Представь нас вместе

Год спустя

– Мистер Джостен, последние вещи погрузили, можем отправлять грузовик, – крикнул загорелый мужчина, обращаясь к Нилу. Нил обернулся и кивнул. Он стоял на ступеньках, ведущих в сад, и прощался с домом, в котором провел множество счастливых дней. Он наклонился и поднял с земли пластиковую переноску, откуда высовывалась выпускающая когти рыжая лапа. Поднявшись на балюстраду, он открыл заднюю дверь Мазерати, припаркованного на подъездной дороге, и поставил туда переноску. Загорелый мужчина указал ему на три коробки, составленные у дороги, и сказал, что они были без маркировки, поэтому забирать их не стали. Нил отогнул верхний край и заглянул внутрь, сразу не узнав вещи Эндрю. – Я заберу это, можете ехать, – коротко сообщил он мужчине. Джостен сам загрузил две коробки в багажник, а одну поставил на заднее сиденье, задвинул Лиса к противоположной двери и пристегнул переноску ремнем безопасности. Поза была жутко неудобной. Вылезая, он не рассчитал высоту и долбанулся головой о потолок возле двери, выругавшись на французском. – Осторожнее, а то как же сборная обойдется без лучшего нападающего сезона, – послышалось из-за спины. Нил обернулся, потирая затылок и сквозь слепящее солнце рассмотрел знакомый силуэт. Он прикрылся от назойливых лучей и, прищурив глаза, наконец убедился, что это был Эндрю. – Привет! – оживленно воскликнул он. – Ты как здесь? – Мари черкнула сообщение и сдала тебя. Я вот решил забрать свои вещи, если ты их еще не выбросил, – Эндрю неуверенно сунул руки в карманы, понимая, что вещи – только предлог. – Я как раз только что загрузил их в машину, – Нил кивнул на заднее сиденье. Он сам не до конца понимал, насколько был рад видеть Эндрю и боролся с желанием кинуться к нему в объятья. – Значит ты не уехал? – добавил он. – На время – да, но сейчас вернулся, восстанавливаюсь на учебе. У тебя, я смотрю, тоже много чего поменялось, – Эндрю окинул взглядом пустой особняк. Нил печально вздохнул и качнул головой. А Эндрю стиснул зубы, когда понял, что фраза была неаккуратной. – Прости, я не хотел задеть. Слышал, что произошло, – мялся Эндрю. – От кого? – уточнил Нил. – Мы, мы иногда общались с Ники, – Эндрю так смутился, что покраснел. Ему казалось, он сейчас выставляет себя идиотом в глазах Нила. – Поздравляю с победой, кстати. Игры на олимпиаде – просто огонь, – быстро перевел тему он, но Нил уже ничего не слышал. – С Ники, правда? – глаза у него довольно заблестели. – Вот жук, мне даже ничего не рассказал. – Между нами ничего нет, если ты об этом, мы же совсем не сойдемся темпераментом, – от неловкости Эндрю начал ковырять заусенцы. – Ладно, не красней, я понял, – игриво подмигнул Нил. – Могу подвезти тебя, – добавил он, – не отправлять же тебя отсюда пешком. Они уселись в знакомый Эндрю Мазерати, но на этот раз он занял пассажирское сиденье рядом с водителем. – Когда это ты научился водить? – удивленно спросил он. – Много воды утекло. – Да брось, я видел, как ты выезжал с парковки моего дома в то утро, это был кошмар, – язвительно подметил Эндрю. Нил завел мотор и продемонстрировал критику виртуозный параллельный разворот. Мелкая щепка гравия разлетелась из-под колес так, что несколько камней заскочили в открытое окно машины и ударили Эндрю по голове. Нил резко затормозил и с гордостью сложил руки на груди, выгнув спину. Эндрю засмеялся и изобразил аплодисменты. – Мне жаль, что так случилось с Итиро. Не представляю, как ты это пережил. – Не скрою, было тяжело. Я с головой ушел в спорт и отключился от жизни, а как еще думаешь у меня получилось стать лучшим нападающим – был только стадион, тренировки и одинокие вечера. А стоило вспомнить, я начинал плакать, пока глаза до щелок не опухали. Но сейчас я снова хожу к терапевту. Знаешь, я простил его и теперь правда понимаю, что он поступил так только из-за любви. Как и ты, – Нил взял расслабленную руку Эндрю и положил на свое бедро, накрыв ладонью сверху. Эндрю растерялся и посмотрел на Нила, совершенно не понимая, что должен сказать. – О чем ты? – изобразил непонимание Миньярд. – В тот день, когда мы целовались на крыльце и я предложил тебе остаться, ты ушел, потому что был влюблен в меня? – Нил задавал вопрос, на который заранее знал ответ, но хотел услышать это от Эндрю. – Ты и так это знаешь, – раскусил манипуляцию Миньярд, – и до сих пор люблю, – тихо произнес он, отворачиваясь в другую сторону. – Я тоже был влюблен в тебя, но просто не признавал. Для меня это выглядело предательством Ро, хотя теперь я понял, что любовь…она тоже бывает разная, и его я любил сильнее и совсем по-другому. Нил достал из внутреннего кармана куртки прощальное письмо Итиро на затертой бумаге, которое теперь всегда носил с собой. Он протянул его Эндрю и попросил прочитать послесловие. Нил сказал, что только спустя несколько месяцев понял, о ком шла речь, потому что поначалу был слишком расстроен, чтобы анализировать постскриптум. А потом он узнал, что Рико продал издательство и переехал в Европу, даже не заявившись на оглашение завещания, которое оставил Ро. Эндрю еле сдерживался, чтобы не разрыдаться, он потер переносицу вздернув глаза наверх и изо всех сил сжал свободный кулак. Он понимал, что даже в своем последнем письме к Нилу Итиро не оставил попытки подтолкнуть его к Эндрю, и, если он действительно желал Нилу счастья, то может быть Эндрю правда тот человек, с кем он вновь сможет его обрести. – Эй, ты нормально? – осторожно поинтересовался Нил, все еще сжимая его руку. Эндрю проглотил комок и откинулся на спинку сиденья. Он порылся в кармане брюк и протянул Нилу золотое обручальное кольцо, которое в тот самый день забрал из дома Рико после того, как напугал его до усрачки. – Можно тебя поцеловать? – спросил Нил, с благодарностью в голосе забирая кольцо. – Теперь всегда – да.