i shout i love you, but what do I hear in response

сердце сжимается в момент, когда тэхен входит в комнату своей новой съемной квартиры и видит кая, плачущего на полу возле кровати. его лицо прижато в колени, а руки успокаивающе себя обнимают. когда-то при переезде тэхен кинул связку ключей каю, сказав что-то наподобие «приходи, когда жизнь наскучит или я попрошу тебя выключить мой утюг — мало ли что, да?» тэ немного посторонился, чуть обдумав ситуацию, а затем быстрым шагом ринулся к плачущему парню. сразу спрашивать суть не стал — не рационально это, подумал так. кай сразу вздрогнул, явно не ожидая прихода хозяина квартиры так скоро. тэхен приобнимает парня чуть младше него самого, ласково шепча милые слова, вечно подтверждая одно и то же: «я здесь, теперь все хорошо», гладя по мягким волосам, стараясь сохранять спокойный темп дыхания, чтобы это передалось и каю — где-то начитался в дурацких статьях. лицо поднимать совсем не хотелось, но тэхен сделал все за него, подняв обеими руками кая за щеки. на лице красовалась яркая разбитая губа и мокрые глаза от долгих слез. кан приоткрывает рот в немом шоке, рыская в глазах кая хотя бы какой-то ответ на миллионы его вопросов. — ты давно здесь сидишь? — единственный особо нейтральный вопрос, пришедший ему в голову. кай берет в руки телефон, что лежит рядом, смотря на время и явно считая в голове. — часа два, вероятно, — поджимает губы и старается не расплакаться вновь. тэхен громко вздыхает и, поднимая кая с пола, обнимает его, ласково постукивая по спине. кай стонет, кан тут же понимает, что от боли. поднимает белоснежный тонкий лонгслив, взгляд мгновенно падает на синяк под ребрами. уши краснеют от злости, тэ сжимает руки в кулаки с, кажется, нереальной силой. — кто? — не парься, — кай вытирает оставшиеся слезы рукавом. — я пришел сюда, потому что было некуда больше идти. домой пока стыдно, рыдать в комнате было бы сложно из-за пришедших с разных учебных заведений сестер. — я задал вопрос, кай, — тон тэхена порой, как сейчас, был слишком повелительным и строгим, что младшему пришлось вздрогнуть и покрыться мурашками. пусть неловко, но хюнин поделился тем, как его обижают в классе и как сложно ему там приходится. поделился тем, что сегодня отказался подавать хулиганам деньги, а еще заступился за девочку чуть поменьше него, до которой они докапывались. рассказал, что именно за эти дебри он и получил подобное. кай старался не опускать никакие подробности, чтобы тэхен понял полную картину, но хотел сказать все мягко, чтобы его не злить. только не получилось. — ты молодец, что пришел сюда, — тэхен одобрительно кивает, тянется к чужому плечу, одобряюще стуча. — не волнуйся, совсем скоро я вытру их слезы грязной тряпкой и помою пол в этой съемной квартире, — кай смеется. очень зря. через какое-то время хюнин удивленно рассказывает о том, что те бунтари обходят его любыми способами, пугаясь любого упоминания его личности. кажется, он искренне не понимает, почему подобное происходит. кан самовлюбленно улыбается, зная определенно всю правду. кстати говоря, пол у него в новой квартире теперь довольно чистый.