Между нами

      Вернуться в казино для решения насущных проблем, важных вопросов и просто, потому что дома мозг начинает потихоньку сходить с ума, было хорошим решением, как считал сам Аарон. Беспрепятственно заходя в просторный зал, наполненный тишиной и слабым лимонным ароматом чистящего средства, он сложил руки в карманы брюк и прошелся вдоль игорных столов, оценивая качество уборки и пребывая в своих мыслях.       — Папочке Драконов не спится? — Вишня самодовольно улыбался, отставляя чашку с ароматным кофе в сторону. — Ар, ты же только... Ммм... часов пять назад ушёл.       — Не спится, — проговорил мужчина и «взял курс» на барную стойку.       — Отчёты у тебя на столе, — Вишня спрятал грязную чашку под стойку со стороны бармена, — а я уехал. Я не железный Дракон и очень хочу спать, так что до вечера, дружище, — потрепал Хилла по плечу и покинул уютное гнёздышко, направляясь в свою холостяцкую берлогу.       — Так устал, что на помыть сил не хватило? — пробубнил Аарон, заходя за стойку с намерением прибраться за нерадивым товарищем.       — Когда ты так бубнишь, можно подумать, что ты старый дед, а не мужчина в самом расцвете сил, — у стойки встала милая леди.       — Мне кажется, что первые седины у меня появились, когда ты вошла в мою жизнь.       — Ну это ничего, а вот если бы ты начал лысеть, как тот дилер... я бы не смогла с тобой общаться, — рассмеялась девушка в белом платье с синими цветами.       Обычный вечер выходного дня, когда зал наполнен желающими обогатиться, сулил большую прибыль игорному заведению. Джентльмены в костюмах, дамы в вечерних платьях и лишь небольшая компания в чёрных кожаных куртках занимала самый дальний столик для отдыха в тени настенной лампы.       Неспешно попивая виски, Хилл сидел хмурнее тучи, откинувшись на мягкую спинку дивана. Почти не моргая, он смотрел в ребро стола и был полностью отключен от внешних раздражителей, поглощенный собственными мыслями.       — Если ты ничего не предпримешь, то ваше заведение так и будет нести убытки, — этот голос, что сводит его с ума уже порядка двух недель, прозвучал устало, отстранённо и впервые в стенах этого здания.       В недоумении вскинув бровь, мужчина повернул голову в сторону милой девушки в легком платье с синими цвета. Она незаинтересованно осматривала зал, стоя у стены и скрестив руки под грудью. Залпом допив содержимое тумблера, Хилл поднялся со своего места под непонимающие взгляды Драконов и вышел из-за стола. Проходя мимо девушки, шепнул: «Иди за мной». Не хватало, чтобы кто-то из подчиненных подумал, что он сходит с ума и разговаривает сам с собой.       Обходя зал по контуру, Аарон вглядывался в игроков и пытался увидеть то, что раньше ускользало от него. Дойдя до барной стойки, он положил руку на плечо друга.       — Ви, оторвись от своей спутницы и займись работой.       Нехотя повернув голову в сторону серьёзного, напряженного лица босса, кудрявый шепнул своей даме на вечер: «Я вернусь, решу вопросы и найду тебя». Недовольно взглянув на нарушителя их почти уединения, девица сморщила нос и, прихватив свой коктейль с барной стойки, поспешила удалиться.       — Ар, ты бы попросил принцессу оставить тебя на пару часиков и снял бы себе девушку, а то из-за нехватки «женского внимания» ты решил, что его не должно быть и у других?       — Повеселился? А теперь слушай, — Хилл повернул голову в сторону девушки, проследовавшую с ним к барной стойке, ожидая от неё информации.       — И что ты на меня так смотришь? — особа развела руками и демонстративно вздернула нос.       После спасения своей шкуры от зашкальной температуры, Хилл не появлялся несколько дней дома, пропадая сутками в казино, но, когда час возвращения настал, его видение было на месте — безмолвно стояло у окна в гостиной, следя за капельками дождя, ручьями стекающими по стеклу. Ещё через пару дней она его непреднамеренно остерегла от неудачной сделки, сулившей его делу большими денежными потерями.       И вот сейчас, даже если она ничего не смыслила в карточных играх и никогда не видела вживую игральных домов, её «предсказаниям» нельзя было не доверять.       — Расскажи, что ты заметила, — прикрыв глаза, Аарон зажал переносицу пальцами. — Прости за мою грубость, я был не прав.       — Воу, спасибо, конечно, босс, — усмехнулся кудрявый, — но не стоило так принижаться предо мной.       Хилл нахмурил брови и вскинул глаза на друга, испепеляя того грозным взглядом похлеще драконьего пламени.       — Понял, — Вишня продемонстрировал закрывшуюся молнию на своих губах, — молчу.       — Вот тот мужчина, раздающий карты...       — Дилер...       — Он в сговоре с дамой в красном платье и золотистой сумочкой...       — Дама в красном, — продублировал Хилл информацию для друга. — Ещё что-то?       — Мужчина в коричневом костюме в клетку и парень в сизой рубашке.       — Костюм в клетку и серая рубашка.       — Они часто бывают у нас, — нахмурился Вишня, отслеживая движения каждого названного.       — Они чередуются. Пока один якобы проигрывает, другой выгребает «банк» или как это у вас называется.       — Всё верно, — Хилл кивнул головой, наблюдая, как место за столом указанного дилера освободилось и его поспешила занять дама в красном и парень в серой рубашке, в то время, как клетчатый костюм покинул стол, ехидно улыбаясь.       — Вот гадёныш, — шикнул кудрявый, следя за движениями рук дилера. — И что же его сподвигло так нагло нас обкрадывать?       — Если мы этого не замечали ранее, возможно, это началось только недавно, — Аарон многозначительно посмотрел на девушку, а та лишь пожала плечами, не зная, что ответить.       — Знаешь, в лесу при выезде из города есть небольшая тропинка, уходящая вглубь зарослей. Если по ней пройти, не сворачивая, то можно выйти к чудесному месту...       — Возможно, — нахмурился мужчина, закрывая кран и стряхивая воду с рук. — В окрестностях Сентфора полно тропинок и красивых мест.       — Это место особенное...       — Почему?       — Аарон, хорошо, что ты здесь, — вытирая руки о полотенце, Хилл обратил свой взор на вбежавшего в зал Дракона. — Там Бурый ночью с кем-то в баре подрался и сейчас находится в больнице.       — Как дети малые, — пробубнил Хилл себе под нос, кидая полотенце на столешницу и торопливо выходя из-за стойки. — Серьёзные у него ранения?       — Я точно не знаю, — глубоко дыша и с широко раскрытыми глазами, он следил за эмоциями на лице босса, готовясь свалить в туман, до момента раздачи «грозовых молний» негодования.       — Выясним, ты едешь со мной...       Яркий свет, отражающийся от светлых стен, больно резал глаза. Медработники в белой униформе, снующие туда-сюда, раздражали не меньше, а их отсутствие на рабочем месте, за стойкой информации, убивало без возможности воскреснуть.       — Девушка, — выловив молоденькую медсестру, Хилл зажал переносицу пальцами, пытаясь сгруппировать разбегающиеся мысли в вопрос, — ночью привезли мужчину...       — Вы знаете, по ночам нам много кого привозят, — она посмотрела на молодого Дракона за его спиной и смутилась, — ведь днём большинство приходят самостоятельно.       Молодой парень не растерялся и, лучезарно улыбнувшись, махнул ей рукой, тем самым ещё больше вгоняя девушку в краску.       — Я Вас слушаю, — дама посолиднее заняла стул за столом информации и молоденькая медсестра, воспользовавшись отвлекающим моментом, убежала дальше по своим делам.       — Доброе утро, — Хилл облокотился руками на стойку. — Мне сообщили, что к вам поступил мужчина... Фредерик...       — Пьяный дебош, — не поднимая своих глаз, проговорила медработник, — дальше по коридору, можете его забрать — ничего серьёзного, жить будет, — собрала несколько листов с записями в стопку, выровняла их и покинула пост.       — Номинация «Лучшее учреждение года» вполне может из полицейского участка перекочевать в стены этого заведения, — сложив руки в карманы кожанки, проговорил молодой Дракон, осматриваясь вокруг.       Хилл приподнял бровь и, взглянув на подрастающее поколение, покачал головой и направился дальше по коридору, выискивая нужную палату.       Первые были пусты. В следующей — большое семейство уговаривало старика прилечь на кушетку, но бойкий дедулька отмахивался от их заботы и, пришлепывая беззубым ртом, на манер персонажей из поэм отвечал стихами и притопывал в такт. Ещё одна палата, где были двое молодых людей, явно в ожидании приёма врача. Следующая дверь была закрыта, а жалюзи на панорамных окнах зашторены, и Хилл, приоткрыв дверь, заглянул во внутрь.       Он не знал, сколько прошло времени, сколько долгих секунд он стоял, не шевелясь и дыша через раз.       — Ар, я нашел его, — прозвучало из коридора, и молодой Дракон хотел уже засунуть свой любопытный нос в палату, в дверях которой истуканом стоял его босс, но тот повернулся и грозно посмотрел на него так, что любопытство пропало вместе с другими чувства, оставив лишь инстинкт самосохранения. — Я буду у него, — показывая в направлении, в котором он собирался испариться, — третья отсюда.       Сделав полноценный шаг в палату, Хилл закрыл за собой дверь, напоследок заметив провинившийся взгляд в пол молодого Дракона. Щелчок дверной собачки, и мужчина, несколько тягучих мгновений прожигающий взглядом дверное полотно, всё же перевёл своё внимание на пациента, расположившегося на больничной койке.       Бледное лицо с закрытыми глазам; непривычно тусклые губы без намека на улыбку; волосы, хаотично разбросанные по подушке; больничная сорочка, по грудь прикрытая одеялом; несколько проводов тянущиеся от руки к приборам и капельнице; замедленное дыхание.       Не в силах перебороть себя и подойти ближе, Хилл стоял в двух-трёх шагах от койки и созерцал, не веря своим глазам.       Из очередного транса его вывел еле слышный в тишине палаты звук открывающейся двери, и в помещение вошла женщина, держа в руках небольшую вазу с ромашками. Она с такой нежность смотрела на цветы, что не сразу заметила мужчину.       — Ой, — приподняв глаза, дама сначала испугалась, а потом робко улыбнулась и прошла к столику неподалёку от больничной кровати, — Вы тоже к Сарочке пришли?       «Сара», — проговорил мужчина одними губами и перевёл глаза на лежащую неподвижно девушку.       — Так здорово. Вы её друг? — не унималась женщина, с интересом разглядывая мужчину.       — Можно и так сказать... — кивнул Хилл и чуть улыбнулся, смотря на спящую принцессу. — Я приехал, как только узнал... — начал он, на ходу придумывая историю, чтобы разузнать как можно больше, — но так толком ничего и не понял... Не могли бы Вы...       — Аллергический шок, — вздохнула женщина и, подойдя к койке, поправила идеально лежащую подушку и разбросала девичьи волосы по ней, придавая телу эффект сна. — Месяц комы, а теперь... — женщина сглотнула, с печалью в глазах смотря на девушку.       — А Вы?       — Ой, я её мама, — женщина протянула руку, — Элизабет О'Нил, ой... — прикрыла рот ладонью другой руки и нервно хихикнула, — Никсон. Всё никак не привыкну... Да уже и не знаешь, какую фамилию называть — не все врачи по началу хотели меня сюда пускать по новой фамилии, приходилось старой пользоваться.       — Аарон Хилл, — мужчина пожал руку, ожидая неадекватной реакции женщины на свою фамилию, но её не последовало, и он облегчённо выдохнул.       — Вы приехали специально из Балтимора? Вы где-то остановились? Вам есть где жить?       — Я местный, — смутился мужчина.       — Надо же, — улыбнулась Лиз и вновь посмотрела на дочь. — Всё случилось в Балтиморе... А три дня назад врачи центральной больницы разрешили мне перевезти её сюда — мне так проще за ней ухаживать...       — Что-то требуется? Я могу чем-то помочь? — воодушевился Хилл.       — Это вряд ли... Врачи разводят руками — организм вполне здоров... Значит она сама не может или не хочет вернуться к нам, — женщина всхлипнула и прижала ладонь ко рту, казалось, исчерпавшие себя слёзы готовились к новой волне, но женщина, гордо подняв голову, обхватила себя руками за плечи и стойко выдержала нападение солёного потока.       — Если Вы не против, я бы хотел переговорить с врачами...       — Нет, конечно, я не против, — она кивнула и посмотрела мужчине в глаза, ища там поддержку.       — Тогда я оставлю вас, — он напоследок посмотрел на спящую девушку и, кивнув своим мыслям, вышел из палаты.       Медленно закрывая за собой дверь, Хилл чувствовал, как громко колыхается сердце в груди, а мысли судорожно бьются о черепную коробку в поисках выхода.       — О, Ар, и ты здесь? Чего такой задумчивый? Всё настолько плохо? — Вишня оглядел зашторенные окна палаты и дверной проём напротив главного Дракона в поисках хоть какой-либо таблички или зацепки, позволивший найти правильный ответ.       — Я её нашёл... — тихо проговорил Хилл, не веря своему голосу и звукам, вылетевшим изо рта.       — Кого? — нахмурился кудрявый, внимательно смотря в лицо другу.       — Сару...       — Кого? — Вишня приподнял бровь, быстро прокручивая в голове имена всех знакомых ему девушек и ища среди них подходящее.       — Принцессу, — Хилл развернулся и направился дальше по коридору. — Идём, а то нас там Бурый заждался.       — Принцесса? — глаза кудрявого расширились от удивления, и он уставился в дверное полотно взглядом, будто был способен увидеть сквозь него. — Ты не шутишь? Она там? — указывая на дверь пальцем, поспешил догнать друга. — Как так получилось? А она такая же хорошенькая? — не упустил возможности, чтобы поддеть друга, но, наткнувшись на серьёзный взгляд, умолк, демонстрируя молнию на устах.       — Ей нужна помощь, и я помогу... — и открыл дверь следующей палаты. — Бурый, какого хрена...       Пять часов проведённые в разборе «полётов» и выяснения: почему же всё-таки непутёвый Дракон оказался в больнице, изрядно вымотали и без того уставший организм.       Пересекая порог собственного дома, Хилл провёл руками по лицу, с нажимом потирая уставшие глаза. Скинул куртку в гостиной на диван и прошёл в кухню. Достал из верхнего шкафчика стакан и подставил его под кран. Шум воды заполнил пространство, а стоило стеклянному бортику сосуда коснуться губ, до мозга дошло понимание, что в доме никого кроме него нет. Так и не попив воду, Аарон поставил стакан на столешницу и осмотрелся по сторонам. Тишина давила хуже бетонной плиты.       Прислушиваясь к безмолвию дома, Дракон прошёлся по всем комнатам и заглянул даже в кладовку. Дернув за верёвочку света, он уставился на полки, забитые коробками и всяким барахлом, что редко в последние шесть лет он использовал. Странная пустота заполняла его изнутри, тоской пробегая по венам и разрывая каждую клеточку его тела изнутри атомным взрывом.       — Сара... — прохрипел он и тут же сорвался с места. — Сара. Сара, ты здесь?       Вбежав в гостиную и посмотрев на окно, у которого она любила стоять, позвал снова:       — Принцесса!       Но в ответ ему была пугающая тишина. Схватив свою куртку с дивана и позабыв про усталость, он выбежал из дома, по дороге натягивая кожаный аксессуар и набирая до боли в груди знакомый номер. Долгие гудки и согревающее душу: «Алло».       — Эл, я нашёл её, через пять минут буду у тебя... Она в центральной больнице... Ничего, устроишь перерыв, а я потом пришлю к тебе ребят — ты же хотела устроить перестановку... Пять минут.       Проносясь на машине по тихим улочкам, словно гоночный болид, Хилл был погружен в свои мысли и еле успевал выскакивать из них на светофорах и вовремя поворачивать, чтобы не сбиться с маршрута и не накрутить лишние метры попусту.       Остановившись у антикварной лавки, вышел из машины и, громко хлопнул водительской дверью, вбежал в магазинчик. Его любимая старушка накинула пальто и схватила зонтик-трость, напоследок осматривая дорой сердцу антураж и припоминая: всё ли она выключила?       — Зонтик-то тебе зачем? Мы на машине, а на улице солнце.       — Передавали, что будет гроза — нельзя пренебрегать такими мелочами. Он не тяжелый, а в нужный момент — он тут как тут. Всё, хватит бубнить, — подталкивая внука к выходу, — поехали спасать бедную девочку.       Покачав головой, мужчина сел в машину за руль и стал ждать, когда его любимая старушка закроет дверь дома на ключ и приземлится на соседнее сиденье.       — Аарон, ты меня вгоняешь в долги...       — Без тебя со мной никто разговаривать не будет, попрячутся в своих кабинетах или натравят копов.       — А мне это, вот свой зуб мудрости даю на выдирание, выйдет в свидание с этим старым сморчком и его вставной челюстью.       — Ты же их и так все удалила, — вздернул бровь Хилл.       — С остальными своими я расставаться не намерена, а слово держать надо.       — Обещаю, я спасу тебя от этого престарелого...       — ...старого...       — ...старого...       — ...пня...       — ...пня... — кивнул внук, выворачивая руль и направляя автомобиль на главную дорогу. — Главное помочь Саре, — прошептал себе под нос внимательно смотря на дорогу и не превышая скоростного режима, а сидящая рядом старушка, обладающая исключительным слухом, лишь улыбнулась, в сердце радуясь за своего непутевого внука.       Хорошо иметь своего личного врача, способного в любое время суток прийти на помощь тебе и твоим ребятам, но ещё лучше, когда есть связи с главным врачом больницы. Таковым являлся мистер Триттер — выдающийся хирург на пенсии, но не сумевший бросить дело всей своей жизни — медицину, и уже продолжительное время занимающий данный пост, просто сидя в кабинете, перебирая бумажки и время от времени давая мудрые советы молодому поколению врачей. В молодом возрасте он пытался ухаживать за юной Элеонорой, но его занудные беседы медицинского заучки не вдохновляли тогда бунтующее сердце молодой леди, и она выскочила замуж за другого. Но спустя года, и пройдя свой нелёгкий путь супружеской жизни, и под старость лет оставшись один на один со своей работой, он продолжал оказывать милой владелице антикварной лавки всяческие знаки внимания.       Хилл сидел в коридоре напротив палаты своего «Ангела» и смотрел в одну точку, облокотившись локтями на колени, сложив кисти в замок и подперев ими подбородок.       «Бездумно пялиться в шов напольной плитки в ожидании осенения — это выше всяких похвал, Хилл», — мелькнуло в голове мужчины, когда во всегда оживленном, но сейчас «молчаливом» коридоре послышались шаги. Повернув голову на звуки, он заметил шествующих в его направлении главврача больницы и бабушки. Поднявшись с металлического стула, он остался стоять на месте, ожидая, когда они подойдут поближе. В это время дверь палаты напротив открылась, выпуская в коридор шерифа и маму Сары.       — Ты что здесь делаешь? — раздражение блюстителя порядка ощущалось в каждой ноте и в каждом его движении. — Опять твои ребята что-то натворили? Я повторяю — пересажаю вас всех... до единого.       — Джонатан, прекрати, — ухватив полицейского, который, к слову, был в штатском, за плечо, женщина потянула его на себя, пытаясь умерить его агрессию. — Это друг Сары...       — Да какой он друг? — вскрикнул мужчина и затих, видно вспомнив, что находится в больнице, где шуметь не полагается.       — Мистер и миссис Никсон, рад вас видеть, — вмешался пожилой мужчина, и под влиянием его белого халата напряжение начало спадать. — Как себя чувствуете?       — Добрый день, мистер Триттер, вы, наверное, к Саре? — воодушевленно пролепетала Элизабет.       — Да, пройдёмте, — указав на дверь палаты, врач посмотрел на лица мужчин: первый яростно пытался спалить взглядом другого, а второй был словно в огнеупорном костюме и не обращал внимания на попытки первого. — Только прошу без скандалов: вы же все-таки находитесь в медицинском учреждении.       Столько посетителей палата «спящей принцессы» принимала только в день поступления, когда её бессознательное тело привезли на каталке и уложили в кровать.       Взяв карту пациента с борта кровати, врач подошел к приборам, чтобы сверить показатели. Поджав губы, он покачал головой, ставя пометки и записывая всё те же показания.       — Пока изменений нет, — опустив карту и осмотрев замерших в ожидании его монолога людей. — Но мы продолжим наблюдение, каждодневные инъекции и массаж-терапию.       — Что-то ещё нужно? — Хилл сделал шаг вперёд, пристально смотря в глаза врачу и не замечая недовольного шиканья шерифа за своей спиной.       — Её организм в полном порядке, а сознание — это неподвластное науке или медицине абстрактное понятие, остаётся только ждать.       — Могу я навещать её? — повернувшись к миссис Никсон, поинтересовался Хилл, видя, как Джонатан сморщил нос и отвернулся в сторону.       — Конечно, Аарон, она будет Вам рада, — смотря ему в глаза и гладя мужа по плечу, проговорила женщина.       — Аарон, нам пора, — вмешалась Элеонора, до сих пор наблюдавшая за всем со стороны.       — До свидания, — обронил Хилл и вышел из палаты.       — И как тебя угораздило?       — Эл, не дави...       — А я что? — старушка развела руками в стороны. — Я ничего, просто говорю, что вижу.       — Легче не стало.       — А оно и не станет, пока ты так ко всему относишься. Ну здесь я сделала всё, что смогла, теперь меня ждёт лавка, — выходя на улицу и открывая зонтик.       — Дождя нет...       — Как знать, — пожала плечами старушка, — как знать, — и спрятавшись под куполом зонта, уверенно взяла курс на свой дом.       — Может тебя повезти? — доставая пачку сигарет из кармана, побеспокоился мужчина.       — Прогулка будет мне на пользу. Заскочи ко мне завтра — обсудим некоторые моменты.       Хилл усмехнулся и подпалил никотиновую палочку с интересом наблюдая, что на улице был полный штиль. Убрав руку с зажигалкой в карман, выдул едкий дым в небо, вспоминая, что его «Ангел-хранитель» просила бросить его эту вредную привычку. Но как с ней распроститься, если, что ни день — то новые приключения? Снова делая затяжку и выдыхая дым, он прикрыл глаза и пальцами свободной руки зажал переносицу, слыша скрежет шестерёнок в мозгу.       Небо раскрасила яркая молния, прогремел гром, и на землю обрушился ливень. Это произошло столь резко и неожиданно, но только для одного мужчины, который сейчас не мог думать ни о чём другом, кроме как о девушке на больничной койке, улыбка и смех чей были с ним на протяжении нескольких недель, а сейчас их место заняли пустота и тишина.