * Договорившись с именинником встретиться в шесть вечера в "Доле ангелов" и сдав ему на испытательный срок дурачка-доносчика, я побежала домой. Нужно было переодеться в нарядное и идти готовить таверну к празднеству. По пути я подробно пересказала Дилюку разговор с Карлом. Ранее мы решили, что некоторое время он всё ещё будет под присмотром. Но оплачивать работу Вилли братья договорились вскладчину. В таверне нам предстояло много дел. Украсить помещение, по другому расставить столы, накрыв их белоснежными скатертями, разместить дополнительные напольные канделябры, уследить, чтобы музыканты не начали втихаря пить за здравие всеми любимого капитана. В помощь Марте-официантке и Урсуле-поварихе Дилюк привёл двух девочек и личного повара из "Рассвета". Время стремительно летело, таверна наполнялась аппетитными запахами блюд и ароматом цветочных гирлянд, уютным теплом множества свеч. В пол шестого все гости были в сборе. Пора выставлять Венти на улицу. Кэйа кутался в любимый мех, который пустил поверх тяжёлой тёплой накидки, и клял себя за штаны в обтяжку. Задница моментально замёрзла. Зато красиво! Посмеиваясь над собой, он с удивлением разглядел у входа в заведение Венти, который с жалким видом сидел за уличным столом. На неозвученный вопрос тот печально ответил: Мне без тебя Дилюк не наливает. Сказал идти ждать собутыльника на улице. - Это уже переходит все границы! - Несдерживаемый гнев капитана резко понизил температуру вокруг. Он схватил униженного Архонта за руку и ворвался в таверну. Свет, тепло, запахи ослепили после безлюдных тёмных улиц осеннего города. Заиграла музыка, заглушаемая дружным хором голосов и рукоплесканий. Венти высвободился из хватки на руке и заглянул в смешное ошалевшее лицо друга. - С Днём рождения, Кэйа Альберих! Мы с Рагнвиндром стояли чуть в стороне и с улыбками наблюдали, как изумление перешло в восторг от происходящего вокруг: от тёплых слов, искренних улыбок, радостных лиц друзей. От того, что это всё было для него. Приняв поздравления и покрутив головой, Кэйа заметил нас и, отдав Марте накидку, в которой становилось уж очень жарко, подошёл. - Вы... я редко теряю дар речи! - Надеюсь, желание меня бить, с которым ты ворвался, прошло. К тому же Венти сам вызвался изображать несчастного ради сюрприза. - Со словами "ты сильно рисковал" Кэйа смял брата в объятиях. Я же терпеливо ждала своей очереди и реакции ещё на одну вещь. Именинник сделал мне комплимент и, легко обвив руками, на секунду замер. Отстранился. Ещё раз обвёл взглядом закрытое чёрное платье с высоким горлом и провел раскрытыми ладонями по голой спине от лопаток до поясницы. Дилюк наклонился к его уху и что-то прошептал. Рука незамедлительно поползла ниже, но нащупала только гладкую ткань платья. - Дорогой, веди себя прилично и прояви терпение, - промурлыкала я. - Только пол платья и чулки? С ума сошли? У меня сейчас встанет! - Людям будет приятно узнать, насколько сильно ты рад их видеть, - нашёлся Дилюк. - Ты научился шутить? - Только сегодня и только для тебя! - Он заранее отыгрывается за подарок, который ждёт тебя дома. - Почему дома, а не здесь? Дилюк сразу перестал улыбаться. - Я вас убью, если это кто-нибудь увидит! Я не знаю, кто был более счастливым в этот вечер - я или виновник торжества. Я смотрела со стороны на его открытую улыбку, искренний смех и естественные порывы и слова. Он был среди друзей. Сегодня не было нужды в масках. Мы ели, пили, танцевали. И, конечно, дарили подарки. Самый трогательный оказался от Беннета. Почти от Беннета. Кэйа обратил внимание на искусно вырезанный из дерева щит Ордена Святого Фавония. Подарки были сложены на отдельном столе, и дарители с напутствиями и пожеланиями, говорили какой от кого. А хозяин щита никак не объявлялся. Кэйа взял его в руки и проводил пальцами по гладкому рельефу, прикидывая, куда повесит его в кабинете, как вдруг за спиной раздался голос. - Сделал Беннет. Будет рад, что нравится. Кэйа повернулся с удивлённым лицом. - Он сам это вырезал? Острыми инструментами? - Много старания. Но потом не смог держать нож. Я доделал. Я стояла рядом и всё слышала. Теперь мне стали понятны сплошняком перебинтованные руки мальчишки. Частично он напоминал египетскую мумию. - Рэйзор, а почему не лечили? Он задумался, как оказалось, просто вспоминая слова друга: "Не по-мужски бегать к целителям по пустякам." Но я собрал сок трав, мазал раны. - Он снова повернулся к Кэйе. - Я тоже хочу дать вещь. Важную - Рейзор снял с шеи шнурок с внушительным желтоватым когтем на нём. - Вожак потерял его в битве. Потом ушёл в Вечный Лес. Я даю его тебе. Вы защищаете мой дом, - он указал и на Дилюка тоже. - Хорошо, что ты нашёл свою семью. - Альберих со всей серьёзностью принял такую важную для волчонка вещь в дар. - И друзей. - На другом конце зала раздался звон бьющейся посуды. - Одному другу нужна помощь, - Рэйзор скрылся среди гостей. - Мастер, капитан! - Схватив Дилюка и Кэйю за руки, я потащила их к бару. - Мы же совсем забыли ещё про один подарок. Его сегодня доставил молчаливый незнакомец, и мне до смерти интересно, что же это! Дилюк поставил на стойку ящичек среднего размера, перевязанный широкой голубой лентой. - Экстравагантно. - Оценив пышный бант, Кэйа развязал ленту и приподнял крышку, но тут же опустил. - Он вверх ногами, что ли? - Но оказалось, что верх-низ не перепутаны, просто плоское дно накрывалось крышкой-футляром. Он убрал колпак, и мы восхищённо ахнули. Подарок представлял из себя чернильный набор. На небесно-голубом основании находились серебряные чернильница и стаканчик для перьев, пресс-папье из того же голубого полупрозрачного камня с серебряной ручкой, а между чашами красовался цветущий в разные стороны небольшой кристалл. - Вот это да! За моим плечом раздался тихий смех. Я и не заметила, когда подошла Лиза. - Капитан, Вы, как и всегда, полны тайн и загадок! Такой интересный подарок! - Красивый, восхитительный. Но причём же здесь тайны и загадки? - Кэйа не лукавил, это можно было понять по немного растерянному тону. - Ну как же! Смотрите, на серебряных чашах отлиты Ваши инициалы. Эту вещь не просто купили, её заказали именно для Вас. К тому же полуночный нефрит - редкость даже для Ли Юэ, очень дорогой минерал. Кто-то хочет произвести на Вас впечатление, либо же очень ценит Вас. Он не просто дорогой, он интересный, - она вроде бы и не ждала ответов, но кокетливо склонённая набок головка плюс хитрая полуулыбка вводили в смущение. - И как он узнал о дне рождения... - почти неслышно сказал Кэйа, как будто размышляя вслух. - Я был у них.. гхм.. Был в Гавани две недели назад. - Пока мы любовались красотой, всё больше людей возникало за нашими спинами, как по волшебству. Итэр тоже появился совершенно бесшумно. - Да простят меня дамы, но это дохуя какая дорогая вещь! - Вот и я так сказала! - Поддержала его Лиза. - Такой чистый, цельный кристалл для основания! Банк Снежной разорится, потому что заказчик не сможет вернуть взятый долг! - Лиза уже всё для себя поняла и просто хотела подробностей и признания из уст капитана. Теперь ему всё же придётся объяснять Джинн, почему Одиннадцатый Предвестник дарит ему такие подарки, хотя он и сам не прочь был бы узнать намерения последнего. - Капитан, я, собственно, пришёл вас всех позвать для снимка. А то Магистр по своей инициативе поднимает уже второй тост. Хотелось бы быть узнаваемыми на фотографии. - Итэр и сам был не твёрд в походке, когда мы шли за ним в основной зал. Выстроив нас так, чтобы мы органично стояли, не перекрывая друг друга на снимке, он поманил Марту и указал ей на кнопку установленного на штативе фотоаппарата. Улыбки. Щелчок. Вспышка. На снимке мы молоды, счастливы... живы. * * Эта фотография... это то, что я вижу, просыпаясь каждое утро. Но не сегодня. - Мама... Сегодня, проснувшись, я смотрела в васильковые глаза. Только это слово помогло пережить мне все утраты. Только оно каждый день вырывало из вытягивающего все силы омута. Только оно не дало сойти в безумие, когда я стояла перед двумя могилами. Одной было пять лет, а вторая появилась недавно. Я возненавидела запах сырой земли, который так любила раньше. Он был связан с рождением новой лозы или с началом дождя... теперь он был для меня не запахом жизни, а запахом точки в конце. Но пройдёт много десятилетий, прежде чем я услышу это слово. А пока... Улыбки. Щелчок. Вспышка. Перед камерой мы молоды, влюблены, счастливы... живы.