Страсть к преувеличению
21 ноября 2022 г., 12:56
Август, 2007 год.
Оказавшись перед закрытыми парадными воротами Мэнора, Гарри испытал огромное чувство дежавю. Последний раз на этом месте он стоял в далёком девяносто девятом, когда дважды приходил к Драко выяснять отношения касательно их новоявленного договора. Позже, когда они навещали родителей, аппарировали сразу в гостиную. И сейчас, глядя на длинную дорогу, ведущую к дверям, казалось, что стоит позвонить, и к нему выйдет Малфой. Вальяжный, ленивый, чересчур идеальный и с наглой ухмылочкой, пока сам Гарри был весь растрёпанный и запыхавшийся. Но, увы, никакой Драко к нему навстречу выходить не планировал, потому что стоял рядом и идеальностью не пах. Напротив, Малфой, не особо напрягаясь, изображал высшую степень измученности жизнью, пока Поттер являл своей персоной образчик приличного человека. От особняка несло привычным холодом и мрачностью, намного более сильными, чем даже от дома Батори: то жилище скорее навевало жуть, а вот Мэнор своими прямыми линиями отдавал чопорностью и угрюмостью. Драко подошёл ближе к воротам и великодушно махнул рукой. — Ну что, дорогой, открывай, — сказал он. — Что? — совсем не понял Гарри. — Открывай, говорю, — повторил супруг. — Мистер Малфой. До Поттера дошло. — Ты думаешь, сработает? — скептически уточнил он. Драко в ответ фыркнул и сильнее закутался в мантию. Тут и правда было довольно прохладно под вечер, а Малфой всегда мёрз. Особенно сейчас, когда его уже практически ветром сносило. — Назови мне хоть одну причину, почему нет, — проворчал Драко. — Мало того что ты мой официальный супруг уже не первый год, так ещё и отец моего ребёнка. Не знаю, что нужно сделать, чтобы сильнее стать частью рода. Может, родить ещё десятерых, как ты мне и грозился. Чувствуя непонятно откуда взявшееся волнение, Гарри всё-таки достал палочку, которую успел убрать после аппарации, и приблизился к воротам в полной уверенности, что ни черта у него не выйдет. Однако, стоило прикоснуться к замку, как двери послушно распахнулись. Поттер глупо разглядывал дорожку, ведущую к крыльцу, когда его за локоть обхватил Драко и повёл вперёд. — Соскучились по дому, достопочтенный мистер Малфой? — ехидно спросил супруг. Гарри отмер. — Не особо, на самом деле, — сказал Поттер. — Мне не нравится Мэнор. Он слишком угрюмый, по крайней мере, снаружи. Почему у вас передний двор не отделан нормально? Где фонтаны, красивые сады, статуи? Этот вопрос Гарри интересовал давно. Абсолютно все дома, где он был, кричали о своём великолепии начиная с ворот. Особо преуспел в этом деле, конечно, Забини — его сады были воистину потрясающими. В Эдинбурге у них с Драко тоже было замечательное убранство двора. Мерлин, даже сухие коряги перед домом Батори намекали на то, что там когда-то были красиво высаженные деревья. И фонтанов там было навалом, хоть и покрытых тёмно-зеленой патиной. — Никогда не спрашивал, — ответил Малфой. — Да и задний двор вполне милый. — В каком месте? — спросил Гарри. — Такое чувство, будто у кого-то был фетиш на пустые безликие пространства. Не удивлён, что твой отец прикупил наш участок в Эдинбурге. Десять гектаров, Драко. Десять! Малфой ничего не ответил, вместо этого открыв дверь в Мэнор, до которого они как раз дошли. Во всём доме, словно по щелчку, послушно загорелся свет и Гарри со вздохом осмотрел бело-серое вырвиглазное великолепие с редкими вкраплениями золота, начинающееся с прихожей. С традиционного семейного портрета, висящего аккурат под родовым гербом, на них одинаково мрачно смотрели Люциус и Нарцисса. Картина была достаточно новая: лет десять от силы. Поттер вспомнил, почему ему так не нравился Мэнор сразу же, едва стоило переступить порог. Слишком ярко, слишком безлико, слишком искусственно. Мертво. И, положа руку на сердце, откровенно отдавало той самой родовой натурой, а именно стремлением к вылизанной идеальности, лишённой индивидуальности и какой-либо души. Огромные пустые пространства угнетали Гарри. И за всё время пребывания в нормальной чистокровной тусовке он не видел ни одной семьи, которая бы упивалась этим. Кроме Малфоев. Вспомнить ту же площадь Гриммо. Даже после мародёрств хлама там осталось выше крыши. Куча ненужной мебели, невнятных безделушек, каких-то якобы воспоминаний о предках, вроде детских игрушек, которым лет триста. И даже несмотря на то, что Драко был тем ещё любителем коллекционировать, Поттер давно заметил за супругом одну особенность. Малфой был систематичен даже в этом. Те же картины. Раз Драко нравились только пейзажи, то он будет скупать только их, только в определённом стиле и только определённого размера. Любые ответвления были заслугой Поттера. Драко с интересом осмотрел холл, словно никогда здесь не был. — Ну так что? Начнём с картин, или что тебе показать? — спросил супруг. И несмотря на то, что запал Поттера гулять по Мэнору к этой минуте поугас, он сказал: — Просто представь, что привёл меня к себе в гости. Драко кивнул и вновь взял Гарри под руку, потащив в левое крыло, чтобы начать знакомство со своих лучших качеств. Потрясающей чистокровной родословной, естественно. Всё по методичке, куда же без неё. — Эти земли принадлежат Малфоям около тысячи лет, — вальяжно протянул супруг, будто действительно решил устроить нормальные смотрины. — Особняк же в том виде, что есть сейчас, стоит около трёхсот. Поттер лишь кивнул, ступая по редкому здесь великолепию в виде ковровой дорожки и разглядывая длинный ряд портретов давно почившей родни Драко, пока супруг что-то бубнил о древности своего рода. Действительно, чистейшая малфоевская порода. Одинаковые светлые волосы, лежащие на плечах, угловатые лица с гротескно выбитыми линиями, в чертах которых читались хитрость и гордыня. Те, кто дожил до глубокой старости были откровенно неприятными, со злыми и бездушными глазами. Малфой вдруг усмехнулся и остановился возле портрета достаточно молодого мужчины, лет тридцати пяти от силы. Всё та же платиновая копна волос, лежащая на плечах, хитрый прищур и поджатые губы. Довольно приятный, по сравнению с остальными. Судя по костюму это был век шестнадцатый или около того. Сложенные на груди руки украшал крупный шрам и куча колец. Одно было очень забавным: такие тогда носили чернокнижники, считающиеся в то время чуть ли не высшей кастой. — Познакомься, Поттер, — со смешком выдал Драко, — Оливьер. Именно ему ты можешь сказать спасибо за то, что стоишь сейчас здесь. Как и любой старый портрет, лишённый внимания, Оливьер ожил не сразу. И то лишь слегка дёрнулся, угрюмо уставившись на потомка. Гарри окончательно разонравилось смотреть дом Малфоев, поэтому теперь уже он потащил супруга прочь от разглядывания родни. Дойдя до очередной гостиной, Поттер потёр лоб. — Теперь по правилам я должен отвести тебя в сад, показать несколько комнат, а потом усадить пить чай, — сообщил Драко. Гарри отмахнулся. — Я уже понял, что экскурсовод из тебя так себе, — сказал он. — У тебя есть другой план показа, не рассчитанный на впечатлительную дамочку, которую ты должен затащить под венец? Без рассказов о великолепной родословной и семейных портретов, пожалуйста? Неожиданно, но Малфой смутился, а потом вдруг покачал головой. — Если честно, то нет, — признался он. — Ты вообще второй, кому я самостоятельно показываю этот дом. Гарри слишком медленно анализировал полученную информацию. Понятно, что первой была Астория, а вот то, что Драко сюда не водил друзей, было интересным открытием. Малфой развёл руками, заметив замешательство на лице супруга. — Поттер, когда у меня появились нормальные друзья, я сначала был под арестом, а потом уже здесь не жил, — сказал Драко. — А ты и сам прекрасно знаешь, что подростки не особо балуются подобным. И то правда. С учётом того, что нормальные показы начинали проводить только лет с пятнадцати, этот аспект жизни из-за появления Тёмного Лорда Малфой упустил. К тому же чем ему было кичиться в этом возрасте? Родословной и родительским золотом? Это сейчас Драко мог ходить и показывать свои великолепные картины, а тогда кроме гонора у него ничего особо и не было. — Ну и чёрт с ним, — наконец сказал Гарри. — Тогда давай просто пройдёмся по дому, а я у тебя поспрашиваю что хочу. Малфой без колебаний согласился, явно довольный, что ему не придётся лишний раз унижаться. Так они просто обошли первый этаж, а потом поднялись на второй, абсолютно такой же безликий и неинтересный Поттеру. Нет, здесь было достаточно гармонично, но мнение Гарри не изменилось. Взгляд словно ни за что не цеплялся, а атмосфера оставалась такой же унылой. В коридоре второго этажа Поттер выглянул на «вполне милый» задний двор. Те же прямые линии, выключенный фонтан, ровно высаженные неухоженные кусты и пустая оранжерея, некогда предмет гордости Нарциссы. Насколько Гарри знал, тёща с концами покинула Мэнор около двух лет назад и сейчас жила на вилле в Бордо. Люциус же обосновался в апартаментах в Париже, если, конечно, съехал с дачи министра магии Франции, где обитал практически всё время. Родители Драко уехали из Великобритании сразу же после судов над Пожирателями. Люциус тогда приложил все усилия, чтобы как можно скорее получить политическое убежище, а потом и вовсе лишиться гражданства, дабы избежать дальнейшего преследования. Помимо этого, потратил кучу золота на подтасовку дела Драко, забрал не особо сопротивляющуюся Нарциссу с собой, а сына оставил под домашним арестом. Тёща, которая выбралась из воды практически сухой, ещё несколько лет возвращалась в Мэнор, проводила здесь некоторое время, доделала ремонт, но в итоге последовала примеру Люциуса и покинула страну окончательно. Поттер не особо вникал в отношения родителей Драко, но как понял, те уже достаточно давно прекрасно существовали порознь. Нарцисса вела образ жизни типичной скучающей светской львицы, таскающейся с подружками по курортам, мероприятиям и салонам. Наверное, мечта той же Джинни. Люциус же вёл образ жизни человека, который пытался угодить за решётку по статье за мошенничество всеми возможными способами. Старший Малфой, став почётным гражданином Франции, страстно полюбил краткосрочные проекты с перспективой быстрой наживы, совершенно не заботился о в ноль растраченной с годами репутации и, следовательно, зависал в такой же тусовке. Судя по рассказам того же Люциуса, детей у них больше быть не могло, разводиться никто не собирался, вот, видимо, и поймали свою волну счастья, на которой могли вполне комфортно жить. Удивительно помудревший и проникнувшийся глубинным смыслом чистокровных браков Гарри даже смог понять их логику. Если им и так хорошо, то смысл что-то менять. Явно лучше, чем ежедневно поливать грязью друг друга и ругаться по любому поводу. Туда же можно отнести и расспросы на тему того, кто и где был всю последнюю неделю. По итогу всех этих махинаций великий Малфой-Мэнор получил статус нейтральной территории для редких семейных встреч, полностью лишившись звания родового гнезда. Поттер отвернулся от окна, переведя взгляд на Драко по правую руку. — А почему ты не уехал во Францию? — вдруг спросил Гарри. — Когда? — нахмурившись, переспросил Малфой, не поняв вопроса. — В девяносто восьмом, — уточнил Гарри. — После судов, когда ты попал под домашний арест. Драко сжал переносицу и выдержал непозволительно длинную паузу, словно искал ответ. — Не знаю, — наконец произнёс он. — Отец предлагал забрать меня с собой, но считай, что у меня взыграла гордость. Он постоянно говорил о том, что хочет уехать, а я убедил себя в том, что замечательно справлюсь со своей жизнью без его участия. Искренне радовался, что остался один. Поттер не удержался и приобнял Драко за талию. — Замечательно справился, — подколол супруга Гарри. — Всё по плану пошло? Малфой хмыкнул. — Я никогда тебе об этом не говорил, но, поверь, я не единожды думал о том, что совершил огромную ошибку, оставшись здесь. Слова неприятно резанули слух. — Ведь ничего бы не было, если бы я просто уехал, — мрачно продолжил Драко. — Представь, Поттер, что ты пришёл сюда, а меня здесь просто не было. Не думаю, что ты бы отправился на мои поиски по всему миру. Гарри обескураженно посмотрел на супруга. Он и правда никогда об этом не думал. Поттер хотел было продолжить прогулку по дому, но наткнулся на совершенно затравленный взгляд Драко. Такой, словно он прямо сейчас расплачется. — Малфой, да что с тобой? — удивлённо произнёс Гарри. Супруг глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, но получилось слабо, потому что Драко бросился к нему в объятия и уткнулся носом в плечо. Поттер услышал сдавленный всхлип и шикнул на Малфоя, погладив его по голове и крепче прижав к себе. — Мерлин, Драко, — пробурчал Гарри. — Ты сам не свой уже второй день. Ты опять подсел на очередные «потрясающие зелья»? Ты же обещал, что больше не будешь. — Нет, — чуть слышно прохрипел Малфой. — Просто… Окончания фразы не получилось, потому что голос Драко сорвался. Супруг хрипло дышал в плечо, подрагивая и силой цепляясь за ткань на спине. Молчание затянулось. Спустя минуты, показавшиеся вечностью, Малфой заговорил. — Это я во всём виноват, Поттер, — тихо сказал он. — Абсолютно всё целиком и полностью моя вина. Гарри с трудом удержался от того, чтобы не закатить глаза. — Ты утрируешь, — возразил Поттер, но закончить фразу не успел, потому что Драко вырвался из объятий и отпрянул от Гарри. Малфой отступил на несколько шагов назад и протёр нос тыльной стороной ладони. — Ты и сам знаешь, что это правда, — горячо проговорил он. — Я испортил жизни нам обоим. Изуродовал собственную судьбу, а тебя привязал к себе. Это неправильно. Гарри начал закипать. Он откровенно не любил эти разговоры, посвящённые тому, какой же Драко отвратительный человек. И случались они только тогда, когда у Малфоя были проблемы на его обожаемой работе. Другие причины его не волновали и всё было замечательно. Как и всегда, традиционно, всё начиналось с поливания себя дерьмом, потом шла ничтожная карьера, а заканчивалось… По-разному, честно говоря. Раньше Драко любил жаловаться на отсутствие детей и собственную несостоятельность как главы рода, а теперь, видимо, решил вернуться к старой доброй сказке о том, что не нужен Поттеру. Поэтому Гарри разозлился и решил закрыть эту тему ещё на стадии зародыша. Поттер подошёл к супругу и с силой встряхнул его за плечи. — Рот свой закрой, — строго сказал Гарри. — Пойдём лучше посмотрим, что Люциус оставил из личной коллекции выпивки, и ты мне покажешь свою комнату. Малфой-Мэнора мне хватило на всю оставшуюся жизнь. Драко обиженно посмотрел на супруга. Поттер чертыхнулся и грубо взял Малфоя за руку, отводя его к запасам тестя. Уж что-что, а месторасположение этой комнаты Гарри точно знал. Десятью минутами позже они наконец-то вошли в некогда спальню Драко. Малфой несколько преувеличил, упоминая, что она полупустая: мебели тут было более чем достаточно. Всё те же светлые стены, тяжёлые портьеры, ковёр под кроватью. Гарри с интересом осмотрелся, желая найти хоть какой-то намёк на принадлежность комнаты Драко, но помещение оставалось безучастным к этим попыткам. Совсем поникший Малфой, которому Поттер вручил первую попавшуюся бутылку виски, сел на пуфик возле туалетного столика. Зачем ему вообще здесь туалетный столик? Решив не задавать глупых вопросов, Гарри прошёлся по спальне. К ней прилегал отдельный небольшой кабинет и собственная ванная. Гардеробной не было, зато остался один шкаф. Вот от них, видимо, Драко и избавился: судя по расположению, частей должно было быть больше. Заметив, что Поттер вознамерился проникнуть в кабинет, Малфой потянулся за палочкой. — Подожди, — сказал он, — я запер чарами. Гарри засмеялся. — Что же там такое секретное? — веселясь, поинтересовался Поттер. — Ты даже свой нормальный кабинет никогда не закрываешь. От этой реплики Малфой хоть немного, но тоже улыбнулся. Произнеся короткое контр-заклинание, Драко принялся открывать бутылку. Решив, что с угрюмым Малфоем всё понятно, Гарри вошёл в некогда святая святых супруга. Просто так он закрывал эту комнату, что ли? И глядя на окружающую его обстановку, Поттеру показалось, что он вернулся в прошлое. Здесь в кои-то веки было не так бело, потому что кабинет отделали в приятных древесных тонах. Шкафы заставлены старыми учебниками, на столе ровными рядами лежат какие-то записи и несколько перьев. За стеклом нашёлся даже небольшой склад ингредиентов для школьных зелий. И было так легко представить, как Драко возвращался сюда на каникулы и делал домашние задания. Гарри усмехнулся, представив, насколько Малфою должно было быть неуютно в подвалах Слизерина, учитывая, что тот прожил всё детство практически в больнице. Не удержавшись, Поттер подошёл к книжной полке и пролистал учебник по Трансфигурации за третий курс. Неудивительно, но ничего интересного там не было. Поэтому Гарри взял аккуратно скреплённые листы с лекциями, заполненные рукой Драко. Надо же, а ведь почерк у него изменился с годами. Стал более резким и менее витиеватым. Видно, что над конспектами Малфой корпел и старательно выводил, в отличие от очередных заметок, посвящённых поправкам и разбросанных по всему дому. Поттер уже давно смирился и собственноручно относил их к Драко в кабинет. Хотя заметки были забавные. Они больше походили на поток сознания с редкими вкраплениями цифр и непонятных сокращений, а заканчивались обычно чем-то вроде «Джонатан пошлёт, спроси лучше у Клода». — Развлекаешься? — Гарри чуть не подпрыгнул от неожиданного вопроса. Поттер обернулся на супруга, прислонившегося к косяку. — Не особо, — тем не менее ответил Гарри. — Пока ещё не нашёл твои хитроумные планы. Драко немного нахмурился. — Нет, планов я точно не делал, — сказал он. — Но зато могу предложить тебе кое-что поинтереснее. Гарри заинтриговался. Малфой подошёл к столу и полез в нижний ящик, выудив оттуда тщательно запрятанный под горой бумаг ежедневник в коричневой кожаной обложке и перетянутый лентой. Самодовольно улыбнувшись, Драко вручил его Поттеру. — Наслаждайся, — горделиво произнёс Малфой. — Мой личный дневник, который я пытался вести в возрасте тринадцати лет. Гарри неверующе взял ежедневник в руки и покрутил, словно он сейчас его съест. Пальцы подозрительно покалывало. — Ты его проклял, да? — скептически спросил Гарри. Драко задумался, пытаясь вспомнить. — Может быть, — честно ответил он. — Не помню. Поттер и не сомневался, что малолетняя язва в лице Малфоя наложит на свои личные записи проклятие. Вряд ли что-то серьёзное. Наверное, какие-нибудь прыщи. Решив не проверять лишний раз собственную защиту, Гарри произнёс простенькое заклинание, изученное ещё в Академии, которое снимает любые мелкие пакости. Сработало. Поттер открыл первую же страницу, где особенно красиво было выведено, что это личная собственность Драко Люциуса Малфоя. Немного пролистав, Гарри наткнулся на заметку, датированную одиннадцатым октября девяносто третьего. Сегодня был совершенно отвратительный день! Старая карга отчитала меня за плохо выполненное задание. И привела в пример работу своей любимой грязнокровки. Какой позор! Я стал посмешищем всего Слизерина, со мной даже не поздоровались в гостиной. На этом Драко не то что не успокоился, а только начал в красках расписывать свои мучения, притом с такой силой давил на перо, что под конец поставил кляксу. Поттер не удержался и рассмеялся в голос. — Мой бедный Драко, — ласково сказал он, глядя на супруга. — Как ты вообще пережил подобное? — Ой, Поттер, там не дневник, а одна сплошная трагедия, — отмахнулся Малфой. — Ты ещё не добрался до того момента, когда я влюбился в ту девчонку с Когтеврана. Гарри с интересом пролистал чуть дальше, навскидку надеясь откопать любовные терзания юного Драко, но вместо этого нашёл кое-что получше. Почему он постоянно на меня пялится? Постоянно! Запись была сделана в явной истерике и занимала добрую половину страницы, выведенная крупными буквами. Не нужно быть гением, чтобы понять, на кого указывали эти строки. — Малфой, мне кажется, что ты значительно преувеличиваешь то количество внимания, которое получал от меня, — несколько неловко проговорил Гарри. — Я не отрицаю, что иногда смотрел на тебя, но не до такой же степени. И раз на то пошло, то это ты постоянно пожирал меня злым взглядом, а я просто иногда делал то же самое. Драко заглянул в ежедневник, а потом забрал его и закрыл. — Знаешь, дорогой, — спокойно сказал он. — Какая уже разница? Возразить было и нечего, поэтому супруги вернулись в спальню. Малфой отхлебнул из оставленной здесь бутылки, а Гарри заглянул в единственный шкаф. Оказалось, что там остались старые школьные мантии Драко и несколько костюмов. Поттер достал ту, которая показалась ему больше всех по размеру, и накинул на плечи. Повернувшись к супругу, вновь развалившемуся на пуфике, Гарри улыбнулся. — Ну что, я похож на студента Слизерина? — со смешком спросил он. — Оставшегося на второй год раз десять — да, — ответил Драко, подперев голову рукой. — А если серьёзно, то очень похож. Даже чересчур. Гарантирую, что ты бы покорил все женские сердца нашего факультета. И снова оставил меня в собственной тени. Поттер раздражённо застонал. — Пожалуйста, хватит себя принижать, — взмолился Гарри. — Зачем ты это делаешь? Особенно сейчас, когда я пытаюсь хоть немного поднять тебе настроение. Малфой тоскливо вздохнул. — Потому что, Поттер, так оно и есть. На мне висит такая ответственность, а я лишь систематически доказываю собственную несостоятельность во всём. — Какую ещё несостоятельность? — воскликнул Гарри. — Какая ответственность? В чём? — Во всём, — огрызнулся Драко. Поттеру в ту минуту впервые за долгое время искренне хотелось прибить Малфоя. Вот взять и ударить со всей силы, чтобы выкинуть всю дурь куда подальше. Покачав головой и небрежно стянув совсем ненужную мантию с плеч на пол, Гарри подошёл к Драко и встал рядом с ним. Не колеблясь, Малфой крепко обхватил его за пояс, прижимаясь щекой к животу. Поттер осторожно погладил супруга по голове. — Ну чего тебе не хватает? — немного обеспокоенно спросил Гарри. — Всё у нас с тобой замечательно, а ты продолжаешь выдумывать себе проблемы. Драко тяжело вздохнул. — А, может, к чёрту всё? — словно обращаясь к самому себе, проговорил Малфой. — Ты о чём? — аккуратно поинтересовался Поттер, которому абсолютно не понравился мечтательный тон Драко. Таким голосом донельзя практичный супруг обычно начинал нести откровенную чепуху, не имеющую отношения к реальности. Малфой снова вздохнул, но зато поднял голову и посмотрел в лицо Гарри снизу вверх. — У меня есть секрет, Поттер, — облизнув губы, сообщил Драко. Кто бы сомневался, что он у него есть. — Ты же помнишь об обысках? Гарри фыркнул. — Знаешь, такое сложно забыть, — проворчал Поттер. — Тут есть кладовка, — как одержимый зашептал Драко. — Там лежат артефакты. В этом Гарри тоже не сомневался, поэтому медленно кивнул, изображая, что он весь внимание. — У нас есть сломанный Маховик, — продолжил Малфой. — И достаточно связей, чтобы его починить. Гарри, к своему ужасу, начал понимать чересчур прямое направление мысли Драко. — Судьба даёт нам шанс всё исправить и сделать нормально. По-человечески, Поттер, — горячо закончил Малфой.
