Раб

- Явилась, наконец? То, как пренебрежительно фыркнула Джина, едва завидев Люси на работе, и поставило окончательную точку в их дружбе. Девушка оглядела ее вскользь: слегка вздернутый нос, недовольный прищур глаз, руки, сложенные на груди. Высокомерный тон и старые добрые поучения, куда же без этого? Люси хмыкнула. - Не сегодня, Джина. Мне не до пустой болтовни. Подруга вспыхнула, как новогодняя елка, то ли от удивления, то ли от злости за непривычно резкий тон. -Я готовлю к продаже несколько коллекционных томов с третьего стеллажа, - предупредила Люси, но повторного удивления на лице Джины не заметила. - Я знаю. Колин звонил, - призналась она. Вот, значит, как. - Колин больше не твой начальник, разве нет? - отчеканила девушка каждое слово. Вот теперь Джина проявила целую гамму эмоций. Возмущение, неверие, непринятие всего услышанного так и поползли алыми пятнами по ее шее. - Да что с тобой не так? Язык прорезался? Люси резко взметнула брови вверх. Отчего-то, несмотря на острую напряженную атмосферу, хотелось улыбаться всем назло. Позволить им увидеть, наконец, все свои внутренние перемены. - Остынь, Джина, - она устало вздохнула, - ты не поймешь. Ты никогда, на самом деле, и не понимала меня. Телефон отвлек уведомлением. Колин. Он ждал ее в кафе, и поначалу привычно дернувшись было бежать, Люси сделала глубокий вдох. Больше нет. Откуда вообще в ней выработалась эта странная привычка, срываться за ним, как собачонка по первому зову? Девушка неспешно покинула библиотеку. Она не обратила внимания на странный взгляд подруги, провожавший ее - реакция кого бы то ни было теперь совсем ее не заботила. Не слышала удивленных шепотков гостей библиотеки, ставших невольными свидетелями их обмена любезностями. Разум занимала одна лишь цель, с которой девушка и шла на эту встречу. Она увидела Колина еще издалека, в одно из окон. Тот нервно крутил массивный перстень на большом пальце, и эта незначительная деталь разбила в пух и прах весь его показательно невозмутимый образ. Наглаженная рубашка и отполированные туфли - ничто, пока он тер это чертово кольцо, а взгляд метался из стороны в сторону. Как только Люси вошла в помещение, он разом собрался, натянул равнодушную ухмылочку, будто и не было это момента. Словно ей привиделось, что сам Колин - уверенный, властный, эмоционально непробиваемый, - мог нервничать. Но нет, не привиделось. Противные воспоминания ожидаемо нахлынули на нее, и Люси чуть было не поддалась своему страху, но убедившись, что в кафе достаточно людно, она, наконец, заняла место напротив, подальше от этого мужчины. - Я позвала тебя по делу. Колин усмехнулся, видимо, решив, что девушка начнет умолять и плакаться. - Пришла просить за своего раба? Ну конечно же. - Пришла поставить тебя в известность о продаже парочки важных тебе книг, но слухи, видимо, быстрее меня. Покупатель, кстати, нашелся быстро, видимо давно за ними охотился. Люси с удовольствием наблюдала, как прищурились на секунду глаза Колина, как миллионы злобных огоньков заплясали в них странные дикие танцы, и тут же пропали. - Вот, значит, как ты обходишься с моим подарком. Что, так сильно обиделась за то, чего сама заслужила, играя в тихую недотрогу? Продавай, - отмахнулся он лениво, - дальше что уйдет с молотка? Библиотека? - Чтобы ты после выкупил ее обратно? - улыбнулась через силу Люси, - нет, Колин. Деньги от продажи книг мне нужны только на оплату штрафа за якобы неподобающее поведение моего подопечного. Но библиотека.. Нет, я ни за что ее не продам. Я ее сожгу. Мужчина напротив изменился в лице, словно не ожидал такого заявления. - Серьезно? Из-за какого-то никчемного раба, живущего с тобой без году неделю? Да ты серьезно с катушек слетела. Он влез в твою голову, и ты приболела, но это пройдет. - Приболела? - девушка даже потеряла дар речи на миг от подобной формулировки, - Я приболела в тот момент, когда возомнила себе, что ты не способен причинить мне боль. - Хорошо, извини, но ты сама спровоцировала меня на ревность. Было бы из-за чего, кстати. Я выплачу штраф, а твое временное развлечение отправится туда, где ему и положено быть. Еще спасибо мне скажешь за то, что я не дал тебе упасть на дно. - Что? - Люси не могла поверить собственным ушам, - Благодарить тебя? После того, что произошло? Тебе нужна помощь психиатра, Колин. Если ты думаешь, что имел на меня какие-то права, или мы с тобой были парой, то очень ошибаешься. О какой ревности ты говоришь? Ты искал в нас сходства на протяжении долгого времени, но это все было лишь в твоем больном воображении! Мы абсолютно разные, и да, я терпеть не могу твой сраный латте! Посетители кафе не скрываясь наблюдали за происходящим, но Люси уже было не остановить. Эмоции, заботливо накопленные ею и запертые ранее на замок, наконец освободились и вырвались наружу. Взгляд Колина же метал молнии, а кулаки то и дело сжимались в молчаливом предостережении. - Я предупредила, я сожгу свою библиотеку, и ты ничего мне не сделаешь. Если хочешь это предотвратить, то у тебя сутки на то, чтобы забрать заявление, и я отдам ее тебе обратно. Не знаю, с чего ты решил, что я горю желанием возиться с твоими раритетными пылесборниками. Люси резко встала, чуть не задев локтем официантку, некстати оказавшуюся рядом. - Разговор окончен. - Даа, - протянул Колин со своего места, - мы действительно разные. В тебе нет ни капли того светлого и чистого, что меня так привлекало. - Значит, тебя привлекала не я, если ты вообще способен на чувства. Тебя привлекало обманчивое предположение, что я могу стать удобным материалом, из которого можно лепить все, что тебе захочется, - она напоследок отрицательно покачала головой, - До связи, Колин. Сутки. Люси ушла походкой, в которой сама себя не узнавала. Прямой, уверенной, с гордо поднятым вверх подбородком и, казалось, таким вовсе неподходящим ей каменным лицом. Так следовало бы идти на битву, сверкая доспехами, а не возвращаться в свою бетонную коробку по Уайт стрит. Но Люси не было никакого дела до битв, когда внутри шла собственная: все позорно клокотало, сердце выпрыгивало из груди, а лопатки взмокли под одеждой. Теперь оставалось лишь одно - ждать и надеяться, что дедово наследие окажется Колину важнее уязвленного самолюбия. Шансы на это были весьма неплохие, но неконтролируемый страх за судьбу Рэя нашептывал свое трусливое "А что, если?". Что, если он не отнесется к угрозам всерьез? Что, если настолько обезумел от ревности, и желание отомстить и растоптать возьмет верх? На протяжении следующих суток Люси готовилась к самым худшим сценариям событий. Дома, в четырех стенах своей маленькой крепости, она вновь и вновь думала о Рэе. О парне, который свалился на ее голову в самый неожиданный момент и придал девушке смелости действовать, наконец , так, как ей хочется. Который, вместо того, чтобы подобно ее фальшивым друзьям, диктовать правила, усомнился в их необходимости. Это он, лишенный судьбой нормальной жизни, вдохнул жизнь в ту, которая не видела ее под собственным носом. И поплатился. И вот, будто сквозь толщу воды Люси услышала звон. Потом еще, громче и отчетливее. Дрожащими пальцами она достала телефон, принимая вызов. - Мисс Томпсон? Ваш подопечный только что был полностью оправдан. Приезжайте.