lyrics of the soul

October 2015

― LOST STARS ―

  Чонгук всегда был мечтателем. Сколько себя помнил, он грезил и фантазировал о чем-то таком масштабном, что редко можно было представить обычному человеку. Но он, Чонгук, обычным не был, и это, пожалуй, стало его личным благословением и проклятием.   Когда он смотрел на звезды в детстве, он мечтал о многом и разном. Как любой ребенок, мечтал о космосе или стать врачом и спасать жизни. Потом размечтался о пении, а чуть позже превратил это в цель, к которой уверенно шел вот уже который год. Еще он мечтал стать художником, летчиком и спасателем. Он мечтал о большом и маленьком, и это всегда почему-то вызывало в нем чувство эйфории и окрыленности.   И в какой-то момент Чонгук начал вдруг мечтать о Тэхене.   Он смотрел на звезды и не прекращал о нем думать, тратя на это целые ночи, несмотря на то, что сон являлся огромнейшей ценностью и важной потребностью. Чонгук не мог спать и слишком много думал. Его голова была занята чужой улыбкой, голосом, руками, смехом. Чужим именем. И все бы ничего, не будь это слишком странным.   Чонгук прикладывал ладонь к сердцу и чувствовал, что что-то не так. Это кружило ему голову и напрочь выбивало из головы все мысли. Буквально. Все, о чем он думал, ― это Тэхен и его руки, так знакомо обвивающие шею. И руки эти отчего-то казались петлями, что вот-вот его удушат.   Тэхена было очень много и одновременно слишком мало. И Чонгук ловил себя на мысли, что ему чертовски сильно хочется, чтобы хен никогда в этой жизни не смел убирать свои длинные конечности с его шеи. Потому что внезапно это чувство стало самым правильным в его жизни.   И где-то в этих мечтах Чонгук потерялся. Наверное, потерялся он гораздо раньше, когда только увидел Тэхена на пороге их общежития или в момент, когда они вдруг стали теми самыми попугаями-неразлучниками. Может быть, Чонгук потерялся, когда Тэхен впервые его обнял. Чонгук не знал, но дыхание его периодически сбивалось, стоило старшему на него даже просто посмотреть.   А потом Тэхен его поцеловал. Робко, несмело, и ресницы Чонгука определенно дрожали, а щеки стыдливо краснели, когда розовые тэхеновы губы касались его ― таких же розовых и блестящих. Это было сладко, нежно и по ощущениям, будто бы волшебно.   И все это, к сожалению или счастью Чонгука, было все еще в его мечтах. Ярких, красочных и таких настоящих, что он прикладывал к губам пальцы, словно все это было взаправду. Чонгук замечтался. Так сильно, что думать о чем-то другом он просто больше не мог.   И сказать не мог тоже.   Все, что он мог ― это смотреть на Тэхена из-под челки, время от времени гуляя внимательным взглядом по красивому, словно точеному, лицу и спускаясь глазами к пухлым губам. И где-то между мечтами и реальностью Чонгуку было слишком плохо от себя, своих чувств и трясущихся от страха коленок. Потому что Тэхен ― Чонгук был уверен ― никогда его не поцелует.   Так что мечты оставались мечтами, с которыми Чонгуку пришлось учиться жить. Даже если это было трудно принять ― сначала ― и больно осознавать их неисполнимость ― потом.

 

Who are we? Just a spec of dust within the galaxy

Woe is me if we're not careful turns into reality

  Тэхен был недостижимым. Чонгук безбожно влюбленным.   Эти две вещи прочно въелись в голову последнего и преследовали его буквально все время. Тактильный хен, проявляющий свою натуру везде и всегда, тянул руки, лез обниматься и все равно копошился в непослушных чонгуковых волосах, но все еще оставался мечтой, дотянуться до которой было невозможным ― как до тех же звезд на небе.   Чонгук не то, чтобы страдал. Он, скорее, чертовски сильно мучился из-за всего: своих чувств, в первую очередь, Тэхена и слов песни, преследующих его повсюду.   А еще Тэхен, Тэхен, Тэхен. Снова и снова. Всюду был он.   И даже если он был недостижим, Чонгук с детским трепетом ловил его касания, обнимал в ответ и не просил большего. Он был влюблен и наивен, но одно наверняка знал: некоторые мечты навсегда остаются мечтами.   И падающие звезды, на которые они с Тэхеном загадывали желания, тому подтверждение: чонгуково не сбылось, сколько попыток он бы ни делал.   ― Что ты загадал? ― старший спрашивал с любопытством, разглядывал звездное небо и опирался плечом на Чонгука.   ― То же, что и всегда, ― прозвучало в ответ с улыбкой.   То же, что и всегда.   Тебя.