Зависть (2) Зависть богов

В первую же рабочую смену я попросила у коллеги телефон, чтобы написать Нелли. Ее номер я помнила наизусть. Увы, я не помнила Зоиного. И точно не могла спросить его у Нелли, хотя эта самоубийственная мысль посещала мой больной мозг. Оставалось лишь гадать, что писала мне Зоя. Родители спрашивали про загадочный абонент Z, сообщения которого в свернутом виде наблюдали на заблокированном экране. Впрочем, не так уж много — от Нелли и сокурсниц больше. Сначала я думала сказать, что это девчонка, у которой одалживала книжку для учебы и должна вернуть (это был бы хороший предлог улизнуть — чужие вещи надо отдавать), но тогда родители могли заставить открыть диалог и назначить встречу при них? Что бы они там увидели! Поэтому я просто сказала, что Z никто, такая же, как прочие, просто я некогда торопилась и не записала имя полностью. Когда же звонил Макс, меня тоже держали всецело под бдящим оком. Короче, дерьмо, как определила бы Нел — ни одного шанса перехитрить всех. * Прошло три дня моего домашнего ареста. Я развешивала новые поступления в магазине, когда услышала (и не поверила) голос, заставивший все внутри перевернуться: — Простите, милая, я вас не хочу. Мне нужна она. Это было сказано очень просто, без нажима или двусмысленности. Повернувшись к источнику звука, я заметила, как моя коллега окидывает Зою удивленным взглядом. Ну да, рыжая не похожа на пятидесятилетнюю, которой надо немного поднять настроение с самооценкой и которые обычно требовали именно меня к обслуживанию. В летнем платье с глубоким декольте и вырезом спереди сбоку на бедре, на каблуках и с великолепной яркой внешностью она похожа на очень уверенную в себе персону, очень самодостаточную, — она похожа на бога. Под подбородком у нее защитная маска, — все же ковид, и без обязательного атрибута в магазины попросту не имели права пускать. В будни у нас было особенно мало народа (точнее, мало было по выходным, а в будни шаром покати), и девушки боролись за каждую клиентку, если не говорить о безнадежных, которые обычно попадали на мою долю. Так что коллега конечно со скрытым неудовольствием уступала мне дорогую женщину. — Только наденьте, пожалуйста, маску. — бросила она и отошла. Я смотрела на Зою, она на меня. Слегка наклоняя голову, не прерывая зрительного контакта, рыжая ухмыльнулась уголком тонких крашеных губ. Изысканная маска тут же скрыла их. Мне показалось, насмешливые губы едва заметно дрогнули, а лукавый взгляд был слишком глубоким. С небрежностью умелого дирижера Зоя провела рукой по развешанным у стены лифчикам, таким маневром приблизившись непринужденно ко мне. — Вы мне поможете? При ее близости я забывала дышать, мне столько хотелось ей сказать, оправдаться, извиниться, объяснить ситуацию. — Да, конечно. — только попыталась улыбнуться я, хотя за маской она все равно вряд ли угадывала нижнюю часть моего лица. — Вас интересует какая-нибудь определенная форма, цвет? Могу посоветовать уникальные комплекты из новой коллекции. — Давайте посмотрим, что посоветуете. — легко реагировала Зоя. Как у себя дома, она подошла к кассе, брызнула антисептик и растерла им руки. Все что я пыталась делать — откровенно не пялиться на ее фигуру сзади, а когда она обернулась — на прорезь платья спереди сбоку, где в движении соблазнительно проглянуло ее бедро, что у меня закружило голову. Следующие минут пятнадцать мы расхаживали по зале от одного модельного ряда к другому. Я старалась, чтобы у меня не трясло ноги. Иногда Зоя задерживалась перед экземплярами, я протягивала ей. От краткого контакта пальцами низ моего живота стремительно наливался свинцовой тяжестью. Хотя это очень мешало работать, я жаждала мимолетных прикосновений как можно больше. Синие глаза, изучающие бюстгальтеры, периодически обращались ко мне, задерживаясь однако не больше приличного, в то время как я до смерти хотела ее внимания, хватая как хватал бы утопающий воздух — ее ускользающий взгляд. Пока я рассказывала заученные реплики, она зачастую даже не поворачивалась, исследуя изящными пальчиками ажуры и ткани. Зоя была настолько спокойна, настолько занята своим выбором, что мне воистину начинало казаться, что я говорю с совершенно незнакомой женщиной — клиенткой, которая случайно забрела именно в этот магазин и так же случайно потребовала в консультанты именно меня. Может, она пришла лишь для того, чтобы показать, что между нами ничего нет, и я являюсь тем персоналом, который обслуживает тех, как она? От этой мысли мое сердце падало в черную бездну отчаяния. — Сколько у нас там? — Зоя начала перебирать плоские вешалочки, которые я держала для нее. — Тринадцать. — за все то время, как мы ходили, отложенные я считала на автомате. — Что ж, померю пока их. Где у вас тут кабинки? Там? — Зоя двинулась в направлении к коридору. Салон был не таким уж большим, чтобы не сориентироваться. — Несите за мной. Мы прошли в самую глубь коридора. Возле последней кабинки, забрав у меня лишь часть лифчиков, Зоя распорядилась: — Не уходите далеко. Сколько раз на месте других женщин я мечтала увидеть в этой примерочной именно ее — моего рыжего бога. Я визуализировала ее во всех возможных лифчиках, которые покрывали чужие формы. И теперь стоя за плотной шторой, как сторожевая собака, я не могла без дозволения взглянуть даже глазком. У меня сводило низ живота только от представления, как она стоит там полуобнаженная. Смотрится в зеркало. Возможно, укладывая руки себе на талию или проводя по животу. — Зайдите. Хочу вашего совета. — хотя прошло достаточно времени, Зоя не сомневалась, что я никуда не ушла. — Да. — у меня вырвало воздух из губ, я чуть не застонала в голос от ее предложения. «Господи, я сейчас увижу» — билось в уме бешеным пульсом, когда я, путаясь в шторе, наконец сдвинула ее. Кроме фрагментарных урывочных ракурсов, я же никогда не видела Зою ни голой, ни даже полуобнаженной. В раздевалке перед скалолазанием мы обе, словно сговорившись, почти совсем не смотрели друг на друга. Позже я жалела об этом. Зрелище, открывшееся мне теперь, заставило сердце остановиться на несколько мгновений, чтобы лихорадочно ринуться с новой силой затем. Зоя выглядела неописуемо невероятно. Смогу ли я когда-нибудь с такой уверенностью стоять под чьим-то взглядом? Каждый дюйм ее тела слово говорил: «Я знаю, насколько я манящий и пленительный». Изящный изгиб в пояснице, осанистые спина и плечи, подтянутые попа и бедра. Абсолютно женственная, абсолютно шикарная, абсолютно ведьминская. Хотя трусики на Зое были из другого (своего) комплекта, но тоже дорогого ажура и, несмотря на некоторую разницу в оттенке, хорошо сочетались. Больше всего на свете я хотела сейчас дотронуться до нее, но никак не могла позволить себе решиться. — Надеюсь, твоя напарница не сильно удивилась, что я потребовала тебя. — Зоя пристально наблюдала за моим лицом в зеркало. В отражении я увидела неописуемую картину в новом ракурсе. Она была головокружительна. Ее шея, ее грудь, ее живот, ее ноги. — Нет, не сильно. — хрипло выговорила я, стараясь совладать с языком. — Такое случается. — Тебя кто-то еще требует? — взгляд Зои стал напряженным. — Ты так же им помогаешь с выбором? — Иногда они показывают мне свою грудь, чтобы я подобрала по форме. Теперь Зоя, кажется, начала напрягаться всем телом. — Что еще вы делаете? — Ничего больше. Подбираем. — было поздно брать слова обратно, и я просто хотела донести, что просто ничего такого не делаем! Зоя прикрыла глаза. Она приподняла одну руку перед собой, снова словно дирижер неслышимой музыки, очень громкой музыки (с нарастающими битами?). — Выметайся, закрой дверь! — Но тут нет двери. — мои нервы не выдерживали, вся я не выдерживала. Я слишком ее чувствовала сейчас (слишком слышала ее музыку?). — Зоя, пожалуйста… — Провали в туман! Скройся! Я решила действовать решительно и решительно задернула штору, вмазав тяжелой тканью себе по щеке (видимо, мое лицо решительно горело остаться там). Меня трясло от этой невменяемой женщины. — Ты за этим сюда пришла? — пробормотала я из-за шторы. — Я не знаю, зачем я пришла! Просто не знаю! — пыхтела по другую сторону Зоя, похоже, одеваясь обратно. — Я не собиралась, я не хотела. Господи, я как будто с подростком, и он даже не понимает, что делать с раздевающейся женщиной!.. Это просто, это просто… — она застряла в подборе слов. Я заглянула в прорезь. У Зои было такое лирическое лицо, и она стояла с поэтически вздернутой рукой, зависнув на выражении мысли. Она смотрела теперь на меня, я смотрела на нее. Зоя была без лифчика, я и забыла, что сначала его надо снять, чтоб одеться обратно. Почему-то думала, что она уже в платье. — Что ты нахуй делаешь, Римма? Я не одета! — при этом Зоя не производила ни единого движения или полужеста, чтобы прикрыться. — Ты забываешь, что передо мной многие женщины раздеваются, и при моей работе это может ничего за собой не предполагать! Вообще. Кстати, предыдущий бюстгальтер на тебе безумно сексуально смотрелся! — я хотела уточнить, что у нее безумно сексуальная грудь, но боялась даже опустить туда взгляд, чтобы не начать пожирать глазами. — Да? Спасибо. Я его возьму. Давай я еще померю лифаки! Ну раз уж здесь. Какой следующий предложишь? — М, сейчас. — я начала спешно перебирать в руке. — Вот этот. Зоя смотрела на мою руку. Немая сцена продолжалась. Зоя взяла не лифчик, а мое запястье, рывком затягивая внутрь кабинки. — Рима, что ты со мной делаешь… — горько сладко грубо нежно горячо шептала она мне в губы. — Ты в самом деле не догадываешься, как у меня от тебя жарко между ног, жарко в уме, что я после всех игноров приперлась сюда? Ты хотела, чтобы я сбрендила, когда ты так здесь смотрела на меня? Или мне надо было сесть на стойку кассы, когда ты заглядывала в разрез моего платья?..