Чёрная луна и красное солнце в аромате магнолии

Через два месяца. Новый год ощущался буквально во всём, сверкая огнями улиц и витрин. Милагрос отказался заранее работать в новогоднюю ночь, сославшись на семейный ужин. Не появляющийся и не проявляющий признаков жизни мистер Ким Намджун за эти два месяца, как можно было предположить, появится в праздничную ночь в своём клубе. И омега решил, что портить себе праздник пьяной рожей Нама не будет, а уж тем более, совершенно не хотел вестись на притягивающую слабое омежье сердце ауру самца. За эти несколько недель господин « богатая скотина » ни разу не дал о себе знать. Да и последний раз Милли проснулся один, умылся, нагло полазил по холодильнику. Объявившаяся охрана проводила его быстренько вон, выгрузив около дома, где жил парень. И всё как-то затихло. Пошло с прежней рутиной в обнимку. Дом, эстетист, парикмахер, клуб, танцевальная студия. Омега решился на серьёзный шаг! Вместо каждых выходных, теперь только два дня раз в две недели можно было лицезреть прекрасную задницу Пак Милли в « Голубом лотосе ». С « карьерой » а - ля «возбудим, но не дадим» он решил постепенно закругляться. Восполняя заработки тем частично, что набрал группу восточного танца на поздний вечер. Самому хотелось в этой сфере себя попробовать. Он уже несколько месяцев самостоятельно занимался у хороших мастеров. Благо, что пластичности было не занимать. А вот в восточных танцах это очень важная деталь. А ещё, порывшись в себе, он понял, что нерастраченную сексуальность надо будет где-то выплёскивать, если перестанет это делать в клубе. Переведёт энергетику именно в занятия этим видом танца. Шихёк на просьбу сократить график недовольно хмыкнул: — Устал, заболел, мало платим? — Беременный, замуж собрался, — зло бросил Милагрос, сузив глазёнки,— а ещё, мой брат ждёт двух волчат от оборотней. — Не злись. Помощь, может,в чём нужна? Ты какой-то смурной последнее время и уставший, — примирительно, потом уже, как бы между прочим, вертя ручкой в руке. — Господин Ким о тебе спрашивал, его впечатлил твой номер. Ну, а что касается брата ...Ты же знаешь и он знал, такой закон, правила. Оборотни нас защищают, мы им платим, чем можем. И потом, твой брат не в борделе долги отрабатывает, он папа детей вожаков — это достаточно почётно и особенно метка, законный брак. — Про мистера Кима ничего слышать больше не хочу, — почти рыча. — Ну всё - всё. И потом, послушай меня, я намного старше тебя и больше в жизни понимаю. Оборотни тщательно отбирают тех, кто подойдёт в качестве второго родителя. Твоего брата выбрали вожаки. Твои племянники продолжат род и будут защищать наш город от чужаков, наш народ. Я с их жизнью глубже знаком, поверь мне, не так легко держать огромный город под контролем и при этом балансировать с другими группировками волков, что пытаются отжать постоянно кусок нашей земли и нашего мегаполиса. Волкам нельзя показывать свою слабость и перед своими, и перед чужими, иначе уважать и бояться перестанут и начнется хаос . Милли сидел в углу и устало тёр лицо: — Да понимаю, я просто устал, извините, а про мистера Кима всё равно не надо больше, пожалуйста. — Понравился? — До́бро улыбнулся Шихёк. — Кто?! — Глаза у омеги почти выпали из орбит. — Ладно, иди, — махнул рукой, — там тебе поклонники опять цветов наприсылали и подарки. Милагрос развернулся : — Я не принимаю, вы же знаете! — Ну, я не могу отказать владельцу клуба. Всё. Я занят. Возразить не дал охранник, зашедший к шефу по делу, и Милли пришлось выметаться. Намджун себя не понимал. Два месяца погружаясь в работу в попытках забыться и в чужих постелях ища «противоядие». Он сам себе не мог объяснить, почему уехал от спящего в его кровати парня в то утро и больше за это время не пытался с ним связаться. Два дня назад во сне омега кормил его мороженым со своего рта, капая обоим на грудь, Джун слизывал сладкие капли с не менее сладких сосков Милагрос, который стонал пошло и откровенно. Проснулся альфа в поту и с каменным стояком, от которого ломило весь низ тела, отдавая в ноги. А соски, как у его любовника во сне, стали чувствительными и набухли. Хорошие духи, diorissimo dior, единственные что хоть приблизительно давали небольшие нотки омеги. Других парфюмов он не нашёл, вернее его секретарь, странно посмотрев на босса, когда тот озвучил свою просьбу найти такие ароматы. Как выяснил Нам, парфюмерам практически недоступно, на сегодняшний день, синтезировать запах магнолии. А поэтому он так ценен и редок. Дрочил на аппетитный образ омеги оборотень уже не в первый раз за эти месяцы, стараясь не показываться у друзей в доме, чтобы не встретить Милагрос. Да и Чимин с братом одно лицо, а ковырять раскаленным ножом свои раны оборотень не горел желанием. Но вот сегодня чего-то прорвало. Решил сделать ход конём. И подъехать к парню с другой стороны, всем омегам нравятся цветы и подарки. А может, выгорит и их постельные приключения получат продолжение?! Намджун не хочет и не будет лукавить, ему понравилось! Понравилось в горячем рту у омеги, в его теле, что сжимало приятно его член, понравилось смотреть в его глаза, когда тот на грани, понравился запах парня, что заставлял сердце стучать так громко, что слышно было буквально в голове даже! А ещё, волк тосковал, почему-то...Ну зацепил его этот омега! Хотелось поближе узнать, понюхать, и чего уж душой кривить, потереться о нежную кожу, потрогать, услышать голос. Понравился, затянул... В гримёрке стояло три вазы с цветами, от орхидей до роз, и вообще редких в это время года тюльпанов. На столике у зеркала лежала коробка с бельём дорогущей марки ,,Agent Provocateur", перевязанная тёмно - шоколадной и розовой лентами. А рядом небольшая плетёная корзиночка одной из самых знаменитых кондитерских города, в ней в три аккуратных ряда были уложены малюсенькие пирожные, и ни одно не повторялось. — Сука, знает чем брать! — Открыл, запихнул в рот один за другим сразу три штучки. Телефон дал знать о себе звуковым сообщением: — Понравилось? Намджун на телефоне у Милагрос был записан как ,« начальство ». Вот так сухо. С этого номера в ТО утро, когда Милли проснулся один после их секса, пришло сообщение, что его отвезут домой и вопрос, как он себя чувствует. Парень, естественно, не ответил и не стал узнавать, как оборотень достал его номер и где. Бесполезно. — Что ВЫ (сначала написал ТЫ, но стёр, выделив заглавными буквами это слово нарочно, чтобы подчеркнуть официоз) хотите взамен пирожных? Остальное можете забрать. — Кокетство так и перло наружу, всё-таки он омега и заигрывает с сексуальным альфой , с которым, на минуточку, трахался! Да ещё как! — Поужинаем? — Уже поздно. Да и я на работе, а начальство у меня строгое. — Ок! А завтра? — Альфа не сдавался. — Мне страшно поздно гулять с опасными личностями и мораль не разрешает. Так что я пас, — нагло, дожёвывая пятое пирожное. — Издеваешься? — От послания волка уже чувствовалась злость, даже на расстоянии. — Ага ! Как и вы! Я вам зачем? Начистоту. — Понравился. — У тебя даже голос голодный, — омега включил сладкую сучку, не давая альфе расслабиться, — сейчас поговорим, — вещала наша чаровница самым медовым голосом, — и пойдешь подрочишь, слышу дышишь прям тяжело. Милый. — О! Мы уже на ты, у нас прогресс! И кстати, я уже дрочил на тебя, детка. Ты трахательный очень. — Большие, серьёзные дяди и бизнесмены, как ты, не должны ТАК низко падать и дрочить на таких, как Я ! Вдруг нежный голосок омеги сменился на холодный, отчужденный: — Ты в каждом двухнедельном светском журнале хроники с новой подстилкой. Тебе мало? — Читал про меня? Я приятно польщён. — Не унимался соблазнитель. — Пока, я должен собираться работать, — внаглую выключил телефон, отключив совсем, не дождавшись ответа. Пусто и вообще никак на душе, омега был почти уверен, что оборотень будет сегодня в клубе, и Милагрос знает, как пощекотать тому нервы и подёргать за яйца. В коробке с присланным бельём лежал шёлковый халат цвета пепел розы. Модно! Шортики - юбка, на лодыжках браслеты, сверху кружевной топчик, еле-еле прикрывающий соски и лопатки сзади и практически полностью открывающий живот и спину. Но вот руки розовые кружева закрывали до кистей. Откровенно, вызывающе! Нам тоже решил быть « плохим» и подразнить заносчивую дрянь. Приехал с компанией друзей и притащил одного из самых дорогих и красивых омег моделей, чьим лицом и телом украшались обложки лучших изданий в стране и показы мод. Парень был правда хорош, даже очень! Но когда начальник охраны клуба вынес с помощником на руках, вскинутых над головой, сидящего в их в ладонях Милли с вытянутой спиной прямо и скрестившего ножки, волк понял быстро, КТО тут самая сексуальная самочка и ещё то, что она не с ним! Блять! Публика оживлённо загудела, восторженно встречая омегу. Так восторженно, что зверь Джуна почувствовал волну возбуждения от зала, вернее, от альф и даже от омег рядом с собой, что завороженно смотрели на сцену. Кима переполнила необъяснимая злость ( зависть ) на охранников, что вынесли непослушную детку на своих руках! Бит бил в уши.Стриптизер, казалось, задался целью буквально выбить все последние барьеры, сдерживающие мужчин в зале от того, чтобы ринуться к омеге и растерзать его на тысячу сладких кусочков. А Jay Sean со своей Ride It ему в этом успешно и даже великолепно помогали. Милагрос повис на шесте вниз головой на одной ноге, крутясь вокруг, а его топик задрался выше сосков, которые парень с хитрой улыбкой потрогал и сжал. Джун смотрел. Омега спустился вниз, извиваясь змеёй под песню. «Гюрза!» — Всплыло в голове у альфы, самая ядовитая змея средней Азии почти невозможно спастись после укуса! Парень во всём на неё похож. Гюрза не нападает первой. Но если разозлить и спровоцировать, то выйти победителем в этой схватке с ней тяжело. Она может, защищаясь, прыгать на большие расстояния и добивать противника. — Я скоро, — бросил Ким пришедшим с ним, — у меня кое-какие дела, заказывайте что хотите, вам всё принесут. Уже порядком подвыпившая компания, весело смеясь, помахали, продолжая пить. Сам Намджун твердой походкой шёл на запах магнолии, сверкая в полумраке коридора кострами глаз. Древний инстинкт вырвался наружу, инстинкт, который ни воспитание, ни оцивилизованность, ни образование, ни умение контроля своих природных порывов, не могли до конца сдержать или усмирить, особенно если сам альфа этого не желал в данный момент. Да ещё, всё это было наложено на изрядную долю сексуальной провокации со стороны омеги. Дверь в гримерку была даже не закрыта ...Ждали?... Ждали! Милагрос в подаренном халате сидел перед зеркалом, расчёсывая волосы. Нам дверь закрыл на защёлку. — Как дела? — Елейным голосом, как из рая или скорее всего, как искуситель из преисподней, вопрошал маленький соблазнитель, вставая навстречу и снимая халат. Совершенно обнажённый, делая к альфе шаг и кладя руки ему на плечи. Злость и раздражение Намджуна испарились с первым флюидом секреции цветов омеги, что оккупировали мозг мужчины. — Дразнишь? — уже примирившись и сжимая бедра парня (чтобы до синяков и отпечатков своих пальцев!), прижимал к себе. И прижимался, дурея, глотая слюни! А маленькая дрянь вылизывал волку шею и стонал, как текущая сучка. « Абсолютно голый, желанный, шикарный », — в голове у Джуна, а вслух: — Я тебя сейчас раком и жёстко. Потерпишь? Правда, очень хочу. Пожалуйста. Никого не просил никогда, тебя прошу. Мускатный орех жёг изнутри омегу, брал в плен. Милли только молча развернулся, выгнул спинку, отклячил попку, держась одной рукой, вторую завёл за спину, гладя свои половинки и возвращаясь периодически к своим соскам и текущему бежево - розовому члену. — Бери, пока я добрый, красноглазка, — оглянувшись, почти пропел омега. Вставлял медленно - медленно, держа за розовые волосы, но трахал размашисто и сильно, чтобы в самую глубь, чтобы простата стёрлась к чертям и больше не под кем Милагрос не было так хорошо, как под Джуном. — Ори. — Командовать хотелось! — Кончай. Омега слушался, хрипя, кончал на зеркало, брызгая струями, без рук. — Молодец, хороший, послушный. Поедешь ко мне? — размазывая вытекающую сперму, вопрошал оборотень, пока Милли полулежал на нём на диване. — Зачем? Есть смысл? — А зачем трахаешься со мной, когда я прихожу? — Ты меня вынуждаешь раздвигать ноги, — с ударом на ,, ты " и ,,вынуждаешь". — Отчасти. Тебя что-то не устраивает? Милагрос уже сел на бёдра Нама : — Давай не будем больше. У меня свои дела, я должен думать о многих вещах, если думать ещё о тебе, я просто не потяну. — Я буду думать о тебе. А ты обо мне. Так будет правильно. — Наверное, — держась уже с альфой за руки, глядя в глаза, — но не в нашей истории. — Почему? — Тянул на себя волк. — Не так начали. Да и смысла нет, не вижу. Ну я тебе уже это говорил, — запуская язык в рот Джуну, ответил парень. Намджуну хотелось возразить, но целоваться хотелось больше. Второй раунд альфа планировал здесь же и прямо сейчас. В дверь постучали : — Босс, до вас не могут дозвониться. Там нападение чужаков на восточной границе. Намджун сорвался почти сразу, чмокнув в лоб и погладив по груди и животу. На прощание от альфы: — Позвоню, возьми трубку. Кивка в ответ был достаточно. ***************** Первый триместр беременности самый опасный. Зарождаются все самые важные клетки и органы у детей. Чимин от инструкции врача не отступал и на шаг. Гулял, рисовал эскизы своего центра спа (мечты) и отдыха (мечты ), кушал правильно, читал, подучивал английский, слушал классическую музыку (детям полезно) и вообще, нравилось. Иногда сам что-то готовил, ему разрешили этим себя развлекать. Мужья вели себя с ним подчёркнуто вежливо и вроде бы как осторожно. Спрашивали о самочувствии, иногда привозили цветы (Тэхён ), различные сладости. Чимин понимал, что это не внимание ему как омеге от альф, а просто для его хорошего душевного состояния и для лучшего самочувствия. Коллекцию родителей ездили рассматривать вместе с альфами и с одним очень крутым экспертом, выписанным из Европы. Книги все пересчитали, ничего не пропало. Специальное хранилище, куда книги должны быть поставлены для сохранности, Тэхён обсудил вместе с этим специалистом по антиквариату и договаривались оборудовать спецпомещение. А также, Чимин с братом решили, что иногда нужно будет делать бесплатно для детей и их родителей выставки в некоторые дни, и платные галереи так же, тех редких экземпляров книг, что оставили родители. На том и порешили. И вот, одной ночью, прямо чёрт дернул омегу на цыпочках прокрасться под двери, где спали мужчины. Он даже не понял, что за сила толкнула сделать этот опасный, необдуманный шаг. — Гормоны, — объяснение самому себе и заодно, оправдание. Из-за двери слышался счастливый тихий смех. Потом пошли стоны, начало обдавать волнами возбуждения. И метки, практически не тревожившие с того момента, как поставили, начали гореть.Заломило низ спины, нежная дырочка начала сжиматься и пульсировать, руки сами потянулись к косяку, пальцы оглаживали дерево и омега представил, как гладит торсы Тэхёна и Чонгука. Завело дико! Запахи альф окружали, буквально просачиваясь из-под двери комнаты, вставший член больно тёрся о пижамные штанишки. Чимин собрал последние силы, чтобы оторваться и уползти, глубоко дыша и хватаясь за живот, в свою норку. Он опрокинулся на кровать спиной. Потолок слегка кружился, ногти царапали одеяло. Зажмуренные глаза слезились, голос хрипел, бёдра непроизвольно подкидывало вверх. Омега не прибавил в весе. Но вот третий месяц беременности сделал его бедра чуть рыхлее, а животик из плоского превратился в плотненький. Доктор предупреждал, что сексуальные желания могут присутствовать и давать некоторые неудобства. Если будет такая возможность, то секс можно ввести иногда в жизнь беременного, но очень аккуратно, тогда он будет даже полезен и вообще-то нужен. Тело ломило, на ключице пульсировали метки, но уже не жгли. От них отходило возбуждающее томление по всему организму.Чим гладил себя, крутясь на кровати на всклоченных простынях. А за десять минут до этого альфы, занимаясь любовью, почувствовали, что за дверью бьётся маленькое сердечко, и запах магнолии с сиренью заставлял кипеть их кровь и Тэхёна ещё более интенсивно вбивать разгоряченный член в своего супруга . — Он за дверью, — рычал младший оборотень в подушку, принимая на всю длину член своего скульптурно красивого мужа; член, что попадал точно по простате, заставляя рвать от сильного оргазма наволочку зубами. — Я чувствую, мой сладкий, — подаваясь вперёд бёдрами ближе к дырке Чонгука, шептал Тэхён, вылизывая тому мочки ушей. — Он пахнет ещё сильнее с беременностью, он подглядывает. Кончили рыча друг в друга, брызгая горячей спермой. Едва себя обтерев, словно сговорившись, абсолютно голые шли к комнате Чимина. Как на охоту, сверкая красными глазами оба и обнажая в оскалах белые клыки. Замок в двери поддался легко тяжёлой руке Чонгука. — Тшшш, — Ви зашёл впереди Чона, гипнотизируя заметавшегося по кровати омегу, что ублажал себя, когда вошли альфы. Пальчики в мелких колечках гладили течный член, на который старший оборотень сразу насадился своим восхитительным ртом, не дав парню опомниться и начать вырываться. А Чонгук, повернув голову Чимина на себя, одной рукой гладил его по волосам, другой держал свой пульсирующий член, водил по губам омеги: — Лизни головку, только аккуратно. Я недавно кончил. Волк командовал, человек выполнял, жадно начав облизывать. Тэхён, оторвавшись от отсасывания омеге, раздвинув его ноги целовал тому живот: — Я их чувствую. Ты поправился. Малыш, съел бы тебя. Даже смазка пахнет магнолией. Розовая волна смущения прошла по всей коже Чимина и его прошиб лёгкий пот от возбуждения. Стыд помахал ручкой и парень растворился в ощущениях и умелых руках оборотней, отпустив себя. Растягивал его старший волк, вводя длинные пальцы в трепещущую попку, пачкая в сиреневой смазке, которую не брезгуя, слизывал длинными мазками языка. А вот брал первым омегу Чонгук, жадно гладя животик парня, придвинул под себя за бёдра и нависая сверху, скользнул глазами по меткам: — Кончишь быстро, обещаю. От вида клыков волков и костров в их глазах, парня трясло от возбуждения и выворачивало наизнанку. То, что раньше пугало и казалось, отталкивало, теперь тянуло лечь, раздвинуть ноги или встать на четвереньки и повилять жопкой, приглашая. Буквально пять толчков и Чимин начал захлёбываться от собственных эмоций, спуская и отпустив себя окончательно, буквально кричал : — Ещё, ещё, ещё! Сперму омеги Чон слизал у того с живота, сам так и не кончив. Тэхён слез с кровати и развалившись в кресле, раздвинув ноги, ласкал себя. Чонгук развернул Чимина к своему мужу лицом на кровати, положив его на бок, придвинул за бёдра к себе, пристроившись сзади ласкал яички. Глядя на дрочащего Тэхёна и чувствуя распирающий его член второго волка, что толкался, кусая клыками его за плечико, возбудился Чимин за минуту опять.Теперь кончали все вместе и заснули вместе. До утра его не трогали больше, оставшись с двух сторон на кровати и перед сном страстно поцеловав, сминая пухлый рот омеги по очереди. Спали, сладко обнявшись. Утро рано встретило их встревоженным Джуном в холле особняка.