О романтичных и чувствительных натурах
13 мая 2022 г., 11:17
2003-2005 годы.
Гарри собирался с мыслями уже третий день. В первый ему было совсем неловко, на второй он решил, что это всё глупости, а на третий зачем-то запаниковал. Упорно повторяя самому себе, что Малфой его не съест, да и вообще ничего такого в этом нет, Поттер всё равно ощущал себя так же, как когда пытался найти партнёршу на Святочный бал. То есть неудачником, которого точно пошлют. Ладно, здесь нужно действовать как с пластырем — быстро и без сомнений. Но подождать до вечера всё-таки стоило. Нет, никаких вечеров. Сейчас или никогда. — Малфой, — обратился Гарри к завтракающему супругу, — давай… Конец предложения что-то не получился. Драко заинтересованно посмотрел на него, ожидая продолжения. Поттер молчал, чувствуя, что ещё и краснеет под пристальным взглядом. — Так что ты хотел? — уточнил Малфой, так и не дождавшись окончания реплики. Напомнив самому себе, что давным-давно убил Волан-де-Морта, Поттер глубоко вдохнул и выпалил на одном дыхании: — Давай сходим куда-нибудь вместе. Драко отреагировал на предложение задумчивым выражением лица. — Ну я в среду вечером свободен и весь в твоём распоряжении. Или, как вариант, в четверг можем вместе пойти к Забини на покер. Завтра не могу — я поздно вернусь из Министерства. — Прости, я не совсем правильно выразился, — пробубнил Поттер, принявшись мять в пальцах салфетку. — Я хочу пригласить тебя на свидание. На нормальное свидание. Романтичное. Драко удивлённо посмотрел на супруга. — Мы можем погулять по двору Забини и оценить его новый сад, по-моему, вполне романтично, — проворчал Малфой. Понятно, Гарри отказал даже его любовник и по совместительству муж. — Мерлин, Поттер, ты там расстроился, что ли? — смягчился Драко. — Хорошо, пойду я с тобой на свидание, только давай без магглов и в нормальное место куда-нибудь. Гарри сразу повеселел. — Правда, я вообще не понимаю, с чего тебе эта идея взбрела в голову, — прокомментировал Малфой, возвращаясь к завтраку. — Потому что мы ни разу не были с тобой на свидании, — уже спокойно ответил Поттер. — Что-то ты поздно спохватился. Тебе бы меня на свидания лет так пять назад водить, знаешь. Нормальные люди держатся за ручки до того момента, как сочетают себя узами брака. — Малфой, пять лет назад ты сидел под домашним арестом, — мрачно сказал Гарри, моментально растеряв весь настрой. — Зачем ты вообще про это вспомнил? Я просто хотел провести с тобой время. — Поттер, отлично провести время мы можем хоть прямо сейчас в нашей спальне. А вместе мы с тобой постоянно куда-нибудь ходим. Гарри закатил глаза. — Куда мы ходим вместе? В гости к Забини? На допросы в аврорат? Или, может быть, в Малфой-Мэнор? — Поттер, мы бываем на публике чуть ли не каждую неделю, — упрямо возразил Драко. — В прошлом году вместе ездили на чемпионат, в этом тоже поедем. Мерлин, мы живём вместе, неужели тебе недостаточно моего общества? Мне казалось, ты радовался, что я тебя не трогаю и не разговариваю с тобой лишний раз. — Малфой, а тебе не кажется, что есть разница между тем, что я говорил тебе в самом начале и говорю сейчас? Драко странно посмотрел на него. Поттер отвернулся и уставился в окно. Обидно было до ужаса. Ещё и в голову полезли слова Нарциссы, сказанные не так давно о том, что Малфой замечательно выучил свою методичку о том, как быть отличным чистокровным главой рода. — Ладно, я всё понял, — наконец выдавил из себя Гарри. — Прости, что затеял этот разговор. Ничего мне от тебя не нужно. В среду вечером, вернувшись из Министерства на полтора часа раньше, чем обычно, Драко Люциус Поттер-Малфой с крайне недовольным выражением лица потащил Гарри Джеймса Поттера-Малфоя на прогулку в парк. Отдышавшись после совместной аппарации Малфоем, Гарри с нескрываемым восторгом рассматривал окружавшее их великолепие из пышных деревьев и потрясающих клумб. Драко уже привычным жестом предложил обхватить его за локоть и медленно повёл супруга по выложенной брусчаткой дорожке. Никого здесь практически не было в будний день. Поттер с интересом разглядывал прекрасные пейзажи, бродя с Малфоем по аллеям. Драко ничего не говорил и никак не комментировал происходящее, держась отстранённо. Спустя минут пятнадцать неспешной молчаливой прогулки Гарри не выдержал. — Ты чего такой хмурый? — спросил он у откровенно угрюмого и погружённого в размышления Драко. — Не всё ли равно? — безразлично ответил супруг. — Наслаждайся прогулкой. Поттер остановился и вырвался. Настроение было испорчено напрочь. — Малфой, в чём твоя проблема? — тихо сказал он, не желая привлекать внимание редких прохожих. — Мы пытаемся провести время вместе, а ты ведёшь себя так, как будто я насильно тебя сюда затащил. Если ты и правда не хочешь, то так бы и сказал. — Прекрати лезть мне в душу, Поттер, — тихо сказал Драко. — Ты хотел со мной гулять — мы гуляем. — Малфой, а тебе не кажется, что вся идея свиданий заключается в том, чтобы тебе это тоже понравилось? — Мерлин, какой же ты сложный, — простонал Драко. — Ты можешь мне нормально объяснить, чего тебе от меня надо, и я это сделаю? Поттер замялся. Слова крутились на языке, но озвучить их вслух казалось неправильным и кощунственным. Признаваться холодному и чопорному Малфою в том, что влюбился в него до дрожи в коленках, не хотелось, тем более что Гарри до сих пор не понимал, как тот к нему по-настоящему относится. Да, Драко вроде и сам флиртовал, но все его разговоры сводились, скажем так, к горизонтальной плоскости. Ровным счётом ничего не изменилось за эти полгода с лишним, кроме того, что Поттер надышаться на супруга не мог, хотя сейчас и стало попроще, но превратилось в ещё большую кашу. Мерлин, раньше он хотя бы просто смущался, а теперь начал даже скучать по Малфою, пока тот был на работе. Добавим сюда ещё то, что Гарри по полдня думал о Драко, начиная глупо улыбаться, а значит, Поттеру и правда пора в Мунго. Малфой открытым текстом признавал тот факт, что они любовники, но Поттер всё равно никак не мог избавиться от ощущения того, что их объединяла лишь постель и случайный по всем параметрам брак. Гарри сравнивал то, что было раньше и сейчас, и, к собственному неудовольствию, не находил глобальных отличий. Поттер не знал, откуда из него попёрла вся эта романтичная натура, но, наверное, он всегда таким был. В конце концов, той же бывшей он старался сделать что-то приятное: сюрпризы или мелкие подарки. Да и выкинуть из головы её тоже не мог, особенно в первое время. Но если быть совсем честным, то Гарри всё равно не помнил за собой того, чтобы ходил по дому и с трепещущим восторгом вспоминал, как его ласково обнимали во сне. Малфой же был прагматичным, скользким и любил повторять о том, что он «человек дела, а не слова». Логично, учитывая, что он был тем ещё лжецом. А про поступки супруга и говорить нечего. Чего стоило то же пособие по охмурению. Пока Поттер занимался очередными самокопаниями, Драко вздохнул. — Давай с тобой договоримся, — устало сказал Малфой. — Мы это обсуждаем уже в который раз, но постоянно к этому возвращаемся. Я не хочу и не буду принимать участие в ребусах, творящихся в твоей голове. Я занятой человек, у которого дел навалом. Не дёргай меня лишний раз, пожалуйста, пока ты точно не решишь, что тебе от меня надо. Это было не просто оскорбительно, а просто какой-то новый уровень унижения. Вот как будто сердце вырвали и размазали по асфальту, предварительно ещё в лицо плюнув. Поэтому непонятый в своих душевных порывах Гарри выбрал лучшую тактику. Какую? Правильно, перевода стрелок, но с некоторыми отличиями от традиционного паттерна, добавив туда ещё щепотку импульсивной обиды из-за растоптанных чувств. — То есть, как я тебя куда-то зову, так ты ходишь и морды корчишь, а как всяким барышням любовные романы написывать, так ты у нас чувственная и романтичная натура, — раздражённо сказал Поттер, сложив руки на груди. — Чтоб я ещё хоть раз куда-то с тобой пошёл. — А это тут при чём? — удивился Драко. — Знаешь, есть правила ухаживания, принятые в приличном обществе… Видимо, Малфой решил своим поведением окончательно уничтожить все потуги Поттера хоть на миллиметр сдвинуть их отношения к стадии «держаться за ручки». Гарри вспылил, наплевав на тот факт, что они посреди парка. Приблизившись к супругу, он выплюнул тому в лицо: — Спасибо, что указал мне на место твоей персональной шлюхи, недостойной даже нормальной прогулки в парке. Малфой же в ответ опешил и оскорбился. — Я тебя обеспечиваю, забочусь, вожу по приличным местам, — прошипел он. — Думаю постоянно о том… — Как попасть под сниженную налоговую ставку в этом году? — ехидно поинтересовался Поттер. — Ты бесчувственное животное, Малфой. Раздражённый и расстроенный Гарри аппарировал домой, не желая больше никогда поднимать тему любовных взаимоотношений с Драко. Никогда. С каждым последующим днём Поттер лишь сильнее убеждал себя в том, что он и правда был Малфою не нужен, великих чувств между ними нет, а спустя полгода наконец сумел отпустить ситуацию и решил, что это не его проблемы и не стоит забивать себе голову лишний раз. Тем более Драко был максимально стабилен, его поведение совершенно не менялось, а дома царила своеобразная гармония. Хотя некоторые моменты несколько выбивались из тщательно выстроенной картины мира, Гарри находил для них оправдание, подтверждая собственную теорию о том, что они с Драко вынужденные любовники, связанные формальным браком. И вообще, Поттер по итогу был согласен с Малфоем в том, что нет смысла выяснять отношения там, где их как бы и нет? Добавим сюда то, что развод им не светит в ближайшем обозримом будущем, в постели у них проблем не было, финансовых — тем более, а все скандалы случались только по причине очередной хитрейшей схемы Малфоя, о которой Гарри узнавал в самый последний момент. Обычно это случалось ночью, когда они срочно вставали, чтобы отправиться на пару сжигать документы, припрятанные в Мэноре, а потом дружно сидели в аврорате, рассказывая о том, что вообще в первый раз о таком слышат. Стоит отметить, что Поттеру это вообще не нравилось, тем более что после допросов он становился слишком подозрительным и неразговорчивым. Доходило до того, что Гарри начинал по сторонам оглядываться, уверенный, что за ним следят. Но вернёмся к теме любовных отношений. Поттер достаточно быстро выяснил, что Малфой оказался патологически ревнив. У того просто крышу сносило, притом с годами только сильнее. Анализируя данный факт, он достаточно быстро нашёл ответ: Драко был собственником, эгоистом и в целом человеком властным. Логично, что это всё находило воплощение в приступах ревности, притом абсолютно необоснованных. Гарри, если уж честно, склонялся к мнению, что всё-таки ухитрился действительно полюбить Малфоя, хотя и не мог понять, зачем это случилось, но ближе к пятому году брака окончательно принял этот факт. Иного объяснения, почему он не злился на супруга после того, как их дом перебрали от пола до потолка, Поттер не находил. Не сказать чтобы Гарри был прямо профессионалом в любовных отношениях, но он всё равно, хоть уже и нехотя, проводил параллели с тем, что чувствовал когда-то к бывшей, и находил одни лишь сходства. Поттер хотел, чтобы Драко был счастлив. Малфой, карьерист и эгоцентрик, получал истинное удовольствие только от собственных достижений, практически выкинув из жизни остальные нюансы. И полностью приняв то, что Драко просто бесчувственная сволочь, живущая только ради идеи потешить себя очередными победами, Поттер постарался занять позицию молчаливого наблюдателя, лишний раз не комментируя занятия своего супруга, не пытаясь того воспитывать или наставлять на путь истинный. Скорее, напротив, пытаясь всеми силами поддерживать и стараясь не задавать лишних вопросов. Случилось это примерно тогда же, в две тысячи четвёртом, совпав с погружением Гарри в чёрную магию. Всё равно заняться больше особо нечем. Тогда Поттер и остыл, сумев отбросить лишние импульсивные переживания, тем более что всё было хорошо. Да что уж там, практически идеально, с редкими вкраплениями обысков и пристрастных допросов. И именно тогда, когда Гарри охладел ко всему происходящему, перестав искать глубинный смысл там, где его нет, случилось чудо, которое он просто упустил из виду. Вообще, Поттер давно за собой заметил, что состоит весь из противоречий. Просто потому, что в попытках постоянно увидеть подоплёку, упускал настолько очевидные и находящиеся на поверхности вещи, что порой доходило до маразма. Уже в две тысячи пятом, под конец года, они сидели с Малфоем в гостиной. Драко читал, а Гарри в очередной раз ругался с Люциусом в письмах, потому что тесть его достал своими комментариями о том, что дизайнерские решения Поттера дрянь полная и, вообще, у старшего Малфоя есть отличный декоратор, который за пару дней всё сделает нормально. Гарри восемь раз отвечал, что тесть может пойти куда подальше со своими предложениями, а Люциус в ответ растекался о том, что его друг упадёт в обморок от увиденного позора и не сможет хорошо наложить чары на дом. Ну и так как они старые и очень близкие друзья, почти братья, подвергать зачарователя такому стрессу старший Малфой, конечно же, не готов. Ситуация была патовая, а как ещё объяснить тестю то, что менять он ничего не собирается, Гарри не знал. Нецензурно пробовал. Проблема осложнялась тем, что Поттер был в курсе, откуда в этот раз растут ноги у феноменальной несговорчивости Люциуса, но это уже совсем другая история. Гарри как раз сидел и выдумывал девятый достойный ответ тестю касательно собственных дизайнерских решений, когда к нему обратился Драко. — Поттер, — тепло проговорил он, — ты думал, чем хочешь заняться на праздники? — Молиться, чтобы Люциус прекратил быть такой сукой, — проворчал Поттер. — Я тут просто подумал, — тихо и неуверенно сказал Малфой, игнорируя высказывание супруга, — у нас же годовщина свадьбы скоро. Шестая. Гарри оторвался от письма. — Даже и не верится, — безэмоционально прокомментировал он. — Я был уверен, что мы убьём друг друга ещё в первые пару месяцев. Драко пересел на диван с кресла, осторожно приобняв Поттера за плечи. Гарри нахмурился. — Давай съездим куда-нибудь, устроим медовый месяц, — предложил Малфой, отвернувшись к огню камина. — Мы никогда не отмечали годовщину нашей свадьбы. Мерлин, у нас с тобой даже первой брачной ночи не было. — Ты как-то поздно спохватился, — равнодушно ответил Гарри, глянув на профиль супруга. — Тебе стоило об этом пять лет назад задуматься. Драко поджал губы, но всё-таки посмотрел на Поттера и взял у него из рук письмо, чтобы положить его на стол, вместо этого обхватив ладони супруга своими. Малфой сидел очень близко и смотрел в глаза, вызывая давно позабытый трепет и волнение, тщательно запрятанные в самых глубинах сердца. Драко молчал и не разрывал зрительного контакта, нежно поглаживая чужие кисти. Гарри сглотнул. Малфой медленно приподнял одну из рук, осторожно поцеловав, прежде чем отпустить Поттера и подняться на ноги, немного отступив от дивана. Гарри вообще не понимал, что за чертовщина тут происходит. — Знаешь, когда я впервые тебя увидел, то был поражён, — медленно начал Малфой. — Искренне удивлён, что этот сопляк и ничтожество — предмет восхищения миллионов людей. Мы не стали друзьями, наверное, были и дни, когда мы друг друга ненавидели. Гарри заворожённо смотрел на Драко, который говорил с необычайной для него искренностью. Это была редкость. — У нас сложное прошлое, мы оба ошибались, но упрямо шли вперёд, пока в один из дней ты не появился на пороге моего дома. Грязный и взъерошенный, словно и не было всех этих лет. Всё тот же мальчишка, что и в девяносто первом. Голос у Малфоя дрогнул. — И я никогда не мог подумать о том, что тот самый человек, которого я ненавидел и презирал, однажды сделает меня счастливым. Мерлин, ты, наверное, решишь, что я совсем идиот, но я три ночи не мог нормально заснуть, просто вспоминая о том, что ты запомнил, какие мои любимые конфеты. Драко смущённо уставился в пол. — Ты был холоден ко мне, и я до сих пор не уверен, что наши чувства полностью взаимны, но я… Малфой достал что-то из кармана брюк и опустился на одно колено, демонстрируя очередное фамильное кольцо, гравированное и элегантное. Пожалуй, самое вычурное из всей коллекции родовых украшений. Поттеру казалось, что он сейчас просто жалко расплачется. — Я люблю тебя, Гарри Джеймс Поттер, и хочу, чтобы ты вышел за меня замуж. Время словно остановилось. Гарри смотрел на протягивающего ему кольцо Драко в полумраке гостиной, и все слова вылетели у него из головы. Заворожённый, не в силах выдавить из себя ни слова, Поттер протянул левую руку, позволив Малфою стянуть старое обручальное кольцо, надетое ещё пять лет назад, и водрузить на его место новое. Драко напоследок поцеловал его кисть ещё раз и приблизился, чтобы положить голову Гарри на колени и тоскливо вздохнуть. — Скажи хоть что-нибудь, — чуть слышно проворчал Малфой в ткань брюк. — Я пал к твоим ногам, Поттер, прояви уважение. Гарри мягко засмеялся и запустил пальцы в светлые длинные волосы. — Люди обычно целуются после предложения, — сказал Поттер. Малфой посмотрел на него снизу вверх. — По-разному, — прокомментировал Драко. — Не забывай, что чистокровные часто женятся по расчёту, так что редко кто до свадьбы этим занимается. — Ну мы-то с тобой женимся по-настоящему, — возразил Гарри. Малфой обрадовался. — Так ты правда согласен завести со мной семью? — уточнил Драко. — Мерлин, Малфой, конечно, я согласен, — фыркнул Поттер. — Тогда нам стоит составить с тобой брачный контракт и обсудить рождение наследников. Гарри ударил себя по лбу ладонью. Приехали. Никогда такого не было, и вот опять. — Драко, давай мы сначала переедем, — осторожно сказал Поттер. — Осталось совсем немного, ты же знаешь. — Давай я поговорю с отцом, — предложил Малфой. — Не надо, я сам разберусь. Как известно, чета Поттер-Малфой обладала несколькими особенностями и определёнными, сложившимися годами устоями. Во-первых, у них дома не было принято говорить о чувствах и разбрасываться комплиментами. Во-вторых, они не особо любили обсуждать прошлое, предпочитая смотреть в будущее. В-третьих, они оба любили дорогие ткани и обувь из змеиной кожи. Список можно продолжать и продолжать, но нас интересует конкретный пункт, который гласит, что чета Поттер-Малфой вообще не отличается стремлением исполнять данные друг другу обещания. Ежели проблема затрагивала интересы обеих сторон, супруги начинали тянуть одеяло друг на друга. Люциус Абраксас Малфой следующим же вечером назначил встречу с зачароваталем в достроенном поместье.
