Одной дружной семьёй

— Вы все уже бывали в походах, знаете базовую часть инструкций, но постойте смирно и послушайте ещё раз. — Лань Сичэнь внимательно и серьёзно смотрел на подростков, которые были взбудоражены предстоящим мероприятием. Цзинь Лин нервно кусал щёку изнутри, ибо именно сегодня должны приехать дядя Яо с Феей, а он не хотел упускать возможности пойти в поход. В другой бы раз он наплевал на всё и остался дома, но очень уж хотелось утереть нос этим Ланям. Немного нервировало, что с ними в поход потащилась ещё и младшая группа, о чём извиняющийся Лань Сичэнь объявил только сейчас. — Это распоряжение дирекции, не могу идти против них. Дети подготовлены и идут с другим инструктором, но мы будем вынуждены ждать их на привалах и помогать в случае необходимости. Цзинь Лин не стал выступать, хотя присутствие мелких где-то рядом с их тропой раздражало. Выслушав очередной инструктаж, он пошёл следом за Лань Сичэнем. Хотелось хорошо показать себя, а заодно совместить приятное с полезным. — Господин Лань, сегодня приедет мой дядя. Я могу сказать ему, где мы будем, чтобы они с Феей нас встретили? О том, что Фея — это собака Цзинь Лина, знали уже, кажется, все. — Это не запрещено, А-Лин, главное, чтобы твой дядя получил разрешение на поход и был осторожен. Он, как взрослый человек, может отвечать за себя сам. — Мы тоже взрослые, мне скоро восемнадцать, не то что этой мелочи. — Не говори так. Там подготовленные дети, к тому же они идут не с нами. Что до ответственности, то сейчас за вас всех несу её я. — Даже за Сычжуя? Он же совершеннолетний, — удивился А-Лин. — За него тем более, — с улыбкой ответил Лань Сичэнь. — Пока вы учитесь, неважно сколько вам лет, я за вас отвечаю. А за Сычжуя ещё и перед родным братом. Но за него я спокоен, он очень ответственный и всегда помогает мне. Уверен, что и с младшей группой на привале будет заниматься именно он. — Любит детей? — Он всех любит, такой у него характер. Поэтому не обижай его. — Я и не собирался. — Вот и славно, значит, я в тебе не ошибся. Цзинь Лин не нашёлся что ответить на такое. Похвала была приятна, но он знал, что не заслужил её. Он ведь ничего такого не сделал. Да и мысли его были далеки от праведных. Да, Сычжуй ему нравился, но Цзинь Лин считал его наивным простачком и скорее хотел не крепкой дружбы, а чего-то более зажигательного и запретного. Назло Цзинъи. В походе станет ясно, кто из них чего стоит, и Лань Сычжуй посмотрит на него другими глазами. — Выдвигаемся. Все держитесь тропы, ни шагу в сторону. Слушайте старших, ориентируйтесь на своих ведущих группы и не отставайте. Сзади идёт второй инструктор, он будет вас подгонять, если задержитесь, и следить за вашим состоянием. Младшая группа шла совсем рядом и в целом всё проходило вполне сносно. Вокруг было красиво, Цзинь Лин отправил дяде сообщение и тот пообещал встретить их группу на следующей контрольной точке. Предвкушая встречу, Цзинь Лин даже сделал парочку сэлфи и отправил всем близким. Мама очень обрадовалась, папа пожелал лёгкого пути, а дедушка был слишком занят, судя по всему. — Как тебе здесь? — спросил его Сычжуй, когда догнал старшую группу. — Хорошо. Красиво и всё такое. — Дальше будет ещё лучше. Сейчас пройдём небольшой ручей и начнётся самое интересное. — А что там? Лань Сычжуй гордо улыбнулся. — Там потрясающий каньон и начинаются пещеры. Мы бывали не во всех, это опасно, но те, что можно, дядя Сичэнь обязательно покажет! Цзинь Лин приободрился. Бывать в пещерах ему ещё не доводилось, но было ужасно интересно. К тому же он много слышал о том, какая там бывает красота. Но слишком бурно показывать радость не стал. Нечего чужим видеть его эмоции. — Да я уверен, что ты в первой же пещере испугаешься, там лазать нужно. Лань Цзинъи был в своём репертуаре. — Это ты по своему опыту судишь? — отрезал в ответ Цзинь Лин и задрал нос. — В нашей семье нет пугливых кроликов. — Ах ты, — начал было Цзинъи, но тут послышались слишком громкие голоса младшей группы и Лань Сичэнь скомандовал привал. — Что, уже? — удивился А-Лин. — У детей строго по часам приём пищи, — пожал плечами Сычжуй. — Идёмте, нам нужно им помочь, чтобы это не растянулось надолго. — Нам, может, ещё и сопли им подтирать? — пробубнил под нос А-Лин, но Цзинъи усмехнулся и чуть было не одобрил его высказывание. Сам он не то чтобы не любил младших, просто не знал, о чём с ними говорить и как держаться. А вот Сычжуй обожал со всеми возиться: будь то дети, бездомные котята или ещё какая живность. Хлебом не корми, дай кого-нибудь откомфортить. Жаль, только не Цзинъи. Так что пока Лань Сычжуй занимался младшими, Цзинъи стоял в стороне рядом с Цзинь Лином. Тот, как обычно, возмущался: — Вот зачем нам эти спиногрызы? Мы бы давно ушли к своей первой точке, если бы не они. — Дядя Сичэнь тоже в шоке, хоть и не показывает, ему их навязали, хотя он и не отвечает за мелких. Я тоже не понимаю, почему мы должны с ними возиться. — А вот Сычжую, кажется, нравится. — Он со всеми добрый, всегда таким был. — И что, никогда из себя не выходит? — Я ни разу не видел, хотя знаю его с детства. — Так не бывает. — Ну как видишь. Они и сами не поняли, как заболтались. Когда нашлась общая тема для недовольства, говорить плохо друг о друге уже не хотелось, так что беседа протекала вполне мирно. Сычжуй же помогал всем правильно распределить еду, чтобы не съели всё сразу, раздавал влажные салфетки, следил, чтобы никто не мусорил, и выглядел при этом невозмутимо спокойным. — Ему можно в монахи идти, ни один мускул не дрогнул. Я бы уже давно подзатыльников навешал и наорал. Особенно на того с кривыми зубами, постоянно ко всем лезет. И руки грязные, фу. Цзинъи согласно кивал и собирался указать ещё на одного грязнулю, но Лань Сичэнь скомандовал сбор. Остальные взрослые слушались именно его. Поэтому быстро собрались, пересчитали своих и пошли по отведенной им тропе, чтобы через несколько часов снова встретиться со старшей группой. — Идёмте, у нас переход более сложный, через первую пещеру, — подошёл к ним Сычжуй. — Рад, что вы наконец-то подружились. Двое удивлённо переглянулись и поняли, что привал прошёл под знаком перемирия. Лань Цзинъи тут же скрестил руки на груди, а Цзинь Лин отвернулся. Но глупое поведение не помогло скрасить неловкость, а когда Лань Сычжуй обнял их обоих за плечи, парни немного расслабились. Болтать и правда оказалось приятно, и Цзинь Лин даже допустил мысль, что мог бы подружиться с таким, как Цзинъи. Он хоть и был довольно едким, но по духу был ближе ему, чем Сычжуй. Тот казался скорее небожителем, чем реальным человеком, и общаться с ним запросто, на спорные темы, было просто невозможно. — Всем старшим раздали рации, чтобы мы могли связаться со второй группой. После следующего привала разойдёмся надолго, я слышал, что идём по согласованным маршрутам. — Отлично, от этой мелкотни уже голова кругом, — Цзинь Лин поднял свой рюкзак и закинул его за плечи. — Ну что, пошли? Это относилось и к Цинзъи, чему Сычжуй был искренне рад. Они пошли все вместе, даже темы нашлись общие. Правда, А-Лин постоянно смотрел в телефон, ожидая сообщения от дяди. Он очень соскучился и по нему, и по Фее. Ещё он отчаянно скучал по дяде Чэну, но тот откладывал свой приезд из-за дел. Цзинь Лин очень надеялся, что это не из-за Вэй Усяня, потому что тот начал ему нравиться и очень не хотелось разрываться между двумя родственниками. Ему этого и в детстве хватило, когда дедушка, дяди и родители не могли поделить его между собой. Быть единственным ребёнком в семье — и весело, и накладно. У него было всё самое лучшее, но уже сейчас он понимал, что настоящего внимания ему всё равно не хватало. Он был как какой-то переходящий приз. — Смотрите, пещера, — показал Сычжуй, отвлекая его от раздумий. — Дошли. Цзинь Лин чуть не подпрыгнул. Ему очень хотелось приключений, а в пещерах он раньше никогда не был. — Идём, идём, нужно всё посмотреть. Лань Сычжуй придержал его за локоть. — Погоди, нужно переодеться, там холодно. И надеть шлемы с фонариками. — Это ещё зачем? — Там опасно, могут падать камни. Ты же не хочешь, чтобы тебе что-то попало в голову? — Лань Цзинъи был тут как тут со своими комментариями. — Или хочешь? Вдруг что прояснится? — Эй, ты снова начал? — Ну прости, привычка. У нас перемирие, я помню. Переодевшись и проверив экипировку, юноши снова выслушали инструкции и отправились в пещеру следом за Лань Сичэнем. Это было по-настоящему круто. Пещера поражала своими размерами и вела куда-то вглубь горы, чтобы потом вывести наружу через небольшие помостки, специально установленные на сложных участках. Со свода свисали сталактиты, в одном месте они были такие огромные, что голова закружилась. Свет попадал в пещеру через два входа, но его было мало, поэтому фонарики здорово помогали. Шли молча, чтобы не нарушать целостность атмосферы, им об этом ещё в самом начале сказали, на инструктаже. И только выйдя наружу, Цзинь Лин смог выразить свой восторг. — Это просто чума, — прошептал он, забыв, что уже можно говорить. — Я даже не думал, что будет так круто. У меня все волоски на теле дыбом встали. Там совершенно нереально. Я даже почувствовал какую-то вибрацию, наверное, от волнения. — Это мы ещё не спускались в глубокие пещеры, — доверительно кивнул Цзинъи. — Вот где рай для спелеологов. — Я тоже туда хочу. — У нас будет одна такая, там ещё сталагмиты на некоторых участках, огромные, очень древние. В одном месте сверху сталактит, а снизу сталагмит тянутся друг к другу, говорят, где-то через миллион лет они могут встретиться. Цзинъи рассказывал это так вдохновенно, что Цзинь Лин тоже загорелся любопытством, мечтая попасть в эту пещеру прямо сейчас. Лань Сычжуй, наблюдая за юношами, улыбался. Наконец-то они смогли найти общий язык, может быть, в будущем ссоры прекратятся, и он перестанет разрываться между двумя важными для него людьми. Когда Цзинь Лин стал ему важен, Сычжуй не знал, но чувствовал к нему что-то необъяснимое и, кажется, довольно глубокое. Внезапно из раций послышался треск и донеслись встревоженные голоса. Лань Сичэнь принял вызов и напряжённо выслушал информацию. Все обступили его и тоже смогли расслышать, что передавали инструкторы младшей группы. — Обвал. Приём, несколько детей остались в проходе. Нужна помощь, приём. — Мы идём, приём. Оставайтесь на месте. — Принято, приём. — Вот вам и инструктаж перед походом. Возвращаемся ко второй пещере, они там, — скомандовал Лань Сичэнь, сохраняя спокойствие. — Видимо, мне не почудилось, что было какое-то волнение под ногами. В отличие от него, вся группа взволнованно заговорила разом. — Вы сами слышали информацию. Я знаю столько же, сколько вы, на месте решим. Сычжуй шёл рядом с дядей, пытаясь хотя бы своим присутствием его подбодрить. Он знал, что неприятности случаются и никто от них не застрахован. Но волновался за детей и всех остальных. Дядя Сичэнь не отвечал за ту группу, но шёл с максимально возможной скоростью, чтобы помочь. Он бы никогда не оставил детей в беде. Подойдя ко входу в пещеру, возле которого толпились перепуганные дети и не менее нервные взрослые, Лань Сичэнь выяснил, что, когда начался обвал, всех стали организованно выводить из пещеры, но двое детей от страха бросились в сторону и проход к ним завалило. Чтобы спасти остальных, инструкторы продолжили эвакуацию, но теперь в пещеру было не пробраться. — Мы вызвали спасателей, но не знаем, сколько там воздуха и как долго дети продержатся. У всех есть рации для связи, мы знаем, что они живы. Повернувшись к своей группе, Лань Сичэнь скомандовал: — Все слушайтесь второго инструктора, никуда не ходите, не покидайте территорию лагеря. За вами приедут и проводят к началу маршрута, на сегодня поход закончен. Цзинь Лин и оба племянника Лань Сичэня переглянулись. Прерывать так хорошо начавшийся поход было обидно, но согласно инструкции нужно ждать спасателей. Однако Сычжуй отчаянно кусал губы и выглядел очень подавленно. — Ты чего? — Я знаю ребят, которые оказались под завалом. Это два брата, они живут недалеко от нас. — Вот чёрт, — Цзинъи тоже понял, о ком речь. — Взрослые уходят в пещеру. Ты же знаешь, что нам нельзя с ними. — Но инструкторов всего двое и ещё дядя. С нами будет проще и быстрее, — тут же возразил Цзинь Лин и посмотрел в глаза Сычжую. — Вы же оба эти места хорошо знаете. — Да, не хуже дяди. — Тогда пойдём, чем быстрее их вызволим, тем больше шансов, что поход продолжится. Лань Сычжуй явно боролся с собой. Правила не позволяли им идти, он боялся подвести дядю, но в пещере остались дети, и это казалось ему более важным, чем соблюдение правил. К тому же Цзинь Лин и Лань Цзинъи были настроены решительно. — Я напишу отцу, что сам принял решение пойти. Чтобы у дяди не было неприятностей. — Я тоже напишу! — Лань Цзинъи был уверен, что родители не прочтут и им будет всё равно, но решил поддержать Сычжуя. Цзинь Лин, решив не отставать, написал дяде Яо коротко и ясно: «Во второй пещере завалило детей, нам запретили куда-то ходить, но мы пойдём и попробуем их спасти. Если что, никто не виноват, мы сбежали». — На входе все отправим, чтобы они настучать не успели. Так и поступили. Цзинь Лин чувствовал небывалый прилив чего-то такого, что наполняло его решимостью, отвагой и счастьем. Он никогда ещё не ощущал подобного единения с кем-то, кто не был его семьёй или Феей. И ему нравилось это чувство. Они шли по пещерному коридору, чутко прислушиваясь к шорохам и стараясь не пропустить нужное место. Отчего они решили, что повезёт именно им, а не взрослым, парни и сами не знали, но им повезло. Всхлипы и детский шёпот доносились из-за каменных глыб. — Они здесь, — Лань Сычжуй достал карту, а Цзинь Лин и Лань Цзинъи не сговариваясь подсветили её. — Тут несколько проходов. Вряд ли их разом завалило. Разделимся и обойдём с трёх точек. Потом встретимся здесь. Карту я отдам А-Лину, мы с тобой это место знаем. Цзинъи согласно кивнул, он был настроен решительно. — Главное, не шуметь, чтобы не было повторного обвала. Все молча кивнули и разошлись. Цзинь Лин надеялся, что повезёт именно ему, но спустя несколько минут понял, что не может пройти из-за заваленного камнями прохода. Выругавшись, он вернулся назад и пошёл по второму коридору, который выбрал Лань Сычжуй. Но вскоре тот вышел ему навстречу, расстроенный и хмурый. — Тоже нет? — Нет, там всё завалено. Идём поищем Цзинъи, вдруг ему повезло? Вернувшись, они свернули в третий коридор и довольно долго шли по нему, пока не увидели впереди свет от фонарика. Цзинъи явно был там и, судя по тихому стуку, что-то делал. Ускорив шаг, они подошли ближе и увидели очередной завал, но на этот раз с небольшой прорехой, из которой Лань Цзинъи по одному вынимал камни. Не тратя время на разговоры, они подошли ближе и начали помогать. Некоторые камни были большие и их приходилось вытаскивать втроём. Они царапали руки, толкались плечами, но действовали слаженно. Цзинь Лин молчал больше от натуги, чем от неимения слов. Когда же Цзинъи чуть не уронил камень ему на ногу, он зашипел как рассерженный кот. — Прости, прости, слишком тяжёлый оказался, — сокрушённо шептал Цинзъи, хватаясь уже за следующий камень. Прореха в завале увеличивалась, и вскоре они смогли по одному пролезть туда. Детей в этой пещере не оказалось, но, судя по звукам, они были где-то рядом. — Наверное пошли искать другой выход. Я слышу чьи-то голоса, — сказал Лань Сычжуй и поспешил, как ему казалось, в нужную сторону. — Не беги! — теперь настал черёд Цзинъи шипеть. — Смотри под ноги, здесь камни везде! Дальше Сычжуй снизил скорость и остановился, прослушиваясь. Голоса раздавались где-то совсем рядом, и он пошёл на звук, пытаясь учесть, как тот отражается от стен пещеры. За одним из поворотов он увидел двоих ребят, оказавшихся в тупике и растерянно озирающихся. Увидев их, Лань Сычжуй тихо позвал: — Идите сюда. Только медленно и осторожно, мы вас выведем. Мальчики, обрадовавшись тому, что их нашли, едва не завопили, но один из них вовремя закрыл другому рот рукой. — Обвал! Тот понимающе закивал и рука исчезла. — Вылезайте аккуратно, проход совсем не надёжный. Они помогли младшим, и Сычжуй пошёл первым, внимательно осматривая своды пещеры. Внутреннее чутьё говорило ему об опасности, и он только надеялся, что они успеют выбраться. Пролезая через разобранный завал, второй мальчик нечаянно задел большой камень, и Сычжуй только успел выдернуть его из проёма, как камни посыпались откуда-то сверху, отрезая его от Лань Цзинъи и Цзинь Лина. — А-Лин, Цзинъи! — закричал он, но грохот камней заставил отбежать подальше. — Бежим! Он практически вытолкнул младших ребят из пещеры и в ужасе замер у её входа, где стояли взрослые. — А-Юань? Что ты здесь делаешь? — удивлённо и встревоженно спросил Лань Сичэнь. — Ты один? Смотря, как племянник скорбно мотает головой, Лань Сичэнь почувствовал, что сердце ухнуло куда-то в пятки. — Кто? — Цзинъи и Цзинь Лин, — чуть не плача, прошептал Сычжуй.