Госпожа чёрных вод

Ему стало интересно, что подумала рыбка, оказавшись вместо прохладного синего океана в дерьме. Джоди Пиколт – Девятнадцать минут

Несмотря на раннее, по местным законам, время, жизнь в Игорном доме не прекращалась. Хуа Чэн скучающе следил за игроками сквозь мутную красную пелену занавесей, чувствуя себя до отвратительного уставшим. Поиски Его Высочества вновь зашли в тупик. Хотя еще несколько дней назад он был уверен, что счет до желанной встречи шел уже на часы. Но нет, спустя шестьсот лет он все так же гнался лишь за тенью Его Высочества. А мерный гул играющих в такие минуты действовал на Хуа Чэна успокаивающе, поэтому он не сразу заметил, как демоны загалдели и недовольно зашипели, окружая женщину, замершую у ступеней его ложи. Его слуги продолжали что-то в полголоса объяснять, боясь потревожить покой господина. Хуа Чэн заинтересованно подался вперед, следя за ведущейся в полголоса ссорой. Женщина холодно улыбаясь, требовала от слуг передать уважаемому Хуа-Чэнджоу письмо. Когда препирательство пошло по новому кругу, разношерстная толпа весело загудела: — А ты встань на колени и попроси как следует, красавица — тогда может и передадим. — Да, да, а то приходят тут и требуют от Градоначальника всякого, а уважения ни капли. — Для твоих хозяев должно быть счастьем, что их посла пустили на порог, — все больше распаляясь гудела толпа. Женщина медленно обвела взглядом собравшихся, после чего, не меняясь в лице опустилась на колени, держа на вытянутых руках скромных размеров конверт. — Владыка темных вод послала эту ничтожную слугу передать послание уважаемому Собирателю цветов под кровавым дождем, — голос звучал ровно и даже скучающе, — Вопрос, затронутый в нем, несомненно окажется интересен господину. Хуа Чэн удивленно моргнул и дал служанке знак забрать конверт. На листе тонкие, будто вырезанные линии, слова складывались в короткое послание: «Я пришла лично чтобы просить вас уделить внимания моей просьбе.» Демон оторвал взгляд от белого листка и встал. Перед ним мгновенно раздвинули ткань занавесей, а призраки изумленно замолкли. Женщина, не меняя положения, криво усмехнулась, и обманчиво покорно уточнила: — Градоначальник даст ответ моей госпоже? Хуа Чэн еще раз внимательно взглянул на демоницу, и вынужден был признать, что та хорошо справлялась с тем, чтобы скрыть даже отзвуки собственных сил. И если бы он не знал, что перед ним находится сильный демон, то вряд ли бы заподозрил в ней и искру демонической ци. — Можешь последовать за мной, раз твоей госпоже так нужна моя помощь. — подтвердил он, возвращая назад ту же издевательски понимающую усмешку. Новость о том, что градоначальник принимает гонца от другого бедствия, уже облетела Призрачный город, и всю дорогу их провожали заинтересованные взгляды. Демоны привыкли, что каждый, кто решал провозгласить себя новым владыкой призраков, пусть даже на каком-то засохшем болотце, старался бросить вызов их господину. И большой удачей для этих безумцев становилась возможность сбежать, теперь же они с воодушевлением ждали новой потасовки. А сражение все не начиналось. Женщина, тенью следующая за Хуа Чэном, равнодушно скользила взглядом по прилавкам и лицам. И только когда двери кабинета с гулким хлопком закрылись, отдаляя Бедствий от любопытных глаз, женщина украдкой выдохнула и вздрогнула будто собираясь с силами перед новой схваткой: — Мне следует извиниться за то, что отрываю вас от дела. — уточнила демон, однако не дожидаясь ответа, безжизненно добавила: — Я знаю, что мой предшественник, господин Хэ, обращался к вам за услугой. Теперь я так же вынуждена просить о ней, и хотела бы узнать, что именно вы попросите взамен. Казалось, совсем недавно демон чёрных вод и правда обращался к Хуа Чэну за помощью. Тогда вопрос шёл о похищении нескольких небесных чиновников, а плата так и не была предоставлена. Теперь же чёрными водами правила эта женщина и она отчего-то решила, что имеет права просить у него что бы то ни было. — Неужели демон чёрных вод опять хочет похитить какого-то небожителя. Женщина устало вздохнула. — Похитили уже. Вы знали, что он делал с ними? Хуа Чэн приподнял бровь, демонстрируя вежливый интерес. Он знал, что божества после визита на остров соглашались шпионить на демонов, связываясь в запутанную и широкую сеть, и Черноводу каким-то образом удавалось контролировать каждое ее звено. За этот несомненно полезный навык Хуа Чэн соглашался давать ему отсрочки. — Он их поглощал, после чего создавал марионеток и возвращал их на небеса. Что ж, Хуа Чэн должен был признать талант Черновода. Слишком много мороки и пустой траты сил, но марионетки по сравнению с его собственными бабочками давали больше возможностей для открытых действий. Все же они могли вести расспросы или взломать несложные защитные печати. Неплохо, очень неплохо, возможно он сможет использовать эти куклы в своих целях. — Вы решили расширить свою сеть, — по- деловому уточнил демон, уже зная что попросит в качестве платы, — кого вам не хватает для коллекции? — Мне? Мне нужна ваша помощь в уничтожении этого кошмара. Я честно пыталась управлять всем этим, но с каждым днём они все хуже работают. Это как играть в шахматы, или этот ваш проклятый Го на сотне досок враз. Теперь он заметил резкий акцент, выдающий северных варваров. — Так учись, — пренебрежительно бросил он, мысленно прикидывая получится ли продолжить использовать и дальше демона вод. — Я не могу, — ровно и раздраженно отчеканила женщина, — это длится уже десять лет, десять лет постоянных головных болей и ощущения, что вот-вот случится, говоря на вашем языке, искажение Ци. Но все бесполезно. Я не гений, моя игра становится все хуже. При попытке исправить, что-то одно, все начинает лететь в бездну. Так ещё и Император стал пристально смотреть на мои марионетки. При упоминании Небесного Владыки женщину передернуло: — Врагу не пожелаю привлечь его внимание, Господин Градоначальник. Хуа Чэн хмыкнул. Об этом небожителе он тоже не мог сказать ничего хорошего. — Прошу вас помочь мне уничтожить эти игрушки. — Ты не захочешь платить мою цену, — заметил Хуа Чэн, зная, что ни божества и ни демоны, наделённые властью, не любят честные сделки. — И что вы хотите взамен? — севшим голосом уточнила женщина, до побелевших костяшек сжимая дрожащие руки. Хуа Чэн прикрыл глаза, будто раздумывая над ценой, хотя просил ту же плату и у прошлого Чёрного Бедствия. — Твоё тело, — хищно улыбаясь, подтвердил он, видя как мертвенно белеет женщина перед ним, — тело, душу и верность. Женщина попятилась, стараясь при этом удержать лицо, но дёрганные нервные жесты и бегающие в поисках пути отступления глаза, выдавали ее с головой. — Боюсь, вы меня неверно поняли, — безжизненно произнесла она враз севшим голосом. — Тогда убирайся. Я говорил это и прошлому Демону Чёрных вод, либо ты присягнёшь мне на верность и станешь одним из множества моих слуг, либо убирайся со своими просьбами, тебе нечего предложить мне как плату. Женщина несколько долгих секунд смотрела в его лицо и выдохнув, уточнила: — Господин ведь понимает, что его слова звучат как предложение разделить ложе? Демон скривился, он ещё с юности не переносил демонов выбравших силу через череду случайных соитий. — Тебе стоит переоценивать свою привлекательность. Женщина рычаще и рвано выругалась на своем языке. — Так господин просто желает расширить свою власть в мире демонов, — подвела она итог и криво улыбнулась уголком губ, — Марина. Северное имя, непривычно режущее слух. Настоящее имя, так беспечно брошенное другому демону удивляло. Ма Лин оказалась неудивительно проблемным приобретением. В те несколько дней, на протяжении которых демон просвещала его в детали своего плана и подстраивала его согласно желаниям своего нового господина, Хуа Чэн был готов признать, что судьба решила привести к нему помощника, лишь немногим уступающего Инь Юю. Но, как оказалось, лед приличий не мог долго сдерживать безумную стихию, заключенную в ее сознании. В утро, когда великий обман небесных чиновников должен был свершиться, Ма Лин пришла чрез тайные ходы. Уровень духовных сил был так низок, что простой заклинатель на её фоне показался могущественным небожителем. — Он чудовище, — вместо приветствия сказала она, и без разрешения подкатила кувшин с вином для того чтобы опустошить его несколькими длинными, жадными глотками. Вероятно, после той чудовищной траты сил, потребовавшейся для её представления, Ма Лин била мелкая дрожь, и потребовалось ещё два кувшина вина, чтобы, расслабившись, женщина стала глупо хихикать, рассказывая о том, как именно уничтожила свои марионетки. Заранее наполненные ядовитыми и горючими составами, они вспыхивали от одного прикосновения к жемчужинам, расчерченным огненными талисманами. Но для каждой куклы была подготовлена своя роль. Одни погибали, воровато запустив руки в сокровища божества которому служили, другие умирали распаковывая дары, кто-то в испуге вырывал шкатулку у других небожителей, почувствовав от неё темную ци. Пожалуй каждая из этих историй стоила внимания, но слитые в один безобразный ком, каждая из них вызывала лишь скуку. Пересказав пару глупых историй о том, как небожители с криками носились над сожженными куклами, Ма Лин пьяно хихикнула и потеряла сознание, нарушая порядок идеально выверенного плана. Спустя четыре дня женщина неохотно пришла в себя, и с видимым усилием удерживая спину прямо, вернулась к торжеству. Когда в границах Призрачного города появились носилки в сопровождении нескольких молоденьких служанок, демоны уже ожидали их прибытия. От прибывшей женщины волнами расходилась колючая и удушливая энергия, ясно показывающая горожанам, что прибывшее существо намного превосходит их по силе, и все с азартом ждали, чем же закончится столкновение двух Бедствий. Но когда носилки остановились у ворот Дома Блаженств, женщина сама выпрыгнула из носилок, и легко опустилась на колени у высоких резных ворот. На ее вытянутых руках поблескивал какой-то предмет, но столпившимся горожанам не удавалось его рассмотреть. Сам же Хуа Чэн уже знал, с чем имеет дело, но до последнего не верил, что Ма Лин действительно решилась отдать собственный прах, подтверждая клятву верности. Никто в здравом уме не дал бы ему столь много власти над собой. Появление Градоначальника жители встретили восторженным гомоном, который мгновенно прекратился, стоило ему заговорить: — Демон чёрных вод все же решилась прийти на мою территорию лично, — он не спрашивал, все эти слова и жесты были бессмысленны, простая формальность, после которой мир богов и демонов узнает о новом союзе. — Да, господин, — вблизи стало заметно, что лицо спрятанное за макияжем, выглядит болезненным и усталым, а обречённый взгляд плохо подходил под дразнящий и уверенный тон голоса, — Смею предполагать, что слухи о недоразумении в Небесной столице уже дошли до вас. И я прошу вас признать, что навыки и силы этой слуги могут оказаться полезными для вас. Собравшаяся толпа изумлено ахнула, а Хуа Чэн усмехнулся. Ма Лин раздраженно закусила губу, ожидая пока толпа отшумит, и ровно продолжила: — Прошу вас принять мою службу, — она вздрогнула, будто от холода, но упрямо закончила, — примите же мой прах, как залог того, что я никогда не предам вас. Когда Хуа Чэн поднял прозрачную каплю с ладоней, горожане возбуждено зашумели, громкими выкриками поздравляя его с победой. Чужой прах ощущался странно. Он оказался холодным и еле заметно покалывал пальцы, будто бы не желая долго оставаться в руках. Пользуясь поднявшимся шумом, Ма Лин встала и приблизившись слишком близко, с мягкой улыбкой прошипела: — Я никогда больше не встану перед вами на колени. Лучше убейте, господин.

***

В темнеющих кляксах облаков вдруг ослепительно вспыхнуло, и ослепительно яркая молния ударила куда-то сквозь оглушающую громаду волн. Лодку вновь качнуло, и Се Лянь чуть прокатился вперед, плечом оперевшись о заставшего у самого борта Хуа Чэна. Теперь он вновь чувствовал, что напрасно доставляет другу неприятности, ведь спасение людей было обязанностью небожителей и они знали на какой риск идут. — Сань Лану совершенно не обязательно оставаться с нами, — виновато признал принц, стараясь перекричать завывающий ветер. Хуа Чэн лишь улыбнулся и качнул головой признавая, что да, не должен, но все так же не намереваясь уйти. В небе опять громыхнуло, а на лодку обрушилась очередная волна. Но Се Ляню показалось, что сквозь гром и крики он услышал, как что-то ударилось и проскрипело о борт. Корабль покачнулся и накренился набок, Се Лянь невольно попятился назад и уже готов был призвать Жое, когда Хуа Чэн удержал, прижал не давая и дальше скользить по мокрым доскам. Пожалуй, так действительно было надёжнее. Буря, качающая надсадно скрипящее судно, прекратилась в один момент, сменившись пугающе безжизненным затишьем. Пэй Мин, неожиданно оказавшийся рядом с ними, понимающе хмыкнул. Только теперь Се Лянь нашёл время для смущения, и Жое удерживающая их от падения, будто чувствуя его настроение, проскользнула по ноге Хуа Чэна и вернулась на тело хозяина. Взглянув за борт Се Лянь с удивлением заметил, что по чёрной, будто смешанной с тушью воде, не идёт даже рябь, и только по легкому плеску у борта лодки можно было понять, что вода вокруг них находится в непрерывном движении. Вглядевшись, принц увидел на редкость уродливых безглазых рыб, кружившись вокруг их судна все теснее сужая круги. — Вы что-то обнаружили, — окликнул его Пэй Мин, — Может, покинете свой маленький мирок и поделитесь с нами? Се Лянь нахмурился: — Вам не кажется, что кое-что здесь не так? — Темные воды, — холодно констатировал Ши Уду, и тяжело вздохнув, коротко выругался.