Rent

Конференц-зал компании, которой руководил Чжань, был полон. В данный момент выступал один из многообещающих младших сотрудников, и он очень старался сосредоточиться на его словах. Встреча затянулась дольше положенного, и он начал беспокойно ерзать. Чжань погладил золотой телефон, лежавший в кармане его брюк, это уже стало его привычкой, когда он был в нетерпении или нервничал. Он ждал, все еще ждал, никогда не переставал ждать. Он ждал звонка, которого так и не последовало. Прошло уже два года, как его сердце было разбито. Ибо покинул его квартиру в Нью- Йорке ровно два года назад. Но сердце все так же болело. Он все еще желал, чтобы бог смилостивился над ним и просто убил на месте, но, кажется, всем божествам на свете была безразлична его боль. Он приглушил голос выступающего, у него не было никаких сил обращать внимание на презентацию, пока он в болезненных подробностях вспоминал каждое слово, сказанное ими в тот день, каждое выражение лица Ибо, и каждую непролитую слезу, пока он разбивал свое сердце заодно с сердцем Ибо. Это того стоит, повторял он каждый день, как мантру, но, черт возьми, это было больно, так больно, что он сомневался, что это когда-нибудь прекратится. Он все еще скучал по Ибо. Два года без него не уменьшили его потребность в прикосновениях Ибо, его поцелуях… в его любви. То, что в то время казалось развлечением, незначительным решением, навсегда оставило след в его сердце. Когда он понял, что влюблен, было уже слишком поздно. Кроме того, Ибо был так молод, слишком молод, чтобы привязывать его к себе навсегда. Но он не жалел о своем решении, даже несмотря на то, что оно медленно убивало его. Дать Ибо шанс быть независимым и свободно выбирать свое будущее, было самое меньшее, что он мог для него сделать. Он так сильно его любил. Желая дать Ибо свободу, он сам загнал себя в клетку одиночества. Сделав вид, что получил сообщение, он достал телефон и открыл его. Спустя два года, телефон все еще работал, и он все еще ожидал сообщения, которое так и не пришло. Он все еще ждал слов, которые положат конец его боли. Но телефон по-прежнему молчал, напоминая ему о том, от чего он отказался. Иногда он думал, что будет счастлив, просто зная, что Ибо счастлив, даже если забыл о нем. Но бывали моменты, когда ему хотелось быть более эгоистичным. Он все еще слышал голос Ибо, несущего какую-то ерунду, все еще помнил прикосновения его губ, все, что наполняло его душу счастьем, которое, как он знал, предназначалось не ему. Он все еще помнил как прикосновение к его коже успокаивало его душу. Он нуждался в Ибо, очень хотел, чтобы тот был рядом с ним. Но это было лишь его несбыточными мечтами. Он хотел бы быть сильным и забыть об Ибо, но не мог, он просто не мог двигаться дальше. Он все еще очень скучал по Ибо. Ему все еще было так больно, что он удивлялся, что еще дышал. Когда он был один, он все еще мог слышать голос Ибо в своей голове. Сладкое эхо его голоса переносило его обратно в более счастливые времена. Время, проведенное вместе, самое счастливое время в его жизни. Он открыл фотографию их двоих, единственное изображение Ибо, которое у него было, и пожалел, что он не был более эгоистичным человеком, тогда, возможно, его сердце оставалось бы целым, а не разбитым на мириады осколков, которые засоряли его душу. Чжань смотрел на фотографию, сделанную Сонджу, и понимал, что будет любить Ибо всю свою жизнь, но маловероятно, что его любовь будет принята. Он ощущал, как будто часть его души откололась от него. Он понимал, что никогда не забудет Ибо, потому что это было просто физически невозможно, но он должен был продолжать жить. Полный сожалений, он закрыл телефон. Это был последний раз, когда он взял его с собой. В этом не было никакого смысла. Ведь Ибо не звонил, никогда не звонил. Лучше всего было отпустить его. Он не мог вечно зависеть от воспоминаний, от неуловимой тени, которая отказывалась материализоваться. Чжань смирился с тем, что он просто существует. Когда встреча, наконец, закончилась, он призвал свою команду продолжать усердно работать и небрежно пройдя в свой офис, позвонил Юй Биню. — Зачем ты меня вызвал? — спросил Юй Бинь, входя в офис. Он слишком хорошо знал о том, что произошло между его другом и таинственным Ван Ибо. — Пожалуйста, убедись, что этот телефон всегда будет поддерживаться в рабочем состоянии. — Хорошо, — ответил Юй Бинь, всегда готовый ему помочь. — И… — Чжань замялся. — И, что? — Юй Бинь поощрил его продолжать. — Я думаю, пришло время провести новый кастинг, — сказал ему Чжань. — Зачем? — с любопытством спросил Юй Бинь. У нас пока нет никакого нового продукта, который нам нужно рекламировать. — Кастинг на мою фальшивую девушку, — заявил Чжань. Юй Бинь был ошеломлен. Последние два года Чжань жил как отшельник, ни с кем не общался, всегда ожидая звонка, которого так и не последовало. — Ты уверен? — спросил Юй Бинь. — Да, — ответил Чжань. — Он не позвонит. — Откуда ты знаешь? — Я просто знаю. Юй Бинь улыбнулся, не решившись возражать. Чжань взял золотой телефон, открыл его и нашел их фотографию. Он поцеловал изображение, представляя, что целует Ибо. Сидя один в своем офисе, он разговаривал с Ибо, с тем, кто навсегда был запечатлен на той фотографии. — Я всегда буду любить тебя, мой милый. Затем он закрыл телефон и спрятал его в ящик своего стола. Внезапно его охватило грустное чувство. Это была печаль, что укоренилась в его сердце. Печаль, которая никогда его не оставит. Печаль, которая будет сопровождать его всю его жизнь. — Я всегда буду любить тебя, Ибо. Я всегда буду ждать тебя, но я не могу больше так жить. Одинокая слеза скатилась по щеке Чжаня, напоминая ему о том, чего он лишился. Печаль стала теперь его новой спутницей.