Пурпурное Знамя

Пурпур не знала сколько она пролежала под скалой, скрывшись ото всех в густой тени и обжигаемая холодом камней. Она не знала ищут ли её вообще. Наверное, нет, зачем тратить силы на жалкую недо-дочь? Небесная уже не чувствовала ничего, остыв и став похожей на те самые холодные камни, на которых и лежала. Злость утихла, но не исчезла до конца, мерзеньким шёпотом отдаваясь где-то в глубине разума. Печаль высохла, как пролитые слёзы, оставив после себя только пустоту и сухость, словно в выжженной пустыне. Радовало лишь, что боль и усталость со временем притупились, хоть и не ушли до конца. Она чувствовала, будто ей связали лапы и крылья и с огромного утёса бросили в холодное северное море, где она медленно-медленно тонет. Всё глубже и глубже, холодней и холодней, темней и темней… Внезапно что-то тёплое и лёгкое коснулось плеча, нежно приобнимая её. В нос ударил запах свежих углей и жареного мяса, а над ухом раздался знакомый голос, полный беспокойства. — Пурпур? Пурпур, как ты себя чувствуешь? Тебе плохо?.. Небесная принцесса отодвинула крыло, скрывавшее её заплаканную морду и пред ней предстал Тетеревятник. Родненький, милый Тетеревятник! Как всегда, перемазанный в саже и копоти. Широко распахнутые ярко-жёлтые глаза смотрели с тревогой и заботой, ни у кого Пурпур не встречала столь доброго и тёплого взгляда. От одного его вида сердце принцессы снова налилось жизнью, забившись чаще, заполняя сухую пустоту. Не помня себя юная дракониха вскочила на лапы и тут же обняла друга крыльями, крепко прижимая к себе. Её не волновало, что чумазый дракончик запачкает её «королевскую» чешую, ей просто нужно было… ей просто нужно было обнять кого-то. Хоть на мгновенье! К её удивлению Тетеревятник не стал брыкаться и выдираться. Напротив, он ласково и мягко обнял её в ответ, согревая своим теплом. Пурпур и сама не заметила, как на глаза вновь навернулись слёзы, на этот раз слёзы облегчения и радости. Ещё никогда её не обнимали с такой нежностью и теплотой! — Тише-тише, Пурпур, — успокаивал принцессу дракончик, поглаживая по изящной шее, — Что произошло? Во дворце все только и твердят, что ты ума лишилась и в окно выпрыгнула! Я тебя пол дня повсюду искал! Пурпур что-то тихо промямлила, но Тетеревятнику не нужно было понимать её речь. Одного виноватого и грустного тона вполне хватало. — Значит-таки выпрыгнула…- вздохнул небесный, отстраняясь от подруги и быстро пробегаясь взглядом по её рыжей чешуе, — Ты не поранилась? Ничего не болит? Хвост цел? — Я… Я в порядке, — утирая слёзы сказала Пурпур, — Только бок болит. Немного. На том самом боку, по которому её ударила матушка, сейчас зиял большой потемневший след. Взглянув на него Тетеревятник ахнул. — Не хорошо… — но уловив взгляд принцессы быстро добавил, — Но не переживай! Это просто большой синяк, он скоро пройдёт, вот увидишь! Просто надо немного подержать в холоде и помазать чем-нибудь… У меня такой же был, когда я уронил на себя чугунный котелок. — Спасибо, в холоде он уже достаточно подержался, на мой взгляд, — фыркнула Пурпур стыдливо прикрывая тёмный след крылом. — Может объяснишь толком, что случилось? — сказал дракончик, нежно кладя свою лапу на лапу принцессы. С тяжёлым сердцем Пурпур пришлось рассказать всё. Вообще всё. И про вчерашний ужин, и про её несчастные Дни Яйца, и про отца, и про её подозрения, и про ужаснейший поединок и материнские крики. Рассказ давался ей с огромнейшим трудом, словно каждое слово цеплялось за глотку острыми когтями, не желая вылетать из уст… Но ей нужно было выговорится! Ей нужно было кому-то рассказать! Её переполняли гнев, обида и ненависть, разгоревшиеся вновь с двойной силой. Почему мать так не справедлива? «Жалкое подобие на дочь»? Так почему же ты, матушка, так долго возилась с этим «подобием» отравляя ей жизнь?! Сейчас, вспоминая всю свою прошедшую жизнь и в частности два последних дня, Пурпур не чувствовала ничего кроме ярости! Почти пропали трепет и ужас перед матерью… Вернее, пропал трепет и ужас перед тем, чтоб расстроить мать. Зачем Пурпур так стараться, зачем терзать себя, если она всё равно «ошибка»? Зачем горбатится на ту, кто даже ни разу о тебе доброго слова не сказал, ни разу не похвалил, ни разу не пощадил?! Да Гранат даже пролитых слёз не стоит! Теперь принцесса понимала это, понимала сколь глупа и жалка была в попытках угодить своей матери. И от этого ненависть лишь росла! От злости и досады дракониха несколько раз срывалась на отчаянный рык, начинав избивать ни в чём неповинный камень. Но Тетеревятник быстро помогал ей успокоиться и прекратить «насилие над минералом». — Вот значит, как… — прошептал небесный, когда рассказ принцессы наконец подошёл к концу. Большие жёлтые глаза были полны сочувствия и ужаса, он явно не ожидал, что рассказ будет столь эмоциональным, — это… Ужасно! — Не то слово… — фыркнула Пурпур, сильнее насупив лоб. Как она могла? Как она могла так бездумно потакать и пытаться заслужить любовь той, кто не любил её изначально! И никогда бы не полюбила, наверное. Даже если бы Пурпур научилась превращать камни в золото… — Ты… ох, Пурпур… Мне так жаль… — лепетал Тетеревятник не в силах подобрать слов. — «Жаль»? За что? — Что я ничем не мог тебе помочь… Может если бы я нашёл тебя чуть раньше вчерашним вечером… Принцесса махнула хвостом. — Нет, это всё равно ничего бы не изменило… — она вновь фыркнула, царапнув каменистую землю когтями, — Она бы всё равно попыталась меня извести! Теперь я знаю это… Нет, теперь я ВИЖУ это! Она всегда превращала мой День Яйца в кошмар и продолжила бы дальше… — Кстати об этом… — Тетеревятник немного помялся, копаясь в небольшой сумке под крылом, которую Пурпур прежде не замечала, — Я узнал про твой День Яйца и в общем сделал тебе подарок… — Подарок? — удивленью Пурпур не было придела. Даже гнев и ярость мигом словно испарились. — Да… Я не знал, что всё обернётся вот так… Но надеюсь он тебе понравится! С этими словами небесный дракончик достал уз сумки неаккуратный свёрток пергамента и протянул его принцессе. Она же в свою очередь тупо уставилась на протянутый свёрток, словно окаменев и не зная, что делать. Никто и никогда не дарил ей подарков… Ни одного… Наконец небесная неуверенно взяла свёрток, словно боялась, что он взорвётся, и начала медленно и осторожно его разворачивать. Что-то внутри блеснуло ярко-алым, словно… Рубин! Прекрасный, гранённый рубин в медной оправе на цепочке! Размером, чуть меньше её ладони. Драгоценный камень переливался всеми оттенками красного и розового в лучах, пробивающегося сквозь тучи, солнца. Он сверкал и искрился, словно игриво и радостно подмигивая. «Вот он, я! Смотри какой я красивый!» Пурпур затаила дыхание, точно боясь, что от её восхищённого вздоха рубин рассыплется в пыль. Это было… невероятно! Невероятно красиво! Её первый подарок! Её первая драгоценность! Во всём мире ещё не придумали слов, чтоб описать её восторг и счастье! — Тебе нравится? — спросил Тетеревятник. Голос его казался каким-то отдалённым, настолько принцесса была поглощена любованием СВОИМ рубином! — Да… Да! — наконец радостно воскликнула она, — Он прекрасен! Он замечателен! Это лучшее что мне когда-либо дарили! Это вообще первое что мне когда-либо дарили! Спасибо! Спасибо огромное, Тетеревятник! Пурпур радостно бросилась обнимать своего друга. Она мигом позабыла и про мать, и про сестёр, и даже ужас поединка, уплывал куда-то в даль, уступая место счастью и свету. — П-пожалуйста… — заикаясь от смущения ответил дракончик. А может это Пурпур просто невероятно крепко обняла его, сдавив шею. Наконец, перемазанная в саже не хуже Тетеревятника, принцесса выпустила его из объятий. Она тут же надела на шею рубин, смотря как он радостно сверкает, покачиваясь на цепочке. — Неужели ты сам его огранил и вставил в оправу? — изумилась небесная, любуясь ярким блеском. — Да, — гордо ответил дракончик, — Это не так сложно, просто нужен огонь посильнее и хороший инструмент для шлифовки. — Где ты только умудрился…? — Я ничего не крал! — мигом начал оправдываться Тетеревятник, несмотря на то, что Пурпур даже не думала о том, что её друг мог что-то украсть! Этот простодушный дракончик даже полу-тухлое мясо для ворон с кухни выносил с неимоверными терзаньями совести, куда ему! — Я нашёл его в одной из старых пещер, ещё давно. Хотел выменять где-нибудь, да на полученное золото купить пару карт и сумок… А тут твой День Яйца… Пурпур снова встала как вкопанная, смотря то на дракончика, то на рубин. — Ты… ты предпочёл подарить его мне, вместо того, чтобы купить то, чего ты так хотел?.. — Ага! — легко и радостно кивнул Тетеревятник, но тут же, поняв интонацию небесной, добавил, — Ой, нет-нет! Всё хорошо! Подумаешь, какие-то затхлые карты, да дряхлые сумки! Ты для меня намного важнее! — Но почему? — Спрашиваешь! Ты же моя лучшая подруга! И… Знаешь, думаю, твоя улыбка куда красивее всех мест отмеченных на карте вместе взятых! И куда дороже любого золота и рубина! Сердце небесной ёкнуло… Неужели он правда так считает?.. — Да и идёт она тебе куда больше, — добавил дракончик и Пурпур с удивлением обнаружила, что она… улыбается. Необычное тепло расползалось по всему телу, мигом перекрыв всю пустоту и заглушив боль. Странно, но так приятно и легко! — Я сохраню его! Я буду носить его с собой всегда-всегда! — радостно сказала небесная, — Пусть кто-то только попробует отнять его у меня! Я этого дракона… сожгу! — Ха-ха, ну совсем в крайности, то не надо входить! — Надо! Тетеревятник ничего не ответил, лишь засмеялся, явно польщённый её словами. Целый день юные небесные провели вместе. Они бродили по горным тропкам и маленьким пещеркам, где Пурпур даже немного искупнулась в холодном ручье. Вода была ледяная, настолько, что гребень становился дыбом! Но это было странно приятно, вода словно смывала печали и страхи. Особенно, когда Тетеревятник начинал брызгаться и пускать в её сторону волны, взмахами широких медных крыльев. После купания они оба немного понежились на нагретых камнях, избегая взора патрулей и прячась от них под камнями и утёсами. Но даже сидя в укрытиях они продолжали пошучивать и смеяться, тихонечко, разумеется. Ещё они наблюдали за вороньими поединками, благодаря Тетеревятнику, который прихватил с собой мяса. Наконец Пурпур смогла хоть немного перекусить. Мясо, что взял для ворон Тетеревятник было, конечно, не особо вкусным, но на голодный желудок просто прелесть! За всё это время она ни разу не сняла с шеи своего драгоценного подарка. Боялась, что ненароком потеряет, смахнёт в воду нечаянно, случайно уронит с уступа. В общем, не отлипала от прекрасного рубина не на секунду, периодически любуясь его алыми и розовыми переливами. Сейчас дракончики лежали на тёплом уступе с сухой горной травой, наблюдая за мирно плывущими по рыжевато-голубому небу облаками. — Смотри! Это похоже на свиток, — сказала Пурпур показывая на продолговатое почти прямоугольное облако. — А это на козла! — ткнул когтем Тетеревятник в сторону небольшого круглого облака с «рожками». — А это на копьё! — над их головами проплыло тонкое и длинное облако, что расширялось к концу. — О! Глянь, прям вылитая крыса! — небесный дракончик указал на «худощавое» сероватое облако, со странным подобием треугольной головы, у этого облака даже можно было разглядеть «лапки» и тонкий длинный «хвост». — И правда! Ха-ха, знаешь, мне никогда раньше не было так хорошо! Может попробуем как-нибудь снова так улизнуть на пол денька или на весь день?.. При более хороших обстоятельствах конечно! — Я был бы рад… — в голосе Тетеревятника читалась лёгкая печаль. — Что случилось?.. Неужели тебя переводят из дворца куда-то?! — Да, почти… — он долго собирался с мыслями. Н аего мордашке прямо можно было проследить, как меняется ход мыслей дракончика, от нерешительного страха, до твёрдой печали, — Понимаешь, Пурпур, я просто думал улететь… Через денёк-другой… — Улететь? Неужели навсегда?.. Тетеревятник лишь мрачно кивнул. Внезапно у Пурпур в голове что-то щёлкнуло, она поняла, зачем её друг хотел выменять рубин и купить себе карты и сумки… — Почему? Неужели он хотел бросить её? — Пурпур, я… Я устал! Я устал драить полы и оттирать от жира и сажи котлы! Устал от того, что каждый на кухне относятся ко мне как к чумной крысе! Я просто чувствую, что… Это не моя судьба. Словно я должен получить нечто большее! Может мне удастся побывать во дворце самой королевы Оазис! А может, я найду затерянный дворец морских! Принцесса слушала слова Тетеревятника и чувствовала, как её сердце болезненно сжимается, скукоживается как изюм. Самым ужасным было горькое осознание, что это правда, а не глупая шутка. Тетеревятник никогда не врал ей… — Но, я ни за что не хотел оставить тебя одну здесь… — дракончик внезапно взял Пурпур за лапу и заглянул в её янтарные глаза, — Пурпур, давай убежим вместе! Уберёмся далеко-далеко где небесные нас не найдут! Спрячемся в… Радужных Лесах! И будем вместе жить там. Будем искать приключения. Будем свободны! В горле принцессы застрял комок. Ещё никогда прежде Пурпур не чувствовала себя такой счастливой как сегодня. Ей вовсе не хотелось возвращаться во дворец, не хотелось вновь оказаться в плену материнских упрёков. Она с радостью бросила бы это всё и улетела с Тетеревятником, хоть на край света! Но что-то было не так… Небесная чувствовала словно какая-то невидимая цепь держит её, сдавливает ей горло, не позволяя полностью расстаться с ужасными воспоминаньями и дворцом. Что-то тянуло её назад… Может страх перед матерью? А может что-то другое? — Что скажешь? Отправишься в это приключение со мной?.. — Я, — «Да! Да, отправлюсь! Я хочу этого! Я хочу никогда не возвращаться назад!» — Не могу… прости. — Но почему? — Ну… а как же моя мать, сёстры? Как же королевство?.. — она безуспешно пыталась откапать в глубине своей души причину этой «невидимой цепи». — После всего что они с тобой сделали ты предпочтёшь их свободе?! — Нет, погоди… Я сама не знаю. Просто такое чувство, словно я не должна покидать это место. Словно у меня осталось не законченное дело… — Дело? — Да… — Пурпур внезапно осенила догадка, — Отец! Я должна узнать о своём отце! — Отце? Зачем? — Всю жизнь я ничегошеньки о нём не знала. Может именно это незнание и держит меня? Может если я узнаю кем он был и что с ним стало, то смогу со спокойной душой убраться отсюда подальше?.. А если он окажется ещё жив?! Может нам удастся найти его! Найти отца… Странно, но почему-то от этой мысли Пурпур стало как-то поприятней. Отцы Рубелит и Пиропы ведь любили их, может и её отец тоже любил её? Любил всем сердцем, даже находясь в изгнании или на смертном одре! Может в мире есть ещё хоть кто-то кто правда любит её?.. Тетеревятник посмотрел на горизонт, словно где-то там, на рыжеющей полосе, делящей небо и землю, от него ускользало нечто ценное… Наконец он мотнул головой и улыбнувшись взглянул на принцессу. — Хорошо! Я сделаю всё, чтоб помочь тебе узнать о твоём отце, а потом мы вместе улетим за горизонт! — Да! Спасибо, спасибо, спасибо! — Кажется ты перебарщиваешь с благодарностями, Пурпур, — хохотнул небесный, умиляясь счастливой и тёплой улыбке подруги.