for him

      Дилюк не пьет алкоголь и на то есть причины. Всю свою сознательную жизнь он предпочитает ему виноградный сок — в разы безопаснее и вкуснее на его взгляд. И получить такой презент было неожиданно и приятно одновременно. Но человек, подаривший его, решил остаться анонимом. Либо ему казалось, что слишком просто догадаться, кем он является, даже безо всяких подписей.       И действительно.       Но что делать с этой информацией — Рагнвиндру не ясно. совершенно. Это полный ступор. Бездействие прессом давит на него, с этим невозможно смириться. В свои, теперь, двадцать пять, он чувствует себя лишь на пять. А всё от того, что не может взять себя в руки. Забыть это не получится, да и он не хочет. Так почему же он чувствует себя приклеенным к месту?       То, что сделал Дилюк — вещь глупая и по-детски наивная. Так сказал бы Кейа, если бы знал об этом. А вещь эта — вина, которую Рагнвиндр молча взял на себя. После последнего разговора с Альберихом он решил для себя, что именно он сам стал причиной несчастья для них обоих. Он бы мог не позволять кому-то вмешиваться в свою личную жизнь, особенно тому, в ком всю жизнь ошибался.       И сейчас эта бутылка кажется ему одновременно дорогой и противной. В ней будто перемешаны любовь любимого человека и ненависть предателя. А казалось бы, просто сок.       Он зол, однако дышит глубоко, чтобы успокоиться. Пару минут — и он плюхается на кровать. Уже перевалило за одиннадцать — пора бы ложиться спать, но…       Дилюк буквально спрыгивает с кровати и летит к рабочему столу, хлопая поочередно ящиками офисной тумбы. Не найдя нужного, он поднимает взгляд на стойку с канцелярией, вытряхивая оттуда всё её содержимое. Нашёл.       Уже в ванной он ещё какое-то время просто рассматривает своё отражение в зеркале, медленно вертя головой из стороны в сторону. Смотрит на предмет в руке, что поблескивает серым металлом на холодном свету. И он делает это.       Ровной линией распрямляются волосы под лезвиями ножниц, и он отстригает их под корень хвоста. Красные, пышные, кое-где запутанные локоны падают на белую плитку, на которой они кажутся кровью. Он руками перебирает свои отстриженные волосы, словно хочет найти что-то среди них, раскидывая пряди в стороны. Паника неосознанно подкрадывается к нему, прикасаясь холодной рукой к плечу, от чего по телу бежит дрожь. К горлу подступает тошнота, а голова становится свинцово-тяжелой. Дилюка передёргивает и он оседает на пол.       Всё вокруг расплывается. Дилюку видится белое полотнище с кровавыми пятнами, осколки, разбросанные вокруг него, с рук стекает красная жидкость. Больно, очень больно. Виски будто сжали чем-то холодным и металлическим. Взгляд совсем мутнеет. Что-то позвякивает справа, но он уже не видит.       «Надеюсь, я не умру.»

***

      Кейа уже давно выключил камеру. Сейчас он делает себе горячий чай на своей маленькой кухне.       У Альбериха небольшая квартира. Проще сказать, однушка — единственное, что мог себе позволить на момент приобретения по своим материальным соображениям. Но, было бы у него и больше денег, то он всё равно предпочёл бы эту скромную обитель. Здесь он чувствует себя частичкой механизма, а не забытой деталькой, которой иногда ощущают себя хозяева больших домов. И ему комфортно.       Пакетик с заваркой опускается в кружку с кипятком, и парень садится за небольшой стол. Кстати, сахар он не добавляет. Чайлд к этому очень скептически относится, особенно когда Альберих не кладёт белый яд в чай, будучи у него в гостях.       Кейа не может перестать думать о том, что он сделал сегодня в день рождения Рагнвиндра. Он долго не мог решиться на это, но в этот раз и именно в этом году — да. Синеволосый понимает, что считать за знак с выше их случайную встречу — глупо, но почему-то продолжает это делать. И именно этот случай подтолкнул его отправить тот злосчастный подарок. Он всей душой надеется, что Дилюк не разбил её, не споил кому-нибудь из своих знакомых, не продал её на сайте с объявлениями. Надеется, что она хотя бы просто стоит где-то на столе или в шкафу в его квартире.       Альберих снова думает о будущем. Даже свои чувства он пускает на самотёк в этот момент, но мысли о том, что будет дальше, заполняют его разум целиком и полностью. Кейа хочет жить, хочет радоваться. Он хочет однажды жить в большом доме, по крайней мере к своей старости — точно. Он хочет самую обычную работу, а не перебивание разнорабочим-фрилансером. Он правда мог заработать на этом неплохие деньги, но работая кем-то вспомогательным, он бы тоже хотел чувствовать себя стабильным. Он бы хотел бежать до остановки, буквально запрыгивая в почти захлопнувшуюся дверь автобуса, когда опаздываеет — покупать кофе главному в отделе, да и самому однажды подняться до этой должности. Прийти в коллектив и стать там кем-то значимым, хотя бы кем-то. Пусть его любят за помощь, пусть его любят за юмор, пусть его любят…       Пожалуйста…       И он много чего ещё хочет. И он понимает, что осталось взять себя в руки. Всего-то.       Кейе нужен отдых. От работы и от себя. От себя преимущественно. Лето почти через месяц и он постарается сделать так, чтобы этот месяц пролетел незаметно. Поэтому не придумывает ничего лучше, как снова сесть за дела. Сегодня утром как раз поступило несколько новых заказов, а полночь самое время, чтобы начать. Как раз в понедельник, как в вечном анекдоте про новую жизнь.       Ноутбук, кружка с отставшим чаем и лампа, что Кейа принёс на кухню с рабочего стола. В окне мелькают огни ночного Мондштадта. Кейа по привычке накидывает на плечи плед, потому что часто засыпает за работой. Так он хотя бы не замёрзнет, а на удобства плевать. Приглушённый тёплый свет на его кухне немного успокаивает и почему-то напоминает о детстве.       Альберих всегда жил с матерью, вплоть до совершеннолетия. Это невероятно добрая женщина, которая заботилась о нём день и ночь. Наверное так она старалась компенсировать отсутствие его отца. Его Кейа плохо помнит. Последний раз они виделись, когда ему было пять. Большим воспоминанием об отце стала его мастерская, где тот делал для своего сына деревянные самолётики. Они очень нравились маленькому Кейе, но почему-то у него они никогда не летели. И маленький Альберих шмыгал своим красным носом, наблюдая за тем, как старший раскручивает винт самолёта и запускает его.       Альберих смотрит через плечо на своего сына, наблюдая за тем, как тот старательно держится, чтобы не зареветь, вытирает маленькими кулачками слёзы, и тот улыбается. Он подходит к нему и опускается на корточки, уже сам вытирает его лицо и убирает с него волосы.       «Однажды и твой самолёт полетит, Кейа.»       Он уже давно дремит, а на его лице осталась влажная дорожка, переливающаяся на свету.

***

      Дилюк чувствует холод, пронизывающий его острой иглой. Он разлепляет веки и тянется к лицу руками. Кожа под подушечками пальцев кажется сухой и неживой вовсе. Холодная, как у мертвеца. Он оглядывается — вокруг него разбросаны его собственные волосы. Под ванной блестят металлические ножницы. Рагнвиндр подскакивает, чувствует холодный кафель под ногами и на пятках идёт к зеркалу, что над раковиной. Ну и ну…       Дилюк с выпученными глазами разглядывает своё отражение, поворачивая головой то влево, то вправо, придерживая себя, не понятно зачем, за подбородок. Изгибает шею так сильно, чтобы убедиться в отсутствии хвоста на затылке. Наверное, даже такие спонтанные перемены к лучшему. Лучше было бы, если бы эти «спонтанные перемены» не завершались панической атакой, но уж, как есть. Сейчас совершенно нет желания думать об этом, искать причину или что-то в этом духе.       Он не хочет думать о том, что за порыв с ним случился вчера, но видимо, он этого хотел. Сейчас он не готов делать какие-то выводы или вспоминать старые. Может быть ему действительно полегчает, когда теперь за его спиной, во всех смыслах, «нет хвоста». Да и Дилюк признаёт, что вряд ли бы стал выходить из зоны комфорта, в том числе касаемо внешности. Он пытается найти в этом плюс, и кажется, успешно — осталось сходить в парикмахерскую, чтобы выглядеть более адекватно.       — Чёрт, понедельник!       Осознание бьёт гонгом в голове Дилюка, так какого хрена он тут всё ещё бездельничает?! Он несётся к двери и буквально впечатывается в неё, потому что… ручка заклинила.       Приехали.       Главная проблема в том, что даже телефон остался в спальне, и он понятия не имеет, сколько сейчас времени. И он даже не напишет в чат офиса, что берёт отгул. Почему отгул? Он просто далеко не в том виде, чтобы показываться на работе. Да и если он не появится, то все поймут, что это отходняк от дня рождения, хоть и это на самом деле это не так. Он не напишет Джинн. Мало этого, он ещё и не поест! Дверь, честно говоря, жалко выбивать. Поэтому он старательно ищет другие способы открыть её. Ведь должно же быть что-то… Должно же? Ну шпильки там, проволоки, ножницы… Точно, ножницы! Он резко разворачивается, плюхаясь животом на белый пушистый ковер, на котором скамкиваются клоки его, уже отрезанных, волос. Лезет под ванную, чтобы достать их. Через минуту он успешно достаёт их, а ещё через минуту понимает, что попытка с треском провалилась, ведь лезвия ножниц оказались слишком большими. Ну разве не прекрасное начало дня? Дилюк хочет думать, что это просто кошмар. Но смотря тупым взглядом на паука, выбегающего всё из-под той же ванны, он понимает, что это наяву с ним приключилось, и он в этой истории, несомненно, клоун. Может, поорать в слив раковины..? Ну а что, не вечность же здесь торчать!       И уже стоя перед раковиной, красноволосый понимает, что идея довольно странная. Что надо кричать? Помогите? Пожар? А может лучше орать в слив ванной? В уни-… нет, так точно не услышат.       — Кхм! Если меня кто-то слышит, пожалуйста, помогите! Я застрял в ванной!       Стыд, просто позор! Ну кто бы мог подумать! Боже, за что? И неужели нет другого способа выбраться отсюда? А дверь-то жалко…       Ничего похожего на ответ не приходят уже минут пятнадцать, и Дилюк понимает, что это просто бесполезно. Наверное, чтобы скоротать время, нужно заняться чем-то… Хотя зачем, если никто не идёт на помощь?!       — Так, спокойно, — Рагнвиндр уже вслух начал себя успокаивать, даже глаза закрыл, — просто отвлекись, а потом найдёшь другой способ.       Такие рассуждения на самом деле мало обнадёживали, но он хотя бы притворится, что это работает. Он, наконец, отрывает взгляд от раковины, и переворачивается, опираясь о неё теперь поясницей. Да-а, пожалуй уборка сейчас не помешает.

***

      — Доброе утро всем, кто разлепляет глаза в своей кровати, и бодрого утра тем, кто проснулся где-то ещё!       Так гласит пост из какой-то группы а-ля «ищу знакомства» в ленте Кейи, которую сегодня он открыл первым делом. И это кстати, идея Чайлда. В смысле — подписать Альбериха на это, мол, надо жить дальше.       Да уж, бодрого утра.       Кейа ненавидит начинать своё утро вот-так, застревая где-то во всемирной паутине. Очень уж неприятно, когда помимо твоих собственных мыслей и проблему в голову силком запихивают чужое нытьё. Это просто невыносимо. Альберих хлопает крышкой ноутбука, совсем не жалея гаджет с фирменным закатником. Бренды-брендами, а менталка дороже.       Усердно делая вид, что утро только началось, он заваривает крепкий чай. В списке дел ничего особенного — душ, работа, еда, магазин, доставка, работа, душ, сон. ну и работу можно ещё на три умножить. Альберих уже, честно говоря, заебался покупать линзы. Кажется самое время купить очки, ибо между работой и жизнью можно поставить знак равно, а фрилансер прикован к своей волшебной чёрной дощечке.       Наверное, Чайлд прав. Надо отдыхать хотя бы в свои законные выходные, пусть он и работает удаленно сам на себя. Тем не менее, развеяться ему точно нужно, особенно учитывая тот факт, что он экстраверт. Сидеть дома — вынужденная мера, которая стала привычкой и прямой дорогой к замкнутости и неуверенности. Думать о былом веселье становится чем-то волшебным, как-будто это не с ним происходило, а с какими-то персонажем книги или фильма. Альберих понимает, что на каких-то вечеринках большого масштаба он все же не сможет появляться, но общение с друзьями вроде неплохая альтернатива. Аякс, конечно, занят — и делом, и человеком, поэтому тревожить его он не будет. Всё-таки у Чжун Ли выходной и синеволосому не хочется нарушать их с Чайлдом совместное времяпровождение. Наверное, стоит напомнить старым друзьям о своём существовании… Было бы неплохо. Новое сообщение       Ну или они напомнят о себе сами. fuckoff13: Не доброе утро Ты не поверишь, какой-то обалдуй ака мой сосед орёт в пять утра. Сегодня ёбаный понедельник, я хотел бы выспаться перед рабочей неделей, но мне не дал этот конч. Сука, слов нет на него приличных

blessmyass:

      Реально конч

      Ещё орёт?

fuckoff13:       Нет, вырубился походу. Зато я хожу по дому час или около того как дёрганый. Хотя почему к а к 🤡

blessmyass:

      Приходи ко мне, поспишь

fuckoff13:       Почему-то я не удивлен, что ты тоже бодрствуешь. Буду через час

blessmyass:

      Жду, и забеги в магаз за чипсами

fuckoff13:       Я что, доставка?

blessmyass:

      [прочитано]

fuckoff13:       Ах ты…

***

      Уборка раскиданных прядей по полу ванной, включая ковер, заняла больше времени, чем ожидалось. Может час или около того. Пожалуй, есть смысл принять душ, это же часть утренней рутины. Да и в принципе, что ещё делать в ванной…       Дилюк снимает пижаму, оставляя её на крючке у входа, и босыми ногами ступает по холодному кафелю, то-ли шипя, то-ли присвистывая. Тело покрывается мурашками, а волоски встают дыбом, как на озлобленной кошке. Наконец, преодолев ледниковый период, он включает воду и из лейки душа с умеренным напором струится вода. Она быстро смачивает волосы на голове, которые теперь патлами висят по обе стороны. Дилюк выдавливает шампунь почти на всю ладонь, и только после понимает, что этого ему даже больше, чем предостаточно — теперь ведь нет пышного хвоста. Пожалуй, именно из-за волос он больше всего походил на отца — так казалось знакомым и дальним родственникам. Но ему самому — нет. И теперь он старательно пытается залить шампунь обратно, понимая, что это какая-то детская жадность. Но мыльная жидкость не поддаётся, сползая по рукам и телу и попутно смешиваясь с водой.       Пена от шампуня стекает вниз по подтянутому телу — пожалуй, наглядный пример и доказательство привлекательности и работы над собой. Но для Дилюка спорт — это скорее способ поддержки здоровья и мыслей в порядке. Рагнвиндр поглаживает торс руками, имитируя мочалку — сейчас не очень-то хочется сдирать с себя вторую кожу. Сейчас хочется поддаться этому умиротворению. Просто приятно иногда потерять счёт времени и чувствовать, как ты становишься частью вселенной, а она — частью тебя. Вокруг тебя — мир, который уже был до тебя, но он твой. Ты сам его воспринимаешь так как хочется, и он становится именно таким же. Здесь ничего тебя не тревожит, нет негатива, поступающего извне, нет переживаний. Только бесконечная рутина, тянущаяся бесконечно долго и каждый день (если день вообще есть, говоря о вечности) и сладкая, как мёд.       И тебе совершенно не хочется покидать её, как будто в ней весь смысл.       И Дилюк думает, что он всё-таки удачно застрял в ванной. Такие мысли расслабляли, особенно на фоне звука бульканий воды. Особенно наедине с собой.       Холодок пробегается по коже, постепенно возвращая его в реальный мир. И он как-будто не кажется больше таким скучным и нежелающим принимать тебя. Наоборот. «Так… ну этот сквозняк портит весь настрой». И тут до Дилюка доходит то, о чём ему не совсем хотелось бы думать в такой момент некой нирваны, но ему пришлось это сделать, потому что застрять в ванной было не очень-то весело.       Окно. Грёбаное окно всё это время было здесь, наверху.       По сути, это просто небольшая форточка, выходящая на двор. Вылезти из неё уж точно не вариант, потому что негде приземляться, да и не очень-то хочется прыгать с окна в принципе. Спасибо этаж невысокий. Но. Но! Можно позвать соседа на помощь? Какого? Да без разницы, главное, чтобы тебя вытащили!       К слову, Дилюк вообще не знает своих соседей — он не пытался сдружиться или что-то вроде того, а на приветствия в подъезде отвечает без разбора кто и что. Поэтому данный опыт будет достаточно специфическим, может кто-то даже обнаружит, что с ними по-соседству живёт психбольной… Ну правда, в чём проблема сломать дверь? Что поорёшь в окно, что дверь сломаешь — по-любому из этих звуков заключение будет единственным — псих.       Отмена. Рагнвиндр действительно не готов идти на такой первый контакт с соседями, но развернувшись напоследок к двери, он понял, что и выбить её он и не смог бы. Деревянные двери гораздо плотнее, чем кажутся, особенно из качественного дерева… Удар — и вы уже в кабинете хирурга с гипсом.       Перспективы так себе.       Он на скорую руку сушит полотенцем волосы, потому что простудиться ой как не хочется! Минут через пять усердной сушки головы, он высовывается максимально, как это позволяет ему форточка и ждёт — это всё, что ему остаётся.       Уже минуты через две, шея начинает затекать: всё-таки положение головы у Дилюка сейчас, как у удивлённой совы. Спустя какое-то время Рагнвиндр слышит, как захлопывается входная дверь подъезда. Отлично. Осталось только взять себя в руки и попросить о помощи. Делать это именно таким способом дофига неловко, поэтому сердце стучит, как бешеное, а подобрать слова, чтобы тебя не сочли за идиота — ещё сложнее. Наконец, в его поле зрения появляется невысокий парень, который выглядит как типичный подросток. На нём футболка оверсайз и прямые брюки, кеды с большой подошвой и маленькая чёрная сумка. Давай же, Дилюк, твой шанс.       — Извините!       Паренька заметно передёргивает, но он продолжает игнорировать его и делать вид, что ничего не слышал. Красноволосый, однако, видит, что тот наблюдает за ним боковым зрением, и сдаваться он уж точно не намерен.       — У меня захлопнулась дверь, я не могу выйти. Помогите, пожалуйста!       Прохожий оборачивается через плечо и искоса смотрит наверх, проверяя злополочнуго соседа на предмет трезвости, и не найдя отклонений, как-то обречённо вздыхает уже полностью поворачиваясь. Он достаёт телефон из кармана и что-то быстро печатает там, а затем снова смотрит наверх.       — Ну и что вы предлагаете мне сделать? — отзывается русоволосый.       — Наберите, пожалуйста, в службу спасения и объясните ситуацию. У меня захлопнулась дверь и я не могу выйти. Никак, — добавляет Рагнвиндр для точного описания своего бедственного положения.       — А почему сами не позвоните? — задаёт вполне логичный и в то же время глупый вопрос сосед.       — Мой телефон остался в спальне, — Дилюк уже, честно говоря, начинает закипать.       Парень ещё полминуты подозрительно смотрит на него, и потом всё же набирает номер службы.       На удивление, спасатели прибыли довольно быстро, а соседу приходилось всё это время наблюдать за взломом двери в роли очевидца и освобождением бедной Рапунцель. Тут даже без шуток — он увидел в урне почти целый парик, и только потом он догадался, что его сосед, похоже, решил поиграть в парикмахера.       Рагнвиндр поблагодарил спасателей, после чего те удалились, и он ещё несколько минут с умным видом крутил ручку двери, пытаясь найти в ней подвох. Но в конечном счёте он решил просто не закрывать её снова. И уж точно не попадать в такие ситуации.       Вспомнив о ещё одном человеке, который сейчас находился в его квартире, он оставил в покое ручку и обернулся в сторону коридора. Оттуда на него смотрела пара внимательных глаз, которая буквально впивалась в него и ему даже стало как-то не по себе от этого зрелища. Парень отвис, быстро пробормотал, чтобы он больше не попадал в такие ситуации, пожелал всего хорошего и удалился. И этот взгляд Дилюку напомнил кого-то… Кого-то с сосредоточенным и в то же время спокойным выражением лица, н не мог вспомнить ког же именно. Напоминает что-то далёкое, вроде школы, но, чёрт возьми, этот парень выглядит достаточно молодо…

***

blessmyass:       Ты где?

fuckoff13:

      Вышел

blessmyass:       Окей, не забудь про чипсы

fuckoff13:

      🙄

      Ага

blessmyass:       Потерялся что-ли?

fuckoff13:

      Нет

      Тут очередь огромная, может..?

blessmyass:       НЕТ НЕ ПУЩУ БЕЗ ЧИПСОВ       Ладно, иди

fuckoff13:

      Я уже купил

blessmyass:       Золотце моё, что бы я делал без тебя

fuckoff13:

      Подохнул🙄

      Парень убирает телефон в карман, остановившись возле супермаркета. Накрапывает мелкий дождь, надо бы поскорее добраться до Кейи. Он прикрывает глаза на секунды и поднимает два больших пакета с асфальта. Кажется он купил больше, чем ожидал Альберих.       Он не знает, нужно ли рассказать Кейе о том, почему он на самом деле задержался. Потому что его «конченным соседом» оказался Дилюк. Последний, кажется, не узнал его. Это на самом деле славно. Но как ему поступить правильно? Может быть на фоне собственных переживаний, он не знает что делать, когда в его руках часть чужого счастья? blessmyass:       Альбедо, там же дождь

fuckoff13:

      Всё в порядке.