How It Ends

Блум до конца не хотелось верить, что она своими руками помогла упечь невинного эльфа в тюрьму, ведь она же фея! Феи должны помогать людям и нелюдям, а не вредить им. У Блум остался осадок от собственных же действий, которые никто ее не заставлял совершать, — только подталкивал, а она повелась, оправдывая это высшей целью. Неприятная мысль о том, что она могла бы найти Эсберна по-другому, не прибегая к помощи этого мужчины, потихонечку закрадывалась в голову, оседала в мыслях. Ей просто не захотелось идти по сложному пути. — Меня, кстати, зовут Бриньольф, — сказал он, заметив, что молчание феи затянулось. — Ты сказал, что я могу получить информацию, — не представившись, сказала Блум, — которая мне нужна. — И ты, помнится, отрицала, что хочешь получить что-то взамен, детка, — хитро сузив глаза, сказал Бриньольф, — как тебя зовут? — Блум. — нехотя проговорила она, — я могу заплатить, если ты считаешь, что того, что я провернула ради любого рода информации, было недостаточно. — О, этого было достаточно, — не стал он с ней спорить, — но чтобы получить то, чего ты так желаешь, тебе придётся пройти ещё одно испытание. Посмотрим, чего ты действительно стоишь. — Ещё одно? — Блум мысленно взвыла, ей не хотелось оказывать ещё какую-то услугу Бриньольфу, но и на полпути останавливаться не хотелось, — что мне нужно сделать? — Если доберёшься до «Буйной Фляги» под Рифтеном, — собирая свои пожитки у лавки, вещал мужчина, — то получишь информацию. Даю тебе слово. А затем он ушёл, оставив Блум в одиночестве. Она не верила в «его слово», но если место, о котором он упомянул, находится под городом, вполне возможно, что там и прячется Эсберн. Не стал же бы он прятаться у всех на виду, в городской таверне? К фее подошла Лидия: — А у тебя неплохо получилось, — заметила она, — не хочешь в Гильдию Воров податься? — Ну уж нет, — Блум покачала головой, стараясь отвести от себя мысли о пленённом из-за неё Бранд-Шее, — ты что-нибудь знаешь о «Буйной Фляге»? — Ну, пока мы были здесь, я поговорила с одной интересной дамой, — начала рассказывать Лидия, — Мьол Львицей. Да и слухи тут ходят, что это и есть место, где окопалась Гильдия Воров. Значит, если верить Лидии, слухам и этой Мьол, то фею пригласили посетить убежище воров. С одной стороны, Блум до жути не хотелось спускаться под город, искать там Бринольфа и таверну, но с другой стороны — это был отличный шанс найти Эсберна. Если кто-то и знает о нем, то это воры, которые живут вне закона. Выбор становился очевиден, но фее легче не становилось. Она не знала, потребует ли Бриньольф снова чего-то взамен, если она спросит про старика. — По твоему лицу вижу, что нам туда и надо, — прокомментировала Лидия. — А ты догадливая. Чтобы попасть в Крысиную Нору, а оттуда уже в Буйную Флягу, им предстояло спуститься в туннели под Рифтеном, как и говорил Бриньольф, решивший не уточнять, где именно они находятся. Видимо, он счел это еще одним испытанием для Блум. Сама же фея сочла это наглостью. Вход Лидии и Блум удалось отыскать благодаря Мьол Львице, которая сначала серьезно поинтересовалась, собираются ли они вступать в Гильдию Воров или нет, на что Блум ответила твердым отказом, и только тогда Мьол рассказала им, как добраться до резиденции воров. Деревянная лестница, ведущая к Крысиной Норе, располагалась рядом с приютом и ярловым домом. Блум показалось это странным и неприятным, но не ей судить, как должен быть устроен город. Сначала фея удивилась, что в тоннелях был кто-то помимо них, но позже поняла, что в гильдию, оказывается, хотят вступить многие, просто не каждый им годится. Через некоторые помещения пришлось пробиваться: мошенники, убийцы и, соответственно, воры не желали, чтобы им составляли конкуренцию. Конечно, Блум пыталась им объяснить, что она направляется к ворам совсем с другой целью, но они слушали ее, а просто набрасывались с мечами. Где-то на третьем воре Блум пытаться перестала, давая магии и мечу все сказать за себя. Крысиная нора оказалась гораздо больше, чем фея и хускарл себе представляли. Несколько раз они запутывались в, кажется, бесконечных тоннелях комплекса, натыкались на одно и то же место, бродили по сырым помещениям, где и запах стоял не самый приятный. — И сколько нам еще здесь таскаться туда-сюда? — вздохнула Лидия. Блум предпочла оставить ее вопрос без ответа. Иногда лучше промолчать, чем расстроить ближнего своего еще больше, рассудила фея. В конце концов, выход, а точнее вход во Флягу, они-таки нашли. Это место ничем бы не отличалось от других таверн в Скайриме, если бы не тот факт, что обитали тут не законопослушные граждане, а совсем наоборот. Они даже выглядели по-другому. От этого места веяло угрозой, и Блум это не нравилось. — А вот и ты! Я же говорил, что у тебя талант, детка, — сказал Бриньольф, когда фея подошла к стойке. — Тебе что-нибудь известно о старике, который скрывается здесь, в Рифтене? — пропустив его слова мимо ушей, начала свое фея. — Тебе нужно быть конкретней, — ответил он, — в Рифтене скрываются многие. Но не за каждым приходит Талморское Посольство, я полагаю. Во что ты ввязалась? — Это неважно, — немного грубо ответила Блум, но затем смягчилась, — куда ушли Талморцы? Мне очень нужно знать. — Тебе нужно в Муравейник, — Бриньольф провёл ее к очередной двери и, что-то подсказывало Блум, что их ждёт еще одно длинное приключение по рифтенским тоннелям, потому что вряд ли Эсберн находился прямо за этой дверью, — осторожнее, детка, не знаю, во что ты там вляпалась, но эльфов было немало. Фея поблагодарила его, извинилась за предыдущую грубость, но Бриньольф сказал, что обиды на неё не держит, и на том они и разошлись. Блум примерно прикинула, что и здесь, и в Муравейнике, скорее всего, не полетаешь: своды слишком низкие. Придётся идти так. — Ты, вроде, очень хотела встретиться с Талморцами, — припомнила Блум Лидии, когда та расстроилась, что фея не взяла ее с собой на миссию в Посольство, — что ж, вот твой шанс. Бриньольф не соврал: эльфов было много. Они заполонили весь Муравейник, точно муравьи, оправдаю название этого места. Блум надеялась, что схватку возможно будет избежать, но в итоге им бы все равно пришлось драться: Талморцы увидели их, как только они открыли дверь. Драться с ними было сложнее, чем с драуграми, которые рассыпались от этого лишь заклинания Блум, потому что эльфы использовали магический оберег, который не давал ее заклинаниям навредить им. Но Блум и Лидия быстро сообразили, что фея будет нападать на тех солдат, что в легкой золотой броне, а Лидия — на магов, потому что магический оберег не мог сдержать удара мечом. Так они и пробивались сквозь бесконечный поток Талморцев. Только теперь к Блум пришло осознание, насколько важной пешкой на игральном столе был Эсберн. Как только они покончили с солдатами, Лидия и Блум попали в странное помещение, в комнатах которого, кажется, кто-то жил. Причём люди здесь, мягко говоря, были странные. Они прислушались к одной из дверей, откуда доносился женский голос: — Ведро. Нож. Книга. Чернильница. Камень. Нет, нет, нет, — говорила она, — он не найдёт меня здесь. Не найдёт! Очевидно, что разговаривала она сама с собой. Блум оставалось только надеяться, что Эсберн, который провёл в этом месте немалое количество времени, сам не превратился в сумасшедшего.