Amaranthine

20 июня 2017 г. Рейвен Рейес никогда не относила себя к ранним пташкам. Эта молодая женщина любила поспать подольше, хотя бы до полудня, а то и до обеда — в выходной. По этой причине, едва заступив на работу в полицейский участок, она просила ставить её исключительно на дневные, вечерние и даже ночные дежурства. Утренние ей не вменяли никогда. После повышения это правило не изменилось. Потому, когда этим утром её разбудил настойчивый звонок от Маркуса Кейна — на него была установлена особая мелодия — девушка заворочалась под одеялом, ругаясь: — Твою мать, Кейн, какого черта в такую рань, часы сломались что ли… Алло, Рейес, слушаю. — Рейвен, доброе утро, прости, что разбудил, — услышала Рейвен знакомый голос и мельком взглянула на часы: еще только восемь утра. — Но в центре полиграфии прогремел взрыв, и я подумал, что ты не простишь мне, если я вызову кого-то другого. — Взрыв? — Рейвен моментально взбодрилась. — Конечно. Буду как можно скорее! Уже одеваюсь! Уже мчу! Финн в это время собирался в участок, и Рейвен, торопливо выхватывая у него бутерброд и жуя на ходу, спросила, вызывали на взрыв только её или же их вместе. Финну приглашение не поступало, потому его девушка, спешно выпив стакан воды, помчалась в единственный в городе центр полиграфии.

***

Кларк и Лекса вернулись с пробежки и завтракали, когда телефон Кларк активно завибрировал. В рабочем чате друг за другом появлялись сообщения о взрыве в полиграфическом центре, куда уже направился Синклер. «Нужна ли помощь?» — написала Кларк и тут же получила в ответ: «Пока не знаем, возможно». — Ох, кажется, я там лишней не буду, — неуверенно произнесла Кларк, допивая кофе и протянула Лексе телефон, чтобы показать фотографию горящего здания, сделанную одним из первых прибывших на место офицеров полиции. — У тебя же выходной, — попыталась возразить Лекса. — Да, но мы не знаем, сколько пострадавших, Синклер может не справиться там один, да и мне самой сложно усидеть на месте в такой ситуации, — Кларк пожала плечами. — Тебя отвезти? — Нет, не беспокойся, я возьму такси, — Кларк направилась в комнату, чтобы переодеться, слыша только, как Лекса спешно ополаскивала тарелки. Когда блондинка показалась в коридоре, Лекса уже обувалась. — Я тебя отвезу, — решительно сказала она. — Кто знает, может, и моя помощь пригодится. — Спасибо. Черный столб едкого дыма был виден издалека, может быть, из каждой точки города. По пути Кларк намеревалась участвовать в переписке, но после сообщения Синклера «Я на месте» новых сообщений не появилось, кроме единственного от Кларк «Я тоже еду». Она действительно не хотела беспокоить Лексу внезапной поездкой, но все же была благодарна, что та сейчас находится рядом. Кларк еще ни разу не сталкивалась ни с пожарами, ни со взрывами, но за время практики в больнице успела повидать немало последствий пожаров, а взрывы и вовсе были редкостью для небольшого города. Взрывы. С этим словом прочно ассоциировалась подруга, с которой Кларк сейчас была не в ладах. Будет ли она тоже на месте происшествия? Обычно её рабочий день начинался куда позже, но если для Рейвен взрыв был интереснее Финна, то может ли он быть важнее сна? Очень вероятно, что может. Они уже подъезжали к полиграфическому центру, когда навстречу друг за другом проехало несколько машин скорой помощи. Значит, оттуда уже вывезли пострадавших, но всех ли? Кларк кусала губы и ничего не могла с этим поделать. Впереди показалось горящее здание, а на парковке рядом с ним виднелись пожарные машины и целая группа пожарников. — Все там, на парковке с другой стороны улицы, — блондинка привлекла внимание Лексы, но та и сама успела заметить, где предпочитают парковаться те, кто приехал сюда по зову службы. Разумеется, подальше от здания, представляющего сейчас опасность. Оказавшись на парковке, Кларк огляделась. Несколько полицейских машин и еще два знакомых автомобиля. Синклера и Рейвен. Рейвен здесь. Гриффин заметила офицеров полиции, с которыми была едва знакома, увидела Синклера и бросилась к нему через дорогу. — Кларк! — Много пострадавших? Мужчина похлопал блондинку по плечу. — Двенадцать человек, все живы, но так или иначе ранены. В основном не тяжело. Их всех уже развезли по больницам. Все работают в первую смену, пришли, увидели огонь где-то внутри, бросились к огнетушителям, но тут-то и рвануло. Счастье, что никто не погиб. — Внутри могут еще быть пострадавшие, которых не заметили? — Кларк все еще беспокойно поглядывала то на горящее здание, то на коллегу, то на Лексу, остановившуюся в нескольких шагах. — Нет, там больше никого, — Синклер, напротив, выглядел спокойным. — А где Рейес? — блондинка даже приподнялась на цыпочки и прищурилась, пытаясь взглядом отыскать детектива, но той нигде не было видно. Хоть бы ей хватило гениальности не заходить внутрь, пока здание не потушат. Синклер осмотрелся и махнул в сторону центральной двери: девушка, чьи темно-каштановые волосы были собраны в небрежный хвостик, стояла в нескольких метрах от широкой входной двери. Она что-то оживленно обсуждала с двумя пожарными и кем-то из офицеров полиции, посматривая то вверх на столб черного дыма, то на вход в здание; то активно жестикулировала, то опускала руки. Наконец, один из пожарных махнул рукой, и вся эта маленькая группа попятилась, не сводя глаз с опасного здания. На часах было 8:35, когда прогремел второй взрыв.

***

Это выглядело слишком нереальным, чтобы происходить на самом деле. Огненное зарево в один момент охватило невысокое здание. От раздавшегося грохота будто взорвалось что-то в голове, всё тело болезненно встряхнуло, а в ушах раздался оглушительный звон, заглушавший звон битого стекла. Но они находились далеко от эпицентра. Рейвен смотрела на всё происходящее, находясь в опасной близости. Глаза Кларк были расширены от ужаса, когда она наблюдала, как её подруга внезапно отвернулась от летящих в её сторону осколков и обломков. Как её отбросило взрывной волной на пару десятков метров, и она беспомощно покатилась по земле. — Нет. Нет, нет, нет, — сорвалось с губ Кларк, но она не слышала себя. Она не слышала вообще ничего, кроме этого звона, будто это был единственный звук, который остался во всем мире. — Рейвен! — вскрикнула она и, превозмогая оцепенение и страх, бросилась к подруге. Она бежала и бежала, и эти метры казались нескончаемыми. Сейчас она проснется — и всё окажется ночным кошмаром. Всё будет хорошо. Это всё происходит не с ней. — Рейвен, Рейвен, — бормотала она, едва слыша собственный голос, когда склонилась над подругой. На лбу и щеке латиноамериканки появились ссадины, которые она явно получила при падении. Скорее всего, у неё еще и сотрясение. Лишь бы больше ничего еще не было повреждено. — Рейвен, детка, ты жива? — рядом с Кларк оказался взволнованный Синклер. Рейес сдавленно застонала. — Рейвен, я быстро осмотрю тебя, хорошо? — Кларк приподняла футболку подруги, отмечая несколько наливающихся синяков. Ноги, похоже тоже были лишь поцарапаны об асфальт. — Кларк, — выдавила девушка, которая чуть приоткрыла глаза, когда Гриффин принялась мягко ощупывать её. Кажется, ничего не сломано. — Да, Рей, это я. С тобой всё будет хорошо. Ты просто оглушена и немного поцарапана, — голос блондинки дрожал, но она изо всех сил старалась успокоить подругу. — Это ты, — слова давали Рейвен с большим трудом, и Кларк в замешательстве смотрела на неё, силясь понять, насколько сильное её сотрясение и есть ли какие-то боли, которые её беспокоят. — Рейвен, пошевели пожалуйста руками. Хотя бы пальцами, — попросила Кларк, и девушка, пусть и с трудом, но выполнила её просьбу. — У тебя что-нибудь болит? — Спина, — хрипло отозвалась Рейес. — Ты ударилась, — Кларк поджала губы. Это просто удар, это просто удар. Она провела пальцем по одной руке девушки, затем по другой. — Ты чувствуешь что-нибудь? — Ты трогаешь мои руки. — Отлично. Теперь? — Гриффин проделала то же самое с ногами девушки. Та молчала. — Рейвен? Ответа не последовало. Рейес поверхностно дышала и болезненно постанывала. — Помоги мне аккуратно перевернуть её, — попросила она Синклера. Испачканная футболка задралась, и Кларк оцепенела, стоило ей увидеть поясницу подруги, из которой торчал осколок стекла, впившийся практически в один из позвонков. Гриффин и Синклер одновременно произнесли одно и то же браное слово. Кларк не могла понять, насколько крупным был осколок, насколько глубоко он вонзился и что именно задевал. Края раны сочились кровью и сукровицей, а кожа вокруг наливалась фиолетовым. — Нужно немедленно звонить в скорую, — Кларк тут же вытащила из кармана телефон, но Синклер остановил её: — Все кареты скорой помощи уехали отсюда совсем недавно. Их придется очень долго ждать. — И что прикажешь делать? — огрызнулась Кларк, набирая номер. Ответили быстро, но повторили слова Синклера, что все машины заняты, и в лучшем случае помощь прибудет через полчаса. Блондинка чертыхнулась. — Мы можем отвезти её сами? — неожиданно вмешалась Лекса, и Кларк подняла на неё растерянный и полный боли и страха взгляд. — Можете, — ответил за коллегу Синклер. — Надо только аккуратно донести её. — Больно, — простонала Рейвен, снова открывая глаза, наполненные слезами. — Держись, Рей, мы вытащим тебя, — Кларк погладила подругу по щеке, но руки её при этом дрожали. Синклер, тем временем, позвал на помощь несколько человек, чтобы осторожно донести Рейвен до парковки. Кларк выглядела совершенно потерянной, когда шла рядом с Лексой к её машине, куда мужчины осторожно погрузили Рейвен, стараясь не задевать осколок. — Не так я хотела с тобой познакомиться, Рейвен Рейес, — задумчиво вымолвила Лекса, помогая девушке устроить голову на коленях Кларк. — Лекса, — со стоном выдавила мексиканка. Тем временем, блондинка уже набирала номер матери. Они не разговаривали с того самого дня, когда Эбби явилась к ней на работу, чтобы наговорить гадостей о её девушке, но сейчас это всё перестало быть важным. Сейчас, когда разум утонул в липком тумане, этого будто не происходило вовсе. — Кларк? — послышался в трубке голос старшей Гриффин. — Мам. Мам, ты сейчас на работе? — Да, только что заступила на смену. Кларк, у тебя беспокойный голос. Что случилось? — Рейвен, — Кларк едва сдерживала подступающую истерику. — Был взрыв. У нее в спине осколок. Прямо у пятого поясничного позвонка. Она не чувствует ног. Кларк услышала, как тяжело и рвано вздохнула мать, и продолжила: — Я звонила в скорую, но они сказали ждать полчаса. Поэтому мы сами уже везем её, мы будем на месте минут через пятнадцать. Ты можешь организовать, чтобы нас пустили как служебный транспорт? — С кем ты едешь и на чем? — спросила Эбби, и Кларк тут же услышала в трубке звук, похожий на шуршание бумаги. — С Лексой. На её машине. Повисла пауза, но совсем короткая: даже если у Эбби и имелись какие-то комментарии по этому поводу, сейчас определенно было не время их озвучивать. — Пусть Лекса скажет марку и номер машины, я договорюсь. Кларк, даже не отодвигая телефон от лица, подняла глаза на свою девушку, сосредоточенно ведущую машину. — Лекса, нужны марка и номер. Несмотря на то, что Кларк уже не раз видела автомобиль и ездила на нем, в нынешнем состоянии она бы ни за что не вспомнила ни одной цифры или буквы регистрационного номера. Поэтому шатенка громко и членораздельно озвучила требуемые данные. — Мам, у неё черный Форд, — начала Кларк, но Эбби тут же перебила: — Я её услышала, спасибо. Буду ждать вас у входа. — Спасибо, — тихо сказала Кларк и сбросила вызов, прежде чем обратилась к безмолвной Рейес: — Хей, мы скоро приедем в больницу, моя мама починит тебя. — Эбби, — прохрипела в ответ девушка, несколько раз моргнула и добавила: — Красивый был взрыв, — прежде чем закрыла глаза и перестала реагировать на голос Кларк. Её дыхание оставалось прерывистым, пульс был в пределах нормы, но состояние, в котором она оказалась, пугало. Кларк не переставала ощущать себя персонажем не самого приятного сна или отвратительного боевика, потому что в жизни так не должно было случиться. Рейвен была хорошим человеком. Её подругой, с которой она сначала время от времени пересекалась в университете, потом — в больнице, где сама она практиковалась, а Рейес навещала Финна, которого Эбби спасла от последствий тяжелого ранения. Кларк тогда не знала, что Рейвен была его девушкой — Финна навещали почти все полицейские, особенно его напарники по патрулированию. Рейвен умудрилась подружиться с Эбби, хотя её мать не стремилась к дружбе с сотрудниками полиции, и единственным исключением их этого правила был Маркус Кейн, давным-давно ставший надежным товарищем не только для неё, но и для Джейка. А теперь эта уникальная Рейвен хрипло дышала, пока её кожа покрывалась холодным потом. Веселая Рейвен с лучезарной заразительной улыбкой, беспрекословно уверенная в своей гениальности. Кларк тихо всхлипнула, убирая со лба подруги липнущие темные волосы. — Мы почти приехали, Кларк, — мягко сказала Лекса, и блондинка впервые за всё это время выглянула в окно. До больницы оставалась пара кварталов. — Держись, Рейес, мама починит тебя, — снова всхлипнув, прошептала Кларк, осторожно гладя бессознательную девушку по щекам. Стоило автомобилю приблизиться к шлагбауму с надписью «Только для персонала», как он незамедлительно поднялся, и Лекса направила машину ко входу в здание, где уже видела женщину и нескольких человек с каталкой. Она и Кларк помогли вытащить так и не пришедшую в сознание Рейвен и уложить на каталку, и Эбби сразу же взглянула на осколок, торчащий из её спины. Покачав головой, велела везти девушку в операционную, и только когда каталка сдвинулась с места, Кларк бросилась в объятия матери, уже не сдерживая слез. — Мне так страшно, мам, — призналась она. — Ты ведь починишь её, правда? — Я сделаю всё, что смогу, — женщина устроила подбородок на плече дочери и прикрыла глаза. — Я могу остаться? Я хочу знать, что с ней, — проскулила Кларк, отстраняясь. Эбигейл пожала плечами. — Если тебе нужно идти, я могу просто позвонить и сказать, как она. Но можешь и остаться. — Лекса? — Кларк повернулась к своей девушке. — Я, пожалуй, останусь, ты можешь ехать, наверное. И огромное спасибо тебе. Шатенка закусила губу, что-то обдумывая, затем повернулась к Эбби: — Здравствуйте, миссис Гриффин. — Здравствуйте, мисс Вудсон, — сдержанно ответила Эбби, наблюдая, как её дочь преодолела несколько шагов, отделявших её от девушки, и заключила её в крепкие объятия. Лекса тут же обняла Кларк в ответ и прижалась щекой к её лбу. — Кларк, я могу остаться с тобой здесь, если тебе нужна моя поддержка, — тихо сказала она, поглаживая блондинку по спине. — Разве тебе не нужно на работу? — Анья справится, — заверила её шатенка и перевела взгляд на Эбби: — Куда я должна переставить машину? Эбби махнула в сторону стоянки для сотрудников больницы: — Туда, где скопление машин, на любое место. Она все еще находилась здесь, хотя следовало бы поспешить в палату, где скоро будет оперировать Рейвен. Но эти несколько минут она не могла не провести в обществе дочери, с которой уже некоторое время не общалась, но которая так отчаянно искала у неё поддержку, едва случилось несчастье с их общей подругой. У неё и у Лексы. Разумеется, от Эбби не укрылось, как отчаянно дочь цепляется за Лексу, словно она — единственное, что в этом мире имеет значение. От неё не укрылось, как бережно Лекса прижимала к себе Кларк, какая любовь теплилась в зеленых глазах. Эбби слышала об этой молодой женщине не самые приятные истории, которые бывали и противоречивыми, но сейчас, когда шатенка ласково перебирала золотистые волосы Кларк, когда поцеловала в висок и заверила, что вернется через пару минут, когда переставит автомобиль, Эбби почти готова была поверить, что все эти истории нелепы. Почти — потому что она собиралась обдумать это позже. Когда Рейвен и возможные другие пациенты будут вне опасности.

***

Даже время, проведенное в ожидании, выдалось для Кларк изнуряющим. Сначала она позвонила Октавии, чтобы рассказать о случившемся. Затем — Синклеру, чтобы выяснить, кто заберет машину Рейвен с парковки. К счастью, Харпер — девушка компьютерного гения Монти — уже решила этот вопрос и пригнала автомобиль прямо к дому, где жили Рейвен с Финном. Затем перезвонила Октавия и сказала, что её направили расследовать дело о взрыве. В это же время Лекса созванивалась с Аньей, а когда все телефонные звонки прекратились, Кларк вернулась в объятия любимой и доверчиво прижалась к ней всем телом. В таком виде нашла их Эбигейл Гриффин, когда вышла из операционной. — Кларк. Твоя мама, — Лекса тихо позвала свою девушку, которая постепенно расслаблялась в её руках. — Мам? — Кларк подняла глаза на Эбби, любопытством наблюдавшую за взаимодействием девушек. — Как она? — Всё хорошо, — голос Эбби звучал ровно и уверенно. — Я удалила осколок, он проник не слишком глубоко. Ничего важного не задето. Но он давил на спинной мозг, поэтому Рейвен не чувствовала ног. Мы сделаем ей МРТ, чтобы понять, есть ли что-то, что может ей угрожать. Но в целом она в порядке. Когда очнется, сможете зайти проведать. — Спасибо, мама, — Лекса разомкнула объятия и слегка надавила на спину Кларк, побуждая ту подойти к матери. Что и сделала блондинка, уже второй раз за день бросаясь к Эбби.

***

Рейвен пришла в себя через пару часов после операции, и Эбби, сперва поговорив с девушкой сама, разрешила Кларк и Лексе войти в палату. — Привет, гениальная Рейес! — Кларк старалась выглядеть как можно позитивнее, но хмурый вид подруги сразу же сбил её с толку. — Эй, ты как? Рейвен подняла на блондинку влажные карие глаза. — Похоже, теперь только и смогу пользоваться своим мозгом. Вроде как я на какое-то время калека, если не навсегда. — Эй, ну ты чего, всё наладится, я обещаю, — Кларк села у изголовья кровати и погладила мексиканку по голове. — Мама же сказала, что тебе просто нужна реабилитация, разные упражнения… Просто выполняй все инструкции, и твоя нога будет в порядке. После проведенных обследований Эбби сразу сообщила дочери неприятную новость: какой-то нерв все же был поврежден, Рейвен не чувствует левую ногу ниже колена и в ближайшее время не почувствует. Ходить она сможет только с помощью специального приспособления или же может воспользоваться костылями. Первый вариант, безусловно удобнее, но второй на первых порах предпочтительнее. Ей проведут еще несколько обследований, пока она находится в больнице, прежде чем составят курс восстановительных процедур, и всем предписаниям нужно будет неукоснительно следовать, если Рейвен хочет снова полноценно пользоваться ногой. Рейес шмыгнула носом. — Глупо получилось. Какая-то чертова стекляшка сделала из меня калеку. — Ты не будешь калекой, Рей, — убеждала её Кларк. Видеть обычно веселую подругу такой подавленной было больно. — Ты не будешь калекой, как минимум потому что тобой занимаются самые лучшие врачи, — заговорила наконец Лекса, все еще стоящая около двери. — О, Лекса, — Рейвен подняла глаза на девушку. — Прости, я тоже хотела бы познакомиться с тобой в более приятной обстановке. И более адекватном состоянии, чем подбитая взрывом. — Ну, по крайней мере, ты сказала, что он был красивым, — попыталась улыбнуться Лекса. — Так и было. И спасибо, что привезли меня. — Как твоя голова? — поинтересовалась Кларк, рассматривая пластыри, которые теперь скрывали ссадины, полученные при падении. — Мама сказала, что у тебя было сотрясение, но слабое, и вроде никаких признаков и последствий не наблюдалось. — Ну, голова работает, — вздохнула Рейвен. — В целом, это самое главное. К тому же, я детектив, а гоняться за преступниками могут и офицеры. Или Финн. — Он, кстати, скоро придет, — сообщила Кларк, на что девушка улыбнулась. Они еще какое-то время провели в палате, и Кларк рассказала, что машину Рейвен уже пригнала к её дому Харпер, а Октавия теперь занимается расследованием взрыва, что немного огорчило Рейес, потому что у Октавии и так полно дел, тем более что она недавно продвинулась в «нашем общем деле». Когда Гриффин потребовала подробностей, Рейвен покосилась на Лексу, а затем сказала, что лучше им будет собраться всем вместе и обсудить это за пиццей и пивом, как только её выпишут. Кларк не была уверена, что сразу после выписки Рейвен разрешат употреблять алкогольные напитки, но промолчала. Её задумчивость Рейвен оценила по-своему и лишь сказала: — По твоим приметам на днях нашли машину. О уже допрашивала её владельца, и он ужас как облажался. Теперь она думает, что делать дальше, потому что толку пока от него никакого. Кларк коротко кивнула. Пожалуй, это действительно лучше обсуждать с Октавией. Очень скоро на пороге показался Финн, и Кларк и Лекса поспешили оставить его с любимой девушкой, а сами отправились каждая в свою сторону. Гриффин намеревалась лечь спать сразу, как окажется дома и пообедает: события первой половины дня её изнурили настолько, что не оставалось моральных сил на что-либо еще. Лекса же, которая спокойнее отреагировала на всё произошедшее, отправилась на работу. Финн находился в палате до самого вечера несмотря на то, что большую часть времени его возлюбленная спала. Он ушел, лишь когда его сменила Октавия, которая спешила поделиться новостями и просто поддержать подругу. Едва она закончила рассказ о взрыве и его причинах, как в палату вошла Эмори. В очередной раз поведав историю о взрыве и ответив на вопросы о своем самочувствии, Рейвен решила перейти к делу. — Тебе удалось что-нибудь узнать про Эко? Эмори вопросительно посмотрела на Октавию и, получив кивок от Рейвен, ответила: — Если честно, то ничего. Джон пытался что-то узнать, а потом был очень недоволен. Сказал, что если я имею в виду адвоката Эшли Арчер, которая в определенных кругах действительно известна как Эко, то я должна забыть об этом. Детективы изумленно переглянулись. — А он не сказал, что из себя представляют эти определенные круги? — спросила Октавия, но Эмори только виновато улыбнулась и мотнула головой. — Спасибо, Эмори, — Рейвен ободряюще похлопала подругу по руке. — Тебе кажется, что ты нам не помогла, но на самом деле еще как помогла. Мы найдем способ к ней подобраться. Может быть, Рейвен Рейес действительно была в состоянии придумать сложный план, но ни на следующий день, ни на следующий за ним Октавия не услышала ни одного предложения. И тогда она решила, что самый простой и безопасный на данный момент вариант — это обратиться к своему бывшему наставнику. Пусть Маркус Кейн не был ни находчивым, ни целеустремленным, но хотя бы он был одним из немногих, кому Октавия доверяла.

***

— Ловко получилось на время устранить Рейвен Рейес. — Клянусь, это получилось случайно, я ничего не делал. — Это не важно. Главное, что теперь её дела перейдут к коллегам, значит, наша ищейка поумерит пыл. Кстати, ты уже направил её по ложному следу? Я намерена кое-что устроить, чтобы она охотнее в него вцепилась. — Эээ… Нет, я пока думаю, что можно ей скормить. — О чем так долго можно думать? Ты прекрасно знаешь, кто наши враги. Кто мой главный враг. Она лишила меня моей девочки, а за кровь нужно расплачиваться кровью. Кажется, настал идеальный момент от неё избавиться раз и навсегда.