Pay it forward/Заплати другому

      Моё сердце колотилось, как сумасшедшее. Каждый его удар, проталкивающий кровь по артериям, эхом отдавался в висках. Это нормально? Должна ли я обратиться к врачу? Наверно, это все от стресса.       Имперская точка, которую я избрала своей целью, являлась, внезапно, магазином матрасов. Предположительно, это был местный перевалочный пункт, куда поступали деньги от незаконной деятельности для их последующей отмывки. Обратно возвращались товары для сбыта, стрелковое оружие, всякие припасы для рядовых членов банды. Не факт, что я вообще права в своём предположении: мне приходилось делать выводы исходя из контекста разрозненных сообщений, но именно этот вариант кое-что объяснял. Например, почему в городе было так много магазинов матрасов, в которых, казалось, никогда не бывало клиентов, но при этом они все ещё не закрылись.       Это означало, что почти всё в Броктон-Бей было каким-то образом испорчено. Небольшие магазинчики, отстёгивающие на лапу чиновникам, платящие рэкетирам за защиту или превратившиеся в пункты отмывки денег, школы, ставшие бандитскими мини-вотчинами, политики, позволяющие городу беспрепятственно разлагаться. Чем больше я всматривалась, тем больше я замечала, насколько глубоко проникла коррупция. Гниль распространилась от ветки до корня. Тот факт, что единственным человеком в городе, пришедшим мне на помощь, оказалась безумная бомбистка, о чём-то да говорит.       Я переоделась в переулке за магазином, который собиралась ограбить. Нет, стоп, не ограбить, нужно что-то более героическое. Освободить? Очистить? Нет, определенно не очистить, не по отношению к нацистам. Впрочем, это не имело значения: магазин был липовым, деньги — грязными, и все это принадлежало сторонникам белого превосходства. Я не буду испытывать угрызений совести, грабя их, в независимости от того, какой глагол тут использовать.       На дворе стояло скорее раннее утро, чем ночь. Моя цель была единственным местом, у которого я знала точное время приема-сдачи товара, приходящееся на ранний вечер. Были и другие точки, но только сюда сегодня хотят отправить усиленную группу инкассаторов. Я подумала, что тут точно кого-нибудь оставят на ночь, хотя бы затем, чтобы поработать без необходимости изображать из себя честных продавцов матрасов. Исходя из этого, я выбрала для атаки раннее утро. Надеюсь, сторожа уже устали и не будут никого ждать. В конце концов, гангстеров никто и никогда не изображал жаворонками.       Слегка потрепанная металлическая дверь стала первым барьером на моём пути. Врезанная в кирпичную стену годах, наверно, в 80-х. У меня в руке появился первый инструмент. И это не технарская граната, это была старая-добрая монтировка. Мне не нужно взрывать здание, только оторвать замок. Папа учил, что любая дверь прочна ровно настолько, насколько прочна стена, в которую вмурована рама. Он получал много советов по безопасности от докеров, а, следовательно, и я тоже.       Дверь была побитая, но все еще крепкая. Тем не менее, это был дешевый и не очень толстый металл. На это указывали глубокие вмятины на его поверхности. Я воткнула монтировку в зазор между дверью и стеной и всем весом навалилась на получившийся рычаг. Пот лился градом. Не от напряжения, а от страха. Сейчас было бы самое худшее время для того, чтобы попасться, и я никогда не делала этого раньше. Целясь в место рядом с ручкой, я просто по чуть-чуть отгибала раму до тех пор, пока относительно слабый засов не выскочил из паза. На меня нахлынуло облегчение, когда дверь медленно открылась. Об этой части плана я волновалась больше всего, но, думаю, мы были достаточно глубоко на территории Империи, чтобы они относились к безопасности спустя рукава.       Мне открылся вид на помещение, которое явно было комнатой отдыха. Бледный искусственный свет, маленький стол, несколько стульев и мини-кухня с обязательной кофемашиной. Я вошла внутрь, осторожно прикрыв за собой дверь. Мои ноги мягко ступали по кафельному полу, пытаясь не издавать звуков. Я засунула монтировку обратно в сумку и вытащила из-за пояса дубинку.       Дубинка в руке, пистолет в кобуре, гранаты на поясе. Сосредоточься на плане, Тейлор, и продолжай двигаться вперед. Не задумывайся ни о чем. Колебание убьет тебя. Они без капли сомнения сделают с тобой что-нибудь плохое.       Я проговаривала это в уме, как мантру, пока кралась по коридору. Там было две двери: одна явно вела в главный выставочный зал, другая — вглубь здания. Сомневаюсь, что они прячут все самое интересное на виду, так что выбор очевиден.       Я вошла в коридор и начала медленный, мучительный процесс методичной проверки каждой двери. Шкафчик с чистящими средствами, смешанный санузел, скудно украшенный, почти лишенный мебели, офис управляющего, и еще один выход. Конечно, тут должно быть что-то еще.       Я развернулась, снова проверив каждую комнату. Очевидно, что офис менеджера выглядел неуместно, но и что-либо спрятать там негде. Все, что в нем было — это старые документы, выключенный настольный компьютер и несколько искусственных растений. Я даже их проверила. Ни одной подозрительной вещи.       Я ошиблась? Это было бы сокрушительным поражением. Накрутила себя, приложила столько усилий на подготовку и потратила столько нервов, и все это лишь для того, чтобы ограбить захудалый магазинчик матрасов. В моей голове возникло смутное ощущение неправильности подобного вывода. Нет, я не могла ошибиться, тут точно что-то было не так.       Я вернулась в комнату отдыха. Насколько мне было известно, в демонстрационном зале сидел только один парень. Не знаю, есть ли там сейчас еще кто-нибудь, но в подсобных помещениях все было чисто. Я не могла просто выйти в холл и начать допрашивать продавца. Если я ошибалась, и это был обычный магазин, то я бы почувствовала себя полнейшим ничтожеством.       Медленно приоткрыв дверь, я заглянула через щель в выставочный зал. Это было самое просторное помещение в здании, занимавшее большую его часть. Ряды кроватей с роскошными подушками и пушистыми одеялами были выстроены под теплыми лампами, висящими под потолком. За столом в углу сидел один очень скучающий продавец, уткнувшийся в телефон. Насколько я могу судить, всё выглядело законно. Если бы у меня не было информации об обратном, я бы даже не заподозрила иного.       И все же что-то тут было не так.       Я проверила комнату отдыха, подсобные помещения, а теперь и выставочный зал. В здании больше ничего не было. Так, где же они прячут «товар», если магазин был таким маленьким?       Если магазин был таким маленьким… где они хранили все матрасы, которые якобы продавали?       Динь-дон. Все, что у них было — это матрасы в демонстрационном зале, которые явно предназначались только для показа. Что за магазин такой, в котором нет товаров? Тот, которому не важны продажи. Это противоречило основным принципам капитализма, по крайней мере, как я его поняла из программы средней школы.       «Товар» должен был быть в выставочном зале, и я даже подозревала, где именно. Проблема заключалась в том, чтобы проверить мою теорию, не вступая в драку с продавцом. Если он был имперцем, то я не хотела бы терять элемент неожиданности, будучи относительно мягкотелой девочкой-подростком. Я подумывала о том, чтобы включить пожарную сигнализацию, и, к моему удивлению, нашла ее в комнате отдыха. Можно было бы предположить, что её не будет, так как здание — всего лишь прикрытие, но маленькая красная коробочка скромно висела на стене. Наверное, нацисты заботились о пожарной безопасности.       Тем не менее, если я активирую тревогу, то сюда нагрянут пожарники. Или, по крайней мере, это привлечет излишнее внимание. Не очень хорошо для моей гражданской инициативы по отчуждению незаконно добытых денежных средств. Вместо этого я выбрала более простой, хотя и корявый, план: медленно распахнуть дверь, и, не выходя в зал, спрятаться за стенкой у дверного проема.       Парень не замечал этого в течение нескольких минут, просто неотрывно пялясь в свой телефон. Господи ж ты ж Боже ж мой. Я тихо тушевалась еще минуту, думая, что провалила простейшую задачу, прежде чем продавец всё-таки заметил и вошел в комнату с выражением какого-то скучающего любопытства на лице.       Оно моментально изменилось, когда парень повернулся и увидел ствол пистолета в нескольких дюймах от своего лба. Он шокировано отскочил, растеряв всю скуку.       — Ну-ну, не дергайся ты так, — фыркнула я.       Парень уставился на пистолет, медленно осознавая ситуацию, пока его мозг пробуждался из-за прилива адреналина. Его взгляд переместился на мою маску, и он произнес одно слово:              — Кейп?       Меня это вполне устраивает. Я кивнула.       Он сглотнул и медленно поднял руки над головой.       — Имперец?       Он заколебался. Я заметила кусочек татуировки с нордической рунной вязью, проглядывающей из-под его потертой темно-синей рубашки, и кивнула на нее.              — Нет смысла это скрывать.       Парень на мгновение задумался, прежде чем кивнул в ответ:              — Да.       Джекпот. Плюс один балл за то, что не облажалась.       — Я знаю, что у тебя тут есть всякие интересные штуки. Деньги, оружие. Покажи, — я старалась быть краткой и пугающей. Не хотелось сболтнуть слишком много, показать свою неопытность и всё испортить.       — Э-э, это там, — имперец ткнул большим пальцем в сторону демонстрационного зала. — Могу я двигаться или-и-и.…?       Он неуверенно вытягивал последний слог, прежде чем я слегка склонила голову в сторону в знак согласия. Он вышел в выставочный зал, пока я прятала пистолет собой так, чтобы он был направлен ему в спину и при этом не виден с улицы. Я не хотела стрелять в него… но и в того бандита из переулка тоже. Я оставлю за собой след, даже если он выйдет немного уродливым.       — Тут, — парень пнул один из больших раскладных диванов.       — Открой его.       Мужчина снова заколебался. Он стрельнул взглядом в сторону окон, и я поняла, почему он тянет. Любой, кто проходил мимо, мог увидеть, что происходит. На окнах имелись ставни, которые они, вероятно, опускали, когда хотели уединения, но это займет слишком много времени и может принести больше потенциальных осложнений, чем мне бы хотелось.       Я демонстративно переместила дуло вверх, чтобы указать выше, на его голову.              — Открывай.       Он снова поднял руки в универсальном жесте «хорошо-хорошо» и наклонился, поднимая диван. Толстое одеяло и подушки упали на пол. Внутри обнаружился тайник. Несколько упакованных в пакеты стопок наличных денег. Несколько пистолетов-пулеметов и магазинов к ним. Никаких наркотиков, что меня удивило, но, наверно, не всё, что я видела в фильмах, было правдой. Я сбросила открытый рюкзак с плеч на пол, стараясь держать между нами некоторую дистанцию.       — В сумку всё. Сначала наличные, потом остальное, — приказала я. Прежде всего потому, что я не была уверена, сколько в неё влезет. Конечно, все ПП точно не поместятся, но мне-то нужен только один. Деньги были намного полезнее, даже если я не уверена, где можно купить то, что нужно для геройствования.       В мгновение ока моя сумка оказалась наполнена до упора. Вся наличка, два ПП и большая часть боеприпасов. Я подняла её и почувствовала, что едва справляюсь с весом. Черт, это было тяжело. Я осторожно надела сумку на плечи, затянув ремни, чтобы они не впивались так сильно мне в спину.       Имперец внимательно наблюдал за мной, переводя взгляд с меня на окна позади него. Когда я закончила, он открыл рот, простояв так секунду, прежде чем заговорить.               — Так, что… я… пойду?       Как бы мне ни хотелось ослабить Империю и просто оставить его связанным для полиции, у меня не было доказательств. Копы, скорее всего, будут искать меня, а не копать под него. Эта мысль вызывала мрачные воспоминания. Власть имущие всегда всё портили, набрасываясь не на тех людей. Я не могла просто сидеть и ждать, пока кто-то другой качнёт весы на сторону хороших парней. Это было бы слабостью. Если я хотела, чтобы что-то изменилось, я должна взять всё в свои руки.       Опустив дуло, я выстрелила имперцу в ногу.       Он застыл на мгновение от шока, не заметив, что я сделала то же самое. Мой палец нажал на спуск до того, как мысль до конца сформировалась. Мужчина упал на растрепанный диван, схватившись за ногу. Убегая из магазина, я уходила с победой.       Мой первый успешный сольный выход без травм. Я приобрела деньги и оружие, не потеряв никаких невосполнимых припасов. Я делала успехи. Я чего-то добилась.       И это только начало.