Страшный урок

В тронном зале было пронзительно тихо. Тусклое солнце едва-едва просачивалось сквозь стекло. Через покрытые сажей окна открывался не самый привлекательный вид на разграбленные и сожженные дома Нижнего Города. Главная площадь же напоминала кладбище. Запекшаяся кровь огромными пятнами выделялась на белых камнях. Никто даже не потрудился убрать трупы, так и оставшиеся лежать на земле с прошлой роковой ночи. Вооруженные ряды саксов, как по струнке, выстроились вдоль тронного зала, окружая Гаюса и пленных Рыцарей Круглого Стола, входивших в королевский совет. Мерлин вальяжно развалился на троне, чувствуя себя если не королем, то уж точно хозяином положения. Взять Камелот оказалось даже легче, чем он думал. Без своего короля рыцари сдались быстрее, чем могли бы. Хотя маг не мог не отдать им должное - их преданность королю была поистине впечатляющей. Они так отчаянно сражались, защищая замок, что Эмрису даже стало интересно, что они будут делать. Понаблюдать за появившейся в их сердцах надеждой, а потом безжалостно отобрать, заставив мучиться в бессилии. Да, это ему определенно нравилось. Молодой человек чувствовал себя повелителем судеб, ведь со своей силой он мог сделать с ними все, что душе угодно, а душа у него была непроглядно черной - уж Моргана об этом позаботилась. Моргана. Она просто торжествовала. Наконец такой желанный трон Камелота был в ее руках. Как же долго Верховная Жрица шла к своей цели. Никто не имел прав на этот престол больше, чем она. Тем более эта грязная служанка, ставшая королевой по неразборчивости ее глупого братца. Столько лет Мерлин путался у нее под ногами, разрушая все ее планы, однако теперь именно благодаря ему ведьме удалось взять город. Все же не зря она старалась, день ото дня пытая несговорчивого волшебника. Моргане Пендрагон нужна была марионетка, и когда у нее ничего не вышло, девушка даже разозлилась, но находившийся в своем уме Эмрис да еще и перешедший на сторону зла оказался во сто крат лучше. Он был идеальным союзником в отличие от тех, что у нее были раньше. Жажда чародея доказать свою силу привела Верховную Жрицу к трону, но все же, чтобы укрепить свое положение в Камелоте, ей было необходимо убить правящее семейство Пендрагонов. И хотя интересы волшебника были схожи с интересами Морганы, он не спешил исполнять все ее желания. Внезапно двери в тронный зал распахнулись, привлекая повышенное внимание заскучавшего чародея, и в помещение ввели королеву Гвиневру, грубо таща под руки. Ее руки были туго связаны за спиной. Жесткие веревки натирали нежные женские запястья. Девушка пыталась сопротивляться, но это было бесполезно. Крепко сложенные мужчины с силой удерживали ее, не давая сделать маневр для побега. Поняв всю безнадежность своего положения, она прекратила свои попытки и куда покорнее зашагала в направлении, заданном саксами. Завидев старую подругу, Эмрис заметно изменился в лице, приобретая некоторую властность, и величественно уселся на троне, вытянув горделиво поднятую голову чуть вперед. Подведя королеву к трону, стражники-саксы властно бросили ее на пол перед волшебником. Судорожно выдохнув, Гвен медленно подняла голову, сквозь спадающие на глаза кудряшки рассматривая захватчика. Склонив голову на бок, молодой человек отметил, что ночь в темнице явно не пошла королеве на пользу. Приятное лицо было перепачкано в пыли, большие глаза были красными после долгой бессонной ночи. Кудрявые каштановые локоны выбились из шикарной прически, приобретая небрежность. Пухлые губы пересохли и потрескались от отсутствия питья. Когда-то богатое красивое платье было безнадежно испорченно въедливой грязью и запекшейся кровью, а его подол был и вовсе местами изорван. Туго затянутая в корсет грудь быстро вздымалась, сердце учащенно колотилось от страха перед лучшим другом, и все же она старалась вести себя достойно. - Гвен, - приветственно протянул Мерлин. - Кажется, за эту ночь ты немного зачахла. Но Гвиневра ничего на это не ответила, а лишь отвела взгляд в сторону, не в силах смотреть на него. - Молчишь, - улыбнувшись, кивнул он. - Что ж, мы можем и пропустить светскую беседу, тем более, что позвал я тебя не за этим. Я хочу, чтобы ты добровольно отдала трон мне. - Что? - как будто бы не услышав его, ослаблено переспросила Гвен. - Ну, знаешь, оказывается с этим так много проблем, - отозвался Повелитель Драконов, откинувшись на спинку трона. - Престолонаследование и все-такое. Восшествие на трон будет... хм, не совсем законным, пока у королевства еще существуют король и королева. По старой дружбе, я даю тебе шанс отказаться от короны самой или мне придется тебя заставить. - Мерлин, - удивленно выдохнула она, качая головой. - Я не могу. Начиная терять терпение, Эмрис гневно поджал губы и отвесил королеве звонкую пощечину, желая ускорить процесс ее покорности. Едва слышно вскрикнув, девушка отвела голову в сторону, чувствуя, как горит щека. Гаюс, вздрогнув, застыл на месте, шокировано смотря на своего крайне изменившегося подопечного. Увидев, как слуга обращается с их королевой, несколько рыцарей подались, было, вперед, но были остановлены грубым тычком алебарды окруживших их саксов. Волшебник же, тучно поднявшись с трона, в упор приблизился к Гвиневре. Девушка неосознанно дрожала, вслушиваясь в тяжелые шаги молодого человека. Она никогда бы не подумала, что будет так бояться его. Гвен не хотела этого, ведь, как бы то ни было, он был ее другом, однако властная фигура волшебника отчетливо продолжала источать угрозу. Величественно нависнув над ней, Мерлин свысока смотрел на пленницу, не выражая совершенно никаких эмоций. - А теперь вторая попытка, миледи, - холодно произнес он и, выдержав паузу, настойчиво добавил: - Пожалуйста. - Ты не понимаешь, в какое чудовище превращаешься. Неужели твое сердце превратилось в камень, и в тебе не осталось ничего от прежнего Мерлина? - постепенно срывающимся голосом эмоционально вопрошала королева Камелота, чувствуя, как подступают слезы. - Люди взрослеют, Гвен, пришла пора и мне, - чуть мягче отозвался колдун и, немного помолчав, вернул своему голосу ставшую привычной сталь. - Но на твоем месте я бы не стал испытывать мое терпение. - Я не могу, - снова повторила девушка. - Я не наследница престола. Король - Артур. - А, Артур, - с просящейся наружу нехорошей улыбкой, протянул Эмрис. - Вероятнее всего, что он уже мертв. Большая часть рыцарей вернулись из похода в Бринвет серьезно ранеными и причем без своего короля. Но я прекратил их мучения, - еще шире улыбнулся маг и, завидев, как вздрогнула Гвен, дружелюбно добавил: - Хотя я все же надеюсь, что ошибся, и Артур вернется в Камелот, чтобы попытаться спасти вас. Я очень его жду. Тогда трон Камелота сам собой перейдет в мои руки. - Ты знаешь, что это ни к чему не приведет, - вдруг произнес решительный голос Гаюса. - У тебя нет прав на этот трон. - У меня, возможно, и нет, - не обратив внимания на всю его дерзость, согласился Мерлин, - а вот у одной прекрасной леди - да. Этот трон по праву принадлежит Моргане. Она будет лучшим правителем, чем Утер или Артур. - Мерлин, пожалуйста, - с мольбой посмотрела на него Гвиневра. - Еще не поздно. Ты еще можешь прекратить все это. Мерлин хотел, было, что-то ей ответить, как вдруг двери в тронный зал распахнулись, и порог переступил главнокомандующий саксов, с почтением обращаясь к великому магу: - Сэр? Слуга одарил подругу короткой ухмылкой и вернул свое внимание к вошедшему, усаживаясь на трон: - Все ли пленные были расположены по своим темницам? - Кроме тех, что в тронном зале, да, сэр, - ответил тот. - Хорошо, - удовлетворенно кивнул Повелитель Драконов. - Но... - опасливо начал мужчина. - Что? - напряженно спросил завоеватель, чувствуя, что ему совершенно не понравится продолжение этого его "но". - Случился один незначительный инцидент, - как-то жалко вуалировал он. - Говори, - перебил его Эмрис, начиная терять терпение. - Я бы даже не назвал это инцидентом, скорее оплошность. Тот контрабандист... он сбежал, - наконец, смог выдавить из себя всю фразу целиком главнокомандующий. Чародей медленно повернул голову в его сторону, нехорошо сверкнув своими иссиня-черными глазами. Его кулаки сжались до побеления костяшек. Дыхание участилось, а лицо медленно, но верно краснело от ярости. Тронный зал вдруг начало трясти. Каменная крошка посыпалась с потолка, со стуком прокатываясь по полу. Все присутствующие опасливо подняли взгляды вверх, а Мерлин резко подскочил с трона и, размашисто взмахнув рукой, внезапной магической волной отбросил к стене до смерти перепуганного сакса. Стены же замка продолжали сотрясаться, медленно покрываясь трещинами. Каменные осколки спадали с потолка и подобно дождю разбивались на мелкие кусочки об пол. Однако, казалось, выброс магии вредил не только тронному залу, но и самому чародею. - Идиоты! - бледнея на глазах, кричал маг, даже не замечая тех разрушений, которые начала приносить его вспышка гнева. - Как вы могли его упустить?! - Позвольте, но... - силясь справиться со своим страхом перед Эмрисом, попытался хоть как-то оправдаться сакс. - Позвольте? - чувствуя подкрадывающуюся слабость, переспросил он и, опасно покачнувшись, крепко вцепился худыми пальцами в подлокотник трона, боясь упасть. - Да вы хоть представляете, что сделали? - Ты потратил слишком много магии этой ночью, - вдруг прокомментировал Гаюс. Маг исподлобья посмотрел на него. - Ты слабеешь. Еще одно такое масштабное заклятие, и она убьет тебя. - Кто ты такой, чтобы указывать мне?! - пытаясь игнорировать одолевающую слабость, отчеканил околдованный завоеватель. - Я забочусь о тебе, как же ты не поймешь? - пытаясь вразумить молодого человека, сделал несколько шагов вперед навстречу к нему придворный лекарь, но саксы перегородили ему путь и он остановился. - Что бы ни сделала с тобой Моргана, ты все еще для меня как сын. Остановись, пока не поздно. Ты убьешь и себя, и близких тебе людей. - Посмотрим, - холодно отозвался Повелитель Драконов и снова обратился к главнокомандующему саксу. - Не стой на месте. Это непросто какой-то проезжающий мимо контрабандист - он побежит к Артуру. Король не должен узнать раньше времени о том, что произошло. Найдите его!

***

Тяжело дыша, Тристан быстро бежал по лесу, то и дело оборачиваясь по сторонам. В его сапогах хлюпала вода, в светлых волосах запутались опавшие осенние листья. Солнце ослепляло глаза своими приветливыми лучами. Контрабандист вот уже два часа слонялся по лесу. Когда армия, возглавляемая Мерлином, вошла в Камелот, мужчина подумал, что все это ему только снится. Маг нес за собой разрушения, проливал кровь. Конечно, он был в курсе того, что с ним сделали в плену, да и сам уже имел возможность убедиться в этом, и все же... Все это просто не укладывалось в голове. Мерлин и жестокий убийца? В былое время Тристан бы сказал, что это невозможно. Слуга не производил такого впечатления. Они сражались вместе и мужчина видел, как маг предан Артуру, теперь же тот жаждал смерти своего короля. Камелот был взят с боем, но стремительно. Контрабандист даже ничего не успел понять, когда к его груди вдруг приставили меч. Пленных арестовали, но блондин оказался проворнее тупоголовых стражников. Что уж тут говорить, с темницами он был знаком хорошо и знал несколько способов, как отпереть камеру без ключа. Быть плененным сумасшедшим чародеем ему совсем не хотелось и, воспользовавшись удобным моментом, Тристан сбежал, спешно покидая Камелот. Без лошади, без запасов беглецу было некуда податься. Недолго думая, контрабандист решил скрыться в лесу и перехватить короля и его самых преданных рыцарей на пути в Камелот. В конце концов, Эмрис готовил Пендрагону смертельную ловушку - кто-то же должен был его предупредить. Похоже, что Повелитель Драконов понял намерения беглеца и, заметив, что тот сбежал, устроил настоящую облаву. Не попался мужчина чудом. Будучи вконец отчаянным человеком, он скрывался от преследователей, проходя через болота. Оторваться ему все же удалось, но теперь контрабандист ходил холодный, голодный и злой. Он проклинал короля, его мага, их чертов Камелот, до которых ему, по сути, и не должно быть дела, и все же Тристан чувствовал себя обязанным помочь. Так, напряженно вглядываясь в густые деревья, он углублялся в лес, пока не оказался на какой-то поляне. Тихо потрескивая, догорал оставленный костер, пять лошадей были привязаны к стволам деревьев, уже начиная потихоньку нервничать, какие-то вещи были оставлены у поваленного ствола дерева, выполняющего функцию скамейки. Здесь явно был разбит лагерь. Вдруг вдалеке хрустнула ветка, и контрабандист прислушался. Среди деревьев слышались становившиеся все громче и громче мужские голоса, явно направляясь в его сторону. Не зная, друг это или враг, Тристан спешно притаился, медленно прокрадываясь среди густых кустов. Тяжелые шаги путников приближались к нему. Знакомые голоса раздались совсем рядом. Узнав среди них голос короля, контрабандист решительно вышел из укрытия, раскрывая себя. Услышав в кустах какой-то шорох, все рыцари как один чуть отшатнулись от неожиданности и на автомате наставили на внезапно вышедшего к ним товарища свои мечи. Резко замерев на месте, Тристан примирительно выставил руки вперед и с непередаваемым выражением лица оглядел наведенные на него оружия. - Тристан? - узнав в загадочном неизвестном контрабандиста, недоуменно произнес Артур. - Может, опустите? - продолжая стоять в таком положении, одним пальцем указал на мечи рыцарей он. - Прости, - картинно поджав губы, быстро отозвался Гвейн, убирая меч в ножны. Остальные, немедля, последовали его примеру, виновато поглядывая на приятеля. - Ты нас до смерти напугал, - пожаловался Элиан, с осуждением покачав головой. - Я ни на кого оружие не наставлял, - с сарказмом заметил мужчина, на что брат королевы усмехнулся, снимая свои претензии. - Что ты здесь делаешь? - все еще был удивлен его появлением Пендрагон. - Искал вас, - устало выдохнул контрабандист. - Нас? - со смешком в голосе переспросил Леон. - Зачем? - У меня для вас плохие новости из Камелота, - ответил Тристан, чем вызывал всеобщее напряжение. - Что случилось? - нахмурился Персиваль. Тристан переводил взгляд от одного рыцаря к другому и, немного помедлив, к еще больше напрягшемуся королю:- Артур, мне очень жаль. Этой ночью Камелот был взят. Артур Пендрагон с открытым от удивления ртом смотрел на своего товарища. Его глаза в ужасе округлились, осознавая, что, пока он отсутствовал, на его людей было совершенно нападение. В воздухе повисло гробовое молчание. Рыцари с недоумением переглядывались друг с другом, не в силах произнести ни слова. - Как взят? - нервно сглотнув, недоумевал монарх. - Как это произошло? - Мерлин использовал против Камелота свою магию - мы ничего не смогли сделать, - отозвался Тристан. Первое же произнесенное контрабандистом слово с силой ударило молодого человека под дых, лишая нормального дыхания. Всего одно имя. Мерлин. Дальше уже не имело смысла слушать. Артур был ошарашен и выбит из колеи таким заявлением приятеля. Мерлин взял Камелот. Его лучший друг выступил против него. Боль отразилась в душе Короля Былого и Грядущего. Густой ком подошел к его горлу, но рыцарь властно проглотил его, пытаясь держать в себя в руках. - Что, один? - кое-как смог выдавить из себя вопрос сэр Леон. - Нет, с ним были саксы, но, судя по тому, что я видел, ему бы хватило могущества справиться и самому, - вспоминая битву, заверил его мужчина. - Я никогда не видел подобного прежде. - Что именно он сделал? - чувствуя напряжение, спросил сэр Гвейн. - Поверь, лучше тебе этого не знать, - с нервным смешком покачал головой он. - Убитых было множество. - А что с Гвен? - вдруг хрипло спросил все это время молчавший Пендрагон. - Хорошая новость - Гаюс вылечил ее, - начал Тристан. Артур облегченно выдохнул. Хоть что-то в его жизни было хорошо. - А плохая? - с опасением спросил сэр Элиан, заставив мужа сестры снова напрячься. Контрабандист устало вздохнул, чувствуя на себе выжидающие взгляды присутствующих, и быстро выпалил: - После взятия замка я ее больше не видел. Сердце короля словно пронзили кинжалом. Последняя фраза звучала как приговор. Мысль о том, что его возлюбленная убита, навязчиво пыталась проникнуть в его и без того омраченную всякими ужасами голову. Но молодой человек отчаянно отрицал подобную догадку. Нет, она не могла умереть! Артур даже боялся представить, что с ним будет, если это окажется правдой, ведь он никогда никого так не любил, как Гвиневру. - Она жива, - едва коснувшись лба, уверено заявил правитель. - Мерлин не мог ее убить. - К сожалению, мы ни в чем не можем быть уверены, - отозвался сэр Персиваль. - Я его знаю - он не мог! - упрямо повторял Пендрагон. - Он не контролирует себя, Артур, - напомнил Гвейн. - Я знаю какого это, и, поверь, ты просто не можешь этому сопротивляться. Это магия. - Мерлин готовит вам ловушку в Камелоте, так что, возможно, королева еще жива, - с сомнением предположил Тристан. - Что ж, если я ему так нужен, то он меня получит, - с громким лязгом убирая опущенный Экскалибур в ножны, пообещал Артур. - Что ты собираешься делать? - нахмурился обаятельный рыцарь, наблюдая за тем, как король решительно зашагал в сторону леса. - Я возвращаюсь в Камелот, - бросил им через плечо он. - А как же гоблин? - спросил Персиваль. Монарх резко остановился. - Только убив его, мы сможем снять заклятие с Мерлина. - Он прав, сир, - согласился с другом Леон. - Отправляться прямо в руки заколдованного Мерлина, который к тому же желает Вашей смерти, очень рискованно. Это самоубийство. Пендрагон с минуту стоял на месте, заметно колеблясь, и, подняв голову на своих товарищей, произнес: - Я не могу оставить невинных людей умирать из-за меня. - В таком случае, нужно разделиться, - проговорил Элиан. - Кто-то отправится на поиски гоблина, а остальные вернутся в Камелот. - Я пойду, - решительно произнес сэр Гвейн. Взгляды всех присутствующих тут же оказались устремлены на него, однако молодой человек был тверд в своем желании. - Один на поиски гоблина? - переспросил сэр Леон, надеясь, что друг просто не знает, о чем говорит. - Кто-то же должен, - передернул плечами он. - Гвейн, ты, правда, не должен отправляться туда один, - качая головой, протянул Король Былого и Грядущего. - Только ты видел, что я с ним делал, - вдруг проговорил Гвейн. Артур тут же замолчал, и рыцарь продолжил. - Ты должен понимать, что это меньшее, что я могу для него сделать. Артур Пендрагон долго смотрел на своего рыцаря и очень хорошего друга и, чуть улыбнувшись, понимающе кивнул: - Хорошо, отправляйся. - Что? Но... - попытался, было, возразить явно недоумевающий брат королевы, однако эти двое его не слушали. - Спасибо, Артур, - благодарно кивнул Рыцарь Круглого Стола. - Удачи, - пожав ему руку, пожелал товарищу в дорогу Артур. - Вам тоже, - отозвался сэр Гвейн и, отвязав свою лошадь, взобрался в седло, со смешком поглядывая на своих друзей. - Надеюсь, еще свидимся. - Будь осторожен, - посоветовал сэр Леон. - Путь не близок, возможно, это будет опасное путешествие. - Как скажешь, - игриво подмигнул обаятельный рыцарь. Все без исключения тут же растянулись в улыбках, а сам всадник, на прощание кивнув, тронул лошадь и без оглядки пустился в путь, скрываясь в лесу. Проводив друга взглядом, молодые люди быстро переглянулись друг с другом, осознавая, что их путь очень тернист. К чему к чему, а к этому им было не привыкать, но все же их нынешняя миссия значительно отличалась от всех предыдущих. В Камелоте рыцарей поджидал не просто опасный враг, а их очень хороший друг, оказавшийся подчиненный воле Морганы. Они не знали, что ждет их впереди, но были решительно настроены разрушить планы злой ведьмы и все исправить. - И нам пора, - произнес король, приближаясь к своей лошади. Рыцари Круглого Стола поспешно закивали и принялись сворачивать лагерь. Когда все вещи были собраны, а костер затушен, они уселись на своих конях, в любой момент готовясь к отбытию. Завидев все еще стоящего на поляне контрабандиста, Артур обратился к нему: - Ты не обязан ехать, - понимающе покачал головой он. - Ты можешь попасть в неприятности из-за нас. Усмехнувшись, Тристан опустил голову и тут же поднял, оглядывая приятелей горящим озорным огоньком взглядом: - Я, кажется, и так уже по уши в них. Хуже не станет. Растянувшись в улыбке, Пендрагон дружески толкнул его в плечо, и Элиан, подав тому руку, помог контрабандисту взобраться на свою лошадь. На том и порешили. Тронувшись с места, они двинулись в сторону Камелота.

***

Пасмурное небо медленно затягивались тучами. Мелкий дождь обрушился с небес, создавая некоторую туманную завесу. Прозрачные капельки с всплеском разбивались об каменный пол площади, залитый кровью. Порывистый ветер гулял по мертвому городу, одиноко развевая на ветру знамя Пендрагонов. Замок был мрачен в своем величии. Крепость взятая темным магом возвышалась к сереющим небесам, демонстрируя все полученные в ходе битвы "шрамы". Предусмотрительно оставив своих лошадей неподалеку, король и его люди приближались к замку,который в одночасье стал чужим. При виде своего дома у молодых людей невольно свело животы. Нижний Город был выжжен дотла. Черные клубы дыма еще поднимались ввысь. Кровь заливала землю. От полуразрушенных домов и лавочек сквозило смертью. Артуру невольно вспомнилась та деревня из мыслей его слуги. Душераздирающие крики людей тут же эхом отразились в его голове. Лязг мечей болезненно резал по сердцу. Замертво падающие мирные жители истекающие кровью стояли перед глазами. Он помнил, как на его глазах один из саксов убил ни в чем неповинного ребенка, а он, король Камелота, поклявшийся защищать свой народ, не мог ничего с этим сделать. Сейчас же все повторилось вновь. Настала очередь Камелота, и все это было лишь для того, чтобы насолить Артуру Пендрагону. Столько насилия ради одного человека. Но какое чудовище могло сотворить подобное? Ответ застрял в горле молодого человека. Нет, он не может произнести это имя. Только не в таком контексте. Его друг не владел собой, он не убийца. Рыцарь отчаянно вторил это себе, и все же все, что он видел перед своими глазами, было совершенно руками его слуги. В ужасе оглядываясь по сторонам, рыцари и контрабандист, прячась, шли за своим сосредоточенным королем. Они видели, как мрачен и напряжен Пендрагон, но он был слишком решителен и силен и не показывал своих чувств. Нет, совсем не из своей королевской гордости, просто рыцарь этого не умел. Он привык быть сильным воином, сильным наследником, сильным королем и никогда не показывал своих слабостей, хотя сейчас она была слишком очевидна. Артур боролся с водоворотом чувств, разрывающих его грудь, не желая давать им отразиться на его сосредоточенном волевом лице. Но этого было и не нужно - друзья и так его понимали, ведь они сами испытывали те же чувства. Мерлин был чем-то чистым. Воплощением веселости, храбрости и преданности, и то, во что его превратили, не могло не пугать. Они даже боялись представить, на что еще способен маг, без укола совести вырезавший несколько деревень. Те разрушения, что рыцари видели перед собой, давали разгуляться фантазии и представить, как же ужасны были события произошедшие здесь. Теперь Тристана, не желающего рассказывать о битве, было нетрудно понять. Увидеть такое и после этого спокойно спать хватит выдержки не у многих. Без труда миновав Нижний Город, наши герои приблизились к воротам, за которыми находилась главная площадь перед замком. Массивные дверь были открыты на распашку, скрипя на ветру. На улице не было ни души. - Кажется, пока все складывается удачно, - удовлетворенно качнув головой, произнес Артур, убирая пока Экскалибур в ножны. - Подожди, тебе ничего не кажется странным? - приостановил решительно направившегося к воротам друга сэр Леон, вызывая на лице того лишь недоумение. - Слишком тихо, - согласно проговорил Персиваль. - Где же саксы? Пендрагон напряженно выпрямился и, оглядываясь по сторонам, прислушался, словно хищник во время охоты. Друзья были правы. Город был мертв. Здесь не было ни души, ни звука - ничего. Лишь ветер одиноко завывал в тиши, открывая еще большую пустоту этого места. - Он знает, что ты уже идешь, - вдруг произнес Тристан, нарушая устоявшуюся тишину. - Какой завоеватель оставит крепость без охраны? - А Мерлин расчистил нам путь, - понимающе протянул Элиан. - Кажется, он совсем не боится. - А чего ему бояться? Он же могущественный маг, - грустно усмехнулся контрабандист. - Что против него могут жалкий король и его троица рыцарей? - Жалкий? - обиженно воскликнул Король Былого и Грядущего, с нотками то ли угрозы, то ли возмущения. - А себя ты уже не считаешь, да? - хмыкнул сэр Персиваль. - Ну, я-то тут по доброй воле, - передернул плечами мужчина. - До меня ему дела особенного нет. - Что ж, жалкий король его удивит, - проворчал Артур Пендрагон, направляясь мимо ворот в сторону какого-то темного переулка. - Что ты задумал? - с любопытством вытянув голову, наблюдал за тем, как лучший рыцарь Камелота выбивает дверь в башню стражи, сэр Элиан. - Застанем его врасплох, - отозвался он, скрываясь внутри. Молодые люди с минуту постояли на месте и, переглянувшись друг с другом, спешно скрылись в башне следом за Пендрагоном. Внутри было темно, хоть глаз выколи. Помещение было перевернуто вверх дном. Вошедший первым Персиваль едва не споткнулся об сломанный пополам стол. Гремя какими-то железяками, что валялись у него под ногами, Артур зажег факел и решительно зашагал вперед, заворачивая за поворот. Не долго думая, остальные последовали за ним, не желая терять из виду единственный источник света. - В Камелоте много подземных ходов, - не оборачиваясь, пояснял король. - Один из туннелей расположен прямо под замком - пройдя по нему, мы сможем добраться незамеченными до королевских темниц и освободить пленных рыцарей, тем самым устроив диверсию. - Мы хоть не заблудимся? - с сомнением осведомился Тристан. - Ты во мне сомневаешься? - прыснул молодой человек. - Да, - как само собой разумеющееся отозвался контрабандист. - Спасибо, - чуть помедлив, кивнул блондин. - Всегда пожалуйста, - поделился очередной любезностью мужчина. - А если Мерлин тоже знает об этом проходе? - вдруг спросил сэр Леон. - Леон, ты ведь знаешь, что он никогда ничего в этом не понимал, - решительно спускался вниз по лестнице Артур, освещая путь. - Ему даже и в голову не пришла бы мысль об осадных туннелях. - Будем надеяться. Спускаясь глубоко под землю, защитники Камелота пробирались по витиеватым осадным туннелям к замку. Колыхающееся в легком сквозняке пламя факела освещало каменные стены. Уверенными шагами они поднимались то вверх, то вниз, не отступаясь от своей цели. От времени тайные туннели покрылись паутиной. Было видно, что ими уже давно не пользовались. Безжалостно разрывая кропотливую работу местных пауков, они прочищали себе путь, пока вскоре тоненький лучик света не проскользнул между щелей. Друзья были у цели. Выбравшись на поверхность, и пройдя по нескольким коридорам, они оказались в королевских темницах. Тюрьма была забита битком. В каждой камере находилось, наверное, человек по десять. В тишине кто-то насвистывал какую-то незамысловатую мелодию, кто-то бренчал пальцами по стальным прутьям, а кто-то просто нетерпеливо стучал ногой по полу, пытаясь хоть как-то развеять напряженную тишину. Убедившись, что опасности нет, Артур Пендрагон вместе со своими людьми вышел из тени и решительно зашагал к пленным. - Сир! - тихо произнес кто-то и, рыцари, завидев своего короля, тут же встали, оказываясь у запертых дверей. - Мы освободим вас, - пообещал он и обратился к другу. - Леон. - Но у нас нет ключей, сир, - беспомощно развел руками рыцарь. Артур был готов выругаться сквозь плотно стиснутые зубы не самыми приличными словами. Об этом он совсем не подумал. Конечно, никто не ожидал, что пленные будут сидеть в открытых нараспашку камерах, но мысль о ключах совершенно вылетела у него из головы. - Позвольте мне, - с самодовольством протиснувшись между товарищами, вдруг произнес Тристан и, приблизившись к камере, присел на корточки, что-то доставая из кармана. - Что ты делаешь? - спросил Пендрагон, наблюдая за тем, как контрабандист копошиться в замке. - А на что еще это похоже? Вскрываю замок, - передернув плечами, хмыкнул мужчина и, на мгновение оторвавшись от своего занятия, насмешливо посмотрел в глаза правителя. - Или ты меня за это арестуешь? - Как-нибудь в другой раз, - сдаваясь, монотонно произнес Король Былого и Грядущего. Тристан только ухмыльнулся и, сделав еще какое-то короткое движение, со щелчком открыл замок. Двери камеры распахнулись, и все, кто в ней находился, тут же оказались на свободе. Перейдя к следующей, он проделывал то же самое с остальными оставшимися, и вскоре темница оказалась наполнена освобожденными Рыцарями Круглого Стола. - Нападение произошло внезапно, сир, - виновато произнес один из его людей. - Мы оказались бессильны против захватчиков. - Это не ваша вина, - отозвался король Камелота. - Вы сделали все, что могли. - И все же недостаточно, - покачал головой тот. - Камелот оказался порабощен магией. Артур задумчиво склонил голову и вдруг неожиданно для самого себя произнес: - Один мой хороший друг доказал мне, что магия может быть не только злой. Он рисковал жизнью, чтобы защитить меня и Камелот с помощью своей магии. Это только оружие. Людей же развращают поступки. Дело вовсе не в магии. Лица его четверых друзей горделиво просветлели, в то время, как остальные рыцари были несказанно удивлены такой резкой смене приоритетов своего короля. Но это было неважно. К Артуру Пендрагону вернулась вера, а с ней он был готов свернуть горы. - И если я хочу вернуть Камелот, то должен ответить этому другу тем же, - едва заметно улыбнувшись уголком губ, продолжал он. - Что бы Вы ни задумали, мы с Вами, сир, - после небольшой неуверенной паузы, клятвенно произнес говоривший с ним рыцарь, остальные, включая выше названную четверку, тут же согласно закивали. - Для начала нужно вывести выживших мирных жителей и королеву в безопасное место, - вернув своему виду серьезность, начал давать распоряжения правитель. - Где Гаюс и Гвиневра? - Они в другой точке, - почесав затылок, ответил тот. - Пару часов назад Мерлин велел перевести их в ближайшие к тронному залу покои. Он подозревал, что Вы вернетесь, и решил, что так будет легче следить за королевой. - А он неглуп, - усмехнулся Тристан. - У нас нет выбора, - покачал головой Пендрагон. - Придется пробивать себе путь мечом. - Эм, Ваше Величество? - позвал его неуверенный голос Леона. - Похоже, придется заняться этим прямо сейчас. Артур недоумевающее обернулся и увидел стоящих на пороге саксов. Их было слишком мало против находившихся в тюрьме камелотцев, и поэтому они спешно развернулись к выходу, поднимая тревогу. - Нужно остановить их, - чувствуя, что его план выходит из-под контроля, приказал король, скрестив мечи с первым попавшимся саксом. Несколько рыцарей последовали его примеру и быстро расправились со стражниками. Однако на шум прибежали еще и их было гораздо больше, чем первых. Королевская тюрьма начала наполняться вооруженными до зубов саксами. Не видя особенного выхода, рыцари вступили в схватку с армией Морганы Пендрагон. Лязг мечей тут же разнесся в тишине. Саксы бездумно набросились на вторженцев, яростно атакуя. Рыцари Камелота же жаждали реванша и умело сражались против них, тесня к стенам. Близко стоящий ко входу сэр Леон незамедлительно встретил одного из саксов сильным ударом меча. Сэр Элиан, оттачивая каждое движение, отбивал быстрые удары яростного противника. Тристан размашистым движением разорвал образовавшийся крест и ударом ноги оттолкнул от себя врага, протыкая мечом. Сэр Персиваль отважно прикрывал его спину. Экскалибур быстрыми движениями заносился над врагами, сверкая в огне факелов. Быстрыми отработанными движениями Артур теснил своего противника, не давая ни единого шанса нанести смертельный удар. Он загонял его до седьмого пота, однако воин оказался на редкость крепким. Тем временем комната все заполнялась. Саксы падали замертво из-за неравенства сил. Вдруг замок сотряс громкий звон колоколов, возвещая его обитателей о вторжении. Пендрагон взвыл в бессилии и с силой пронзил своего так не вовремя попавшегося под руку противника. Он понимал, что если срочно что-то не предпринять, сюда явится весь замок, и у него не останется ни единого шанса на победу. - Окружите замок! - скомандовал король. - Здесь мы справимся сами. Добив своих противников, большая часть рыцарей во главе с Персивалем и Элианом повиновались и поспешили наверх в поисках королевы. Артур Пендрагон же в окружении сэра Леона, Тристана и еще десятерых своих рыцарей остался в темницах, крепко сжимая меч закаленный дыханием дракона. Саксы с воинственным кличем бросились на них, почувствовав, что их шансы значительно увеличились. Сдержанно сжав губы в прямую линию, Артур принял удар одним из первых. Рыцари с верой в своего короля продолжали схватку. Они хорошо держали удар, однако противники неумолимо продолжали наступать. Сэр Леон довольно быстро расправился со своим врагом и принялся за следующего. Тристан хоть и не был рыцарем с мастерством отбивал обрушившиеся на него атаки. Остальные тоже не медлили. Удар за ударом они приближали свою победу в этом сражении. Артур оборонялся неистово. Экскалибур обрушивался на врагов с невероятной скоростью, благодаря мастерству своего владельца нанося ранения несовместимые с жизнью. Покончив с саксом, он переключился на второго и тут же вернулся к нападению. Однако из толпы на него вдруг неожиданно напал еще один. Резкий удар и меч оказался выбит из рук короля! Оказавшись безоружным, Пендрагон, бесстрашно глядя в глаза окружающим его саксам, в защитной стойке медленно пятился назад, пытаясь найти подходящее место для обманного маневра и поднять меч. Спина молодого человека врезалась в тупик, и он оказался в крайне невыгодном положении. Почувствовав власть над монархом, воин Морганы занес свой меч для смертельного удара. Тристан возник перед ним внезапно. Закрыв приятеля собой, он скрестил мечи с рано расслабившимся саксом. Уличив момент, Артур Пендрагон быстро поднял свой меч. Мстительный удар пронзает его замешкавшегося противника. Расправившись со вторым, контрабандист тяжело выдохнул и, вставая спиной к спине с Королем Былого и Грядущего, снова влился в сражение. Вмести они работали слажено. - Когда все закончится - я сделаю тебя рыцарем, - скосив благодарный взгляд на товарища, пообещал Артур. - Боже сохрани! - с насмешкой в голосе отозвался он. Переглянувшись, они оба рассмеялись и продолжили битву. Примерно в это же время в тронном зале Мерлин царственно восседал на троне, ни о чем не догадываясь, как вдруг до его слуха донесся тревожный звон набата. Резко подскочив на ноги, он прислушался, с подозрительностью прищурив свои черные-пречерные глаза. Когда до него, наконец, дошло осознание того, что происходит, его губы растянулись в предвкушающей улыбке. Это был Артур. Он чувствовал его.

***

- Благодарю, - сквозь шум рыночных торговцев растянулся в клыкастой улыбке гоблин, наблюдая за тем, как сыплются в его ладонь заветные золотые монетки. - Надеюсь, твоей госпоже очень идут эти рога. Расплатившись, миловидная служанка чуть хмыкнула и скрылась на рынке. Не обратив на ее действия никакого внимания, существо любовно облизало бесценное золото, пробуя на вкус, и, блаженно выдохнув, зашагало в сторону своей лачужки. Войдя в дом, гоблин прикрыл за собой дверь, оставляя шум и рыночную суету позади. Небрежно сбросив плащ на грязный пол, первым делом он, предвкушающее потирая руки, приблизился к своему доверху набитому золотом сундучку и аккуратно положил свою новую добычу. К слову, аккуратен он так был только с деньгами, в доме же, казалось, не убирали много веков. Да и дом это место уже не напоминало, скорее свинарник. Глиняные грязные тарелки с яблочными огрызками и прочими остатками еды огромным столбом возвышались на замызганном какой-то гадостью столе, видимо, представляя собой какой-то новый архитектурный шедевр. От пыли и паутины хотелось чихать. Какие-то ветхие тряпки были разбросаны по всей комнате, по какой-то таинственной системе свисая даже с украденного гоблином серебряного канделябра. Крысы, жалобно пища, бегали по испачканному в грязи полу - уже давно наступили первые морозы, но откуда он ее брал, было такой же загадкой, как и неопознанное строение отдаленно напоминающее скопившуюся посуду. Впрочем, дела до порядка гоблину не было никакого. Купаясь в золоте, он даже и не сразу заметил, как к нему, выйдя из тени, с мечом в руках подкрадывался незваный гость. Увидев на полу подозрительную тень, магическое существо резко обернулось и сверкнуло глазами. Меч тут же вырвался из рук рыцаря и тут же на огромной скорости воткнулся в дверь. Тот ошарашено уставился на него, еще не до конца осознавая, что остался безоружным. - Что тебе нужно? - требовательно поинтересовался гоблин и, склонив голову на бок, растянулся в улыбке. - Хотя, нет, подожди. Ничего не говори. Я тебя знаю. Ты Гвейн - временное пристанище Морганы. Зачем пожаловал? - Знаешь, я очень мстителен, - очаровательно улыбнулся ему молодой человек. - Я не забыл ни дня после того, что вы со мной сделали. Вы с этой ведьмой заставили меня пытать моего лучшего друга. - Неужели тебе не понравилось? - удивился переменчивому тону гостя он, и, глядя на суровое лицо рыцаря, издевательски уточнил. - Что ни капельки? - О, я тебе сейчас покажу, как мне это понравилось, - охотно отозвался Гвейн, угрожающе вытаскивая из-за пояса кинжал. - Potestas mea crescent! - выплюнул собеседник и внезапно начал увеличиваться в размерах, приобретая острые кости и крепкие мускулы. Рыцарь Круглого Стола, разинув рот, наблюдал за вымахнувшим на голову выше его самого гоблином, едва не выронив еще и кинжал. Существо угрожающе возвышалось над ним и, сдвинув брови, завыло ему в лицо. Он зажмурился от столь порывистого "ветра", чувствуя, как развеваются волосы, и, когда тот с ухмылкой замолчал, опасливо приоткрыл один глаз. - Да, Дракон, убить гоблина? Действительно, чего же здесь сложного? - с сарказмом проговорил Гвейн, косясь на стоящего напротив него громилу. В следующую секунду большой кулак встретился с его лицом, разбивая нос, и рыцарь, словно метеор, вылетел на улицу, выбивая спиной дверь. Громко застонав, он поерзал на земле и, медленно поднявшись, сжал в руках валяющийся рядом с ним меч. Переполошенные громким грохотом зеваки тут же начали собираться вокруг вылетевшего из одного из домов молодого человека. - Я в порядке, - покачиваясь как пьяный, в своей манере оповестил незнакомцев он, приветливо махая мечом. - Всем спасибо за внимание! Казалось, сейчас обаятельный рыцарь свалится в нокауте, но вышедший из дома гоблин огромных размеров быстро заставил его отрезвиться. Увидев ужасающее существо, люди громко закричали и поспешили спрятаться в своих домах. Рынок опустел за секунду. - Ну, что вы, дамы и господа, не стоит беспокоиться! Я и сам прекрасно справлюсь, - кричал им вдогонку Гвейн, впечатленный "храбростью и героизмом" местных мужей. Скосив взгляд на ухмыляющегося гоблина, Рыцарь Круглого Стола приобрел серьезность и посильнее сжал оружие. Сражение обещало быть опаснее, чем он думал. По крайней мере, у него снова был меч.

***

Замок сотрясало от воинственных криков и звонов мечей. Атака шла полным ходом. Рыцари яростно отбивали свой родной Камелот, носясь по бесконечным коридорам крепости. Битва охватила весь замок. Разгневанные саксы, казалось, опешили от столь ожидаемого, но в то же время внезапного отпора Рыцарей Круглого Стола. Мечи ударялись друг об друга. Воины до смерти бились друг с другом. Громкий крик отразился ото всех стен замка. Тело очередного несчастного камнем упало на пол. Белую каменную поверхность заливало кровью. Коридоры заполнял угарный дым. Мощная толпа образовалась на верхнем этаже, не давая прохода друг другу. Здесь не было никакого порядка, повсюду царил лишь хаос. Мечи врагов заносились над головой Артура, но он легко уворачивался от попыток саксов убить его и, в свою очередь с силой протыкая их волшебным клинком, проносился мимо. Расправившись с очередным врагом, король резко вытащил из мертвого тела меч и, тяжело дыша, отступился чуть назад, отдыхая. Его силы были на исходе, и все же он понимал, что уже было слишком поздно, чтобы отступать. - Артур! - громко позвал его такой дорогой сердцу голос. Пендрагон обернулся и увидел, как к нему навстречу вместе с шагающим чуть позади Гаюсом спешно бежит Гвиневра, подбирая полы своего испорченного за время заключения платья. Оказавшись совсем рядом, она бросилась к нему в объятия, обвивая дрожащими руками его сильную шею. Молодой человек хотел, было, сказать, что битва не лучшее время для этого, но, почувствовав ее прикосновение, ее тепло, он судорожно выдохнул и прижал возлюбленную к себе, вдыхая запах ее волос. - Я думала, что больше не увижу тебя, - призналась Гвен, сильнее сжимая его плечи. Король Былого и Грядущего молчаливо удерживал ее в своих крепких объятиях и, с усилием воли отстранившись от нее, обеспокоенно спросил: - Вы в порядке? С вами ничего не сделали? - В полном, сир, - отозвался придворный лекарь. - Не стоит беспокоиться. - Мы-то в порядке, - соглашаясь с другом, начала девушка, - а вот насчет Мерлина я бы так не сказала. - Мерлин? Мне сказали, что он держит вас при себе. Как вы сбежали? - вопрошал он. - Когда зазвонили колокола, Мерлин был очень задумчив, - рассказывал Гаюс. - В конце концов, он просто взял и ушел, а мы, оставшись одни, убежали и отправились на Ваши поиски, пока он не вернулся. - То есть как ушел? - не понял монарх. - Куда? - Мы не знаем, - отрицательно покачала головой королева. - Он постоянно чему-то ухмылялся и, казалось, даже не замечал нашего присутствия. Быть может, Мерлин решил отступить? - Возможно, - задумчиво проговорил Артур, хотя на самом деле совсем не верил в это, и после небольшой паузы произнес. - Вам нельзя оставаться здесь - тут слишком опасно. Нужно где-то спрятать вас на время битвы. - В библиотеке есть потайная комната, - подхватил старик. - Там точно никто не будет искать. - Хорошо, быстро туда, - согласно кивнул Артур и, обнажив меч, повел друзей по коридору замка. Недолго думая, лекарь и королева поспешили за ним. Сражение же не прекращалось ни на минуту. Стоны, крики, звуки падающих тел - все это сопровождало нашу троицу по пути. Саксы, скрестив мечи с рыцарями Камелота, пролетали мимо. Казалось, они даже не замечали торопящихся в сторону тронного зала короля и пленников. Впрочем, им было отнюдь не до этого. Они проигрывали этот бой. Вчерашние потери давали о себе знать. Мерлину и саксам удалось завоевать замок ценой многих жизней, большинство же рыцарей Круглого Стола были взяты в плен. Моргана не дала своему союзнику закончить начатое и убить всех жителей Камелота, да и вряд ли у него хватило бы на это физических сил. В конце концов, она же должна была кем-то править? А рыцари? Это же главное составляющее Камелота! Храбрые воины, слывшие лучшими во всех пяти королевствах. Без их клятвы народ едва ли принял бы новую королеву, а тратить силы еще и на это ей совсем не хотелось. Миновав лестницу, Пендрагон вывел Гвен и Гаюса из точки напряжения и остановился около массивных дверей старой библиотеки. - Так, слушайте меня внимательно, - тяжело дыша, начал, было, он, но вдруг на него из-за угла напал сакс и занес меч над головой, грубо перебивая. Словно почувствовав приближающуюся опасность, Артур Пендрагон резко обернулся. Экскалибур со звоном встретился с летящим ударом. Гвиневра, ахнув, в испуге прикрыла руками рот. Придворный лекарь чуть отшатнулся, с округлыми глазами наблюдая за происходящим. Сакс уже настроился на сложную и долгую битву с прославленным королем Камелота, но тот, прибывая явно не в самом лучшем настроении, не имел желания возиться с врагом. Их мечи перекрестились. Артур оттолкнул резко оттолкнул от себя нападающего. Тот отшатнулся, теряя равновесие. И тут Экскалибур стремительно пронзил его! Послышался тихий болезненный стон. Сакс обмяк на руках короля, и тот отбросил от себя мертвое тело на пол. Расправившись со своим врагом, Король Былого и Грядущего быстро открыл дверь библиотеки, пропуская близких себе людей вовнутрь, и немного сбивчиво продолжил: - Сидите тихо и никого не впускайте. Когда все закончится, я сам вас найду. А теперь я должен позаботиться об остальных. - Будь осторожен, - спешно закивав, попросила девушка. Артур чуть замешкался и, посмотрев на свою взволнованную королеву, пообещал: - Буду. И с этими словами он, подбадривающее улыбнувшись друзьям, закрыл за собой дверь и, еще немного постояв перед ней, решительно зашагал обратно к лестнице. Молодой человек быстро перепрыгивал каменный ступени. Экскалибур бился об тело при беге. Выскочив обратно в коридор, рыцарь тут же скрестил мечи с бегущем на него саксом и легким движением смертельно ранил. Тот с криком упал на пол, скатываясь по крутой лестнице. Снова вливаясь в сражение, он спешил на помощь своим товарищам. Звонкий лязг мечей. Лезвие врезается во вражескую плоть. Снова удар. Поворот. Подножка. Очередной сакс, истекая кровью, замертво падает на каменный пол. Не успевает Артур отойти от предыдущего боя, его уже окружают два новых противника. Меч опасно проносится совсем рядом с животом! Король быстро отпрыгивает назад, тут же атакуя обидчика. Клинок второго размашистым ударом бьет в голову. Пригнулся. Экскалибур совершает потрясающий кульбит в воздухе и пронзает готовящегося к нападению первого! Хрипя, тот падает на пол. Отойдя от минувшего провала, второй повторяет попытку, нападая на занятого короля. Вытащенный из-за пояса кинжал незамедлительно входит ему в живот. Глаза врага округляются в недоумении. Пендрагон резким движением левой руки вытаскивает кинжал из тела сакса и тот тут же присоединяется к своему павшему товарищу. Наконец, миновав опасность, Артур Пендрагон освобождает меч от плоти первого и, опустив светлую голову в передышке, вытер ладонью взмокший лоб. Рыцари и саксы же продолжали сражаться, устраивая беспорядки, но молодой человек не обращал на это внимания, пытаясь перевести сбившееся дыхание. - Здравствуй, Артур. От такого знакомого голоса молодого короля как будто бы ударило током. Он медленно обернулся на зов и увидел за своей спиной того, кого и ожидал. Мерлин со злобной ухмылкой взирал на него, стоя чуть поодаль. Прежде чем рыцарь попытался сказать хоть слово, волшебник властно взмахнул рукой, и Артура магической волной отбросило назад. Со свистящей скоростью проносясь мимо сражающихся, он спиной влетел в тронный зал и проскользил по гладкому полу, остановившись лишь при столкновении со стеной. Поморщившись от боли, блондин уперся головой об стену, пытаясь перетерпеть внезапный огонь в спине и затылке. Не заставив себя долго ждать, двери в тронный зал распахнулись, и на пороге появился сам Мерлин, с торжеством и величием разведя широкие плечи. - Вот ты и явился, мой король, - остановившись в центре комнаты, приветственно начал слуга и куда озлобленнее добавил. - Знал бы ты, как долго заставил меня ждать. - Мерлин... - закашлявшись, прохрипел Пендрагон, как будто бы едва его узнавая. Было такое чувство, что они не виделись тысячу лет. Все, что когда-то было дорого и привычно, исчезло как будто бы с возрастом. И, действительно, молодой человек сильно изменился. Его затянутые тьмой колкие глаза источали яд. Злобная ухмылка словно ржавым кинжалом была вырезана на его невинном лице, приводя в ужас. Белые зубы, хищно выглядывающие из-под потрескавшихся губ, скорее напоминали клыки. Король чувствовал, как в этой черной душе полыхает огонь, как внутри закипает в злобе кровь. Сам чародей был крайне надменен и бледен как сама Смерть. Казалось, он состарился на несколько лет. Маг больше походил на свою тень. Под глазами появились синяки, а в движениях некоторая медлительность, но он все еще мог вздернуть любого в этом замке. Опасность исходящая от него не подвергалась сомнению, но Артур не хотел с этим мириться. Поднявшись на ноги, он устремил полный боли взгляд на своего лучшего друга, который все с той же ненавистью продолжал взирать на него. - Долго же Моргане пришлось мариновать меня, прежде чем я, наконец, понял, кто ты есть, - медленно расхаживая перед ним, с усмешкой продолжал Эмрис, поигрывая кинжалами. - Признаться, это было очень больно, но я благодарен ей за это. - Я не буду драться с тобой, - уверенно заявил Артур Пендрагон, не отрывая взгляда от друга. - Защищайся, Артур, - мягко покачал головой он, останавливаясь. - Так будет проще для нас обоих. - Я не хочу причинить тебе вред, - чувствуя разрывающую сердце боль, упрямо стоял на своем король. - Что ж, - со вздохом передернул плечами волшебник, - тогда мне придется сделать это первым. С этими словами его глаза полыхнули золотым огнем, и кинжалы, которыми он все это время играл, вырвались из его рук и со звоном понеслись на рыцаря. Артур чудом успел снять со стены щит с изображением золотого дракона и закрыться им, прежде чем метательные ножи с громким стуком вошли в дерево. - Я знал, что ты это сделаешь, - чуть поморщившись, отмахнулся Мерлин. Пендрагон с каменным выражением лица отбросил щит в сторону, не разрывая зрительного контакта с магом, и уверенно произнес: - Мерлин, остановись. Ты не понимаешь, что делаешь. Все это... - Я знаю, что ты сейчас скажешь, - вытянув руку вперед, приостановил его чародей, с улыбкой чуть опустив голову. - Это не ты, Мерлин; тобой управляет Моргана, Мерлин; ты околдован, Мерлин. Мерлин, Мерлин, Мерлин!!! - перечислял он, постепенно раздражаясь, и, ухмыльнувшись, смерил друга презрительным взглядом. - И так всегда. Тебе ведь нравилось строить из меня болвана. Однако чуть что: Мерлин, подай это; Мерлин, отполируй доспехи; Мерлин, вычисти конюшни. А в перерывах, которых у меня, к слову, никогда не было, я спасал твой неблагодарный "королевский зад" и в награду едва не был казнен за предательство. Так с чего ты взял, что меня заколдовали? Разве у меня нет причин желать тебе смерти, Артур Пендрагон? Я ненавижу тебя! Артур опешил. Слова друга больно разрезали его сердце раскаленным кинжалом. Он говорил с такой ненавистью, презрением, отвращением, что молодой человек действительно начал думать, что заслужил это. Что если Эмрис говорил правду? Что если он, действительно, был таким чудовищем по отношению к нему? Но если так, то с какого момента все началось? Что именно он упустил? Заваливая себя подобными мрачными вопросами, Пендрагон как будто бы выпил яду. Подобные мысли отравляли его, медленно и болезненно уничтожая. - И за это ты заплатишь мне сполна, а твой народ будет мучиться вместе с тобой, - продолжал Повелитель Драконов и, приблизившись в упор к королю, прошипел ему в ухо. - И во всем, что случится, ты будешь винить только себя. - Неужели... - тихо начал он и, прокашлявшись, куда увереннее поднял опущенную голову, смотря в эти наполненные злобой когда-то родные глаза. - Неужели ты меня и правда так ненавидишь? Настолько, что обречешь на смерть ни в чем неповинных людей? - Что же тебя так удивляет? - хмыкнул Мерлин и с издевкой проговорил заученной за эти долгие годы скороговоркой. - Ведь все волшебники - зло. Их надо травить, преследовать, истреблять! - Ты не зло, - возразил Артур. Темный маг заинтересовано повел бровью. - Я тебя знаю. Ты не способен на подобное. - Так ты считаешь, что я слабак?! - еще больше рассвирепел Эмрис. Мерлин был в ярости. Он разворошил его королевство, подчинил себе, а Артур по-прежнему продолжал над ним издеваться. Оставался так же невозмутим и хладнокровен, как и всегда. Даже оказавшись в его лапах, Пендрагон не воспринимал слугу всерьез, и это начинало его бесить. - Мерлин, нет, послушай... - примирительно выставив ладони, сосредоточено попытался переубедить его рыцарь. Но околдованный чародей не желал ничего слушать. Применив магию, он размашистым ударом по лицу отбросил его от себя и тот, с силой врезавшись в стену, всем телом упал на пол. Брюнет, тяжело дыша, с головой тонул в собственном гневе, с силой сжимая кулаки. Как же он ненавидел его! Мерлин мог стереть Пендрагона в порошок, лишь шевельнув пальцем, но в одном Гаюс был прав. Прошлой ночью он потратил слишком много сил. Волшебник был вынужден довольствоваться мелкими магическими фокусами, ведь любое подобное мощное заклинание могло легко убить и его самого. Конечно, когда-то слуга клялся своему королю, что умрет рядом с ним, но эта не совсем та присказка, да и не к случаю. Умирать Эмрис пока не собирался. Сначала он хочет увидеть, как медленно и мучительно умирает Артур Пендрагон. Ему хотелось забить его своей магией до полусмерти. Заставить страдать и бояться, так же как и он в Камелоте. А когда у прославленного короля не останется сил сопротивляться, и он начнет захлебываться в собственной крови, нет, маг не убьет его. Совсем нет. У Повелителя Драконов было жгучее желание связать его и пытать, пока гордый и сильный король Артур не начнет молить о пощаде. Да вот только ее не будет. Прежде чем с позором отобрать у своего бывшего друга трон, маг хотел почувствовать горячую королевскую кровь на своих руках. И, черт возьми, он добьется своего! Артур за все заплатит. Быстрыми гневными шагами Мерлин приблизился к лежачему в бессилии на полу королю и, крепко схватив за волосы, рывком приподнял его голову, заглядывая в эти ненавистные голубые глаза. Артур чуть застонал от внезапной боли, но сопротивляться был пока не в силах. - Я считал тебя своим другом, а ты обходился со мной, как с преданной побитой собакой, - с обидой говорил ему маг и, вздохнув, куда оптимистичнее добавил. - Что ж, Артур, теперь моя очередь. И с этими словами он с невероятной силой швырнул его вперед, стремясь выбить из венценосного осла всю спесь. Размахивая руками и ногами в воздухе, рыцарь камнем приземлился на пол, едва не врезавшись в собственный трон. Чувствуя, как кружится голова, молодой человек кое-как поднялся на четвереньки и кинул взгляд в сторону темного чародея. Эмрис, улыбаясь во все зубы своей зловещей улыбкой, удовлетворенно наблюдал за избитым им королем. Пендрагон сплюнул скопившуюся во рту кровь и, пытаясь держать себя в руках, с присущий ему королевской гордостью поднялся на ноги. Околдованный же слуга откровенно веселился. - Что, тебе недостаточно? - запрыгнув на пьедестал к своему бывшему другу, хихикнул Повелитель Драконов. - Заклинание несложное. Я могу делать это с тобой весь день. - Я тебе не враг, - качая головой, предпринял последнюю попытку Король Былого и Грядущего. - Мы не должны этого делать. Если сегодня мы убьем друг друга, то все, к чему мы шли, канет в ничто. - Зачем же друг друга? - удивился молодой человек. - Достаточно и одной смерти. Эмрис вскинул руку, читая какое-то заклятие, однако вдруг громкий лязг оборвал его на полуслове, и лезвие Экскалибура вскользь задело руку чародея, оставляя неглубокий порез. Не ожидая удара, слуга громко вскрикнул и, схватившись за дымящуюся черным рану, отшатнулся от Пендрагона, с недоверием поглядывая на него. Тот крепко сжимал рукоять меча, все еще невозмутимо держа воинственную стойку. - А говорил, что не хочешь драться со мной, - усмехнулся Мерлин, косясь на меч закаленный дыханием дракона. - Да, но я не говорил, что не буду защищаться, если придется, - монотонно отозвался Артур Пендрагон и, взмахнув мечом, начал наступать на темного мага. Попятившись назад, Эмрис вытянул руку в сторону, и его глаза озарились яркой вспышкой. Сорвавшийся со стены меч тут же оказался у него в ладони, и волшебник подставил свое оружие под сильнейший удар короля Камелота. Пендрагон тут же оторвал Экскалибур от образовавшегося креста и начал теснить друга к ближайшей стене. Мерлин спешно отпрыгивал назад, спасаясь от меча. Новая стремительная атака. Маг неумело отбивается мечом. Король увернулся и снова повел в нападении. Очередной мастерский кульбит и острое лезвие грозится задеть чародея. Прыжок! Экскалибур размашисто проходит под ногами Повелителя Драконов. Молодой человек "убегает" от атак рыцаря Камелота, даже не пытаясь сражаться по-честному. Но Артур не давал ему уйти из своего поля зрения, пытаясь до усталости загонять великого волшебника. Он отнюдь не хотел причинить ему вред. Он бы просто не смог. Но король понимал, что если не будет действовать, то маг просто напросто уничтожит его. Где-то там Гвейн пытается отыскать гоблина, ведь только с его смертью заклятие с Мерлина будет снято, а пока Артур Пендрагон должен был продержаться любой ценой.

***

В это время сам сэр Гвейн пытался выполнить свое ответственное задание. Крепко удерживая свой меч, молодой человек пытался достать гоблина, чтобы убить. Однако это оказалось намного труднее, чем он думал в начале. Огромное возвышающееся перед ним уродливое существо сейчас больше походило на тролля нежели на гоблина. С такой силой Гвейна не вышвыривали даже из таверны. Тупыми ударами оно отмахивалось от рыцаря, как от назойливой мухи, с каждым разом все больше и больше отбивая всякое желание попытать свое счастье в схватке вновь. Но это же был Гвейн. К мести за себя и за Мерлина прибавился еще и азарт. Победить для него было уже делом чести. Гордо вытерев тыльной стороной ладони струящуюся из носа кровь, Рыцарь Круглого Стола в очередной раз поднялся на ноги. Глядя на него, гоблин противно ухмыльнулся и, в конце концов, разразился громогласным смехом. Упрямство и самоотверженность сэра Гвейна его, откровенно говоря, забавляли. Избитый молодой человек раз за разом поднимался, вновь атакуя магическое существо. Ему удалось лишь пару раз ранить его, но рыцарь не отступал. Гоблину было невдомек, насколько сильной мотивацией может быть чувство вины перед другом. Гвейн, может быть, был бы и рад сдаться и в другой ситуации, возможно, даже уже бы делал ноги, но он сражался не из развлечения. Он сражался ради Мерлина, чтобы снять с него заклятие и искупить хотя бы малую часть своей вины перед ним. Погружаясь в собственный смех, гоблин и не заметил, как стал медленно, но верно уменьшаться в размерах, пока, в конце концов, не достиг своего первоначально роста. Услышав, что его голос уже не такой громовой и устрашающий, магическое существо вдруг замолчало и опасливо оглядело себя с ног до головы. Его глаза округлились в ужасе, когда оно поняло, что заклятие прекратило свое действие. Рыцарь Камелота опасно выпрямился. Гоблин отступился назад. - Упс, - смущенно хихикнул он, в приветственном жесте шевеля худыми проворными пальчиками. - Кажется, теперь будет не так смешно, - сделав шаг к нему, сурово проговорил Гвейн и в следующую секунду занес меч над спешащим сбежать гоблином.

***

Мерлин под очередным мощным ударом Короля Былого и Грядущего оказался на полу. Больно стукнувшись головой об каменные плиты, он озлобленно поджал губы. Экскалибур в миг оказался у его горла. Эмрис угрожающе выставил руку вперед, в любой момент готовый использовать свою магию. Во всем замке кипело сражение, но нигде не было такого напряжения, как здесь, в тронном зале, между этими двумя. - Мерлин, стоп! - прижав друга к полу, отчаянно воскликнул Артур. Они оба замерли. - Послушай меня. Мне все равно владеешь ты магией или нет. Ты все еще мой друг. Давай просто поговорим. - Слишком поздно, - холодно произнес он, с помощью магии сбросив с себя Пендрагона. Игнорируя боль, тот вновь быстро оказался на ногах и, защитно вытянув меч вперед, посмотрел на уже выпрямившегося темного чародея. - Нет, не поздно, - покачал головой рыцарь. - Мы еще можем все это прекратить. - У нас война, Артур, - отозвался Повелитель Драконов, делая несколько шагов навстречу ему. - Мы оба знаем, что у магов никогда не будет мира с Пендрагонами. Так давай, наконец, покончим с этим. - Оглядись по сторонам! - всплеснув руками, пытался достучаться до него король. - Город вымирает, он захлебнулся в крови. Ты о такой жизни мечтал, в первый раз прибыв в Камелот? Столько смертей, столько насилия. И как ты только спишь по ночам? - Какое тебе до этого дело? - прошипел околдованный слуга, в два прыжка сокращая расстояние между ними. - Я пытаюсь защитить тебя, дурья башка! - не в силах совладать со своими эмоциями, всплеснув руками, прокричал молодой человек. - Защитить? - слабо усмехнувшись, переспросил Мерлин. - Где же ты был, когда меня нужно было защитить от тебя? Где же ты был, когда твои люди готовились сжечь меня на костре?! - Я совершил ошибку, - сглотнув подошедший комок к горлу, сипло согласился Артур, - возможно, самую серьезную в своей жизни. Но и ты не прав. То, что ты делаешь, принесло боль и страдания многим людям. Мерлин, пожалуйста, ты должен остановиться. - Ты жалок, Артур. Ты хоть понимаешь, что сейчас практически попросил меня о пощаде? И это гордый Артур Пендрагон! Сын Утера! - подсмеиваясь, торжествующе восклицал он. - Ты был ничтожным принцем и стал не менее ничтожным королем. Ты даже не представляешь, как я ждал этого момента! Как же тебя было легко обмануть. Ты так глуп и наивен, совсем как мальчишка. Уж прости, Артур, но тебе не удастся меня запутать, - ехидно улыбаясь, после недолгого молчания покачал головой темный маг. - С твоей смертью Моргана взойдет на трон, и магия вернется в Камелот. - Мерлин, - старательно игнорируя оскорбления слуги, в очередной раз попытался достучаться до него Пендрагон. Но Эмрис ничего не слушал и взмахом руки с помощью магии повалил на пол. Артур Пендрагон, стиснув зубы от тупой боли, с силой упал на спину, едва не выронив из рук меч. Едва он собирался подняться, как вдруг перед ним возник Мерлин и, грубо толкнув его в грудь, заставил оставаться на месте. Выставленная вперед рука полыхала черным магическим огнем, приближаясь к королю. Кожу обдало пронизывающим до костей холодом. По лбу струился холодный пот. Глаза Артура округлились, и он отшатнулся от приближающегося к нему смертоносного шара, неотрывно глядя на направляющую руку чародея. Не уж-то таков его конец? Великий Король Былого и Грядущего должен был умереть от руки своего преданного слуги и лучшего друга? Его убьет тот, кто все эти годы защищал. Но разве это справедливо? Такой исход придумала для двух сторон одной медали судьба? Если так, то у нее явно какое-то черное чувство юмора. Они ведь друзья, тогда почему их заставили сражаться друг против друга, как заклятых врагов? Один из них должен был умереть, но... Так не должно быть. Взгляд Артура зацепился за выставленную вперед ладонь друга. Он в удивлении нахмурился. На бледной коже мага красовалось относительно свежее, уже начавшее заживать, клеймо с плохо разборчивыми инициалами его сестры, Морганы Пендрагон. Его глаза округлились еще больше, и он начал вспоминать. Такое же он видел на шее у Гвейна, которое, по словам Гаюса, было частью ритуала порабощения, обозначая владельца временного вместилища. "- Чтобы не сопротивлялся", - оповестил его тогда рыцарь, показывая свой ожог. И у Мерлина, приходящего к нему во сне. Воспоминания тут же на огромной скорости пронеслись у него в голове. Протянутая дружеская рука Мерлина. Крепкое рукопожатие, и кровь, обжигающая кожу. Резко отрывает руку и в ту же секунду видит кровавый отпечаток перерезанного клейма на своей ладони. "- Придет время, и ты поймешь, что делать". Тем временем полыхающая огнем рука медленно приближалась к его лицу. Чуть уводя голову в сторону, Артур с силой ударил мага ногами в живот, и тот, отшатнувшись, оказался на полу. Огромный выпущенный из рук магический шар врезался в стену. Взрыв! Обломки разлетелись по тронному залу, поднимая каменную пыль. Король уже давно оказался на ногах и, крепко сжимая Экскалибур, крадучись, приближался к лежащему без сознания Эмрису. Черные глаза чародея резко распахнулись. Быстро подскочив на ноги, он с явной угрозой поглядывал на своего заклятого друга. Следующий шаг. Пробно взмахнув мечом, Артур Пендрагон стремительно атакует. Меч угрожающе несется на Мерлина. Вызванный им магический щит не дает рыцарю ранить его. Шаг назад. Очередной удар обрушен на него. Защитное поле вокруг мага колеблется при столкновении с волшебным клинком. Новое нападение. Пендрагон неумолимо наступает на Эмриса. Лязг меча сопровождает быстрое движение. Повелитель Драконов минует смертоносный удар. Отскакивает в сторону. Взятый из ниоткуда меч угрожает пронзить сердце королю Камелота! Быстрый поворот в сторону. Оружие слуги со свистом разрезает воздух. Артур Пендрагон тут же обступает друга, делая шаг вперед. Экскалибур снова взмывает вверх. Вражеские лезвия встречаются друг с другом, отпуская искры. Разрыв! Рыцарь замахивается на Мерлина. Удар кое-как отбит. Тяжелый стон. Усталость, требующая срочной передышки. Новый выпад со стороны короля. Клинок темного мага превращается в ядовитую кобру и кидается на Артура! Грозное шипение. Экскалибур размашистым движением отрубает голову змее, и молодой человек, мощно сжав плечо друга, прижимает Мерлина к стене. Тот со стоном ударяется головой, и в следующую секунду меч оказывается у его быстро вздымающейся груди. Губы волшебника тут же растянулись в злорадной усмешке, готовясь вот-вот расхохотаться, однако его затянутые тьмой глаза, глядящие на рыцаря, отчетливо горели ненавидящим огнем. Рука Пендрагона заметно колебалась, чуть надавливая на левую сторону груди в угрозе проткнуть черное сердце. На его лице отражались тысячи различных эмоций, выказывая наружу свои мучительные сомнения. Эмрису же, казалось, даже нравилось наблюдать за таким растерянным другом, и все же торжествовать ему оставалось недолго. - Прости, - произнес Артур и с этими словами вдруг схватил околдованного слугу за руку, резким движением перерезая магическое клеймо на его ладони. Лезвие Экскалибура прошлось по обожженной коже, нарушая целостность рисунка. Кровь выступила на глубокой ранке. Волшебник истошно закричал от боли, чувствуя, как вскрыли его ожог. Блондин почувствовал, как все сжалось внутри при этом крике. Ему тут же вспомнились свои видения, в которых слугу жестоко пытали, но он тут же отбросил от себя эти мысли и только сильнее сжал плечи друга, удерживая его на месте. Мерлина словно ударило током. Все его тело била дрожь, в то время как сам темный маг отчаянно сопротивлялся, пытаясь освободиться. Однако Пендрагон упрямо отталкивал его обратно к стене, с силой удерживая. Яркий луч ударил в наморщенный от внезапной боли лоб чародея, и тот резко откинул голову назад, прикрывая веки. Король Былого и Грядущего почувствовал, что околдованный слуга перестал ему сопротивляться, и как-то обмяк на его руках. Внезапно со стороны Эмриса послышался тихий стон. Артур Пендрагон заметно напрягся, с опасением поглядывая на него. Волшебник с трудом разлепил глаза, затуманено оглядываясь по сторонам. Тьма в его глазах начала рассеиваться, и они приобрели свой привычный синеватый оттенок. Чувствуя, что его веки словно налились свинцом, молодой человек сонливо встряхнул головой и, учащенно заморгав, наконец, смог сфокусировать свой проясненный взгляд на выжидающе смотревшего на него короля. - Арт... Артур? - ощущая себя словно проснувшимся от многовекового сна, неуверенно произнес имя лучшего друга Мерлин. Артур почувствовал, как с души падает огромный камень и на его смену пришло облегчение. Это был Мерлин. Его неуклюжий слуга, лжец-волшебник, преданный друг Мерлин. Король выдохнул в ошарашенном смешке. На его лице начала медленно растягиваться улыбка, и он, не веря, что все же сделал это, счастливо рассмеялся. Волшебник, даже толком не понимая, чему так радуется его друг, не смог сдержать своей фирменной широкой, хоть и немного вымученной, улыбки в ответ. Король не помнил, когда так радовался в последний раз. Заклятие было снято. Он сделал это. Вопреки всему, он все-таки сделал это! От переизбытка чувств Артур даже и сам не заметил, как обнял, мягко скажем, ошарашенного его действиями, Мерлина. Маг вдруг почувствовал, что ему становится тяжело дышать из-за не рассчитавшего свои силы Пендрагона (все же он был еще слишком слаб), но не успел об этом сказать. Так же быстро отстранившись, как и обняв его, Артур Пендрагон со все еще некоторым неверием оглядел Повелителя Драконов и дружески потрепал его по плечу. - Черт, Мерлин, я, наверное, впервые в жизни так рад тебя видеть! - все еще прибывая в восторге от своего успеха, насмешливо произнес Артур. Эмрис ослаблено усмехнулся и недоумевающее спросил: - Что... Что случилось? Рыцарь запнулся. - И почему я... - морщась от внезапной боли, все еще сбивчиво продолжал чародей, покачиваясь. - Почему мне так больно? Молодой человек лишь мельком бросил взгляд на свою порезанную ладонь, но ничего не успел рассмотреть, так как уже ослаблено падал на пол. Подавшись вперед, король попытался, было, его подхватить, но в конечном итоге упал вместе с ним. Оказавшись уже в который раз за этот день на каменном полу, Пендрагон услышал тяжелое падение тела, и вскоре слуга спиной навалился на него, не в силах пошевелиться. Поддерживая своего друга, Артур кое-как уселся и попытался встать, но ноги не держали Мерлина, и они снова упали на пол. Откинув голову назад, монарх тяжело дышал, вдруг ощутив, как что-то жидкое неприятно обожгло его руку. - Что это было, Артур? - все еще ничего не понимая, вопрошал маг. Но тот ничего не ответил и, нахмурившись, вдруг пробормотал: - У тебя кровь. - И правда, - проследив за взглядом друга, уставился на глубокий порез на своей заклейменной ладони он. Кровь текла слишком обильно. Боль невыносимо пульсировала. Нужно было срочно перевязать рану, чтобы избежать риск заражения. Недолго думая, Король Былого и Грядущего с треском разорвал нижнюю часть своей рыцарской туники на бинты, игнорируя протесты Мерлина, который прекрасно осознавал, кому потом придется все отстирывать и зашивать. - Молчи, - оборвал его возмущения рыцарь, беря в руки импровизированные бинты. - Артур, я... - начал, было, что-то говорить чародей, и вдруг его глаза округлись, будто что-то вспомнив, и он в ужасе выдохнул. - О нет, что я натворил? - Не думай сейчас об этом, - незаметно сглотнув, сдержанно произнес Артур Пендрагон, накладывая повязку на его ладонь. - Но я - убийца, - чувствуя, что не владеет своим голосом, воскликнул он. - Я - чудовище! - Мерлин, нет, - спешно возразил молодой король, как будто бы отрезав. - Не смей. - Я убил стольких людей, - хватаясь за голову, продолжал Мерлин, мучаясь в бессилии перед собственной совестью. - Напал на Камелот, угрожал своим друзьям, не говоря уже о Гаюсе. Боже, а что я сделал с Гвен! - Мерлин, ты не владел собой. Моргана околдовала тебя, - напоминал ему Артур и, нахмурившись, спросил. - Ты помнишь? Пендрагон выжидающе смотрел на него, а великий волшебник своего времени судорожно напрягал свою память, пытаясь вспомнить. И у него получились. Несколько долгих кровавых дней во тьме. Моргана, вселившись в тело Гвейна, из развлечения пытала его каждое утро, каждую ночь. Она пыталась выбить из него информацию об Артуре, выбить такое необходимое "да". На Гвейна начали ложиться подозрения, и ей нужно было поменять вместилище, ведь гоблин освободил лишь ее душу, в то время как тело ведьмы оставалось в колодце. Ведь она сама говорила, что хочет "посмотреть только одним глазком, как будут умирать Великий Эмрис и Артур Пендрагон". Но кто знал, что желания магическое существо исполняет настолько конкретно? Верховная Жрица была вызволена из плена Саррума, но из-за отсутствия тела могла лишь наблюдать за окружающим миром. И тут так кстати подвернулись приехавшие к лорду такие ненавистные ей рыцари Камелота. Словно сама судьба давала ей шанс и она выбрала обаятельного рыцаря-весельчака сэра Гвейна, о предательстве которого при дворе даже подумать никто бы не посмел. Но пришло время, и ей понадобился сосуд помогущественнее. Однако, чтобы одному волшебнику подчинить другого волшебника, требовалось, как ни странно, согласие второго. Да вот только Эмрис оказался невероятно упрям и не желал предавать своего короля, и тогда Моргана начала его... убеждать. День за днем она ломала его волю, пока, в конце концов, у нее не получилось. И Мерлин все помнил. Он помнил каждый этот по-своему ужасающий день в компании ведьмы. Помнил чуть ли ни каждого убитого им человека и казнил молодой человек только себя. Даже Моргана не могла придумать пытки хуже, чем он подверг себя сам. Мерлин чувствовал грязь, кровь невинных людей на своих руках. То, что он делал, то, что еще хотел сделать, заставляло его доброе сердце разрываться на части. Волшебник был сам себе противен. В его голове слышались крики, лязг мечей, шум льющейся крови. "- Они заслужили это," - говорил тогда Эмрис. Черт возьми, как он мог! Хотелось плакать от собственного бессилия. Отравленный кинжал жуткой правды распотрошил его страдающую душу. Мерлин ощущал на себе всю тяжесть произошедшего. Он причинил столько зла и боли. Ни в чем неповинным людям и даже тем, которых любил. Это сводило с ума еще больше. Его мучил вопрос, который брюнет просто не решался задать. В конце концов, Повелитель Драконов неуверенно кивнул своему другу и отрешенно спросил: - Артур? Пока я был... В общем, я... Я успел что-то сделать с тобой? - Мерлин, - устало протянул Артур. - Я чуть не убил тебя, - тихо постанывая от боли, грустно перебил его маг. - Я в порядке, - пытаясь, наконец, закончить с перевязкой, отозвался он. - Правда, Мерлин. Я в порядке, а теперь просто прекрати дергаться. Повелитель Драконов послушно кивнул, и рыцарь, бросив быстрый взгляд на него, продолжал аккуратно обматывать кровоточащую ладонь. Краем глаза король видел, как временами слуга морщится от боли, закатывая слезящиеся глаза. Перерезанное клеймо приносило много неудобств. Оно невероятно сильно болело, словно горело, а жгучая кровь быстро пропитывала ткань. Как ни крути, возвращение настоящего Мерлина вышло очень болезненным для него. Чародей сквозь боль внимательно наблюдал за движениями Пендрагона, снова погружаясь в свои мысли. Он судил себя, как самый жестокий судья и палач. Эмрис смотрел на Артура и не мог прекратить удивляться. После всего, что он сделал, тот не только не пытался его убить, но и более того поддерживал. Среди пронизывающего его душу холода от ужаса произошедшего, Мерлин вдруг почувствовал приятное тепло. Это было единственное чувство, дарящее свет падшему волшебнику. - Спасибо, - вдруг произнес хриплый голос мага. Артур тут же остановился и внимательно посмотрел на него. - Спасибо за то, что спас меня, Артур. - Ты и меня тоже спасал, - завязав узел, мягко ответил он. - И, как оказалось, даже больше, чем я смогу припомнить. - Кто же знал, что ты окажешься таким ослом, что заметишь это только через много лет, - ослаблено глядя на него своими светящимися синими глазами, усмехнулся Мерлин. - Не забывайся, - недовольно поморщившись, насмешливо отозвался Артур. - Я все еще твой король, в конце концов. - Для меня ты всегда будешь напыщенной королевской задницей, - прыснул Эмрис. - О, вы посмотрите-ка, Мерлин вернулся! - изобразив смесь бурного восторга и удивления, ахнул Король Былого и Грядущего. Это вызывало новый приступ смеха слуги, который едва заглушал его собственный. И все же, как ему этого не хватало. Отсмеявшись, волшебник с любопытством посмотрел на своего господина и, припоминая его сегодняшнюю фразу, насмешливо протянул: - Ты сказал, что я твой друг? - Не делай из этого событие, - закатив глаза пытливой улыбки друга, проворчал Артур Пендрагон, будто ответ был очевиден даже последнему болвану, коим иногда выставлял себя Мерлин. - И что тебе плевать на мою магию, - продолжал Повелитель Драконов. Король запнулся, воздержавшись от очередных горделивых комментариев. - Так, значит, ты простил меня? - неуверенно спросил молодой человек. - Давно простил, - чуть наклонив голову, ответил Пендрагон. За дверьми послышались звуки борьбы. Головы друзей резко повернулись в сторону дверей. Что-то тяжелое несколько раз врезалось в стену. Лязг мечей. Чей-то болезненный стон и все начало медленно затихать. Пока Артур и Мерлин находились в тронном зале, в замке вовсю продолжалось сражение и теперь без злобного мага медленно, но верно подходило к концу. Камелот одерживал верх. - Когда все закончится, все встанет на свои места, - снова обернувшись к слуге, пообещал правитель. - Ты ходить можешь? Эмрис, немного призадумавшись, кивнул, и Артур попытался, было, его поднять, как вдруг тот громко закричал, и они снова оказались на полу. Король ошарашено уставился на своего слугу. Лицо волшебника исказила гримаса боли, все его тело трясло словно от удара током, тяжелое дыхание срывалось с губ, горящие непередаваемым страхом глаза метались по тронному залу, в конечном итоге остановившись на своем господине. Это застало Пендрагона врасплох. Он не понимал, что происходит, и лишь сильнее сжал в нарастающем беспокойстве плечо друга, который истошно кричал от боли на его руках. - Мерлин! - подаваясь вперед, громко позвал его он, пытаясь не показывать всего ужаса, что сейчас его одолевал. - Моргана, - сбивчиво дыша в перерывах между болью, тихо проговорил Мерлин. - Она все еще здесь. - Что? - удивленно переспросил Артур. Тело чародея резко прогнулось, и с его губ снова сорвался отчаянный крик. Казалось, чья-то мощная рука выкручивает его внутренности. Все его тело обжигало адским жаром изнутри. Моргана требовала контроля. Он чувствовал это. Казалось, ведьма отчаянно скребла ногтями его плоть, стремясь вырваться на свободу. Однако магия Эмриса боролась с Верховной Жрицей Старой Религии, не давая ей вновь заполучить власть над магом. Измученная душа отчаянно металась по стенкам собственного тела. Чужеродный комок подходил к горлу, стремясь обхватить сознание. Черная магия изжигала изнутри, причиняя сильную боль. Повелитель Драконов в очередной раз закричал, видя сквозь слезы, как округляются в ужасе глаза Артура. Он крепко держал метающегося чародея, не зная, чем помочь. Казалось, что еще немного и короля охватит паника. На мгновение перестав биться в сильнейшей боли, колдун резко упал на колени друга и вымученно вымолвил: - Беги, Артур. - И не подумаю, - даже не заметив, как дрогнул его голос, сипло отозвался рыцарь. - Я не знаю, как долго смогу ее сдерживать, - отчаянно взывал к нему Мерлин. - Беги, пока не поздно. - Я никогда не убегал от опасности и тебе сдаться не позволю, - сдержанно ответил Пендрагон, продолжая дружески сжимать его плечо. - Не после всего, что было. - Я не могу, - ослаблено покачал головой маг, снова срываясь в болезненном крике. - Мерлин. Мерлин! - отдавшись эмоциям, тряс его за плечи он, пытаясь привлечь к себе внимание. - Ты должен бороться, слышишь? Не позволяй ей снова сделать это с тобой. До крови закусывая губу, Мерлин быстро закивал и, вымучено мыча сквозь плотно сжатые зубы, сорвался в громком крике. Волшебника бросало туда-сюда в пронизывающей дрожи. Слезы обильно покатились из глаз. Артур посильнее прижал к себе отчаянно ворочающегося друга, чувствуя, как сердце обливается кровью. Долгое время их знакомства он делал вид, что ему все равно, но это не было правдой. Признаться, скрывать свою привязанность к слуге у него вообще не очень-то и получалось, его поступки доказывали обратное. Вот и сейчас эмоции постепенно одерживали верх. Он не мог выносить этих криков. Ярость клокотала внутри. Моргане еще ни разу не удавалось довести его до такого состояния, в котором Пендрагон был сейчас, и все же он не мог ничего сделать. А боль по-прежнему скалила зубы, обдавая огнем, но маг поклялся своему королю, что будет сражаться как делал всегда. Нужно лишь перетерпеть. Осталось продержаться совсем чуть-чуть. Сэр Гвейн уверенно наступал на гоблина. Меч со свистом разрезал воздух. Резкий выпад вперед. Шаг в сторону. Глиняные тарелки одна за другой летят в рыцаря. Пригнулся. Посуда вдребезги разбивается об стены. С гадким хихиканьем магическое существо продолжает обстреливать его. Прогнулся назад. Очередная тарелка проносится рядом. Уход бедрами в сторону. Свист. Еще! Пригнувшись, Рыцарь Круглого Стола постепенно приближается к нему. Наконец, последний снаряд разбивается об стену, оставляя гоблина ни с чем. Молодой человек выпрямился и демонстративно отряхнулся, исподлобья поглядывая на противника. Существо нервозно хихикнуло и запрыгнуло на стол. Гвейн угрожающе замахнулся. Тот быстро исчезает в воздухе. Меч с тупым звоном вонзается в дерево. Позади слышится противное хихиканье. Быстро освободив меч, обаятельный рыцарь резко оборачивается. Никого. Лишь ветер, завывая, гуляет по дому сквозняке. Эхообразный смех гоблина окружает его со всех сторон, но самого существа нигде нет. Крепко сжимая меч до побеления костяшек, сэр Гвейн стоял на месте, вслушиваясь в каждый шорох. Его храбрый взгляд напряженно скользил по дому, пытаясь уловить малейшее движение. Пульс зашкаливал в нервозности и азарте. В соколином взгляде сияла решительность. Грудь вздымалась в тяжелом дыхании. Что-то уловил краем глаза. Маленькая тень медленно плывет по грязному полю. Быстро вдохнув в грудь побольше воздуха, молодой человек горделиво приподнял голову и, сильнее сжав свое оружие, резко обернулся. - Тише, Мерлин, не дергайся, - повторял успокаивающий голос Артура, продолжая удерживать рвущегося чародея. - Артур, - трясясь в ознобе, пробормотал имя друга он. Глаза Мерлина горели золотом. Пендрагон непроизвольно вздрогнул при виде столь очевидного проявления магии. Его рука сама потянулась к мечу, но король подавил в себе былые рефлексы, убеждая себя, что Мерлин не причинит ему вреда. Волшебник видел это и с вниманием продолжал смотреть на него. Было видно, что монарх напряжен. - Тебе все еще тяжело воспринимать магию так близко, - понимающе кивнув, с передышкой произнес Эмрис. - Я справляюсь, - сдержанно отозвался Король Былого и Грядущего. - Артур, это странное ощущение даже для меня, - подбадривающее улыбнулся Мерлин и снова задохнулся в громком крике. Капельки пота выступили на лбу. Кожа слуги бледнела с каждой минутой, синяки снова выступили под слипающимися во сне глазами. Боль терзала его, сильно выматывая. Моргана же постепенно приближалась к нему. Он чувствовал это. Еще немного и ведьма победит его. Повелитель Драконов медленно угасал, поддаваясь сну. Артур Пендрагон прекрасно видел, что сил у его слуги оставалось немного. Рыцарь отчаянно удерживал его в реальности, не давая провалиться в забвение. Он не мог позволить себе потерять своего друга вновь. Он боялся этого даже больше, чем мог представить, и все же пытался оставаться сильным и сдержанным. Но когда Мерлин вдруг вывернулся из его рук и начал с отдышкой сплевывать чернеющую от воздействия магии кровь на пол, блондин перепугался не на шутку. - Мерлин! - испуганно воскликнул Пендрагон, похлопывая по щекам обмякшего на его коленях волшебника. - Мерлин, не смей засыпать. - Я больше не могу, - качая головой, пролепетал он. - Прости, Артур. Это выше моих сил. - Ты ведь не вздумал оставить меня? - чувствуя, как защипало в глазах, с натянутой улыбкой вопрошал рыцарь. - Даже не думай, я тебе не позволял! - У тебя слишком раздутое эго, - слабо прыснул слуга. - Мерлин, ты должен держаться, - обеспокоенно подавшись вперед, начал король и, нервозно усмехнувшись, продолжил. - Кто-то же должен стать моим придворным магом, когда все закончится. - Что? - задохнулся в удивлении Мерлин, переводя затуманенный взгляд на него. - Ты хочешь сказать, что..? - Думаю, магия может быть не только злой, - подтверждающее кивнув, уклончиво отозвался он. - Многие законы ужасно устарели, но настали новые времена, и нужно их менять. - И ты хочешь, чтобы я был твоим придворным магом? - еще больше удивился чародей. - К огромному сожалению, - по-старому усмехнулся Артур, видя счастливое неверие в глазах друга. - У меня нет другого выбора, ведь остальные колдуны наверняка сначала попытаются меня убить. "- Только ты мог испортить такой момент", - подавляя в себе очередной крик, покачал головой Повелитель Драконов. - А как же народ? - спросил молодой человек. - Они не примут меня после всего, что я сделал. - Мерлин, - заглядывая ему в глаза, положил обе руки другу на плечи Артур Пендрагон, - поклянись, что ты никогда не будешь использовать свою магию во зло. У меня не так много людей, которым я могу полностью доверять, так что, прошу, поклянись мне. - Клянусь, Артур, я никогда не причиню вред ни тебе, ни Камелоту, - поклялся ему Мерлин тем тоном, которым обычно заверял Артура, каким великим королем ему суждено стать, и Пендрагон верил, что его друг говорил искренне. Меч с силой вошел в сердце ошарашенного гоблина, и сэр Гвейн тут же отступился назад. Кровь обагрила лезвие. С округлившимися от удивления глазами магическое существо покачнулось и замертво рухнуло на пол. Не успел рыцарь убрать меч в ножны и толком порадоваться своей победе, как яркая вспышка ослепила его. Гвейн закрылся руками от не щадящего света вместе с находящимися в замке Мерлином и Артуром, а дальше установилась тьма полная забвения.

***

Смех разносился по всему тронному залу. В воздухе витала музыка. Богато заставленные различными блюдами столы вмещали в себя множество рыцарей и друзей короля. Прислуга торопливо сновала вокруг, то и дело подливая и без того изрядно подвыпившим участникам застолья еще вина. Кубки со стуком сталкивались друг с другом. Брызги терпкого вина разлетались в стороны. Разговоры и веселье не прекращались ни на секунду. Неделя турнира подошла к концу и гостьи разъехались по своим королевствам, оставляя короля Камелота вместе со своей свитой праздновать полную и безоговорочную победу. К слову, эго короля от этого возросло еще больше, ведь каждый считал своим долгом поздравить его и выказать свое восхищение. Все кроме Мерлина. Волшебник лишь молчаливо следил за полнотой кубка своего господина, временами всезнающе хмыкая над очередными восхищенными возгласами в адрес Пендрагона. И, конечно же, никто не вспомнит, что слуга в очередной раз спас неблагодарный королевский зад от незадачливых убийц, бесчестно пытающихся поразить монарха ударом в спину прямо во время турнира. Хотя, надо отдать Артуру должное, держался он вполне достойно и не пустился в горделивое хвастовство, как часто бывает с другими победителями. - Поздравляю с победой, милорд, - улыбнулась Гвиневра, накрывая его руку своей. - Благодарю, моя королева, - растянулся в ответной теплой улыбке Артур, любовно сжимая ее мягкую ручку, переплетая пальцы. Девушка звонко рассмеялась, смущенно опуская голову. Мерлин, стоя за спинкой трона, украдкой закатил глаза, наблюдая за граничащем с позерством выражением лица друга, и ухмыльнулся. Муж и жена весело смеялись, о чем-то перешептываясь, пока к столу не подошла одна благородная дама и с поклоном не обратилась к ним. - Позвольте, я украду ее у Вас на время, Ваше Величество? - с почтительной улыбкой поинтересовалась она. - Конечно, - немного помедлив, кивнул правитель, только разведя руками. Гвен поднялась со своего места и, о чем-то весело переговариваясь с леди Катрин, скрылась средь празднующей толпы. Пир шел полным ходом. Со вздохом Артур Пендрагон откинулся на своем троне, с задумчивой улыбкой покручивая в руках свой кубок. Его взгляд был отрешен. Казалось, молодой человек пребывал в своих мыслях. - Еще вина, сир? - вдруг спросил появившийся из-за трона Эмрис. Король Былого и Грядущего вздрогнул, очнувшись от своих раздумий. Нахмурившись, он посмотрел на ожидающего ответа слугу и, поняв смысл его вопроса, только вытянул к нему руку с опустевшим кубком. - Кстати, Мерлин, - пока алое вино с характерным шумом лилось в его кубок, как будто бы вспомнив, протянул Артур. - Ты ничего не забыл мне сказать? Повелитель Драконов не на шутку испугался. Его охватила паника. Неужели Артур знает? Неужели король видел, как он колдовал во время турнира? Вино вылилось за края кубка, обливая руку монарха. Завидев это, Мерлин спешно отшатнулся, убирая кувшин. - Мерлин! - возмутился Пендрагон, тряся облитой рукой. - Простите, сир; это случайность, милорд; такого больше не повторится, Ваше Величество; не отправляйте меня в темницу, - пылко протараторил чародей, еще далеко не закончив, когда рыцарь вдруг перебил его. - Так стоп, - несколько оторопев, приостановил его словесный поток Артур. - Отправить тебя в темницу? Ты вообще о чем, Мерлин? - Думаю, Вам стоит уточнить, милорд, - чуть успокоившись, неуверенно произнес он. - А Вы о чем? - Я-то о том, что ты единственный, кто не поздравил меня с сегодняшней победой, - с расстановкой отозвался Артур. Эмрис растянулся в облегченной улыбке, едва слышно выдохнув. Он уже испугался, что Пендрагон догадался о его магии. - А вот о чем ты подумал, я не знаю, но мне крайне интересно, чему ты так испугался? - с подозрительным прищуром продолжал тот. - Ничему, сир, - слишком быстро покачал головой маг. - Ты опять оставил счет в таверне на мое имя? - с некоторой угрозой в голосе разоблачительно произнес молодой человек. - И в мыслях не было! - защитно выставив обе руки вперед, спешно заверил его слуга с самым невинным выражениям лица. Монарх с минуту смотрел в эти честные непричастные глаза и, наконец, сдавшись, медленно произнес: - Ты странный, Мерлин. Иногда мне кажется, что ты что-то скрываешь от меня. - Что же я могу скрывать такого, чего бы не заметил сам король? - округлил глаза в удивлении волшебник. - Действительно, какие у тебя могут быть тайны? - согласившись, отмахнулся он, даже не заметив, как его слуга в очередной раз закатил глаза. - Возвращаясь к теме турнира, я внимательно слушаю тебя. - Твое самолюбие потешили уже и без меня - я не буду к ним присоединяться, - со смешком покачал головой Эмрис. - Ты понимаешь, что это очень невежливо, Мё-лин? - по слогам протянул его имя Пендрагон. Чародей устало задрал голову к потолку: - Не коверкай мое имя. - Отчего же? - развлекался рыцарь. - Как же ты заносчив и высокомерен, - насмешливо приподняв бровь, пробормотал он. - Не сказал бы, - наморщив нос, отозвался Артур. - Я очень даже милосерден и великодушен. - Интересно, с чего это ты взял? - участливо осведомился Мерлин. - С того, что любой другой на моем месте давно бы выгнал такого грубого и бесполезного слугу как ты, - ухмыльнулся Король Былого и Грядущего, отпивая из своего кубка. - Просто у тебя нет выбора, - пожал плечами Повелитель Драконов. - Никто не сможет вытерпеть такого как ты, кроме меня. Опустив голову, Артур только усмехнулся и, скосив взгляд в его сторону, врезался плечом в друга. Тот, чуть отшатнувшись, ответил тем же. И повторялось все это снова и снова, под их дружный смех. Два молодых человека. Слуга и его господин. Маг и король. Мерлин и Артур. Два друга с одной великой судьбой на двоих. Казалось бы такая невозможная дружба день за днем поражает своей преданностью и самоотверженностью. Несмотря на все свои шутливые перепалки, они стоят друг за друга, словно братья. Ведь они так похожи, ведь они две стороны одной медали. И какие бы испытания им не послала бы судьба - они совсем справятся, ведь путь еще так далек. Пусть эти двое еще многого не узнали друг о друге. Пендрагон заплатил высокую цену за спасение своего волшебника, и теперь они вряд ли когда-нибудь вспомнят, что случилось за эти полторы недели, но все к лучшему. Главное, его друг снова стал самим собой и был рядом. В конце концов, разве не это счастливый конец? - Принеси еще вина, - перестав смеяться, произнес король. Мерлин послушно кивнул и, взяв пустой кувшин, зашагал вперед, как вдруг остановился в задумчивости. За веселым пиршеством никто так и не заметил, как мрачен был весь вечер слуга, то и дело хмурясь. В его глубоких глазах было столько боли и чувства вины, от которых маг никак не мог избавиться, однако старательно скрывал их от остальных. И все же его не оставляло чувство, что он должен это сказать. - Артур, - обернувшись, усилием воли окликнул его молодой человек и, добившись внимания от своего короля, произнес. - Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня. Вы все. Спасибо. Пендрагон непонимающе нахмурился, что-то усиленно пережевывая, и спросил: - Эээ... Что...? О чем ты говоришь? Вы с Гвейном что, опять весь вечер по тавернам ходили? Мерлин, что бы ты ни имел в виду, это наверняка твой очередной странный сон. - Сон, - тихо повторил Мерлин и, растягиваясь в широкой улыбке, громко воскликнул. - Сон! Конечно, сон. Артур, я сейчас принесу тебе вина! И с этими словами чародей в приподнятом настроении вприпрыжку направился по своим делам. Король Былого и Грядущего с хмурой настороженностью наблюдал за поведением своего слуги, уже начиная считать его идиотом, как вдруг смягчился, и, неожиданно для него самого, его губы сами тихо вымолвили в легкой улыбке: - Не за что, Мерлин.

***

В глубокий колодец едва просачивался свет. Внутри было сыро и сквозило холодом. Запах плесени стал до тошноты привычным. Несчастная пленница была прикована кандалами к стене, не в силах разогнуться. Все тело болело, запястья стерлись в кровь, а со всех сторон окружала лишь тьма. Тяжелая голова ерзающего в их тесной камере дракона легла на колени вымученной ведьмы. За год заточения она сходила с ума постепенно. Ни солнца, ни свежего воздуха, лишь до отвращения самовлюбленный голос лорда Аматы звучал в ее голове. Надежда на освобождение и месть давно умерла, и Верховная Жрица ожидала, когда то же самое случится с ней. Вдруг крышка колодца начала медленно ползти в сторону, впуская вовнутрь столь необходимые лучики света. Почувствовав, как солнце ударило в отвыкшие от света глаза, Моргана медленно подняла голову вверх, сквозь спутавшиеся черные волосы, тяжело дыша взирая на мир. Ощутив внезапное тепло солнечных лучей, дракон очнулся ото сна и, в интересе вытянув шею к голубому небу, громко зарычал.