Наша встреча была не случайна

      Чего только стоит видеть улыбающегося брата от покупки спонтанного подарка? Как он со светящимися глазами разрывает упаковку, чуть ли не визжит на весь дом от радости. Папирус был готов отдать всë на свете, чтобы всегда видеть его улыбку, его блеск в обворожительных глазах. Собственные скучные чёрные радужки не сравнятся с гетерохромией младшего: левый словно переливается из синего в красный, а правый белый, словно только выпавший снег. Как же могут рождаться такие удивительные и красивые дети?       И всë же, время шло, Гено теперь на всех парах стремился в школу, но в один из неприятных дней вдруг приходит таким грустным, чуть ли не плачет. Папс сразу выходит полюбоваться братом, спросить, как прошëл день, как тут замирает ненадолго, через пару секунд присаживаясь на колени перед Генкой.       — Зефирка, что случилось? — произнëс обеспокоенным тоном, осматривая детское личико.       Брови поднимаются ввысь, глаза расширились от увиденного на коже — покраснение, словно от пощёчины небольшой ладошки.       — Ребята начали обижать меня. Я просто хотел подружиться с ними, но они испугались моих глаз, назвали их некрасивыми. Потом взяли мой рюкзак, начали всë вытряхивать, я честно пытался их остановить! — хмыгает носом Гено, пока по щекам начинают скатываться слезы. — Но они порвали пенал, который ты мне купил, прости меня, пожалуйста!       — О боги, солнышко моë. Я не злюсь, ничуть не злюсь на тебя, слышишь? У тебя самые-самые красивые глаза, поверь мне, своему брату, а не какой-то шпане.       Мальчишку сразу загребают в крепкие и нежные объятия, поглаживая по чуть кудрящимся волосам. Всхлипы сменились тихим плачем, Гено ухватился за ткань одежды, сжимая в своих кулачках. Удалось аккуратно поднять на руки Афтера, и под недоумевающий взгляд только вышедшего мужчины из гостиной, унëс в комнату.       Уже в детской сел с братом на кровать соответствующего размера. Верхнюю одежду пришлось быстренько снять, снова прижимая к себе плачущее чудо.       — Ты самый лучший. Верь в это всегда. Никогда не забывай насколько ты прекрасен и мил, а твои глаза самые лучшие на всëм мире!       В ответ слышался только плач, длящийся около десяти минут. Всë это время Папирус не выпускал его из рук, заботливо гладил, не ругался на слëзы, давая выпустить все эмоции, которые клубились в небольшом сердечке, пока стремился скорее домой. Как же так не повезло, что из-за похода на спектакль, уроков у Лоурена не было и не смог зайти в корпус начальной школы, может, успел бы предотвратить угнетение. Взгляд зацепился за наблюдателя из небольшой щели между дверью в спальню. Уильям вновь просто наблюдал, ничего не говоря, видимо, не хотел спугнуть. Физическая поддержка наконец успокоила ребёнка, солëные капли высохли дорожками, слышно только шмыганье носом.       — Хочешь, мы с тобой прогуляемся и купим чего-нибудь вкусного? — улыбаясь спрашивает Папирус.       — Пошли.       Гено утëр остатки слëз на уголках глаз и спустился с колен старшего, глянув в сторону двери, возле уже никто не стоял. Будто призрак молча всегда смотрит, прожигая взглядом непонятных эмоций.

***

      Им хорошо было прогуляться по магазинам сладостей, накупили достаточно, теперь Афтер будто и забыл, что произошло совсем недавно. Снова широко улыбался, отпросившись на детскую площадку, чтобы там покачаться на качелях. Мысли потоком попадали в голову, пока смотрел на счастливого брата, который не так давно плакал взахлёб из-за ровесников. Не хочет, чтобы однажды кто-то снова посмел его обидеть, не позволит этому случиться. Неподалёку Папирус слышит знакомые голоса и смех, не веря своим ушам оборачивается и видит Эррора, идущего с Инк совсем рядом. Их руки словно нечаянно соприкасаются, ребята смущённо продолжают расплываться в улыбке, глядя в глаза. Они смотрели друг на друга так, будто не видели ничего вокруг себя, что могло бы привлечь их внимание. Но всё же друг Оши оказался настолько приметный, так что тот перевёл их взгляд любования на себя.       — Папс, привет, — смущённо улыбнулся Эррор, погладив шею от неловкости, что его заметили в таком настроении рядом с Инки.       — Вот что за важные дела, — мягко подшучивает Папирус друга его же словами, из-за которых сегодня не пошли вместе гулять.       — Да... Действительно важные, прости.       — Всë хорошо, не беспокойся, я тут с Генкой гуляю, — показал на младшего, явно довольного поеданием сладкой ваты на качелях.       — Мальчики, я очень не хочу отвлекать вас от разговора, но нам надо успеть дойти до кинотеатра, мы забронировали места, — вмешалась в диалог Солер, аккуратно подхватив Эррора за руку, тот был в шоке с этого.       — Хорошо, насладитесь времяпровождением, — Лоурен махнул рукой в знак прощания в сторону уходящих одноклассников, решая отдать своë внимание брату.       На следующий день Папирус во время перемены заявился в класс Гено, находящийся в другом крыле. Многие ребята заинтересовались вошедшим в класс среднеклассником, выше их вдвое. Как же заблестело счастье на детском личике, стоило увидеть родственника, Афтер подорвался с места и подбежал, с лету напрыгивая.       И только по немного испуганной реакции некоторых детей понял, кто стал причиной вчерашней истерики и порчи чужого имущества. Карие глаза явно смотрели в их сторону, им стало ещё более не по себе от такого устрашающего взгляда. Даже ни одного слова не сказал, как те чувствуют огромную вину за содеянное.       — Молодой человек, вы не перепутали классы? — учительница средних лет прищуривается в сторону юноши, затем решает надеть очки. — А, это ты, Папирус, брат Гено Афтер... ой, Галти.       Не так давно по желанию опекуна, маленькому поменяли фамилию на Галти, чтобы не особо выделялся на фоне своей семьи. От кого Гено перешла фамилия Афтер, Уильям умалчивает, не желая говорить об этом. (далее по тексту всë равно Афтер)       — Здравствуйте, Роуз Лесли, решил Гено навестить и поговорить с вами о нехорошем поведении некоторых ребят, — пришлось отпустить Генку обратно на ноги и пройти к учительскому столу. — Мальчики на первом ряду за третьей и четвёртой партой второго ряда плохо относятся к моему брату. Мало того, что говорят гадости, так ещё испортили вчера его пенал.       — Они дети, что с них взять? Играются, ничего не понимают, — отмахнулась Роуз.       — Да неужели? Подобное поведение неприемлемо по отношению к человеку любого возраста. Вы должны уведомить хотя бы родителям о поведении их отпрысков.       — Юноша, подбирай выражения!       Папирус смотрел ей в глаза, молчал несколько секунд и продолжил:       — Если вы не выполняете свои обязанности, я должен буду донести это до директора. Неподобающие действия, как повышенный тон на детей и угрозы ударить их указкой или тяжёлым учебником, должны быть оглашены, не правда ли?       — Да как ты смеешь! Я прямо сейчас пожалуюсь твоему классному руководителю.       — Я прошу лишь поговорить с детьми о том, что нельзя вести себя плохо с другими людьми. Вы слишком плохой пример для неокрепших умов, — оттолкнулся от края стола учительницы, через ряды подходя к тем самым ребятам. — Хочу, чтобы вы извинились перед Гено за то, что обзывали его. И чтобы такого не повторялось.       Кто-то из них собирался ответить в грубой манере, но друг дёрнул за рукав и явно заставил его отказаться от этой идеи. Всего лишь дети, однако сколько же в них желчи, ужас. Оставшаяся перемена проходила в извинениях перед Афтером, небольшим вводным разговором о плохом и хорошем, что лучше не стоит творить негатив, ведь отданные действия вернутся к тебе же бумерангом. Вроде, парнишки раскаялись и поняли, это заставило Папса слегка улыбнуться, хотя Роуз продолжала ругаться на "невоспитанного" Лоурена, твердила о потерянном поколении, возмущаясь с наглости. Прозвенел звонок на урок, старший потрепал Генку по голове и направился на свои уроки.

***

      Невероятно красивое небо окрасилось в нежные оттенки розового и оранжевого, пушистые облака самых разных форм проплывали над головой, отражаясь от мирно протекающей водной глади, казалось, словно они действительно передвигались по воде. Верхушки деревьев в последние минуты наслаждаются лучами солнца, почти полностью скрываясь за горизонтом для смены суток. И именно этот последний закат намертво закрепится в памяти глубокими корнями, ведь день особенный. Сегодня прошëл выпускной для ребят девятых и одиннадцатых классов, завершающий учёбу в школе.       Одноклассники в лице Эррора, Папируса и Найтмера с параллели, решили хорошо провести этот день в компании своих девушек, кроме последнего, его подобное не особо привлекало. Хотелось чего-то неправильного, безумного и одновременно очаровательного.       Зато Ошибке весьма недурно сидеть с возлюбленной, наблюдать, как же меняется город, а небо постепенно темнеет, пусть и ненадолго. Лёгкий летний ветерок оглаживает покрасневшие щеки, руки нежно охватывают бледные ладони, с особой любовью сжимая.       — Инк, ты мне настолько дорога, — не может отвести от неë взгляда, ласково заправляет выбившуюся прядку волос из общей причёски.       — Я тебя люблю, и никто нам не помешает, обещаю, — художница бегло осмотрелась по сторонам и приблизилась к лицу Эррора.       К мягким розовым губам прижались со всей пылкой любовью, чего только стоило это чертовски притягательное чувство. Где-то в груди распространяется тепло, словно идёт по крови от самого сердца по всему телу.       Папс очень рад за отношения этой парочки, обнимает свою возлюбленную, хихикнув, перед тем как выбросить фразу:       — Эррор, не забудь нас только на свадьбу пригласить. И пусть я буду нести кольца!       — Папирус! — в один голос и смущённый тон высказались Оши с Инк, тут же переглянувшись от удивления такой синхронности.       Со стороны друзей послышались тихие смешки, Эррор решил скрыть покрасневшее лицо в плечике любимой, что-то невнятное бубня про приятелей. Всем смешно ещё больше с этого, день явно один из самых лучших. Но когда разговор начался о продолжении празднования за выпивкой на чьей-нибудь квартире, Лоурен сразу отказался, объяснившись тем, что дома его ждёт Гено, совсем соскучился, исходя по недавним сообщениям в мессенджере. Компании пришлось разойтись, их ещё покинула Мет, девушка Папируса, вместо того, чтобы отвести еë домой, привёл на ночёвку к себе.       Входная дверь тихо скрипнула, выпускник постарался как можно тише закрыть дверь и пройти в свою комнату с Мет под руку. По пути заглянул в гостиную, приметив там явно спящего брата с телефоном в руках. Немного не дождался. Открывшаяся картина вызвала столько позитивных эмоций, бушующих внутри, не мог перестать улыбаться с вида, Гено так похож на котёночка. Не оставит его тут спать, поэтому аккуратно берёт на руки, следя, чтобы не проснулся, и понëс в детскую, под звуки умиления от гостьи. Когда тело младшего оказалось на более мягком матрасе и подушке, Папс укрыл одеялком, нежно целуя в небольшой лоб.

***

Один из дней обернулся кошмаром, разделивший жизнь Гено Афтера на до и после.