How It Ends

Содержимое дневника Алвы поразило всех при дворе ярла. Она собрала людей, готовых пойти на Моварта, чтобы защитить свой город. Блум гордилась этими людьми, потому что сделала бы то же самое для Домино, будь у нее такая возможность. Пошла бы даже на смерть. — Я не вправе просить тебя, — обратилась к фее ярл Морфала, — но твоя помощь была бы очень кстати. Вампиры уязвимы к огню, насколько мне известно. Я хорошо заплачу тебе, если ты отправишься с моими людьми. — К сожалению, — Блум прикусила губу, поймав на себе разочарованные взгляды ярла и ее приближенных людей, но она и так уже потеряла достаточно времени… — я не смогу вам помочь. — Что?! — в разговор неожиданно вклинилась Лидия, — мы должны помочь этим людям, Блум! Не бросать же их на растерзание вампирам. — Но нам нужно найти… — Блум замялась и понизила голос, — артефакт. Фея не могла не заметить, как этот мир меняет ее. Раньше она бы никогда не отказала в помощи людям, но сейчас гораздо важнее найти способ остановить драконов прежде, чем они снова захватят этот мир и установят свою тиранию. — Вампиры не меньшая угроза для людей, — будто прочитав ее мысли, сказала Лидия, — и их намного больше, чем драконов. Как хочешь, но я пойду с этими людьми и помогу им. Хускарл вышла из здания, оставив Блум позади в резиденции ярла. Конечно, с ее доводом нельзя было спорить, да и жила она в Скайриме намного дольше, знает его намного лучше, чем сама Блум. Фея доверяла суждениям Лидии и не хотела, чтобы ее мнение о Блум упало еще ниже, поэтому последовала за ней на улицу: — Ты права, — огласила свое решение Блум, заметив, что у зала ярла уже собралась толпа жителей, — мы должны помочь этим людям. Толпа заликовала, салютуя своим оружием, у кого какое было: топоры, вилы, даже грабли. Видимо, люди уже видели в Блум своего героя и спасителя, который избавил их от страшной судьбы — прислуживания вампиру Моварту. — Но вы не пойдете с нами, — фея прибавила жестокости своему голосу, — разве многие из вас настоящие воины? Мы не должны рисковать, да и если мы пойдем вдвоем, у нас будет больше шансов остаться незамеченным. — Я пойду с вами, — вперед вышел мужчина в тяжелой броне и с каким-то тяжелым оружием на спине, — я Бенор — лучший воин в Морфале, и не вам мне указывать, что делать. Рисковать чужими жизнями Блум не хотела, но и спорить с мужчиной не стала, потому что понимала его мотивацию и желание защитить людей и Морфал, поэтому к логову Моварта, находившемуся на северо-востоке от самого города, они отправились втроем. — У вас хоть есть план? — спросил по пути Бенор. — Будем действовать по случаю, — ответила Блум, — я не знаю, сколько вампиров нас там ждет, помимо самого Моварта. — Моварта, который явно не будет слабым противником, раз у него были такие планы на город, — подметила Лидия. До пещеры они добрались быстро. Блум передернуло, когда она представила, каково это жить так близко с теми, кто может тебя не то что убить, а поработить, сделать своей куклой. И до конца своей жизни ты будешь лишь марионеткой, управляемой вампиром, если ты не надоешь ему раньше или он не выпьет всю твою кровь. Наверное, подобная судьба и ожидала всех жителей Морфала, если бы она не вмешалась в это дело. Ей стало стыдно, что сначала она отказалась помочь людям в беде, ставя в приоритет нахождение Рога Юргена. В самой пещере было склизко и влажно, воняло илом в воздухе стоял металлический запах крови. Блум представила, сколько людей они успели затащить сюда посреди ночи. Что с ними делали она представлять не хотела, но картинка сама предстала перед глазами. В первых областях пещеры не было опасных противников, обычно вампир и охраняющий его трэлл, как объяснили Блум Лидия и Бенор, это те люди, которые были подвержены специальному заклинанию вампира — убеждению, и теперь они защищали своего вампира ценой жизни. В пещере было множество трупов и человеческих останков, сложенных в тачки или просто валяющихся в каких-то ямах. Блум глупо надеялась, что им хотя бы подарили быструю смерть. Ведь их родные или друзья никогда не смогут похоронить своих близких, никогда не найдут их тела, не узнают, что с ними случилось. В какой-то момент фея подумала, что ей бы не хотелось обнаружить кого-то из Винкс растерзанной вампиром и, наверное, лучше пребывать в сладком неведении, чем знать, что вампиры сотворили с человеком до того, как он умер в мучениях. Наконец-то, они добрались до главного зала, где во главе огромного стола пировал сам Моварт, как было нетрудно догадаться: он был одет в богатую броню, отдающую золотом, а его красные глаза светились в темноте пещеры. Блум, Лидия и Бенор спрятались за выступом, даже не смея переговариваться, потому что вампиры обладали сверхчеловеческим слухом. Моварт, конечно, был здесь не один, что осложняло задачу. Блум на себе испытала, какой физической силой обладают вампиры, поэтому колебалась с каким-то решительными действиями, пока Лидия и Бенор ждали ее указаний. — Возьмите на себя остальных вампиров, — прошептала Блум так тихо, как могла, но чтобы информация дошла исключительно до нужных ушей, — а я сражусь с Мовартом. — Что? — шикнула Лидия, — это безумие. Он наверняка сильнее всех этих вампиров вместе взятых. Тебе с ним не справиться. — Пожалуйста, сделайте, как я говорю, — настаивала на своем Блум, — отвлеките остальных. Нехотя, но Лидия и Бенор сделали, как Блум и просила. Фее было приятно осознавать, что Лидии все же не плевать на нее, и смерти она Блум уж точно не желает. Все шло по плану: все вампиры сбежались на них, и в зале остался только Моварт и Блум. — Выходи, — сказал он так громко, что его голос эхом разнесся по помещению, — я знаю, что ты здесь. — А я и не скрываюсь, — вышла в свет Блум, в руках которой уже светилось пламя, но Моварт не двинулся со своего трона. — Ты думаешь в одиночку одолеть меня? — смешливо спросил он, — я дам тебе шанс убежать прямо сейчас. Люблю, когда жертвы считают, что у них есть шанс. — А мне нравится, что ты думаешь, будто я буду убегать, — сказала Блум таким же насмешливым тоном, — вулканическая атака! Заклинание попало прямо в цель, правда на стуле Моварта уже не было, поэтому оно подожгло лишь дерево. — Обернись, — сказал вампир, и голос его, казалось, звучал во всем помещении. Блум оборачиваться не стала, а лишь пыталась вглядеться в темноту пещеры перед собой, где и заметила две красные точки — вампирские глаза. Но фее снова не удалось в него попасть. Она начала лихорадочно придумывать идеи, как же ей победить вампира и на ум приходило только то, что придется подпустить его к себе, а, значит, придется прикинуться дурочкой. Блум начала крутиться по сторонам, притворяясь, что ищет вампира, но сама краем глаза следила за красными точками, выдавшими его местоположение. Он играл с ней, и Блум вступила в игру. Моварт оказался прямо рядом с ней, но она успела использовать заклинание огненного щита, наткнувшись на который, вампир зашипел и снова исчез. — Ты слишком много на себя берешь, девчонка, — раздался где-то его рык, и он снова попытался напасть на нее, но в этот раз Блум успела атаковать его в ответ. — Так покажись! — закричала Блум, — хватит прятаться! Удивительно, но вампир послушал ее, выходя на свет. Черты лица его изменились, превратившись в звериные, и он тяжело дышал, глядя на нее своими алыми глазами. — Огненный луч! — Блум надоело церемониться с ним, и она начала кидать в него заклинания, но ни одно не попало в цель. Все повторилось: он попытался напасть, но обжегся об ее щит. Блум это изрядно надоело. — Огненная стена! — она очертила вокруг себя огненный круг, не позволяющий вампиру его покинуть. Он заметался, как раненное животное, когда его серая кожа пошла пузырями от жаркого огня. Его крик остался всего лишь эхом в пещере, когда сам некогда могущественный вампир превратился в горстку пепла, лежащую у ног Блум. Фея осела на землю, потому что потратила слишком много магической энергии: в таком положение ее и нашла Лидия. — Блум? — хускарл аккуратно прикоснулась к плечу феи, замечая, что стол, за которым сидел Моварт, превратился в обугленную мебель, — ты встать можешь? — Да, — сказала она, но не двинулась с места места, — где Бенор? — У нас проблемы, — ответила Лидия, — пошли за мной. Хускарл помогла Блум встать, и вместе они побрели к выходу из пещеры, где их уже ждал Бенор. Блум не заметила на нем никаких сильных ран, поэтому подумала, что Лидия сказала это лишь для того, чтобы мотивировать Блум встать с земли. Но мужчина выглядел слишком обеспокоенно, чтобы эта версия была правдой. — Что произошло? — спросила у него Блум. — Меня оцарапали, — сказал он таким тоном, будто это приговор. — И? — не поняла фея. — Если вампир тебя оцарапает или укусит, значит, ты тоже станешь вампиром, — терпеливо пояснила Лидия. — Это можно как-то предотвратить? — теперь Блум и сама ужаснулась, ведь в фильмах, что она видела в своем мире и книгах, что читала, только укус вампира делал человека вампиром. — В Морфале есть один маг, — кивнул Бенор, — я обращусь к нему. Но попрошу вас никому не говорить, что со мной произошло. Если Фалион не сможет мне помочь, то я сам покину Морфал. Даю слово. Блум поверила ему, а вот Лидия позже сказала ей, что потом стоит вернуться и все проверить, все ли так, как он сказал, потому что став вампиром, Бенор может натворить дел. Втроем они вернулись в Морфал, где их встретили, как народных героев. Люди даже предлагали им что-то в дар, но они тактично отказывались, понимая, что не все в городе живут богато. Ярл и так в последствии наградила их немалым количеством золотых монет, и Блум обрадовалась, что теперь им точно долго не придется ночевать на улицах в нехватке денег. — А теперь мы точно отправляемся в Устенгрев, — сказала фея, когда они закончили с вампирскими делами в Морфале, — только мне нужно отдохнуть. Пошли в таверну? На этот раз в таверне было много народу: люди праздновали победу над вампирами, Блум и Лидии даже выделили бесплатные комнаты и еду за помощь, оказанную городу. Блум только расправилась с едой, как к ней подсел мужчина, в котором она узнала того самого Хроггара, околдованного Алвой: — Я не могу выразить словами то, как я вам благодарен, — тихо начал он, — не могу поверить, что изначально купился на уловки этой… этой твари! Она разрушила мою семью. Убила мою жену и ребёнка… — В этом нет вашей вины, — мягко сказала Блум, когда на глазах мужчины появились слёзы. — Есть, — покачал он головой, — я изменил своей жене, своими руками преподнёс Алве все, что ей было нужно. Я разрушил свою семью. Я хочу последний раз вернуться в свой дом. Его останки, если быть точнее. Но я трус. Я не хочу видеть то, что своими руками же сотворит, поэтому и прошу тебя пойти со мной. Они выскользнули из таверны никем незамеченные, как и хотел Хроггар. Блум лишь аккуратно положила руку на его плечо, пытаясь выказать хоть какую-то поддержку, потому что никакие слова здесь не помогут. Как только они добрались до дома, мужчина упал на колени и зарыдал навзрыд, прикрыв лицо руками. Фее оставалось лишь наблюдать. Жаль, что волшебной пыльцой можно залечить не все раны… Но вдруг пепелище начало озаряться голубым свечением, а затем появилась и сама Хельги: — Папа! — радостно воскликнула она, и Хроггар испуганно вскочил на ноги, смотря не на Хельги, а на Блум: — Скажи мне, что ты тоже это видишь и я не сошёл с ума… — Да, это правда Хельги, — заверила его Блум, — у вас есть шанс поговорить с ней. Сказать, как вы ее любите. — Хельги, — мужчина снова упал на колени, — прости меня! Я любил тебя и твою мать, я не хотел, чтобы все так закончилось. Я мечтал, что когда ты вырастешь, обязательно уедешь из Морфала, найдёшь достойного мужа, который покажет тебе весь мир… Дорогая моя Хельги, я так люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, папа, — сказала девочка, пытаясь обнять мужчины, но ее призрачные ручки прошли лишь сквозь него, — и мы с мамой счастливы. Мы прощаем тебя и любим. И когда-нибудь мы обязательно встретимся. А затем она растворилась в воздухе. Только теперь навсегда.