Игра в изгоя

      После довольно плотного ужина (вот уж на чем, а на продуктах мы не экономили) я направился обратно к себе в комнату с надеждой закрыть глаза и нормально отдохнуть. Стоит отметить, что шёл я буквально клюя носом.       Возможно, не стоило идти так близко к стене, но думать об этом уже было поздно. Потому что прямо перед моим лицом открылась дверь, откуда вышла удивленная Эола. Из одежды на ней был лишь халат.       — Кажется, я тебя задела, извини, — холодно произнесла она.       В её голосе не было ни капли раскаяния! Она даже не старалась его изобразить. С другой стороны, это то мне в ней и нравится. Я умиротворенно лежал на холодном полу и осматривал Эолу. В частности её ноги.       — Наступи на меня, — эти слова вылезли неосознанно.        Эоле это не понравилось. Она посмотрела на меня так, как делала это раньше, - словно я ничего не значащий мусор под её ногами.       Я кое как поднялся и отряхнулся.       — Кстати, ты могла хотя бы попытаться изобразить раскаяние, за то, что чуть не убила меня дверью.       — Нет.       — Ах! Это удар в самое сердце! — то ли навыков моего актерского мастерства оказалось недостаточно, то ли сказалась общая усталость и не подходящий зевок в конце, но на Эолу это не оказало никакого влияния.       Вместо ответа девушка приложила руку ко лбу и устало покачала головой.       — Я всё никак не могу вспомнить тот момент, когда ты начал всерьёз меня бесить.       Она смерила меня типичным для Эолы взглядом, а затем тут же сменила тему.       — Завтра я буду занята весь день, так что можешь не рассчитывать на то, что я буду с тобой нянчиться.       Закончив говорить, она развернулась и собралась захлопнуть дверь прямо перед моим носом. Но я всё же решил оставить последнее слово за собой.       — Пойдешь развлекаться с Эмбер? — сморозил я первое, что пришло на ум и похоже, что попал в яблочко, так как ожидаемого мной хлопка не послышалось.       Эмбер довольно юркая, раз успела разрулить дело в городе за такой короткий промежуток времени. Да еще и в дом к нам заскочить. Шустрая как зайчик. Я даже не заметил как к нам кто-то приходил.       Эола остановилась и отпустила ручку двери.       — Что за вздор. Эта наглая девчонка меня совершенно не интересует.       — Верю, — я громко и протяжно зевнул.       Послышался громкий хлопок дверью. Поток воздуха от ударной волны омыл моё лицо. Похоже не поверила.       Дверь в мою комнату находилась дальше по коридору. Как только моя голова оказалась на мягкой подушке, меня тут же потянуло в сон. Не успев сосчитать и до десяти, я тут же уснул.       

***

      Просыпаться после полудня - это одна из привычек, которую я искоренил, как только попал в Тейват. Но сегодня я дал слабину и вместо того, чтобы проснуться пораньше и пойти на тренировку, я до сих пор валялся в кровати. Потянувшись с изрядной ленцой я наслаждался редкими для нынешнего меня моментами праздности.       Пролежав на кровати ещё с полчаса, солнце, что до этого падало на письменный стол, который стоял прямо под окном, сейчас перебралось на мою подушку.       Раздражающее светило вынудило меня окончательно проснуться и пойти умыться.       Закончив со всей утренней рутиной, я стоял посередине комнаты с упертыми в бока руками. В раздумьях я простоял минут пять, затем сел за стол и продолжил тупить, выстукивая пальцами никому не знакомую в этом мире мелодию. Заняться было нечем.       Вчера Эола довольно ясно выразилась, что пойдет по своим делам, а значит обычной тренировки, занимающей почти целый день сегодня не будет. Последние полгода я только и занимался тем, что махал мечом вместе с ней. Я так зациклился на этих тренировках, что не заметил тот момент, когда они стали неотъемлемой частью моей жизни. И теперь, когда у меня появился полностью свободный день, я понял, что мне совершенно нечем заняться, ведь у меня нет никаких других увлечений.       — Время идёт, а ты всё никак не меняешься, да? Даже в другом мире, — усмехнулся я, проговорив свои мысли в слух, при этом отметив, что если так и продолжу качаться на этом несчастном стуле, то непременно навернусь.       Полностью отдавать всего себя полюбившемуся делу? Знаем. Проходили. В прошлой жизни у меня было такое дело. Опыт для меня не сказать чтобы удачный или положительный. Я увлекался музыкой. А в частности - игрой на фортепиано. Это было моей страстью с самого детства. Пока остальные дети плакались своим мамам в юбку, я с улыбкой на устах ходил на каждое занятие сначала в музыкальной школе, колледже, а затем и в консерватории, которую с успехом закончил.       На жизнь, как не сложно догадаться тоже зарабатывал с помощью музыки: занимался репетиторством, создавал различные аранжировки, иногда стримил. Было дело даже играл вместе с оркестром... В общем, я любил музыку, а она любила меня, но на этом всё. Никаких других увлечений, как у любого другого человека у меня не было, так же как и настоящих друзей, а каких-то романтических отношений и подавно. Была, конечно, пара интрижек, но дальше никогда не заходило - ведь любой девушке помимо денег нужно уделять время, но в отличии от первого, временем в достатке я не обладал.       Со временем, где-то ближе к тридцати, когда от единственных близких мне людей - родителей, которые всегда поддерживали меня на моём пути остались лишь воспоминания, внутри меня как будто что-то переломилось. Я не знаю как это ещё описать. Внезапно просто пропал интерес к музыке и всему, что с ней связано, включая обожаемую мной игру на фортепиано, за которым я провёл тысячи часов.       Перегорел. Словил творческий кризис. Признать это было трудно, но тогда как это можно назвать? В итоге, я заперся у себя в квартире и просто существовал, прожигая накопленные с годами деньги и жизнь в интернете. До тех пор, пока не нашёл новое увлечение - одну небезызвестную гача-игру. И пошло-поехало. Меня опять охватило то самое чувство, и я днями на пролёт играл и наслаждался красивыми аниме-девочками.        Всё дошло до того, что я устроился работать грузчиком, чтобы прокормить не только себя, но и жадную до денег гачу. Вот ведь анекдот! Устроиться грузчиком со всеми возможными музыкальными дипломами и опытом. Вернись я назад в прошлое и расскажи это самому себе - никогда бы не поверил. Но что поделать? К музыке меня не тянуло, а делать что-то через силу и чтобы это получалось хорошо - для меня невозможно. Не знаю как там у других.       По итогу, к фортепиано и музыке в целом я так и не вернулся. Были какие-то ничтожные попытки, но закончились они ничем. Грузчиком я работал буквально до смерти. Причём очень нелепой смерти. Никому не желаю умереть, погребённым под огромной кучей аниме фигурок. И теперь я тут. В новом мире. В новом теле. Мне буквально подарили второй шанс, а я повторяю те же самые ошибки.       — Ну уж нет! — я силой ударил по столу так, что вещи лежащие на нём подпрыгнули.       Нужно найти какое-нибудь хобби, иначе ничем хорошим это не кончится. Возможно даже стоит попробовать вновь заняться музыкой, но точно не в ближайшее время. Я чувствую, что ещё не готов.       Пока что можно было бы просто прогуляться по Мондштадту. Посмотреть на улицы города и различные его закоулки своими глазами гораздо приятнее, чем чужими. Так сказать ощутить весь экспириенс на себе, а не копаться в чужой памяти. Верхний город, где расположен наш дом, имеет свой собственный, особый шарм. Было в нём что-то такое, чего нет в нижнем, хоть по архитектуре они и были похожи. По крайней мере так думал прежний Рэйс Лоуренс. Сейчас я хочу убедиться в этом своими собственными глазами.       Сам город оказался несравненно больше, чем его оригинал в игре. Здесь, в Верхнем городе, помимо парочки особняков, крепости «Ордо Фавониус», главной достопримечательности - церкви Анемо Архонта и одной гостиницы, которая в игре была целиком занята Фатуи, движение было куда больше: работали различные мастерские и лавки, кафешки под открытым небом, даже парочку ресторанов насчитал, пока шёл. Дети с шумом носились по улочкам, играли в мяч, салочки. Некоторые мальчишки купались в фонтане. Иной раз какие-то дети останавливались и тыкали в меня пальцем, шептаясь друг с другом, но всегда всё заканчивалось одним и тем же - прибегала мамочка и с испуганными глазами оттаскивала своих детишек куда подальше, всячески приговаривая ни в коем случае ко мне не подходить, если они не хотят чтобы их украли. От этого становилось некомфортно и я, недовольно фыркая, ускорял шаг.       Миновав увитую декоративным плющом арку, стало заметно тише. Почти так же тихо, как и рядом с нашим домом. Чем дальше я проходил, тем сильнее отдалялись звонкие голоса и бьющий по ушам гул города сходил на нет. Домики, а по другому их не назвать, в этом районе города немного отличались от тех, что были на «главных» улицах. Здесь домики были преимущественно белого цвета. Вокруг каждого из них располагался небольшой сад, обнесённый коротким забором, с цветущими в нём плодоносящими кустарниками и деревьями.       Похоже, что я оказался в своеобразном «частном» секторе, похожем на тот, где располагался наш дом. Борясь с варварским желанием перекинуть руку через забор и сорвать свисающие фрукты, я вскоре покинул это тихое местечко и вновь оказался на главной улице, полной городской какофонии: шум гружёных повозок, ржание запряжённых лошадей, игра местных бардов, нещадно фальшивящих. От всего этого хотелось убежать, но оставалось ещё одно место, которое я не осмотрел - это площадь перед церковью, на которой красовалась величественная статуя местного Архонта.       — А это я ещё в нижний город не спускался… — тихо пробормотал я. Интересно, что же там твориться?       По пути к площади, спокойным шагом ступая по мощёным улицам, занятый своими мыслями, я старался не отвлекаться на раздражающие факторы и наслаждался тёплым послеполуденным солнцем.       На данный момент, моей целью является «Ордо Фавониус». Стать членом их ордена нужно хотя бы для того, чтобы почаще проводить время с Эолой. Не хочу, чтобы её там обижали. Вступи я в гильдию искателей приключений, то наверняка не смог бы часто видеться с ней. Хотя я уверен, что Эмбер бы за ней присмотрела. Но всё равно хочу быть рядом.       Всё никак не могу поверить, что девушка, которая меня зацепила ещё в прошлой жизни, в этой - является моей сестрой. Это какая-то шутка! Не иначе. У того, кто меня сюда закинул очень своеобразное чувство юмора.       Проскрипев зубами от вновь охватившей досады, я не задумываясь пнул маленький камушек, оказавшийся у меня под ногами. Он угодил какому-то бородачу в доспехах ордена прямо по макушке. Бородач начал озираться по сторонам, со злобным оскалом почёсывая место удара и ругаясь на «маленьких паршивцев». Я же, сделав вид, что не при делах свернул на другую улицу, радуясь что камень угодил именно стражнику. Пусть это будет моей маленькой местью за «инцидент у ворот».       Ещё одна причина по которой я хочу именно в орден - это своеобразный кредит доверия, который я получу от Путешественника, если захочу с ним сблизиться. А я знаю, что захочу. Иметь такого влиятельного друга всяко лучше, чем быть с ним незнакомцами или, того хуже, врагами.       Последняя причина, естественно по списку, но не по значению - это желание помочь Эоле в её «очищении» имени Лоуренсов. Хоть в этом она никогда и не признается. Само по себе я не думаю, что это хлопотно. Скорее долго. Всё что нужно делать - это быть порядочным рыцарем, готовым помочь Мондштадту в любую секунду. Или хотя бы казаться таковым. Плюс со временем я смогу ходить по нужным мне магазинам и ресторанам, не боясь что мне в еду плюнут или откажут в обслуживании.        Каждый торговец едва завидев голубую макушку тут же отводит взгляд, будто я прокажённый, и говорит, что у него «обед» или «товар отсутствует». Это раздражает.       После вступления в орден было бы неплохо втереться в доверие к Джинн и другим высокопоставленным лицам. Таким способом можно будет обеспечить себе и сестре быстрый карьерный рост. Задерживаться простым «рядовым» не особо хочется. Понятия не имею сколько времени потребовалось Эоле из игры, чтобы стать капитаном разведотряда, но по моему мнению Эоле из реальной жизни потребуется как минимум год или два.       А как только у нас будут нормальные должности, то появятся и деньги. Интересно как тут обстоят дела с коррупцией. По первому впечатлению - взятки берут. И даже вымогают. Если, опять же, вспомнить тот случай у ворот. Но всё это мелкие сошки. Может немного повыше дела обстоят иначе? Если нет, то мне же лучше. Моры много не бывает. Быстрее денег накоплю. Естественно, вымогать, как те придурки, я не буду. Всё-таки у меня есть свои принципы.       Я миновал крепость «Ордо Фавониус» и ступил на начало длинной городской лестницы, ведущей к площади перед собором. Когда до конца пути оставалась всего-ничего, до моих ушей достиг отдалённый звук аплодисментов. Я ускорил шаг и начал перескакивать сразу через две ступеньки.       В самом конце я споткнулся и остановился. Предо мной предстал необычайной красоты готический собор, шпили которого возвышались высоко в голубом небе, чуть ли не пронзая медленно плывущие облака.       То, что сейчас возвышалось передо мной в этот дивный летний день, никоим образом не походило на творение рук человека. Высокие хрупкие башенки, элегантно уходящие далеко ввысь, разноцветные круглые стёкла с ювелирными узорами, ухоженный серый камень - от всей этой удивительной красоты, что таилась в соборе, перехватывало дыхание.       Очнувшись от оцепенения, я оглянулся по сторонам и увидел как у подножия статуи Архонта, окружённой цветником собрался народ всех возрастов, который вновь разразился бурными аплодисментами.       Как я понял, все эти люди собрались здесь чтобы послушать очередного барда. Причём надо сказать весьма успешного. Ни у кого другого в этом городе я ещё не видел такого количества поклонников.       — Что ж, посмотрим, действительно ли он настолько хорош, — прошептал я, приметив неподалёку пустую лавочку, под которой дремал чей-то пёс.       Я присел на нагретую солнцем каменную лавочку, не потревожив спящее животное и устроился поудобнее, приготовившись слушать. Местный музыкант, будто бы подождав именно меня, продолжил своё выступление. Толпа тут же притихла и бард заиграл весёлый мотивчик, напевая чарующим голосом строки баллады.       Тёплый ветерок, нещадно треплющий мои волосы начал негромко то посвистывать, то завывать, чудным образом аккомпанируя основной мелодии, лившейся из струнного инструмента.       Кем бы ни был этот бард, я готов признать, что он очень даже хорош. Не только мастерской игрой без единой фальшивой ноты, но и своим тонким голоском, льющим в уши мёд.       Вновь послышались бурные аплодисменты и овации, ознаменовав конец выступления. Собравшиеся вокруг барда люди начали постепенно расходиться, о чём-то беседуя друг с другом, а некоторые особо благодарные слушатели оставляли чаевые.       — Пойти, что ли, тоже что-нибудь оставить? — вслух рассудил я и потянулся к своеобразному «кошельку» во внутреннем кармане пиджака.       Медленно, но верно расходившаяся толпа начала приоткрывать завесу тайны над личностью барда, до этого скрывавшейся за широкими спинами людей, пока мне, наконец, не явился его облик: две тёмные косички, зелёный плащ, довольная улыбка до ушей. В протянутых руках он держал светло-зелёный берет полный моры, а у ног стояла парочка бутылок с вином.       Оглянувшись по сторонам и заметив, что все его почитатели разошлись по своим делам, Архонт, маскировавшийся под бродягу-барда начал собираться. Ловко подкинув сначала одну бутылку, а затем вторую, он открыл пространственный карман и обе бутылки исчезли где-то на полпути к земле, так и не разбившись о каменную кладку. С морой он обошёлся с куда большим уважением - часть пересыпал в кожаный мешочек на поясе, а остальное бережно разложил по карманам. Затем он нацепил освободившейся от моры берет и случайно встретился со мной взглядом.       — Эй! — крикнул мне бард и помахал рукой. — Если ты мой благодарный слушатель, который хочет как-то помочь скитающемуся барду, то лучше угости меня выпивкой! — прокричал он, посматривая на сжатые в моей руке парочку золотых.       Решив перекинуться с местным божеством парочкой слов, я подошёл к нему поближе.       — К сожалению, мне никто не продаст, — разочарованно вздохнул я, — я несовершеннолетний.       — Оу… — он тут же переменился в лице. Впрочем, ненадолго. — Тогда как насчёт того, если тебя угощу я? В компании пить веселей!       — Ты ещё спрашиваешь? — приободрился я внезапно представившейся возможности выпить чего нибудь покрепче, чем квас и яблочный сок.       — Хе-хе… На самом деле я не думал, что ты согласишься, — он виновато улыбнулся и почесал затылок, заметив отобразившееся разочарование на моём лице.       — Слово не воробей, вылетит - не поймаешь, — нахмурился я, сложив руки на груди. От меня так просто не отделаться. Ни за что не упущу такую возможность.       — Хорошо сказано! — улыбнулся он, — Надо будет запомнить… Как тебя звать?       — Рэйс Лоуренс. Тебя?       Ну не могу же я просто ни с того ни с сего звать его по имени. Мы же даже не встречались ни разу! Это будет подозрительно.       — Лоуренс, значит, да?.. — пробормотал он, а затем по-новому осмотрел меня с ног до головы, уделив особое внимание глазам. От его цепкого взгляда мне стало немного не по себе.       — Чего уставился? — я щёлкнул пальцами перед его лицом.       — Ничего, прости. Я просто немного задумался. Можешь звать меня Венти, — отрывисто произнёс он, закончив с прежней улыбкой на лице.       На его странное поведение я лишь пожал плечами.       — Пойдём! — он попытался взять меня за руку, но я успешно увернулся. Но-но! Отставить гейские штучки! Хоть я придерживаюсь весьма открытых взглядов на жизнь, но держаться за ручки с другим мужиком на виду у всех… Для меня это слишком. К счастью, Венти не обиделся и продолжил, заговорщически подмигнув.       — Я знаю одно местечко, где почти нет людей.             

***

             — Дерьмо… — глухо прокряхтел я, открыв глаза и обнаружив знакомый потолок. Кровать казалась такой мягкой и уютной, что покидать её тёплые объятия мне совершенно не хотелось.       Я перевернулся на бок и тут же недовольно скорчился - в мои глаза прямо через окно светило надоедливое солнце. Натянув одеяло повыше, я полностью спрятался под ним. Казалось бы - идеальное решение! Но нет. Воздуха быстро стало не хватать и мне всё же пришлось вылезть наружу.       — Хм-м-м… Как-то странно… — задумчиво протянул я, подобравшись на месте и сев.       Последнее, что я помню, это то, как я, словно чёртов зомби шатался из стороны в сторону по улицам города, а Архонт-алкаш останавливал мои настойчивые попытки прорыть носом землю. Потом, вроде бы, он довёл меня до дома. А дальше - пустота. Надеюсь ни Шуберт ни Эола не наблюдали мой перформанс в попытках добраться до постели… Иначе мне несдобровать.       Вот ведь жопа! Я точно помню, что выпил не так уж и много! В конце-концов, у меня никогда не было привычки напиваться в зюзю! Неужели этот гад мне что-то подмешал в вино?       Кстати про алкоголь.       Я в недоумении прислушался к своим внутренним ощущениям. Голова вроде бы не гудела. Жажда изнутри не скручивала. Язык вовсе не потрескался и не иссохся. Даже признаков изжоги не наблюдалось. Очень странно. Судя по тому, что память на вчерашние события меня подводит - все эти прелести жизни должны сейчас атаковать меня с тройной силой. Но этого не происходит.       — Любопытно, — пробормотал я, сжимая и разжимая пальцы. Неужели такова сила юности? Один из немногих её плюсов.       Я расслабился и плюхнулся обратно под одеяло. Полежать ещё полчасика казалось неплохой идеей. Устроившись поудобнее, я натянул ещё не успевшее остыть одеяло и перевернулся к стене, постепенно переносясь в царство снов.       К моему глубокому сожалению, уснуть мне так и не удалось - дверь в мою комнату со скрипом открылась и к моему лежбищу кто-то подошёл. Вернее не «кто-то», а человек которого я отлично знаю. Она даже не постучалась!       — Поднимайся, — мою постель сотряс тяжелый удар.       Эола со всей дури пнула по деревянной ножке, которая мужественно приняла удар на себя. Кровать жалобно скрипнула от такого неподобающего обращения. Я бы, конечно, предпочел, чтобы она скрипела по другой причине, но, к сожалению, до этого ещё надо дожить.       — Что-то случилось?       Я попытался ответить не выказывая никакого раздражения к её выходке.       — Я иду в библиотеку и ты идёшь со мной. Эмбер сказала, что хочет показать нужные для сдачи экзамена книги.       — Я могу отказаться? — без доли надежды в голосе спросил я.       На что в ответ получил грозный взгляд, обычно не предвещавший ничего хорошего.