Часть 13: Революция
9 мая 2024 г., 16:49
POV: от лица Музычки
Дорогой дневник,
Сегодня мне удосужилось посетить мою давнюю "знакомую". Я с самого начала знала, что принимая её на работу я совершаю большую ошибку. Данная иллюзия сопровождала меня все эти месяцы, как наполовину отвалившаяся пятка. НО как говорили мудрейшие, кто не совершает ошибку, тот не ебался без гандона. Так вот, о чем это я... Всё это долгое вступление...оно такое долгое..слишком долгое... Поэтому нахуй его и перейдем к сути этого дня:
Медленно перебирая свои чересла к знакомому 301 кабинету химии, я осознала, что в последнее время бываю здесь слишком часто. Чаще, чем на могиле покойного учителя по сольфеджио, который заменил мне отца (он слишком хорошо трахается). Моя новоиспеченная "подружка" встретила меня тепло и миролюбиво - с бутылочкой красного полусухого собственных соков. Я, скрутив усопшую шейку матки бедра, принялась за свертывание одурманивающих свертков. Химичка пригласила меня за импровизированный столик. На нём разлагались заплесневелые фрукты и новоиспеченные ЯГОДНЫЕ пончики. От такого вида моя оставшаяся слюнная железа подала признак радостного возбуждения. Блять, моя матка вся обволосилась...
Химичка, опьяненная алкогольным изделием, уже начала открыто рассказывать о своём бытие. Среди течения этого потока сознания, помимо бесполезной трепотни и мизогонийских высказываний, в её тупорылой речи проскользнуло несколько важных моментов:
- Знаешь, с моими-то размерами сложно найти мужчину по величине, чтобы язычок дотягивался хотя бы до вульвоночки... Вот даже этот подсосник, как там его? Малирия? Москит? Мама?
- маслов
- Да, это хуйло. Он приходил ко мне свататься: всё хвалился своей тарталеточкой торпедочкой, и бровушкой. Я его нахуй послала конечно... Он же твой подсосник, right?
- sesendo menendo (minet) sisichki teplye brovushki gotovushki??? (итал. нет, нахуй мне этот недоконченный сперматозоид???)
- I don't underrrstande v yelde.. Ripit it aгхain in rusisi plyaz daddy
- Ну что непонятного!? Мелкая масленка не мой и никогда не помоет, он просто помои, а не должностное лицо ИП Музычка подписывайся на канал
- Хм.. От него пахло соплями и винстоном... Он даже хрюкал возвышенно...
После непродолжительных побеседушек, я гордо встала с белого короля и, плюнув на прощанье, раскрепощенно-вольным-интимным шагом попездала к выходу. Я знала, чем я займусь... Кем я займусь...
***
По пути заползя в кабинет французского, я внезапно узрела в этом кабинеееете больше двух человек, и эти членовеки даже не были уборщиками, либо санитарами, либо крысами. В кабинете стояло четыре малознакомых мне личности. Первая - мало кому известная учительница французского (я не помню, как её зовут, чёрт попутал, она каждую неделю приходит с новым резюме, новым дилдаком, и даже волосюки её каждый раз меняют цвет своего плесневого покрова), но одно я знала точно - она та ещё заморская фифа, которая уж слишком часто обвивала свои стервозные пальчики вокруг учеников. Шлюха даже не понимает, какую дорогу она хочет перейти, и кому принадлежит эта дорога! Остальные три личности были обычными подсосниками, работавшими за копейки и жалкие нифеля: маслов, Родион, Семя. В обычные дни мои небесно-голубо-ангельские очи бы и не взглянули на них, но тогда я преследовала конкретную цель, конкретную маслянистую попочку, поэтому я взглянула на их долбоебские телеса в ноте "до" - я знала, что мне нужно было показать свою власть, что я не просто скатывающаяся сопля, а нос, с которого течет эта сопля; я не просто говно, я Jesuses сверхъестественный епта... Но как? Выход один - повторить историю Николая Александровича в тысяча девятьсот восемнадцатом. Я не знала, каким оружием их расстреляли, но знала точно - они сдохли. Потому я без промедлений достала из закромов чёрный потёртый револьвер, который достался мне от деда Владимира Ильича. Я знала, что моя рука не дрогнет.
Встав спиной к доске, я быстро, скропостижно и величаво вознесла пистолет в воздух на метр сорок (таков уж мой рост, и то если на носочках и если будет дуть попутный ветер). Затем, пронесся страшный выстрел. Первой полегла француженка, и её серо-буро-французские волосы жалко растеклись по полу вместе с кровью и слюной. После с ней вприпрыжку (хотя так говорят про живых.. похуй, мой дневник, суки) улегся маслов-масленка-маслянистая-пизденка. Я подползла ближе, и пока он всё ещё подавал признаки долбоебизма произвела нескольких дополнительных и безжалостных выстрелов (я хотела вызвать проститутку, чтобы она его добила, но знала, что приехала бы Химичка, а точнее её мама, но она чалила в канаве, так что приходилось полагаться только на своё величие). Мои удары пришлись точно в цель: в несуществующий пах, в левую прыгательную ногу, в широкие дагестанские ноздри и в пустую, как грецкий орех, голову. Когда этот червяк ссохся, я могла смело забирать его на рыбалку для рыбок. На самом деле, сегодня в столовке были сосисечки в тесте, поэтому у меня не было времени разделываться с другими безмамнышами, которые никчемно забились в угол, дрожа, потея, считая каждую секунду (а за это время я успела посчитать синус этого угла), и прикрываясь учебником английского. Для профилактики я выстрелила им в сердце, это же не смертельно.
Кончив дело, гуляй смело. Я пошла пить пиво))))