Нежный бандит

      С тех пор, как вы познакомились, было много вещей, которые так или иначе цепляли тебя в Кинне. Но то, о чём ты никогда не перестанешь думать и чем восхищаться, — это его руки.       Сильные, твёрдые и мужественные. Нежные. Горячо плавящие твоё тело, словно самый податливый металл.       Эти руки впервые коснулись тебя не самым ласковым образом. Но впоследствии заставили испытать эмоции и ощущения, доселе тебе незнакомые.       Есть несколько особенных моментов в коллекции твоей памяти, в той доминирующей её части под названием «Кинн».       Пожалуй, ты начал вести их подсчёт с тех пор, как Кинн впервые позаботился о твоей ране. Тогда ты позволил своему взгляду задержаться чуточку дольше приличного на его сосредоточенном лице. Помнишь, как изменилась сила, с которой пальцы его обрабатывали порез. Как чуть приоткрылись губы. Как румянец расцвел на его красивых скулах. И как поспешно Кинн покинул тебя.       А ещё были его сильные руки, которые наперебой с горячими губами хватали твое накачанное дурманом тело. И как они ловко вертели тобой… как властно прижимали к окну, когда впервые соединилось ваше естество.       Ваши руки, что сковали браслеты наручников. Что-то невероятное: ты бы в жизни не мог представить, что столько времени сможешь держать кого-то за руку. Но фокус в том, что руку Кинна отпускать совсем не хотелось. Хотя ты и был готов пожертвовать ей ради того, чтобы спастись. Обоим.       Становится слишком жарко и тесно в паху. В своих мыслях добираешься до того вечера, когда разъярённый ревностью Кинн чуть не провел красную линию между вами. Но затем твой знак глазами. Его ладони вмиг отправили к щиколоткам брюки. А после через бедро скользнули ниже. Им хватило несколько минут, чтобы… — Доброе утро.       Ваши руки, просунутые под голову друг другу, снова сплетаются пальцами. Поцелуй в нос и уголок губ. Хватаешь его за скулы. Тебе нужно больше. А Кинн мягко трогает твое лицо, ласкает щёки и рисует замысловатые узоры на твоей груди. Нежно поправляет волосы и обнимает тебя за шею. И это даже ближе, чем было ночью. И вновь совсем не хочется его отпускать.       Лежите напротив друг друга. Согретые любовью пальцы самыми кончиками крадутся по внутренней стороне бедра. Встречаются и смыкаются. И этот взаимный маневр, полный трепета и нежности, распаляет желание с новой силой. Не перестаешь изумляться: как простой тактильный контакт может довести до головокружения? Как его руки могут так сжимать твои бедра, что хочется стонать ему в шею и цепляться за него, так отчаянно и горячо. Единственные, что способны рассыпать тебя на миллионы кусочков и вновь собрать целым. Они держат тебя за запястья, прижимая к постели, пока ты ощущаешь на себе приятную тяжесть тела любимого мужчины, а Кинн осыпает тебя поцелуями. Удерживают тебя за бёдра, в то время как рот Кинна занят твоим членом. Или пальцы одной руки ласкают живот — а другой проникают в твою дырочку. Или одновременно сжимают соски, а затем проводят по ним вверх-вниз внутренней стороной ладони. — Теперь у нас всё хорошо?       Кинн укладывает тебя на груди, — не просто так, с его особенной улыбкой уголком рта и головой набок, — его руки гладят твои волосы и плечи. Ловишь одну из них и кончиком указательного обводишь напряжённые вены. — Щекотно, Порш, — смеётся, фыркая в волосы.       И снова пеленает тебя объятиями. А ты ощущаешь себя таким лёгким в его руках.       В них надёжно. Да. Пожалуй, руки Кинна — самое надёжное и безопасное место. Приют твоим грёзам и мечтам о счастливом будущем.       А в настоящем тебе и так хорошо.       Пока рядом есть Кинн. Его глаза, улыбка и руки.