За линией жизни

Месяц спустя. Ледяной дворец Месяц пролетел быстро и почти что незаметно. С Ирис я виделась еще пару раз и больше мы с ней не встречались. Снег в округе стал таять, а спасать души меня уже не посылали. Сейчас акцент делается на мои тренировки. Как сказала Ела, мне нужно больше тренировать себя физически. Изнурительные упражнения и подтягивания, так же владение мечом даются мне тяжелее, чем управление водой. Флиц хвалит меня, но говорит, что все еще недостаточно. За это время я слегка набрала себе мышц, от того туника, которую я носила сначала своего пребывания во дворце стала мне мала. Служанки заставили меня перемерить все вещи и забрали то, что мне уже не по размеру. Снег за пределами Селицио превратился в свежую траву, а в некоторых местах нейтральных территорий и полей появились яркие цветы. Нейтральная территория, ясное поле Сегодня солнце было ярким, зорким и теплым. Мы вышли из заснеженного города в шубах, а на границах, тепло достигло даже лед. Со мной было пару служанок, те самые работяги, которые впахивали несколько дней без остановки и выпросили у Елы выходные. Меня отправили вместе с ними, якобы за хорошую работу. Флиц плелся рядом. Девушки скинули со своих плеч шубы. Их тела засветились на солнце вместе с платьями. Сняв с себя верхнюю одежду, я опрокинула ее в траву и, расправив крылья, дала воздуху проникнуть под каждое пёрышко. Свалившись в зелень, каждый цветочек облепил мое тело, а запах травы заполнял легкие. Флиц прошел мимо меня, тоже скидывая с себя теплую одежду. Я слышала пение служанок. Они напевали общую молитву голосами. Там, где текста не было, лишь их звуки. Я приподнялась на локти, чтобы послушать. Девушки были внимательно сосредоточены на том, какой звук они издают. Нимбы над их головами светились совсем слабо, но видны были. Ветер уносил их голоса в даль. Я впервые слышала эту общую балладу, но никогда не думала, что они могут так прелестно петь. Поднявшись с травы, я подошла к Флицу, который сидел чуть поодаль от девушек и тоже слушал. ‐ а что они поют? Я прошептала так, чтобы слышал только он. — Это молитва о благодарности за свободу. Я удивлённо вскинула брови и выпрямилась. Это их благодарность за то, что им разрешили покинуть ледяной дворец? Удивительно. Вскоре, их пение прекратилось. Ветер стих, а девушки встали и опустили головы. Пошла минута молчания, я замерла вместе с ними, как и мое дыхание. Ветер ударил мне в крылья и мне пришлось шевельнуться, а вместе со мной и служанки. Они расслабились и, словно вернулись в свои тела, продолжили заниматься своими делами. — Их ритуал закончен. Флиц сказал уже громче. Он встал с места и повернулся ко мне. — Мисс Райцер, вам удавалось когда нибудь заставать их за пением? Яркое солнце стало подпекать мне и я начала чувствовать сонливость. — Да, бывало. Когда спускалась по коридору вниз, я слышала, как кто-то поет. Это они напевают молитвы? — В наших молитвах недопустимы текста или какие то слова. Раньше были песни, которые мы напевали, но со временем все изменилось. У Певчи осталась привычка читать по тексту. Я понимающе покивала. — А почему слова из молитв убрали? — Голоса некоторых девушек при разговоре сломанные. При пении они не умеют говорить, а если и умеют, то получается неразборчивая каша. Такое было до того момента, как личную стражу Ангельского строя переделали. У нее сломался голос, говорить и петь она не умеет. Я вспомнила Арху с ее низким голосом. — То есть, слова убрали, потому что девушки просто голосом не подошли? — Ну, можно сказать и так. Я усмехнулась этой забавной мысли. Арха не умеет петь, но голосом она работать может. — Это имеет смысл. Я не знаю, зачем вообще про нее вспомнила. Видимо, комната, в которой я живу теперь всегда будет напоминать о ней. Пока я шла с Флицем, мы вели светскую беседу. Я поглядывала, что делает каждая девушка и в основном, они общались, собирали цветы и плели венки. Так мало им нужно. Чтобы просто не делать свою работу. Солнце напекало так, что мое тело становилось ватным, а крылья тяжелыми. Сонливость стала одолевать меня. Проходящие мимо нас девушки, поставили мне подножку и я споткнулась о нее. Тяжело упав в траву, я охнула, но подниматься мне уже не было сил. Я расслабилась. Флиц сел рядом и стал с улыбкой смотреть на меня. Я медленно провалилась в сон. — Мисс Райцер, нам пора идти. Я продолжала лежать на животе. Флиц тряс меня за плечо. Солнце давно скрылось с неба ближе к горизонту. Поднявшись на локти, я потерла глаза и глупо уставилась в траву, пытаясь вспомнить, что мне снилось. Флиц встал со своего сидячего места. Он постелил на траву свою шубу и видимо тоже ложился вздремнуть. Мужчина подходил к каждой служанке, которая вытянулась на открытое небо, тряс ее за плечо и заставлял подниматься. Через пару часов мы уже были в замке. Холод заставил всех проснуться, но для меня ничего особо не изменилось. Служанки забрали наши верхние одежды и разошлись по своим местам. Когда я поднялась на этаж, я услышала шум в главном зале. Крик и ругань доносились оттуда. Взмахнув крылом, я в миг оказалась в проеме и меня потрясло удивление. На полу были следы крови, лежало пару служанок и тряслись в судорогах. Их платья были изляпаны в крови, с ртов текла розовая пена. Остальные несколько девушек держали цепи, которые сковывали мужчину. Кандалы на его шее накалились, как и на руках, он весь дымился и выглядел явно не очень доброжелательно. Мне нужно что-то сделать. Девушки пытались повалить мужчину на пол, но тот не поддавался никаким образом. Он лишь сильнее зверел, рычал и не двигался с места. На его спине были кровавые полосы, а плеть лежала рядом со служанкой, которой вывернули шею. На ее глазах отражалась еще жизнь. Ей было больно. Я бегло похлопала себя по ремню и схватила клинок, что был подвешен к моей ноге. Взмахом крыла я хотела нанести удар сверху, но голубые глаза сверкнули и он одним ударом руки обжег меня по лицу и швырнул в стену. Я услышала писки девушек, которые поддались цепям. Удар прошелся по моим костям. А лицо шипело от горячего металла. Я с криком прижала ладонь к ране поперек лица и стала рычать в ответ. Кровь на полу лежачей девушки зашевелилась и я протянула себе нить, мысленно извинившись перед девушкой. Цепи оборвались, мужчина отшвырнул от себя слуг и развернулся ко мне. Одним движением он схватил меня за крыло и швырнул в другую сторону, разбивая мной мрамор. Сквозь боль, я поднялась и быстро нанесла рану вдоль ребра кровью, залетая ему за спину. Сжав пальцы, я нащупала кровь озверевшего и вытянула кулак в сторону. Капли крови превратились в струйки, что текла под его рукой. Быстро очутившись перед ним, я ударила ногой его по челюстям и он откинулся назад, отлетая на пол. Я наступила на его горло и поднесла клинок к его лицу, смотря прямо в глаза и меня осенило. Этот мужчина. Он был с Ирис. Он пленник. Внутри меня сердце как будто остановилось, а кровь перестала двигаться. Я стала задыхаться. Лицо мужчины оскалилось. Свалившись на пол, я схватилась за шею, слушая, как оглушающая тишина заполняет мой слух. Вся комната стала погружаться во мрак, кроме пленника. Он поднялся с пола, взял цепь и та в его руках накалилась. Замахнувшись, один удар пришелся мне по рукам и лицу. От крика и боли я готова была умереть, но он не давал. Удары наносились снова и снова, было больно, ужасно плохо, внутри органы переворачивались, а мое лицо стало превращаться в месиво от плоти. Цепь была обжигающе холодная и горячая одновременно, металл рассекал мои пальцы и кожу. Я пыталась скрыться от его ударов и думала, что кричу о помощи, но мужчина схватил меня за волосы и поднял с пола, как куклу. Я не слышала, что происходит вокруг и не видела. Веки припекло. — Никогда не трогай меня, славное дитя, если не хочешь мучиться. Он прошептал мне на ухо и швырнул с силой на пол. Невыносимая боль в легких стала проходить. Воздух наконец начал поступать в тело и я глубоко вдохнув, разоралась на весь замок. От слез мне было еще больнее. Я слышала топот и охи душ. Я орала что есть сил, кричала и ревела. — Что здесь происходит?! Это была Пева. Мне казалось, она прибежала на мой крик. Я не могу облачиться. Эта боль, я не могу ее терпеть. Мое горло разрывало на части от силы, мне казалось, я даже выблевала из себя все соки. Ужасная пытка, когда лицо продолжало жечь, пальцы хрустели, веки были закрыты и была только темнота. — Отнесите ее к лекарю! Немедленно! Я не разобрала, кто это сказал, но точно не Владыка. В тот же момент меня схватили на руки и вынесли из зала. Меня несла одна душа, но вместе с ней было еще пару других душ. Крик мой превратился в громкие стоны и икания от истерики. Пальцы коснулись, кажется, куртки, но мне было не разобрать. Рука обвила чужую шею и я притянулась к моему спасителю. Вошли мы в прохладную комнату, где спокойную тишину нарушили мои вопли. Все тело трясло, в голове все еще стояла эта боль. Мою шею кольнуло. Я взвизгнула от еще одной волны судорог и все стало стихать. Даже жизнь. Или я просто уснула. Несколько лет спустя. Палата Лекарей Прошло продолжительное время, как я начала приходить в себя. Сначала я просто открыла глаза, глубоко вздыхая, а вокруг меня была голубоватая пыль. После снова уснула. Еще на некоторое время. Прекрасный сон был таким легким, когда ты сливаешься со вселенной и совершенно забываешь то, как ты выглядишь, где живешь, свое имя. Все это становится частью вселенной. Кажется, ты заново умер. Но сейчас, я снова открыла глаза. Мое лицо было забинтовано, но боли не было. Пошевелив пальцами на руках, я ощутила легкость. Они так хорошо сгибались. Я сжала кулак. На мой шум прибежала женщина. Даю гарантию, что таких странных существ я еще не видела. У нее было три глаза, очень крохотный носик, вся ее кожа была неестественно синего оттенка, а на шее была шерсть. Она была клыкаста и страшна. Я с удивлением смотрела на нее, но та лишь улыбнулась. Это было забавно. — Госпожа Хафран, вы очнулась! Во сне вы пробыли около четырех лет. Сейчас вам тридцать шесть. Исполнилось месяц назад. От этой новости я вскочила с места. — Что? Мои слова звучали слишком спокойно для такого поразительного удивления. — С днем второго рождения, Госпожа Хафран! Она счастливо улыбнулась и протянула мне открытку. Мне казалось, что это все сон. Я неуверенно ее поблагодарила и стала думать, но голова от сна соображала туго. — Я спала четыре года? Странная девушка стала снимать с меня бинты. — Да. Вас принесли с ужасными ранами четыре года назад. Шок не дал вам облачиться вовремя, поэтому мы вкололи вам успокоительное и вы ушли сразу же, как оно подействовало. Вы вышли из облачения совсем недавно, но на вашем лице были еще маленькие рубцы. Сейчас все хорошо. Кожа разгладилась и шрамов нет. Она скинула с меня все бинты и подала мне зеркало. Увидев свое отражение, я не узнавала себя. Нет, лицо осталось прежнее, но эта длина волос. Я провела рукой по мягким прядям, что накрывали мои плечи и шли волнами вниз, ниже груди. — Ахринеть. Мне казалось, я сейчас снова упаду. — Да, за это время вы стали взрослее. Вам лучше навестить тех, кто с вами работал. Некоторые соскучились. Собрав крылья в кучу, я быстро вылетела из палаты и попала в мало знакомый коридор. Встретив стражников, они сначала недоверчиво взглянули на меня, но увидев яркость нимба, благо я додумалась сразу его показать, быстро показали мне выход. Служанки, которые видели меня, восхищенно охали. Многие были мне незнакомы. Я летела по коридору быстро, еле уворачиваясь от мраморных столбов. Дверь кабинета Елы распахнулась. В темноте я снова ничего не видела. Щелчком пальцев я зажгла свет и осветила себя. — Ого! Раздался голос Елены с другого конца комнаты. — Госпожа Ела, какой сейчас год?! — двенадвать тысяч, семьдесят шестой. — Почему меня так долго не было? Я искала глазами секретаршу, пока сзади моего плеча не коснулись и я резко повернулась. Ела почти не изменилась, кроме роста когтей и волос. Они у нее стали чуть длиннее, но сразу видно, она стригла свои волосы. — Вот поэтому нам лучше не рисковать собой и не облачаться. Слишком много времени теряем, но скажу честно, твой поступок был достоин похвалы. Тебе рассказать, что случилось за эти четыре года? — Елена рукой указала мне на кресло и я села, все еще держа шар света в руках — тебе повезло, ты ничего особо не пропустила. У нас укрепились границы и теперь солдат стало больше. Мирный договор был заключён со многими городами, а некоторые еще не готовы были делиться своими территориями. Селицио по документам стал больше. У нас изменился состав служанок, некоторые были освобождены по сроку их службы. Флица назначили учителем новых солдат. Тебе стоило кстати навестить его. Я со вздохом потерла виски и встала с кресла, думая, какие вопросы мне задать секретарше, но все еще плохо соображаю. — Какого черта? Ела посмеялась. — Такова наша природа. Неужели ты не знала, что если умереть, на восстановление уходит слишком много времени? — Я уже умирала, но не уходило на столько много времени. Четыре года! Офигеть, четыре года. — я с вздохом откинулась на кресло. Покои Елы все так же были завалены мебелью и хламом. Здесь не было видно ничего. — Ты взрослеешь, твое тело становится крепче с каждым годом, но и восстанавливать его тяжелее. Ты понимаешь меня? Я покивала головой, но на самом деле ничего еще не понимала. Как будто до сих пор сплю. — Спасибо. Я могу идти? — Можешь. Но больше так не рискуй собой. Пропустишь все самое интересное, пока будешь спать. Выйдя из комнаты Елы, я потерла глаза от ослепляющего света и направилась в тренировочный зал вниз по коридору. Коридор был все так же узким, но его покрасили в другой цвет. Я слышала крики и удары учеников. Пройдя к главному залу, я открыла скрипучую дверь и вошла внутрь. Арена никак не изменилась. Все такая же, в несколько этажей и более мелкими учениками. Флиц стоял на одном из этажей и наблюдал, как те тренируются. Он иногда говорил советы и помахивал рукой, направляя. — Флиц. Его волосы стали короче, но не потеряли своих светлых концов. Он обернулся на меня и в его суровом лице заискрилась улыбка с острыми зубами. — Мисс Райцер! Вы очнулись, спустя столько времени! Он подошел ко мне и крепко пожал руку, хотя я была уверена, что хотел меня обнять. — Я правда проспала четыре года? Мне до сих пор не верится. Это все произошло так внезапно. Я не планировала засыпать на четыре года! Он рассматривал мое лицо и пряди волос, свисавшие с плеч. — Такова наша природа. В тот день вы поступила храбро, но и досталось же вам. Я не удивлен, что уснула так на долго. Могла бы и вообще проспать десять лет с такими ранами. — Вас повысили? — Скорее просто добавили работы. Я обучаю этих душ. Это будущие служанки. Раньше был другой учитель, который обучал их, но он пропал. То ли уснул, то ли просто ушел. Я подошла к перилам и нагнулась, чтобы посмотреть внимательно на эти души. И ведь действительно, тут практически все девушки. Они прекрасно владели своими элементами и еще изучали дополнительные. Их удары были точнее, чем мои и более серьезные. — А сколько им лет? — От двадцати до трех сот. Совсем еще молоденькие. Я нахмурила брови и повернулась к нему. — Такое ощущение, что я уснула не на четыре года, а на всю жизнь. Флиц дал им команду, что они могут быть свободны и взяв меня под руку, отправился вниз. Учитель рассказывал мне изменения во дворце. Некоторые кабинеты поменяли свое название, сменился состав представителей, которые исполняют указы и теперь вместо дурачков, там сидят вполне адекватные души. Так же незначительные изменения в самом здании. Мою комнату еженедельно убирали, но вещи не трогали. Мы вышли на улицу и приятный холод обдал мое тело. С крыльев стал сочиться пар. Я почувствовала облегчение на улице и голова стала лучше думать. Стража на улице все так же ходила и патрулировала. Мне стало интересно, они хоть кого-то ловили раньше? Сделав кружочек вокруг двора, мы все так же продолжали вести беседу обо всем, что случилось в королевстве. Зайдя обратно в замок, мы пошли к моим покоям. — Я никогда не была у тебя в покоях. Ты же жил при дворце? — Да, я жил раньше при дворце, у меня есть здесь личная комната, но я по правде говоря, живу в городе. Там у меня свои правила и никакие служанки не заходят ко мне и не трогают мои вещи. Когда мы подошли к моей двери, я толкнула ее и она легко поддалась. Зайдя в комнату, здесь было ужасно душно, но все вещи были не тронуты. Открыв окно, стекла сразу запотели. Отражение в шкафу удивляло меня еще больше. Я собрала волосы в хвост и положила себе на бок. — Мисс Райцер, их стоило бы отрезать. — Почему? — Рано вам еще иметь длинные волосы. В облачении они растут куда быстрее, но вас могут не узнать. Посмотрев на свое отражение, я тяжело вздохнула. Флиц собрал пряди в единый хвост и достал клинок. Мне было жалко лишаться такой длины, но если меня могут не узнать, то пусть оно будет так. Одним грубым движением Флиц отрезал от меня хвост, и на мои плечи упала моя старая длина. Я охнула. Убрав прядь за ухо, повернулась к учителю. Он держал белые патлы в одной руке, а клинок в другой. На его лице красовалась слабая улыбка. Кончики волос вспыхнули черным пламенем и стали подниматься вверх, пока руку Флица не объяло черный огонь. В его руке остался лишь пепел, который он смахнул в сторону окна. — Теперь, вы выглядите так, как и раньше. Посмотрев на себя в зеркало, я поджала губы и закрыла шкаф. — Все еще не верится, что прошло четыре года. Я же ничего толком не успела сделать и вот так внезапно я умираю. Учитель понимающе кивнул и собрал свои волосы в хвост. — Ничего не поделать. С одной стороны, мы не живые люди, которые умирают один раз и больше не пробуждаются. У нас есть шанс догнать все упущенное. Вам следует вернуться к своему привычному ритму жизни и забыть то, что вы пропустили за это время.