Неизвестная переменная.

Блин, я чуть не обделался! Что это было?! И кто это вообще был?! То, что это глава Замка, я и так понял. Но я не про это. Он точно ЧЕЛОВЕК?! У меня из-за него до сих пор поджилки трясутся! Вроде обычный мужик, а есть в его внешности что-то такое, что заставляет все моё естество буквально взвыть от опасности и бежать со всех ног. Благо последнее с недавнего времени я уже могу, как и говорить. Бррр! Так, главное — внутренний покой. Этот тип меня так испугал, что я даже не решился сказать что-то серьёзное в его адрес и просто сказав первое, что пришло на ум, максимально быстро свалил от него в ванную. Да что там, я даже без раздумий раскрыл перед ним своё умение говорить. Вот что означает, уметь давить авторитетом. А авторитета для такого надо иметь много. Очень много. Появляется ощущение, что стоит тебе хоть где-то солгать, и последствия будут такими, что тюрьма из моего родного мира покажется Раем на их фоне. Но так или иначе, надо вернуться. Далеко я всё равно не убегу. Не от этого монстра точно. А потому, крепче сжимаем булки, делаем суровое лицо, как у персонажей из «ДжоДжо» и эпической походкой, насколько вообще эпически может ходить младенец, возвращаемся во временную обитель этого «человека». Медленно и пафосно открываю дверь, также медленно и пафосно выхожу и, не оборачиваясь, ногой прикрываю дверь. И всё это не меняя выражения лица. От стресса я, временно потеряв над собой контроль, максимально брутальным для карапуза голосом ляпнул следующее: — Меня зовут Аманэ Юичиро, и у меня есть мечта… Сказать, что мне было стыдно, всё равно, что ничего не сказать. Я хотел просто провалиться сквозь землю! Пятой точкой чувствовал, что моя самооценка почти добралась до центра Земли, если не до противоположной её точки. Благо с моим новообретённым навыком «паралич мимических мышц главы клана Кучики» все эти мысли никак не отразились на моём суровом лице, тем самым я не уронил своего достоинства перед главой местной организации шиноби. — Ну и какая у тебя мечта, юный Юичиро? — спрашивают меня с улыбкой. — Сделать всё возможное, чтобы не потерять то, что я приобрёл. Получить все знания этого мира и, наконец, стать настолько сильным, насколько это вообще возможно, — не прекращая действия навыка, нагло мной скопированного у Кучики Бьякуи из «Блич», отвечаю. — Хм… — меня обводят взглядом, после чего, чему-то кивнув, говорят, — кажется, я знаю, что тебе нужно. Пойдём. — и развеивает тот странный чёрный барьер. Не смея отказывать такому человеку, медленно иду вслед за ним. Он открывает дверь, за которой стояла моя мама. Теперь я точно могу так её называть. Ведь, если бы она не беспокоилась за меня, не привела бы к нам домой целого ГЛАВУ селения с неизвестными силами, связями и ресурсами. Увидев меня, стоящего, а потом и даже идущего, она впала в каплю, на что глава рассмеялся и заверил её, что моё тело по возможностям ничем не уступает трёхлетним детям, а также спалил ей моё умение говорить. Взгляд мамы, который был на меня направлен, пугал даже больше этого страшного "человека", который сейчас вёл меня за собой. Но сказав ей, что он «просто поговорит за жизнь и выяснит кое-что», как он сам это описал, обещал быстро меня отпустить домой. Мама кивнула, после чего, посмотрев на меня, сказала, что по возвращению со мной будет серьёзный разговор. Глава взял меня за плечо, после чего обстановка вокруг резко изменилась. Мы оказались в довольно просторном кабинете, стены которого были окрашены в зелёный цвет, а потолок был жёлтым. Он сел за, как оказалось, свой рабочий стол, после чего вдумчиво так на меня посмотрел. И начался допрос. Спасибо, что без пристрастия. — Я хотел кое-что у тебя узнать, Ю-кун. Как ты говоришь без зубов? Раньше я как-то не обратил на это внимания, а потому забыл это спросить, — видимо, его очень интересовал ответ на этот вопрос, раз он его задал самым первым здесь, да и ещё с таким взглядом, будто я ему сейчас буду рассказывать тайну пробуждения риннэгана. Но я его немного обломаю. — Не знаю, само получается. Мне и самому интересно узнать, как взрослый человек может понимать не совсем членораздельную речь ребёнка, — сказал я, ибо как-то не задумывался об этом, хоть и слышал, что говорил я не очень внятно для нормального человека и потому просто смахнул это на очередную технику. Уж что-что, а у шиноби есть техники чуть ли не на все случаи жизни. — Хочешь сказать, что я сейчас, сам того не подозревая, понимаю невнятный детский лепет? — приподняв правую бровь, поинтересовался местный босс. — Нет, не хочу. Да и вообще, я так и сказал! — не выдержал я этого диалога слепого с глухим. Он что, издевается?! Я уж было подумал, что это какая-то особая техника из раздела «переводчик-но-дзюцу» или что-то типа этого, как меня тут же разочаровали. — Очень интересно… Ю-кун, не против, если я возьму немного твоей чакры для анализа? — с улыбкой меня спросил этот маньяк от науки. Улыбка, конечно, у вас, мистер глава какурэзато, на десять Наруто из десяти, но вот в сочетании с вашим взглядом вы больше напоминаете мне одного змея из этого же мира, чем светлого и доброго блондина, который хочет стать Хокагэ. А учитывая, что вы брюнет, также, как и этот вышеозначенный змей, возможно, он ваш ближайший родственник. — Будто у меня есть выбор… — обречённо сказал я, после чего выделил немного своей чакры из тэнкецу на ладони и протянул руку в сторону главы. — Ты меня за дурака держишь, мальчик? — нахмурился он. — Я сказал, мне нужна чакра, а не вода. И кстати, откуда у тебя вода? Не замечал у тебя никакой ёмкости, — сначала чуть громко, а потом уже тише спрашивает он. — Так это и есть моя чакра. Разве не понятно? И я только что выделил её из своей руки. Если не верите, вот… — и демонстративно выделяю ещё немного чакры, но уже из другой ладони. На сие явление очень внимательно смотрит местный Кагэ, если я не ошибаюсь, его можно так называть, да и по силе он не должен им уступать. Кагэ из «Боруто» уж точно. — Хм, понятно… — с такими словами он достаёт из своего стола маленькую бумажку, после чего встаёт и подходит. — Вот, положи свою руку в круг на бумаге так, чтобы пальцы не касались вот этих линий. На бумаге, как оказалось, был рисунок окружности с несколькими линиями, окружённый кучей мелких иероглифов. Фуин, видимо. Я послушался, после чего та часть моей чакры, что была на руке, всосалась в центр окружности, после чего в центре окружности появилось кандзи «чакра». Взяв этот лист и положив его в скрытый в полу сейф, также покрытый кучей иероглифов, глава селения сказал, что я свободен и могу идти. Затем он щёлкнул пальцами, и я оказался в гостиной своего дома. Да, я дома.

***

«Мда… Вот это кадр!». Так думал Курото после того, как телепортировал одного мелкого сорванца в его дом очередной техникой Тобирамы. И тут он задумался о том, что он что-то слишком часто использует техники этого альбиноса. Нет, самого Тобираму Курото уважал и уважал даже больше, чем Хашираму, которого описывал фразой: «Сила есть, ума не надо». И кое в чём со Вторым Хокагэ они даже были похожи: оба любили придумывать и изобретать новые техники. Только Курото преимущественно создавал новые фуиндзюцу, в то время, как Тобирама изобретал новые ниндзюцу, после чего они порой обменивались своими результатами. Так он освоил Хирайшин, при помощи которого Тобирама, по его словам, смог убить Изуну, младшего брата тогдашнего главы клана Учиха — Мадары. Тобираму же он обучил Печати Мёртвого Демона и предостерёг, чтобы он использовал её только в том случае, когда его смерть — вопрос решённый, и ему уже нечего терять. А ещё они могли часами спорить на тему природы чакры, её нераскрытых свойств и на многие другие темы. Хороший он был человек, хоть и с одним недостатком — до смерти презирал Учиха. Но, учитывая, в какие времена он родился и, самое главное, в каком клане, это и неудивительно. После возвращения мальца к его матери, он быстро вытащил из потайного сейфа лист с запечатанной в нём чакрой и переместился в свою лабораторию, спрятанную глубоко под землёй. Там он распечатал чакру из листка, после чего отправил эту водообразную массу на предметный столик его особой анализирующей печати, специализированной на исследовании чакры. Активировав печать, Курото отправился к своему компьютеру, который он однажды забрал с собой из своего родного селения и стал ждать результата. Через пять минут работа анализирующей печати завершилась, и экран засветился результатом исследования. Курото посмотрел, протёр глаза, снова посмотрел на экран, сложил печать концентрации и произнёс «Кай!», ещё раз посмотрел на монитор, и ничего не изменилось. Грешной мыслью подумав, что печать могла выдать некорректный результат из-за сбоя в работе, что, конечно, невозможно, но мало ли, Курото вернулся к ней, посмотрел на образец, который уже каким-то образом исчез и начал думать, что само мироздание решило над ним поиздеваться. К его счастью, компьютер мог сохранять последний выведенный на его монитор результат анализа, так что ни с чем старый Узумаки не остался. Но он всё ещё не мог поверить в увиденное. Впервые он увидел результат анализа образца чакры, в котором соблюдены идеальные пропорции её составных компонентов. Сама чакра, как таковая, состоит из двух компонентов: Инь, или же духовного и Ян, или же физического. И до этого момента, по его не самым маленьким знаниям, все живые существа в этом мире обладали неравномерным их соотношением в чакре. У одних был больше выражен Инь-компонент, и такие обычно были или обладателями доудзюцу, или же просто очень умными или духовно развитыми людьми. А иногда и всё вышеперечисленное вместе. К таким, в большинстве случаев, относятся члены кланов Яманака, Нара, Хьюга, Чиноике, Учиха и некоторых других. У других же был ярко выражен Ян-компонент, и такие обычно были или физически очень развитыми людьми, или же обладателями Кеккей Генкай или Кеккей Тота стихийного или биологического типа. И, опять же, иногда и всё вышеперечисленное вместе. К таким, и опять же, в большинстве случаев, относятся члены кланов Сэнджу, Узумаки, Акимичи, Тэруми, Юки, Кагуя и некоторых других. И потому он был, мягко говоря, озадачен, встретив того, кто явно выбивался из этой картины. Чёрным по белому на мониторе было написано: «Инь: 50%; Ян: 50%.» Просто «50%» и «50%». Ровно. Без кучи цифр после запятых, как и без запятых вовсе. И это явление его заинтересовало. «Подумать только, единственный известный в мире человек с идеальными пропорциями чакры! Это же сколько всего можно открыть?! В его чакре соблюдён идеальный баланс, что может дать ему невиданные доселе шиноби возможности. Нужны исследования, поправка, много исследований. Не говоря уже о том, что я должен выяснить всё и про тот странный феномен с исчезновением этого сгустка чакры!», — лихорадочно размышлял Узумаки. В общем, предстоит много работы. И в работе этой ну никак не обойтись без содействия одного мелкого сорванца. «Что ж, вроде бы, Юичиро хотел стать сильным. Можно его поздравить, учителя себе он уже получил. Ха-ха-ха-ха-ха!!! Будет интересно узнать все возможности шиноби, у которого соблюдён идеальный баланс в чакре!», — смеялся будущим перспективам учёный.

***

Тем временем один перерожденец, который только-только закончил убеждать свою мать в том, что он скрывал некоторые свои особенности ради её же блага, вдруг почувствовал неприятный зуд в области пятой точки и слишком позднее осознание кое-чего в голове. «Что-то неприятное намечается», — сделал он вывод на основе этого.