Я никогда не…

- Мне кажется, ты меня избегаешь, - они стояли в гараже. Костя вытаскивал чемоданчик из багажника, Юля постукивала ногой по полу, создавая эхо. - Если бы я тебя избегала, меня бы сейчас тут не было, - Юля на секунду улыбнулась, но тут же посерьезнела. - Не говори ерунды. - Это из-за того, что было, да? - Костя докапывался с необычным для него упорством. Но он понимал, почему: оно наконец того стоило. - Как я устала слышать этот вопрос, - Юля закатила глаза и, как только Костя убрал руку, с силой захлопнула багажник. - Если ты хочешь и дальше слышать от меня «нет», то задавай, конечно, но мне такой подход не нравится. Переодевшись, они пришли в буфет, где их заботами Аллы уже ждал горячий кофе. Промозглая погода совершенно не способствовала раскрываемости, негативно сказываясь не только на настроении, он и на здоровье: из майоров в ФЭС не слег с какой-нибудь болезнью только Лисицын. Их смены с Юлей заметно участились, в том числе и потому, что больше ставить было особо некого. Но она не выглядела сильно обрадованной этим фактом. - Кость, я все уже тебе сказала, - Юля положила в кружку две ложки сахара и налила немного сливок. - Какое из слов в предложении «я сейчас не готова» тебе не понятно? Не готова она! Он впервые почувствовал себя на месте отвергнутых ими девушек, коих накопилось достаточно. И, что самое смешное, делал он это обычно именно с этими словами. Ирония судьбы. Или с легким паром… - Ты же знаешь, как я к тебе отношусь… Не то чтобы знал, на самом деле. Конечно, совсем холодной и безэмоциональной назвать ее было нельзя, но и чувствами она не разбрасывалась, особенно в последнее время. Обычно легкая на подъем и улыбчивая, она словно заперлась в себе. И Костя подозревал, что причина этому крылась в той ночи, когда… Ну а что еще? Неужели просто так совпало? - Мне просто нужно время. Ты же никуда не торопишься, - в Юлином голосе послышалась ехидная нотка. Еще и язвит… Хотя, это всегда было ей присуще. - И вообще, товарищ майор, вы своими приставаниями сбиваете мне рабочий настрой. Не хватало, чтобы еще и у меня производительность падала! С этими словами она залпом осушила кружку и вылетела из буфета. В дверном проеме показалась Рогозина. - Костя, мне это послышалось? - она подошла к столу и посмотрела на него удивленными глазами. - Мне пора заводить на тебя дисциплинарное дело? - Галина Николаевна! - Костя всплеснул руками и чуть не разлил на себя кофе. - Спокойно, спокойно, береги нервы, - Рогозина рассмеялась. - А если серьезно - что у вас с Соколовой происходит? Вы уже месяц какие-то дерганные оба. Ты с ней поаккуратнее, она после ранения, и вообще… - У меня - все в порядке, - Костя понимал, что огрызаться на начальницу - так себе стратегия, но ничего не мог с собой поделать. - А что там у нее - без понятия… - И в этом твоя главная ошибка, - Галина Николаевна похлопала его по плечу. - Если тебе так хочется, чтобы у вас что-то сложилось, надо научиться ее понимать и принимать. Только так. - А почему вы думаете?… - он начал фразу, но понял, что переубеждать начальницу бессмысленно. Уж больно понимающий был у нее взгляд. Не дура же она, в самом деле. Они действительно выглядят как что-то неподелившая парочка. - Ты, кстати, бери с нее пример, - Рогозина двинулась к выходу. - Не тратит время зря, везде успевает. Кофе быстро попила и за работу. Ее производительности точно ничего не грозит. - Да, красавчик, конечно, даже жаль, что такой подонок, - они сидели в теневой, наблюдая за допросом подозреваемого. - Скользкий тип, не люблю таких, но внешне… - Ну и что в нем такого особенного? - Костя осмотрел мужчину оценивающим взглядом. Костюмчик ничего сидит, но и у него фигура приличная. А по лицу сказать он ничего не мог - в принципе в мужских лицах он ничего привлекательного не видел. - Не знаю, - Юля пожала плечами. - Мне всегда нравились кудрявые мужчины. - Да? - Костя удивленно изогнул бровь. - Буду знать. - Мотай на ус, - Юля взглянула на него и рассмеялась. - Да, мотать особо не на что. В этот же вечер Костя убрал в ящик лак и гель, которыми так упорно укладывал волосы каждое утро перед работой. Ему почему-то всегда казались слишком неуместными его черные кудри. Их очень любила мама: всегда нахваливала и умоляла не обрезать и не прятать, но у него лично с ними были не самые лучшие ассоциации. Так уж совпало, с кудрями он постоянно ходил на войне. При первой же возможности брился налысо, но волосы отрастали поразительно быстро. Жутко неудобно, жарко, мокро… только такие у него были с ними ассоциации. На гражданке приноровился укладывать, чтобы не лезли в глаза и не напоминали лишний раз о ненужном. Но иногда бывает такое, что одна фраза способна многое изменить… Вымыв голову, он посмотрел на себя в зеркало. Как непривычно-то, ужас… Сам на себя не похож. Еще и выглядит моложе на несколько лет, прямо как тогда… Ну вот, началось. Пора лечь спать, пока еще чего не надумал. На следующее утро он встал, почувствовав себя одуванчиком. Рука по привычке тянулась к гелю, которого не было на полке в коридоре, и, раздосадованно вздохнув, он вышел из квартиры. Будь что будет! Говорят, что привычка вырабатывается три недели. В таком случае, Костя мог считать себя рекордсменом: уже на следующей неделе он с удовольствием рассматривал свои кудри в любом зеркале. Таких приступов самолюбования у него никогда до этого не было, но получив в конторе комплименты от всех сотрудников, включая охранников и конвоиров, он почувствовал в себе какую-то странную уверенность. Давно не осознавал, как он хорош! - Аллочка, а у нас кто-то новый или это заезжий? - он сидел в переговорной спиной к проходной и слышал, как в журнале расписывается Юля. - Где? - Алла удивилась. - Ты про кого? - Да вон же, в переговорке сидит, - Юля сейчас, наверное, прищурилась. Он уже успел узнать, что у нее неидеальное зрение. Неудивительно, что со спины с новой прической она его не узнала. - Так это Лисицын! - Алла облегченно выдохнула. - Напугала! Я уж думала, пропустила какую-то новость. - Лисицын?.. - на этот раз удивилась Юля. Костя довольно ухмыльнулся. Сейчас она подойдет, и… - Я тебя даже не узнала… - она опустилась на кресло напротив него. Ее глаза с любопытством разглядывали завитки Костиных волос. - Не замечала, что ты кудрявый! - Да знаешь, гель закончился, а купить было некогда, - он подал плечами с легкой ухмылкой. - Я так походил-походил и подумал, может, так и оставить… - Тебе очень хорошо, - она поднялась и встала у него за спиной, запустив пальцы в волосы. Наклонилась, и он почувствовал ее дыхание в районе своего уха. - Не помню, говорила или нет: мне очень нравятся кудрявый мужчины. И, похлопав его по плечу, она вышла из переговорной. Говорила, Юля, говорила. Он такое мимо ушей не пропускает! Она встретила его в коридоре недовольным взглядом. Окинула с ног до головы и, даже не кивнув, прошла мимо. Он только посмотрел ей вслед и пожал плечами. Странная она… Может, торопится? - Костя, а мы как раз тебя ждем! - из своего кабинета выглянула Рогозина. - Давай быстрее, вам с Котовым надо в течение часа выехать на объект в область. - А?… - он продолжал таращиться в ту сторону, куда только что убежала Юля. - А Юлина смена на сегодня все, - Рогозина ухмыльнулась и закатила глаза. - Что стоите, товарищ майор? Не задерживайте рабочий процесс! Костя лениво поплелся в кабинет. Начальница что-то монотонно рассказывала про дело, но он слушал вполуха, надеясь на младшего товарища: Котов, в отличие от него, активно участвовал в обсуждении. - В общем, вас уже ждут. Машина готова, - Рогозина опустилась в кресло и кивнула в сторону двери. - Ну, чего ждем? По коням! Вел Котов. Лисицын сидел на пассажирском, облокачиваясь лбом на холодное стекло. А так и не скажешь, что весна началась. Все еще покрытое снегом, замершее, спящее… Неужели через каких-то пару недель будет светить солнце, согревая эту невеселую картину своим радостным теплом? Может, и на Юлину долю достанется немного солнышка, которое растопит ее хотя бы немножко… - О чем задумался? - Котов повернул на него голову и тут же перевел взгляд обратно на дорогу. - Хотя, можешь не отвечать, и так все ясно… - Ну вот что тебе ясно? - Костя терпеть не мог эту фразу, хотя и сам часто использовал ее. А так же «я все понимаю», «я знаю, что вы чувствуете»… Тьфу! Но одно дело самому убеждать кого-то в том, что ситуация предельно тебе понятна, а другое - слышать это от посторонних людей, которым вообще ничего не известно! - Любовь нежна? Она груба и зла. И колется, и жжется, как терновник… - задумчиво протянул Котов. - Да, звали б тебя Романом, было бы еще символичнее… - Не вижу ничего символичного, - пробурчал Лисицын, хмурясь. - Они плохо кончили. Оба. - Ну я и у вас что-то не вижу счастливого финала, - Котов рассмеялся. - Взять хотя бы тебя: ходишь, как в воду опущенный, как только видишь ее - сам не свой становишься, стишки эти пишешь… - Это тебе Амелина растрепала? - Костя недовольно цокнул и пнул коленом бардачок. - Ничего, вернемся - я ей такое устрою… - А вот я бы на твоем месте держался от нее подальше, - Котов крутанул руль так, что Лисицын вписался лбом в стекло, на этот раз не по своему желанию. - Это ты что имеешь в виду? - в его голове, которая, кстати, тут же разразилась ноющей болью, кажется, начала складываться картинка. - Сам подумай, - Котов заговорщицки подмигнул и улыбнулся. - Но смотри, я тебе ничего не говорил. Кажется, все вставало на свои места… А учитывая ее характер и то, как ее растили… И все эти взрывы эмоций… Боже, неужели все так банально?! Какой он дурак! Ну еще бы! Вот же дурак… Вернувшись в контору, он очень удивился, увидев Юлю в буфете. - Вызвали, - сердито буркнула та, стараясь не смотреть на Костю. - Только хотела выспаться, вот же черт! Она зло дернула заусенец на большом пальце и, не рассчитав усилия, оторвала его вместе с лишним куском кожи. Сморщившись, она обмотала палец салфеткой, которая тут же пропиталась кровью. Костя вздрогнул. Плохие ассоциации, плохие… - На, возьми, - он нащупал в кармане пиджака пластырь. Откуда он там? - Спасибо, у меня свой! - кажется, предложение помощи только больше ее разозлило. Отшвырнув Костин пластырь, она вытащила свой и криво приклеила его на палец. Зато сама! - Это, кстати, тоже тебе, - рядом с пластырем на столе оказалась свернутая с четыре раза бумажка. - Что это? - Юля нахмурилась, но листок развернула. - В ФЭС узнал про женщин я покрутей, чем парни. Соколова Юлия - лучший мой напарник… Костя, это что? Сначала она окинула его недоумевающим взглядом. Потом на лице вместо хмурой гримасы стала проступать улыбка. Вот, так-то лучше. - Сама не видишь? Фольклор - фэсовское народное творчество, - Костя потупился и прочертил мыском линию на полу. - А это ты от лица всех сотрудников сочинил или своими усилиями? - сменять гнев на милость она не спешила, но выглядела уже повеселее. - Своими, - он подошел к столу и оперся на него локтями. - Ну что ты на меня так взъелась? Неужели тупо ревнуешь? - Ах! - она с улыбкой ахнула и широко вскинула брови. - Ну, Котов! Ну, трепло! Тоже мне, друг… - Сократ мне друг, но истина дороже, - философски заметил Костя. - Он мне вообще-то раньше друг. И вообще, как будто ты не этого хотела, жалуясь ему. - Не этого - это чего? - Чтобы он мне все рассказал. Юля закатила глаза и вдруг перестала улыбаться. - Не знаю, чего я хотела, зато теперь ты думаешь, что я полная дура, - она потянулась рукой к кружке, но Костя остановил ее, обхватив запястье. - Из чего же я должен был сделать такой вывод? - он положил ее руку на стол, не торопясь отпускать, зная ее привычку пулей улетать при малейшем раскалении ситуации. - На отношения еще не согласилась, а уже ревную, - Юля сегодня была с ним предельно честна. Интересно, почему? Что творится у нее в голове? Во взгляде какая-то муть, все перемешано, ничего не понятно… Неужели она сейчас тоже это чувствует? - На такое способны только полные идиоты. - Как полный идиот заявляю, что это нормально, - он отпустил ее запястье, ощущая, как она постепенно расслабляется, и импульс, толкающий ее к побегу, угасает. - Во-первых, тебе совершенно не о чем беспокоиться. Ты же знаешь, как я… в общем, ты можешь быть уверена во мне и в серьезности моих намерений. А во-вторых… я сам через это проходил. И понимаю, что тебе вроде бы хочется, а вроде бы… - Страшно… - они произнесли это слово вместе, и Костя в очередной раз похвалил себя за проницательность. Конечно, ей страшно. Девчонка! Было ли у нее в жизни до этого что-то подобное: мужчина, ухаживания, все серьезно… Хочет ли она этого? Черт, он никогда об этом не думал! Вдруг у нее на жизнь совсем другие планы? Если уж Гордеева в свои годы не была готова сложить доспехи ради семейной жизни, то что говорить о Юле?.. - Не бойся, ладно? - он улыбнулся самой мягкой своей улыбкой. - Я тебя не заставляю и не тороплю. Делай все так, как считаешь нужным. Одна его часть страшно гордилась выдержкой, самообладанием и мудростью. А вторая ныла и скрипела, как несмазанный механизм, от осознания, что он снова начал не с того… а он уже знал, как такое обычно кончается.