Happily Divorced/Счастливо разведённые

      — Зимний бал Нарциссы уже в эту субботу, Гермиона, — Джинни не переставала ругаться, пока подруга перебирала вешалки с элегантными платьями. — Какого чёрта ты тянула так долго с поиском платья?       — Я мать троих непослушных детей, — ответила Гермиона, прикладывая к себе голубое платье без бретелек, нахмурилась, оглядывая себя, и положила его обратно. Джинни усмехнулась.       — Неплохой вариант. Одна из этих троих пробудет в Хогвартсе ещё неделю, как и мой, а твои двое не более сумасшедшие, чем Альбус и Лили. Так что твоё оправдание — полное дерьмо.       Гермиона рассмеялась:       — Ой, ладно, хорошо. Мне нет оправдания. Не могла бы ты просто помочь мне выбрать приличное сапфирово-голубое платье, пожалуйста?       — Довольно специфичный выбор. Почему именно он?       — Ну… оно должно подходить к ожерелью, которое Драко подарил мне на День рождения.       Джинни ухмыльнулась:       — Ах, ну да. Мы же не хотим расстраивать твоего бывшего мужа, не надев это ожерелье. А он, скорее всего, придёт со своей девушкой на приём к матери.       — Сколько раз я должна тебе повторить, что они ещё не объявили себя парой официально? — выругалась Гермиона, издав писк отвращения при виде платья, которое она вытащила.       — Ты действительно думаешь, что они этого не сделали? — спросила Джинни. — Как долго они уже встречаются? Месяц?       — Шесть недель.       Джинни расплылась в широкой ухмылке.       — Ты считаешь?       — Я… нет, я… — Гермиона смущённо фыркнула и покраснела. — Нет, не считаю. Вернёмся к теме. Драко бы мне сказал, если бы дошло до этого. Мы довольно откровенны в таких вещах.       — Ужасно, — рыжая притворно вздрогнула. Она снова начала рыться в вешалках, пока не завизжала от восторга, когда вытащила по-королевски сапфирово-голубое платье и протянула его Гермионе. — Это оно.       Гермиона выпучила глаза.       — Ты, должно быть, шутишь.       — Да ладно тебе, не превращайся в старушку. Тебе тридцать семь, а не восемьдесят. Просто примерь его.       Гермиона вздрогнула при слове «старушка» и почти вырвала платье у Джинни. Она не хотела даже думать о себе как о «старой», пока все трое её детей не выйдут замуж и не обзаведутся собственными детьми.       Поэтому она отдала свою сумку Джинни и проскользнула в примерочную. Гермиона покрутила платье в руках и залюбовалась им. Спереди оно выглядело довольно прилично, хотя небольшой вырез и форма чашечек смогут выгодно приподнять её грудь. Это можно было легко исправить, если не надевать бюстгальтер и позволить платью сделать всю работу. С левой стороны был виден разрез, доходящий до середины бедра. Это заставило её немного задуматься, но, учитывая, что платье не должно облегать ниже бедра, разрез будет заметен только при ходьбе.       А вот спина… Мерлин, спина была главной изюминкой платья. Просто потому что не было никакой спины, о которой можно было бы говорить. Пуф. Кусок ткани пропал и вновь появился там, где, как она предположила, начинается поясница.       Не то чтобы Гермиона была ханжой. Дело было не в этом. Оно просто не в её вкусе. Платье было прекрасным, и отлично смотрелось бы на ком угодно, например, на Джинни. Но мысль о том, что именно она будет в нём, заставила её немного сомневаться.       Тем не менее Гермиона всё-таки разделась и натянула платье. Несмотря на свои сомнения, она должна была признать, что выглядела в нём довольно хорошо. Нет, не так. Она выглядела в нём чертовски хорошо. Джинни была полностью согласна, как только увидела её, и отказалась идти искать ещё платья, потому что это было то, что нужно.       — Оно точно вырубит одного блондина, — Джинни улыбнулась, расправляя платье так, чтобы показалась нога Гермионы.       — Джин, это не для Драко, — Гермиона закатила глаза.       — Для тебя — нет, но для меня — точно. Теперь, когда мы определились с платьем, можно, наконец, вернуться к вопросу о твоём спутнике.       — О нет, — Гермиона покачала головой. — Как я уже сказала тебе на прошлой неделе и на позапрошлой, у меня не будет плюс один.       — И, как я говорила тебе на прошлой и позапрошлой неделе, все будут с парой, кроме тебя. Даже Рон! Не в обиду моему брату, но я всё ещё в шоке.       Гермиона рассмеялась. Да, Рон собирался пойти с кем-то на Зимний бал Нарциссы. Не на свидание — по крайней мере, он так сказал, — но ему никто не поверил. Девушка время от времени заходила в магазин шуток со своим шестилетним ребенком, который был просто одержим товарами оттуда. Они с Роном начали общаться за пределами магазина, и на прошлой неделе он, между прочим, спросил её, не хочет ли она пойти с ним на бал. Она ответила «да», и Гермиона была так рада за него.       — Пожалуйста, пригласи Уинстона.       — Что? — Гермиона уставилась на Джинни и сразу же пошла в атаку. — Ты знаешь, что у меня есть правило не заводить отношений с теми, с кем я работаю.       — Ну, не называй это свиданием, — предложила Джинни. — Просто друг, который ведёт своего другого просто друга на дружеское мероприятие.       — Да… именно так он и подумает.       — Хорошо, тогда иди на бал одна, пока все, включая твоего бывшего, будут в объятиях своих вторых половинок.       Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что нечем. После нескольких провальных попыток она, нахмурившись, скрестила руки на груди. — Ты маленькая злобная ведьма.       Джинни засияла.       — Я делаю всё, что в моих силах.

***

      Они встречались уже чуть больше месяца, и последние три недели заканчивались одинаково — у Астории дома.       Поняв, что ей придётся задержаться в Англии дольше, чем она планировала, Астория покинула дом своей сестры и переехала в лофт, который снимала понедельно. Будь то обед или ужин, они в итоге всегда оказывались там. И именно тут нервы Драко начинали сдавать.       Его разговор с Блейзом о сексуальных и эмоциональных блоках состоялся уже как две недели назад. И с тех пор Драко ещё не разговаривал с Гермионой о том, не хочет ли она втайне проклясть его. Он также ещё не поговорил с Асторией об уровнях их комфорта друг с другом. Всё это было действительно изматывающим, и вот ему снова приходится сталкиваться с этим.       Они расположились у неё на диване и смотрели телевизор. У Драко был такой же в собственном доме, потому что его дети были зависимы от этой штуки. И он тоже отчасти, учитывая, что его магглорожденная бывшая жена заставила его купить телевизор в первую очередь. Он был удивлён увидеть его у Астории, но потом она объяснила, что её бывший муж увлекался торговлей между волшебниками и маглами. И на протяжении многих лет он, а следовательно, и она с сыном познакомились со множеством маггловских предметов. Но она должна была признать, что телевизор, безусловно, стал её любимым.       И вот они снова здесь. Диван Астории был маленьким. Двухместным, и он готов был поклясться, что она сделала это нарочно. У неё больше не было места, куда можно было бы пересесть. Не то чтобы он хотел, но если бы появилось желание, то ему бы не помешало мягкое кресло.       — О, это моя любимая часть.       Драко посмотрел на неё сверху вниз и слегка усмехнулся:       — Сколько раз ты уже пересматривала её?       Астория пожала плечами.       — Достаточно.       — Перевод: слишком много.       Астория игриво шлёпнула его по руке, и тут начнётся. Она обнимет его за талию и положит голову ему на грудь. Драко уже знал эту стратегию и мог читать её как открытую книгу. После этого её рука начнёт подниматься по его груди. И останется там на какое-то время. Иногда она может слегка гладить его. Она придвинется чуть ближе, даже прижмётся и будет терпеливо ждать от него следующего шага, который заключался в том, чтобы обхватить руками её талию. Он не видел, но чувствовал, что она улыбается каждый раз, когда он это делал. Затем она немного приподнимется и поцелует его в щёку — слишком близко ко рту. И он бы поцеловал её, как следует, но тогда-то и начнётся его эмоциональный переворот.       На самом деле, Астория неплохо целовалась (проблема не в этом), но его мозг отказывался вести себя прилично и продолжал сравнивать её с Гермионой. Как будто его мысли были бегущей строкой:       «Гермиона никогда бы так не провела пальцами — это была скорее… ласка».       «Гермиона никогда бы не укусила так сильно».       «Гермиона всегда предпочитала, чтобы он был инициатором».       Гермиона то. Гермиона сё. Это сводило с ума.       Стук в окно заставил их отпрянуть друг от друга и приостановить свои шалости. Драко оглянулся, надеясь, что его выражение лица не выдало его внутреннего облегчения, и прищурился, узнав сову.       — Это сова Гермионы, — сказал Драко, высвобождаясь из объятий Астории. Он впустил сову Реми, которая бросила письмо к его ногам и улетела обратно. Он понял, что это была короткая записка, но не мог оставить её без внимания.       «Извини, что отвлекаю, но Скорпиус простудился и плохо себя чувствует. Ты же знаешь, как у него это проходит.       Гермиона хх».       — Что это? Всё в порядке? — спросила Астория, подходя к нему. Драко сложил письмо пополам, убрал его в карман и вздохнул.       — Мне очень жаль, но я должен идти. Скорпиус заболел.       — Ох, что-то серьёзное?       — Нет, обычная простуда, но, — Драко начал улыбаться, — он подпускает к себе только меня, когда болеет, и закатит истерику, если Гермиона приблизится хоть на два фута к его кровати. Астория, я…       — Всё нормально, не беспокойся об этом, — Астория успокоила его. — Обязанности папы всегда на первом месте. Увидимся в субботу на балу.       Астория поцеловала его на прощание, и Драко аппарировал прямо в дом Гермионы.       — Гермиона, ты где?       — Кухня!       Драко направился на кухню и обнаружил, что его бывшая жена уже раскладывает еду на поднос. Взглянув, он понял, что она собрала типичный «больничный набор». Тарелка супа, чашка чая, зелье от кашля и сильно разбавленное снотворное.       — Ты прибыл быстрее, чем я ожидала, хорошо, — сказала Гермиона, поднимая поднос и отдавая его Драко. — Скорпиус так сильно кашлял, что я удивлена, что он всё ещё способен разговаривать.        — Где Лира?       — У моих родителей. Я не хотела, чтобы она тоже заразилась. Она ещё тот подарок, когда болеет.       Драко рассмеялся. Лира может и была маленьким лучиком света, но точно не во время болезни. Отправить её на ночь к родителям было хорошей идеей. Возможно, всё затянется до конца недели, если Скорпиус не будет здоров.       — Хорошо, я пошёл к нему. После того, как он уснёт, я заскочу домой за сменной одеждой. Что-то подсказывает мне, что он не позволит мне уйти отсюда сегодня ночью.       Гермиона улыбнулась:       — Скорее всего. Удачи тебе.

***

      Удача ему бы не помешала. Драко потребовались не менее пяти попыток, полных мольб и уговоров, чтобы заставить Скорпиуса выпить зелье от кашля. Как только он наконец согласился его выпить, он отказался от супа, предпочитая чай, но только для того, чтобы перехотеть после двух глотков и попросить снова суп. И, конечно же, Скорпиус не хотел есть самостоятельно: ему больше нравилось, когда это делал отец. И Драко кормил его. Всё что угодно для своего сына, включая чтение ему не одной, а трёх сказок на ночь, прежде чем мальчик примет снотворное.       Когда Драко наконец спустился вниз, он был готов уснуть прямо на диване. О том, чтобы сходить домой и переодеться, можно было забыть. Это была единственная ночь, когда он был готов забыть о личной гигиене. Однако Гермиона по всей видимости предвидела эту ночь, поэтому бросила его небольшой рюкзак на край дивана, рядом с ним.       Драко посмотрел сначала на него, потом на неё и ухмыльнулся:       — Благослови тебя Господь.       Гермиона рассмеялась, присаживаясь рядом с ним:       — Ты же меня знаешь, я всегда думаю наперёд. Кстати, мне очень жаль, что тебе пришлось сорваться. Я говорила ему, что сегодня вечером ты занят, и я действительно пыталась убедить его, но Скорпиус…       — Всё хорошо, — сказал Драко. — Интересно, продолжит ли он свои капризы, умоляя меня позаботиться о нём, когда будет в Хогвартсе.       — Если да, то Мерлин тебе в помощь.       — Тогда мне нужно будет подключиться к камину в гостиной Слизерина.       — Или в гостиной Гриффиндора.       Драко вздрогнул.       — Не говори так! Ты уже провернула этот трюк с Кэсси и посмотри, теперь в ней течёт красно-золотая кровь.       — Да-да, так и есть, — Гермиона сияла от счастья. Драко надулся как ребёнок, что только заставило её смеяться ещё сильнее. Он уставился на неё, наблюдая, как покраснели её щёки и как она смахнула невидимую слезу. Приятное тепло разливалось по его телу от открывшейся перед ним картиной.       — …Спасибо тебе, — сказал Драко, как только она успокоилась после своего приступа смеха. Гермиона в замешательстве склонила голову набок.       — Спасибо за что?       — За смех. За то, что не выглядишь так, будто ненавидишь меня.       Гермиона нахмурилась.       — Ненавижу? Драко, я никогда не смогла бы ненавидеть тебя...       — Скажи это своему лицу, — печально усмехнулся он. — Последние несколько недель каждый раз, находясь рядом со мной, ты выглядела немного… напряжённой…       Так ли это? Была ли она такой?       Гермиона опустила взгляд на свои колени, нервно заказывая руки.       — Я… признаю, что в последнее время я была сама не своя, — она посмотрела на него и добавила: — Но это не из-за тебя, это всё я, клянусь.       Драко не смог сдержать ухмылки, разворачиваясь к ней лицом.       — Знаешь, когда кто-то говорит: «Дело не в тебе, а во мне», обычно всё наоборот. Ну же, Гермиона, будь честна со мной, — он взял её за руки, лишь бы она не стёрла их до дыр от волнения. — Тебе не нравится, что я встречаюсь с Асторией?       — Дело не в этом, точнее не совсем.       — Тогда в чём?       — То, что ты с ней, делает наш развод реальным, вот и всё, — Гермиона призналась. — Ты должен признать, что он у нас был довольно нестандартным.       — Верно.       — Со мной всё в порядке, обещаю. Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть к этой мысли. Если ты смог, то и я смогу.       Чувство вины сильно охватило Драко, и он задумался, уставившись на диван. Если ты смог, то и я смогу… Но смог ли он? Так ли это?       — Драко? — Гермиона тихо окликнула его. Она придвинулась ближе к нему и протянула руку, чтобы коснуться его щеки. — Ты счастлив, не так ли?       Будет правильнее сказать, что он доволен. Но счастлив? Одно можно было сказать точно, прямо сейчас он счастлив. Возможно, это было ошибкой с его стороны, но тело отреагировало быстрее, чем мозг, который мог сказать ему «нет».       Драко наклонился вперёд и поцеловал её. Это было мимолётное прикосновение, но вмиг вспыхнутое желание, которое исходило от них, было космическим. Гермиона была застигнута врасплох, и её сердцебиение ускорилось — не только из-за поцелуя. Сердце было готово выпрыгнуть только от одного его присутствия рядом, их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, а его губы нависали над её губами и дразнили.       Ей никогда не нравилось, когда её дразнили. И Драко знал это.       Он сократил расстояние и снова поцеловал, обвивая руками её талию и притягивая ближе. Прошли месяцы с тех пор, как он вот так прижимал её к своему телу, и, Мерлин, как же он скучал. Он скучал по ней. Поэтому он прервал поцелуй лишь на мгновение, чтобы перенести их в спальню.       Когда Гермиона приземлилась на ноги, обнаружила, что её спина прижата к двери спальни: Драко вновь притянул её к себе и заключил в объятия. Их поцелуй был неистовым. Нет, «жадный» было бы более подходящим словом. Гермиона изо всех сил пыталась здраво мыслить, прежде чем всё полетит к чертям.       — Скорпиус может… — прошептала она ему в губы, пока её пальцы быстро расстёгивали его рубашку. — Он может услышать...       — Заглушающие чары, — ответил он, прерывая их поцелуй, чтобы снять свою наполовину расстегнутую рубашку, стянув её через голову. — Он ничего не услышит.       Драко снова прильнул к её губам и почувствовал, как её пальцы нежно касаются его шеи, лаская, как он привык. Он чуть не застонал от удовольствия и абсолютного восторга, когда она прикусила его нижнюю губу, чтобы потом провести по ней языком, прежде чем позволить ему проникнуть в её рот и углубить их и без того страстный поцелуй. Ему необходимо было ещё больше, и он позволил своему рту проскользнуть к её подбородку, к местечку на шее за ухом, одновременно заново исследуя руками её тело.       — Драко, — переводя дыхание, позвала Гермиона, когда у неё появилась такая возможность. Она прикусила язык, когда он начал покусывать её шею. Его руки путешествовали вверх по её бёдрам, обхватывая задницу, и мысли стали ещё больше путаться в голове. — Мы не должны этого делать. Мы в разводе.       — Я знаю, — Драко ответил приглушённым голосом. Его губы переместились с шеи на грудь, и ей пришлось закрыть глаза, когда его язык по очереди прошёлся по каждой из них.       — Ты же… — она сглотнула, когда его пальцы подцепили её домашние штаны вместе с нижнем бельём, позволяя им упасть на пол. Её руки автоматически потянулись к его брюкам, чтобы тоже избавиться от них. — Ты встречаешься с Асторией.       — Это я тоже знаю.       Гермиона почувствовала, как её сердце ёкнуло, как только она переступила через свои штаны и нижнее бельё на полу.       — Но мы не собираемся останавливаться?       Драко сделал то же самое. Но задержался на мгновение, чтобы посмотреть на неё. На её раскрасневшуюся кожу, на то, как вздымается и опускается грудь — всё ещё в чёртовом лифчике, который нужно было снять. Желание в глазах, которое он не видел с тех пор, как они развелись.       Он сглотнул:       — Нет.       На этот раз Гермиона поцеловала его и стон, который она издала, ударил по ушам, когда он вошёл в неё. Крики удовольствия, казалось, звучали всё громче и сильнее с каждым толчком, и это сводило его с ума. В конце концов, Драко поднял её полностью на руки, чтобы они могли переместиться на кровать. Где Гермиона убедила его лечь на спину, сняв лифчик и отбросив его в сторону. Настала его очередь закатывать глаза, скулить и стонать при каждом движении её бёдер. Он чувствовал, как она снова и снова получает своё освобождение, после чего он перевернул их, чтобы найти своё собственное. И у него получилось — с мощным, резким толчком, сморщившись от того, как она впилась ногтями в его спину.       Тело Драко содрогнулось, и он расслабился, но не вышел. Он остался там, внутри неё, глядя на лицо Гермионы. Её прекрасное лицо. Эти любопытные глаза. Её крошечный носик. Её пухлые губы. Он нежно провёл по ним большим пальцем, и она поцеловала его. Он любил эту женщину. Он очень-очень сильно любил её. И она тоже любила его. Он знал это. Он понял это по тому, как она провела рукой по его щеке. Он понял это по тому, как она притянула его для поцелуя. Он понял это по неторопливости, с которой она целовала его, как будто хотела насладиться моментом. Насладиться им.       Так они и продолжили. Ленивый поцелуй, который набирал обороты с каждой секундой, особенно когда язык Драко проскользнул в её рот. Вскоре он почувствовал, что снова затвердел и Гермиона инстинктивно обхватила ногами его торс. Она прикрыла глаза, когда он начал движение бёдрами, но на этот раз всё было по-другому. Медленнее. Глубже. С именами друг друга на устах.       Гермиона издала разочарованный стон, когда почувствовала, что он отстранился от неё. Она и не подозревала, насколько Драко нашёл её стон разочарования ещё более соблазнительным, чем полный удовольствия. Не стоит беспокоиться: он ещё не закончил. Гермиона сильно прикусила губу, заглушая всхлип после того, как он уложил её на бок и проскользнул в неё сзади, одной рукой обхватывая за талию и удерживая на месте. Другая его рука спустилась вниз по её животу, и оба издали целую серию новых звуков. Гермиона стиснула зубы, судорожно хватая ртом воздух. Драко закрыл глаза, его рот ласкал её шею, в то время как бёдра и пальцы двигались с искусным мастерством.       — Я скучал по тебе, — хрипло прошептал Драко ей на ухо. Гермиона была лишена на время дара речи. Она только могла продолжать мычать, стонать, всхлипывать и снова стонать в ответ на его толчки и движения пальцев.       И только после того, как они кончили — мягко говоря, полностью обессиленные — Гермиона ответила, что тоже скучает по нему. Драко кивнул, прижав её к себе. Они молчали, но были довольны и в неверии.       Через некоторое время они заснули в обнимку, как будто они всё ещё были счастливы в браке, а не счастливо разведённые.