Зависть (2) Зависть богов

В воскресенье я не особо рассчитывала увидеться с Зоей. Я же не припрусь к ней домой, пока там ее мама. Как на меня посмотрят?! Но даже если б мама уже и уехала, я бы вряд ли стала злоупотреблять гостеприимством и условно открытыми дверями. А вдруг закрытыми? А вдруг там уже Оксана? А вдруг к Зое вернется настроение похуй? А вдруг я стану слишком навязчивой? Как же хочется ее увидеть. Нельзя, нельзя злоупотреблять. С самого утра я начала строчить ласковые ненавязчивые смс, мол, как спалось и всякое такое. От ее обыденных ответов почему-то кружило голову (и не только голову), будто там между слов «Нормально, как сама?» прятался особый тайный смысл, понятный только нам (или только мне?). В общем, от всех этих переписок, печально понимая, что питать других надежд (в спаренности с иллюзиями) на сегодня вряд ли получится, я пошлепала в душ (вдруг там случайно что-то произойдет). Господи, ее язык! Вот уж не сравнится ни с каким душем. За неимением лучшего, душ нужен был срочно. Меня немного тормознуло новое смс (телефон я конечно брала с собой). «Как у тебя со временем через два часа?» — Зоя. Вообще-то мы уже утвердили планы с Нел и Максом, что поедем в зоопарк на зверушек смотреть, и что посидим потом где-то в кафешке. Но я бы скорее оторвала себе пальцы, чем написать об этом Зое. Вдруг она хочет что-то предложить, а так — типа не захочет нарушать планы. С Нел и Максом как-то разберусь (я знала, что что-то придумаю: впервой, что ли). Нелли, между прочим, провела у нас ночь (в смысле, в Максовской хате), спала в свободной комнате. Мне все больше казалось, что она медленно, но верно пытается занять определенное место в нашей готовящейся семье. И отсюда же, вероятно, была навеяна ее идея с ролями: помимо игры творчества, она хотела сблизиться (этакое душевно-ментальное сближение в десны — как мило). Может, я слабая и зависимая от близкого общения (не отрицаю!), но я испытывала похожие чувства, а потому могла ее понять. Одной из причин, почему не решилась снимать комнату (клоповник), был факт того, что привычно не увижу Нел на лестничной клетке, и вообще все окажутся далеко, а я там одна (куковать!). Поэтому я вовсе не была против близости с Нелли, я любила свою подругу. Даже ее грубоватые поддевки нравились: она создавала мне вызовы, они мне были нужны (полезно, чтобы не коснеть). Проводить время с Нелли и Максом, наблюдая их шуточные баталии в борьбе за мое внимание, было приятно. Я чувствовала себя в семье (не в той, в которой рождаешься, а которая создается). Это было очень теплое, бесценное ощущение. Но что я могла поделать, если моя душа рвалась не в ту степь? Если у меня сносило крышу просто от одной мысли о Зое? «Соскучилась?» — написала я. «Могу выбраться к тебе в район на часок-пару. Потом буду занята. Только давай программу без парка? (смайл)», — Зоя. Неужели сразу в гостиницу? Ох. Случайности в душе отменяются. Только мытье. «Где встретимся?» — пишу, не попадая по буквам. Хорошо, что уже заперлась в ванной, и никто не шастает мимо, чтобы видеть мое лицо, а заодно руку, бесконтрольно поглаживающую трусы (я даже не заметила, как произошел этот ужасный жест, убрав немедленно, когда заметила). «Ты помнишь, где был отель? Разберешься, как дойти?» — Зоя. «Да» — я. Да! Да! Да! Внутри пели барабаны. «Давай у входа. Через два часа» — Зоя. * Зоя встречала меня перед входом в гостиницу. Судя по выражению лица, ей вроде не было похуй. Я бы даже подумала, что она заведена. Сильно. Может, она тоже просыпается со своей чудесной смазкой в трусиках после будоражащих снов (с участием меня)? — Привет. — Зоя выждала, когда я поздороваюсь первой. — Привет. — взгляд синих глаз оценочно прошелся по мне от таза до головы (хм, а мои стопы ее не интересовали?). Мериада ресничек поднялась (мне опять хотелось целовать каждую). Солнце брызжело в рыжих волосах. Зоя была в летнем платье, и я не заметила с ней сумки. — Ты налегке? — удивилась я. — Я приехала чуть раньше. Уже разместилась. — одна рука у Зои лежала поперек живота, и она выставила в пальцах припрятанный сбоку ключ-карту. — Пойдем? — Да. Когда мы оказались за дверью номера, жар между нами был ощутим в воздухе. Зоя не отошла далеко, встала лопатками к двери. Я замерла, повернувшись к ней, в полутора шага перед. — Иди сюда. — глухо. Синие глаза туманились и будто плавились в горящем нетерпении. От этого взгляда невозможно было не поплавиться самой. Я сделала шаг, приобнимая за талию. Кажется, Зоя напрягалась, чтобы не произвести какую-то еще реакцию (задрожать?). Я и сама была не в себе. Мне хотелось беспорядочно вжаться в нее поцелуем, чтобы дать выход-вход волнующей бездне чувств, подкашивающей ноги. — Ну, чего ты ждешь? — снова глухо. — Сделай, чтобы раздвинула ноги. Я полночи не спала. Не притрагивалась к себе. Для тебя. Мне надо было как-то вжать ее в дверь, наверное, грубо? Налечь телом, показать себя альфа-самкой? Это как-то так делается? Но я просто начала ее целовать (очень хотелось). И еще я поняла, что ее стон даже больше хотелось. У меня чуть дым из ушей не пошел от страсти. Какая же она невероятная. Стонущая, путающаяся губами, языком, дающая мне пространство заходить внутрь, сминать, догонять, узнавать. — Ноги. — произнесла я, распаленная, приподнимая на ней платье. Я хорошо знала, как должна звучать эта интонация. — Раздвинь для меня. — зачем-то добавила я отсебятину, мой больной мозг решил как-то подхватить именно эти слова из ее монолога. — Еще что-то? — почти издевательски. Да что она из себя изображает? Только что стонала, чуть не по двери распласталась, вон волосы растрепались. До сих пор дышит с пылу, с жару. Мне очень хотелось ударить ее. Но я конечно не стану этого делать, слишком в памяти вчерашний урок. Поэтому я просто непонимающе стояла. Ни черта не понимающая в этой женщине. Наверное, я что-то сделала не то, но я не собиралась разбираться, что именно, все равно не угадаю. Все что угодно могло быть НЕ ТО! (А вот как если бы то, то ого-го, чтоб было бы, да кабы…) — Все? Стоп-сигнал? — снова едко. Я непроизвольно отпрянула под насмешливым взглядом, боясь просто шарахнуть ее. — Иди сюда. Я тебе отходить не разрешала. — властно, уже без усмешек. — Боброва, живо. Сюда. Так лучше. Рима, не пытайся меня взять моими же методами. Я их слишком хорошо знаю. Делай ПО-СВОЕМУ, я хочу чувствовать ТЕБЯ. Если бы ты просто сказала «Раздвинь для меня» — было бы лучше… Давай кофе-брейк, переключимся пока. — Какой еще кофе? Ты кофе за утро не напилась? — я все же решила расстегивать ширинку, пока она на поиски кофе не отправилась. — Сливок. Про кофе было иносказательно. — Зоя Витальевна, хотите посмотреть, как я соскучилась? — Очень!.. Хочешь, чтобы потрогала, Боброва? Попроси. — Пожалуйста, потрогайте меня, Зоя Витальевна. Я с утра изнемогаю, места себе не нахожу, как скот неприкаянный. Чуть не начала написывать с шести, вы наверняка еще спали. — Связанной вчера было лучше? — Да. Ом. Ваши руки… Не тяните, пожалуйста. Там между ног все горячо, вас ждет, вы издеваетесь близ да около… — Больно же вчера было? — В начале очень. А потом я не поняла, что случилось. Это было так естественно, и я просто с ума сходила, находиться там, для вас… Пожалуйста, Зоя Витальевна, потрогайте не только ноги!.. Охм-м. А-ах. — Господи, какая ты… Чем ты мне нравишься, что умная, всегда смазанная. Не люблю сухие пезды. — Такое разве при вас может быть? — Да, бывает. Все текут по-разному. Пока девочку научишь течь правильно, заранее разгоняясь нужными мыслями, столько обид нелепых. Как будто сама не понимает, что должна придти уже мокрая, и еще на что-то рассчитывает. Течь должна, желать, хотеть!.. Боброва, в транс не уходи, на меня смотри. Даже умные, казалось бы, бабы часто парадоксально глупы, не дальновидны, не умелы, как будто свой же организм сами настроить-обучить не могут, а только ждут, чтоб им прелюдию создали. Некоторые впрямь считают, что очень интересно с ними о жизни поболтать! Уж лучше книжку полистать, чем их мысли слушать. Не мудрено, что нормальные мужики из семей уходят: жена-то сухая, горячими глазами не греет, а только требует чего-то. От действительно умной, во всех местах умной женщины ни один никогда бы не ушел… Я рада, что ты со мной всегда мокрая: с тобой можно и о жизни. Хоть раз явишься ко мне сухая, пизду линейкой отшлепаю, жестко отшлепаю. Поняла, Боброва? — Да, Зоя Витальевна. А что можно сделать, чтобы вы средне-жестко отшлепали? Страшно хочу под вашу линейку. То есть мне страшно, но я хочу. — Быстро на кровать.