волны, рассвет.

две недели пролетают быстро и незаметно. бомгю ходит в аптеку уже не с той улыбкой, которая была у него в начале. контакт с тэхёном почти потерян, они общаются слишком редко, на работу к гю младший больше не заходит и даже не пишет доброе утро в их чате. бомгю не нравится. он собирается к своему мальчику. тэхён все эти две недели лежал словно побитый. его сердце ранили хуже пули, хотелось рыдать в голос ночью, чтобы его услышали наконец. кто-нибудь. родителям всё равно на сына, они пьют вечером пиво и смотрят телевизор, пока тэхён задыхается в собственных мыслях, в сжимающих мыслях. звонок в дверь пугает кана, он пару минут смотрит в потолок, а когда звонок повторяется, то он неохотно плетётся вниз, перебирая ослабевшими ногами. бомгю. — кто там, тэхён? - строгий голос матери уже не действует на него, он смотрит в глаза любимого и хочет прямо сейчас прижаться и стоять так до завтра. до бесконечности. — никто, мам.. - бомгю заходит в дом и совсем тихо идёт на цыпочках, совсем тихо поднимается на второй этаж в комнату тэхёна, закрывая дверь на защелку. кан, в недоумении, стоит позади, скрестив руки на груди. зачем он пришёл? зачем он с ним познакомился? эта боль пройдёт? бомгю обнимает. нежно, чувственно. тэхён хочет заплакать, но слёз не осталось. — тён-и, я соскучился, - он шепчет это в самое ухо и у младшего наслаждение в глазах. как долго он скучал, как долго бомгю его не обнимал. тэхён обнимает в ответ за шею и ведёт кончиком носа по ней, оставляя мелкие чмоки по грубой коже, пропахшей одеколоном. бомгю, улыбаясь, подталкивает его к кровати, укладываясь, и там уже путается в волосах своего мальчика. целует в макушку, извиняясь так, как ни перед кем бы не извинился. тэхён ведёт пальчиками по груди, и гю резко вспоминает, из-за чего вообще кан начал плакать на своём дне рождении. секс. возраст согласия наступил, пускай получит его. бомгю лишь хотел увидеть улыбку на его лице. он выдыхает и медленно, осторожно целует тонкие губы, водит горячим языком по каждой, его заводит, как тэхён причмокивает, как тэхён сжимает его футболку. бомгю нависает сверху, приподнимая его пижамную кофту, и касается языком чувствительного соска, зная, что тэ не будет себя сдерживать. и он стонет, поднимает руки, закатывает глаза, извивается. ему хорошо сейчас, бомгю продолжает. он долго не заостряет на этом внимания и снимает пижамные штаны. — прости, тён-и, - как в бреду извиняется и ведёт языком по ткани боксёров. а тэхён вообще не соображает, он просто отдаётся в руки, надеясь, что так будет легче. чхве скоро припускает ткань, берёт член в руку и делает пару движений. головка тут же начинает сочиться и бомгю берет её за щёку. тэхён взвизгивает, пытается сказать, что не нужно этого делать, но удовольствие его перехватывает. он задыхается, сжимает пальцы на ногах, стонет короткое "гю", а когда член полностью поглощает горячий рот - стонет гортанно. не как обычно, а резко и громко. — зачем всё это, бомгю.. - мямлит тэхён, когда чувствует, что его переворачивают на живот. бомгю зол сам на себя, он покажет своему мальчику всё, что он хотел выразить словами. вводя один палец, бомгю с ума сходит, как узко. а тэхён с ума от новых ощущений. на растяжку требуется так много времени, но ради того, чтобы посмотреть, как тэхён липнет горячим телом к нему, как он неумело выпячивает задницу и кусает край подушки - гю готов. он раздвигает уже два пальца внутри, пока тэхён жмурится и что-то бурчит под нос. он кричит, чувствуя в себе член. — бомгю! - слезы выступают на глазах, он как ребёнок плачет, сжимая руки в кулачки. бомгю делает плавный толчок. кан привыкает. и чхве замечает это. он выходит и садится на постель, а тэхён по инерции ползёт к нему, устраивается между ног, открывая рот. — нет, малыш, садись, - тэхён осторожно вводит в себя член, придерживая рукой, и медленно садится. бомгю придерживает его за бедра. скачки, хлопки и вязкая слюна. горячие сердца, уже одно разбито. *** бомгю должен уходить утром, но тэхён не хочет отпускать. рассвет. он смотрит на лицо старшего, на то, как лучики солнца отпечатываются на его щеке как в первый день их глупого знакомства. и улыбка появляется на лице. тэхён оставляет мягкий поцелуй на щеке бомгю. в ту же секунду раздаётся громкая вибрация. кан одевается, ищет на полу штаны бомгю и достаёт его телефон. от: ёнджун бомгю ~ может, повторим как-нибудь тот вечер? 06:53 ты явно хотел меня 06:53 тэхён капает солёными слезами на экран. хлюпает носом. бомгю, зачем? зачем ты это делаешь? от: ёнджун ты сам говорил, что никакой тэхён не сравнится со мной 06:55 дребезг вазы стоит эхом в ушах, хотя дома всё цело. это сердце тэхёна. совсем разбилось. а что для бомгю значит вчерашний вечер? он просто хотел секса? просто использовал? кан тэхён - глупый, наивный мальчик. он собирается в спешке, натягивает шапку, свою синюю трепанную куртку и слишком громко выходит из квартиры. бомгю просыпается. он бежит, бежит навстречу обрыву. он чувствует лёгкость, смеётся ледяному ветру. бежит, бежит слишком быстро. сейчас рассвет, солнце встаёт. тэхён смотрится красиво, хочется растянуть на подольше, но он сам всё обрывает. смотрит на свой браслет с солнцем и ещё пуще ускоряется. тогда тэхён так боялся оступиться. разбег. тяжёлый всплеск волн внизу. бомгю в недоумении, что произошло. где тэхён вообще? он ведь только-только хотел понежиться в его объятиях, расцеловать впалый живот. в комнате пусто. телефон лежит прямо около груди. от: я ёнджун, я тогда сказал, что никто не сравнится с тэхёном. 07:04 бомгю натягивает свою одежду, дабы побыстрее покинуть дом. родители тэхёна вот-вот проснутся. он звонит ему. аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. что за? сейчас рассвет. бомгю смотрит на свой браслет и всё резко вспоминает. обрыв. нет, тэхён. в голове быстро возникает куча разных мыслей, которые бомгю и сам в кучу собрать не в силах. он выбегает на улицу, слишком громко хлопает дверью, да и плевать. бежит к обрыву, ускоряется с каждой секундой. кончик обрыва осыпался. бомгю смотрит вниз, где волны сегодня с его рост, где волны сегодня с его мысли. нет больше тэхёна. он в этом виноват. *** — холодно сегодня, - ёнджун надевает капюшон своей чёрной объёмной куртки и идёт к обрыву вместе с бомгю, посмотреть на море. сердце чхве скулит. метается. хочет к морю, к своему любимому. бомгю думает обо всем, что произошло за это короткое лето, как так быстро наступила осень, как так быстро он оказался без тэхёна. — ты ведь о нём думаешь? - ёнджун, даже не дрогнув в голосе, пусто смотрит вперёд. он знает, что смерть тэхёна тоже по его вине, но чхве ёнджун - гордый, он не признает этого никогда, — скучаешь? бомгю мерзко до тошноты. ему не хочется снова погружаться туда, снова вспоминать: как тяжело ему давалось ходить на работу грёбанного формацевта, и через пару дней он уволился; как три с лишним месяца он провел в пропахшей энергетиками комнате и не выходил ни разу, лишь в ларёк под домом - закупиться. ёнджун вытащил его на улицу какими-то волшебными усилиями, но бомгю даже "спасибо" сказать не может. а за что? за смерть? нет злости, есть только отчаяние. — я не скучаю по нему, это просто.. голова неприятно пульсирует и мёртвые слёзы обнимают щёки. ветер касается волос, играя с ними в последний раз, а волны бьют о скалы, всё никак не разбиваясь. губы бомгю подрагивают, он быстро вытирает тыльной стороной ладони все свои слёзы. жалкие, как бы подумал тэхён, а потом бы простил. как ни в чем не бывало. снова бы обнял своими ладошками за шею и неумело поцеловал. — скучать по нему - не в моих приоритетах, как бы я не хотел. взгляд сам опускается на руки, бомгю смотрит на тот самый браслет с бушующими волнами, невольно вспоминая значок солнца у тэхёна на руке. его солнце утонуло в море навечно. его солнце купается в ледяных волнах. ёнджун уходит, оставляя после себя запах чужого счастья, запах чистоты, свободы. такой когда-то был бомгю. той самой весной, с тэхёном.