Наперерез ветрам

      Зелёный луч авады прошёл сквозь камень и угодил в дерево.       Камилла отбежала за другое дерево, создала протего и потянула из медальона мантию-невидимку. Надевала её уже за третьи деревом, капюшон накидывала за четвёртым.       Осадный щит она поставить не могла — связанный Виктор мог бы сойти за отличного заложника, нельзя было давать противнику время сообразить. Дезиллюминационные чары были бы проще, но здесь кидались авадами — а в её мантии, вроде как, можно было спрятаться от смерти.       Тот, кто кидал в неё авады, был толст и низок, и она опознала Питера Петтигрю. Он не был быстрым, но он стоял рядом со связанным Виктором, и Камилла боялась, очень боялась попасть заклинанием не туда. И потому она могла кидать только экспеллиармусы, он отбивался от них протего и кидал в неё новые авады.       Пользуясь невидимостью, Камилла побежала было к нему — но ей тут же пришлось принимать на протего бомбарду. Он не был идиотом, невидимого противника он бил по площадям.       Камилла не успевала сделать даже шага, только и успевала, что выставить очередной щит. Так не могло продолжаться долго, и она побежала вбок, надеясь обойти по кругу.       На третьей прошедшей бомбарде он сообразил, что её там нет, замер на миг — а потом сделал что-то. Что-то — и все надгробия разом брызнули пылью и осколками камня.       Камилла успела выставить протего перед собой — но сзади её ударило тяжёлое и острое, и мир померк.       ***       Сознание возвращалось противно и болезненно. Было темно, дышать было будто бы тяжело. Было холодно, она лежала на чём-то колючем и очень твёрдом, по шее сзади текло тёплое и липкое.       Поторопись.       Мы залечили твой череп.       Защити Виктора Крама.       Точно. Она защищала Виктора, а потом ей прилетело осколками камня.       Если её искали, то не нашли, мантия-невидимка скрывает от гоменум ревелио.       Если её похитили из Хогвартса…       Точно. Её похитили из Хогвартса — вернее, хотели похитить, но её спас Виктор, а она пошла за ним. Значит, сейчас должен происходить тот самый ритуал. Если её не нашли, в качестве врага использовали Виктора.       Он жив?       Только бы был жив…       Жив, сказало чёрно-жёлтое. Жив, вставай, но аккуратно.       Камилла тихо поднялась, дышать становилось всё легче. От палочки в её руке остался лишь обломок. Она аккуратно положила этот обломок в карман, достала из медальона палочку мистера Фабиана Прюэтта.       Спасибо, миссис Уизли.       Спасибо.       Там, где они дрались с Петтигрю, было людно. В кругу стояли Пожиратели Смерти — в чёрных мантиях, в масках, как будто Камилла вернулась в те самые тринадцать лет назад, на войну, которой никогда не видела.       К статуе ангела без крыла и без головы был привязан Виктор — живой и даже в сознании. Наверное, в ритуале нужен был живой враг.       Хорошо.       В кругу Пожирателей Смерти в самом центре стоял он — повзрослевший Том из дневника, Том Реддл, Волдеморт. Он был невероятно зол — Камилла будто бы всей собой чувствовала это.       Пожиратели тоже чувствовали это. Один из них стоял на коленях около него, и, сдвинув маску вверх, целовал край его мантии. Потом он отполз, всё так же коленями по земле, и встал в круг, и целовать край мантии подполз следующий.       Камилла тихо, по кругу, стала обходить их, пошла туда, где к надгробию был привязан Виктор. По дороге ей под ноги чуть не попался большой кубок — скорее всего, он и был порт-ключом. Ещё ближе — валялась огромная змея. Камилла сначала замерла, и только через несколько мгновений поняла, что змея не кинется, змея была безнадёжно мертва.       И когда только Виктор успел?       — И не стыдно? — прокомментировал Виктор от статуи. — Цвет магической аристократии ползает на коленях перед приютским полукровкой.       Инстинкт самосохранения у Виктора отсутствовал.       Волдеморт, вопреки ожиданием Камиллы, расхохотался.       — Ты заслуживаешь круциатус, мальчишка, но первым делом я спрошу тебя: где же уважаемый директор твоей школы, а, Виктор Крам? Думаю, он уже сбежал, бросив тебя на произвол судьбы. Но не беспокойся: предатели долго всё равно не живут.       Камилла быстрым шагом дошла до Виктора. Сжимая в руке штырёк щита, оглядела Пожирателей. Их было много, очень много. Она не справится.       Пока шёл почти мирный разговор, можно было выждать.       Что там говорила леди София? Можно связаться с мистером Крамом?       Да, подтвердило жёлто-чёрное в её голове. Просто подумай о нём и скажи это мысленно.       «Мистер Крам! — подумала Камилла, надеясь, что она подумала это громко. — Мы оба живы. Находимся на старом кладбище, мне неизвестно, где. Здесь воскрес Волдеморт, он призвал около двадцати Пожирателей Смерти. Виктора похитили с помощью брошенного порт-ключа, который должен был прилететь в меня. Я подняла след перемещения с помощью артефакта из медальона. Если можете, призовите этот артефакт себе. Может быть, с его помощью можно отправить сюда авроров.»       — Если бы всё было так, как вы хотите, он бы сбежал, — ответил Волдеморту Виктор, — чтобы убили только его, а не меня и других его близких. Но реальность такова, что вы его и так не найдёте. Мои родители деактивировали его метку. А если и найдёте — то смерть гораздо лучше того, на что обречены ваши рабы.       — Дерзкий мальчишка, — прошипел Волдеморт. — Круци…       Он ещё только поднимал палочку на Виктора, а Камилла уже вбила в землю щит. Купол накрыл и статую с Виктором, амулеты миссис Уизли целой горстью полетели в Волдеморта и Пожирателей, актус, Камилла секо разрезала верёвки, удерживавшие Виктора, в щите оставила дыру отбитая авада, Пожирателей и Волдеморта всё ещё было слишком много.       — Бомбарда алле максима! — закричала Камилла, и всё вокруг загрохотало, а потом весь обзор закрыло пламя.       В прошлый раз выжженный круг был радиусом в три метра, между ними и точкой выхода было больше, но надо было отвлечь Пожирателей.       — Мила? — спросил Виктор. — Ты цела?       — Палочка есть? — спросила Камилла.       Откуда-то сквозь пламя прилетела авада, оставила дырку в щите, и Камилла послала туда бомбарду, обычную, а потом широкое секо.       — Нет, отобрали. Дай пистолет.       Пистолет из медальона будто бы сам скользнул в руку, тяжёлый и холодный.       А потом откуда-то раздался грохот, новые крики. Виктор вскинул пистолет, но Камилла удержала его за руку.       — Я позвала твоего отца, в неизвестность не стреляй.       Пламя вокруг опало, и да, они увидели их — Пожирателей и болгарских авроров, которые прятались за деревьями и кидали заклинания.       И тогда Виктор начал стрелять. Камилла послала широкое секо по ближайшим Пожирателям, кто-то выставил протего от заклинания и получил пулю, кто-то упал, кто-то, подставился под авроров, пытаясь закрыться от заклинаний Камиллы, которая повторяла секо.       Чуть дальше Камилла заметила авроров в красном — британских, и профессора Дамблдора, который медленно шёл в сторону дерущихся — слишком медленно для того, кто действительно хотел помочь.       В их щит снова влетела авада, но тот, кто её выпустил, уже лежал на земле.       — Отступаем! — раздался магически усиленный голос Волдеморта, и послышались хлопки аппарации.       Через несколько секунд на кладбище остались только те Пожиратели, которые аппарировать уже не могли.       В том числе несколько слишком близких к их щиту тел в догорающих мантиях, но об этом Камилла постаралась не думать. Сейчас было не время.       — Вяжите выживших, — на английском скомандовал мистер Крам, появившись будто бы из ниоткуда. — Вико!       Камилла вытащила из сумки штырёк осадного щита, и мистер Крам подбежал к ним, взял за руку Виктора, а потом каким-то неожиданно безошибочным движением поймал за плечо её саму.       И аппарировал.       Они оказались в какой-то совершенно современного и неволшебного вида комнате с диванчиками и чайными столиками.       И с болгарскими аврорами.       Мистер Крам отпустил её плечо, и она без напоминаний стала выпутываться из мантии-невидимки.       — Сними иллюзию, — сказал ей мистер Крам, кидая в Виктора диагностические заклинания, повернувшись к ней спиной.       Камилла послушно сняла иллюзию лица Гарри Поттера — а потом обнаружила, что авроры как-то странно смотрят ей куда-то на затылок.       В комнату быстрым шагом вошёл какой-то седой мужчина — и тоже замер, уставившись ей куда-то в район шеи.       И мистер Крам, когда повернулся к ней, тоже посмотрел туда, закаменел лицом и стал накладывать диагностические заклинания на неё.       Камилла потрогала рукой затылок — на пальцах осталось липкое и бурое. Кажется, липкого и бурого там было много.       — Это артефакты уже залечили, — сказала она, чтобы все не беспокоились.       Мистер Крам выдохнул с отчётливым облегчением.       — Какие артефакты? — на болгарском спросил седой мужчина.       — Боевой набор госпожи Крам, — пояснил ему отец Виктора. — Это та самая Мила. А какое было ранение, артефакты не сказали? — спросил он у неё уже на английском, как будто не знал про амулет-переводчик.       — Сказали, травма черепа, — честно ответила Камилла. — Мне камнем от взорвавшегося надгробья прилетело. Я там без сознания лежала, поэтому позвала вас так поздно, извините.       Мистер Крам резко и зло выдохнул.       — То есть, Вико отделался тремя царапинами, а ты едва не погибла, и ещё и извиняешься? — жёстко спросил он. — Ладно. Ян, можешь немного подержать детей у себя, пока Софка и Христя их домой не заберут?       — И сколько же народу на них охотится? — почти весело спросил этот Ян, хотя почему-то не отрывал взгляда от крови на Камилле.       — Не знаю, — ответил мистер Крам. — Крауч арестован, но воскрес Реддл… однако вряд ли он нападёт прямо сейчас, в его свите минимум семь трупов и много раненых. Охрана на твоё усмотрение.       С этими словами он аппарировал, как его и не было.       Камилла посмотрела на Виктора. Протянула ему палочку.       — Можешь, пожалуйста, меня от крови почистить?       Она не хотела, чтобы на неё все смотрели так, как будто она воскресла из мёртвых.