Глава 2 …внутри гаснет веками.
6 мая 2022 г., 06:39
«Я – фальшивка. Хочу понравиться людям, пытаюсь завести друзей. Мне трудно с людьми, поэтому, чтобы помочь самому себе, я стараюсь полюбить всех тех, кто меня окружает. Так притворяться становится намного проще. Если долго притворяться, со временем начинает казаться, что все по-настоящему» — Город в котором меня нет
Впереди были тяжелые дни упорных тренировок. И было бы замечательно, если бы дело было лишь в них. Ойкава не только старался держать авторитет преуспевающего ученика, но и подрабатывал в небольшой кофейне в нескольких кварталах от дома. Работа непыльная – конфликтов почти не бывает, всё спокойно настолько, что иногда даже появляется ощущение подвоха, только вот его решительно не было – сидишь себе спокойно, периодически делаешь кофе посетителям, широко улыбаешься, произносишь давно заученные фразы, отдаешь напиток и снова садишься на свой родимый, немного потрепанный стул делать домашку вплоть до следующего желающего взбодриться кофеином, ведь времени на то, чтобы делать ее как полагается, дома, не было от слова совсем. На войне все средства хороши. На перерывах Ойкава выходил на улицу с мячиком и тренировал связку, все законные 15 минут посылая старичка в небо и принимая обратно, для него – лучший способ остудить голову. В общем и целом, ему определённо было чем себя занять. О подработке не знал никто. Вообще. Иваизуми был занят своими делами, да и Тоору обставил всё так, что вне дома они почти не виделись, не считая школы, тренировок и недолгих игр на старой площадке уже после окончания смены. Родители привыкли к тому, что их умничка-сын учится вне дома: в библиотеке, у друзей, в школе, где угодно. И, может это и выглядело подозрительно, но результат был на лицо — всегда отличные оценки, стабильное возвращение домой к 12 ночи и успехи в спорте — причин волноваться просто не было. Ойкава умудрился в свои 17 лет получить то, чего некоторые не могли достигнуть и к более позднему возрасту — независимость. И всё это хорошо, но вопрос оставался в том, зачем скрывать свою работу? Зачем всё так усложнять? И ответ был крайне прост – так проще. Иронично.…
— Как всегда прекрасно выглядите, Миано-сан. Вижу, постриглись, вам очень идет, — даже немного приторно вторил он постояннице. До тренировочного матча оставалось 3 дня. — Неужели заметил? — женщина немного смутилась. — Вот ведь, а мой муж и бровью не повел, хотя видит меня каждый день... — Не расстраивайтесь, мэм, как раз из-за того, что вы видитесь часто, изменения замечаются тяжело. Когда долго не видишь человека, то картинки будто бы более отчетливые и разница сразу бросается в глаза. Думаю, если вы намекнете ему на смену имиджа, он сразу обратит внимание. Попробуйте! Вам как обычно? Пряный латте на кокосовом молоке? — слова вылетали так легко, будто бы шатен за стойкой раздавал подобные советы каждый день.…
Вечер. Солнце уже давно зашло, но это не играло особой роли. По площадке то и дело эхом расходились удары мячей, управляемыми двумя друзьями. На этой площадке они играли всю жизнь, с нее начался путь в волейбольную жизнь, ею заканчивалось большинство вечеров парней. Свежий, обволакивающий душу воздух, тусклый, но достаточный, чтобы не щуриться, свет фонарей, совсем древняя сетка, которую постоянно приходилось подтягивать. Конечно, можно было купить новую, деньги на это были, по крайней мере, у Ойкавы точно. Но именно в этой, с изредка порванными веревками, образовывающими небольшие дыры, уже совсем хлипким креплением, старой, немного грязной сетке таилась какая-то магия, с которой парни не могли расстаться. Точно так же люди хранят у себя старые записочки, подарки, да даже фотографии, прекрасно зная, что это лишь пережитки прошлого, но избавиться все равно не могут — память. Подойдя к другу после нескольких серий упражнений, Иваизуми отпил несколько глотков воды. — Готов к тесту завтра? — К сожалению. — И что это значит? — Да терпеть не могу матешу, ты же знаешь. Просидел с ней несколько часов точно, чтобы подготовиться. Проваливаться всё равно нельзя, себе дороже, — в это время Ойкава преспокойно нарабатывал связку. Вообще, разговаривать в таком положении достаточно проблематично, но каким-то образом у него это выходило. Вероятно, опыт. — Так тест по алгебре не завтра.. Мяч с характерным звуком падает на лоб Тоору и, упав на землю, медленно укатывается куда-то в ограждение. По лицу парня можно было прочитать лишь одно – абсолютную дезориентацию в пространстве и легкий, лишающий речи, шок. — В каком смысле не завтра..? А… О каком тесте ты тогда говоришь? — Химия. Нас же предупреждали, что завтра будет обобщающая контрольная по разделу. Ты забыл? Возможно, Хаджиме показалось, но, кажется, у его лучшего друга дернулся глаз. Ойкава не любил матешу, не любил в целом учиться — запарно, долго, монотонно, аж до ручки доводит. Но из всех созданий ада, названных «школьными предметами» наивысшее отвращение он испытывал именно к химии. Все эти формулы, реакции и таблицы для него были 9 кругами ада каждый раз, когда приходилось открывать учебник. С таким же успехом можно было пытаться понять человека, говорящего на выдуманном языке. — Да ладно, там не так сложно, напишешь, — попытался приободрить друга он, когда понял, что дело плохо. — Только не химия… Как я мог забыть??? – пронеслось в голове. — Я ведь не успею подготовиться... Может сказать, что у меня голова болит? Нет, ее все равно придется писать, еще и новую тему по истории пропущу. — Эй-эй, спокойно, — напарник крепко взял вышедшего в астрал парня за плечи и повернул к себе. — На меня смотри, Идиотокава. Всё ты сдашь. Сейчас придешь домой, сядешь за учебник и всё выучишь. Ты идиот, но не дурак. Вот и не разводи сопли, а иди и покажи класс. Тоору еще с минуту что-то у себя в голове обдумывал, как-то пусто глядя на друга, будто бы его и не было вовсе – сплошная пустота, дальняя точка окна сотни раз пройденного мимо здания. Однако, все же вернувшись в реальность, он уверенно кивнул и, схватив мячик, который успел закатиться куда-то в траву, побежал в сторону дома, на ходу протягивая кулак Хаджиме. Всё же, когда надо, тот умел заставить этого идиота собрать себя в кучу.…
У Ойкавы был один единственный шанс. Шанс с красноречивым именем Куроо Тетсуро. Конечно, можно было самому всё выучить, потратив на это всю ночь, не выспаться, отпахать завтрашний день, чуть не откинувшись от усталости и лишь после этого расслабиться. Но тогда под угрозу попадет продуктивность тренировки. Не только его, но и всей команды. Допускать этого было нельзя, учитывая, что близилась игра с командой, что набирала свою силу со скоростью орла. Другими словами, сейчас спасти столь шаткое положение капитана Аобаджосай мог лишь тот, кто сможет быстро и доходчиво объяснить ему все проблески ускользнувшей информации. А лучше Куроо в этом плане никого не найдешь.…
Наскоро поприветствовав родителей, Тоору постарался максимально спокойно пройти в свою комнату, чтобы никого не пугать почём зря. Спустя несколько минут он уже настойчиво названивал своему теоретическому спасителю в Discord. Время позднее, но в это время тот еще не должен был спать – у Кенмы горел зеленый кружочек online в Steam, а с этого аккаунта он играет только когда в гостях Куроо. Как-то даже выпала возможность узнать, почему так. Оказалось, что давать Тетсуро джостик – значит автоматически понизить себе ранг, что на основном геймерском аккаунте Кенмы могло кончиться плачевно. Таким образом, оставалось лишь терпеливо звонить по 30 раз, пока главный котяра-химик не удосужится ответить. Еще более логично было бы позвонить Козуме, он то все равно рядом, но в критические моменты мозг Ойкавы определенно отключался во всем, что не было связано с волейболом. Спустя несколько отчаянных минут звонок все же прервал гудки и из наушников донесся столь желанный, как никогда ранее, голос. — Ойкава? Не ожидал твоего звонка, что-то хотел? – деловито-весело спросил он, на что получил моментальный ответ. — Мне нужна твоя помощь в качестве гения химии. Очень срочно. Настолько срочно, что прямо сейчас. Вообще, в повседневной жизни такие речи из уст Ойкавы не вытащишь и силой, но сейчас ситуация была далека от повседневной. Сам «великий король», закостенелый отличник и любимец всех учителей, прямо мальчик-одуванчик, нуждался в помощи с уроками. Вот так номер, а говорят, что чудес не бывает... — По твоему голосу слышу, что дело дрянь. Ай-ай, ты чего? — обратился он в сторону. На фоне можно было услышать красноречивое «не отвлекай меня и иди разговаривать в другую комнату», чем Тетсуро вскоре и воспользовался от греха подальше. Получить по голове еще одним геймерским журналом не хотелось. Не то, чтобы это было больно или что-то в этом роде, но после журналов может пойти и мяч, а после него будет совсем не до шуток. Правило номер один в общении с Кенмой – не отвлекать его во время игры. — Так что у тебя там? Задачку решить не можешь? — Контрольная завтра.. Если не напишу, мне крышка, — трагически выдал он, конечно, приукрасив настоящие последствия. Максимум, что его ждет после заваленного теста – это отправка на пересдачу и слегка пониженный авторитет у химички. Что, к слову, не очень приятно, судя по тому, что она явно получала удовольствие от выставления низких баллов тем, кто ее предмет знает не на уровне Эрнеста Розерфорда или того похуже. Другими словами, опасность снизить свою успеваемость была, но все же это далеко от словосочетания «мне крышка». — Интересно-интересно, значит твоя гордость сейчас зависит от меня, — даже через голос чувствовался этот противный кошачий оскал. — И что мне с этого будет? Повисла тишина. Ясное дело, Ойкава совсем не хотел быть кому-то чем-то обязан, но в данной ситуации вариантов особо не оставалось. И, будь на месте Куроо кто-то другой, можно было бы поставить самые интересные условия. К примеру, почему бы не заставить «великого короля» подать совсем слабенькую подачу на каком-нибудь матче? А может вынудить одеться в женскую одежду и не заснять видео с какой-нибудь глупой фразой? Прокатиться у него на спине? Включить воображение и… — Хе-хе, да ладно, шучу я. Какая у вас тема? — Куроо, засранец.. Электролиз.…
«Последний вопрос… легкотня!» Подписав работу, Ойкава, довольный собой, пошел относить работу учителю. Большинство класса же нервно грызли ручки. Наверное, это и есть награда за хорошую учебу — смотреть на неучей с высоты и таким образом поддерживать своё эго на стабильной высоте. Конечно, далеко не он один такой — были и те, кто, в целом, прекрасно всё написали и без всякой помощи со стороны. Но если смотреть на них, эго на мертвой точке и останется, не говоря уже о его повышении. Да и, казалось, о том, что это не Тоору такой умный, а Куроо смог простым языком донести информацию, он вовсе забыл — таким самодовольным выглядело его лицо. Смотря на это, Иваизуми даже подумал о том, что лучше бы он ничего не говорил. Нет, проваленная контрольная это плохо, но еще хуже персонаж — его зазвездившийся друг-идиот. После урока, как и всегда, возле парня образовался небольшой круг людей, каждый из которых считал себя хорошим другом Тоору. Множество вопросов о том, как дела, не болит ли ничего, почему палец перевязан, что он делает на следующей неделе — все это не то, что выматывало, но оставляло не самый приятный отпечаток. Всё ради эго - крутилось где-то на подкорках сознания; как вы все мне надоели – крутилось в голове. Приветливая улыбка же не спадала с лица. Капитан давно привык к такому вниманию, привык к взглядам, привык к тому, что от «друзей» никуда все равно не скроешься. Да и, чего греха таить, в какой-то степени это внимание все равно льстило ему. Возможно только таким образом у него получалось подавлять навязчивые мысли, что сидели гораздо глубже. Там, где никто не сможет до них дотянуться. Его собственные тараканы. Его личный, везде преследующий, как навязчивый сталкер, что не отстает ни на секунду и находит даже в самых темных углах —синдром неудачника.
Примечания:
upd: ура, со следующей главы заканчивается рубрика "несколько дней из жизни Ойкавы Тоору" и начинается то, ради чего мы все здесь собрались. достаём шампанское! кхем... будьте счастливы.
