Happily Divorced/Счастливо разведённые

      — Итак, как я выгляжу?       Лира и Скорпиус переглянулись, прежде чем повернуться к своей матери с широкими улыбками.       — Прекрасно! — воскликнула Лира.       — Ты выглядишь очень красиво, мам, — добавил Скорпиус.       Гермиона засияла. Она знала: дети скажут ей, что она хорошо выглядит, несмотря ни на что, просто потому что они любят её, но в этот раз она действительно почувствовала это. Она примеряла своё по-королевски сапфирово-синее платье только в тот день, когда была с Джинни. Однако теперь, когда она надела его с серебряными браслетами, бриллиантовыми гвоздиками и ожерельем, которое ей подарил Драко, а так же синие лодочки и голубой клатч с серебряной вставкой, изящно уложенные на макушке волосы и скромный макияж сделали её образ ещё лучше.       — Спасибо, детки, — сказала Гермиона. — А теперь пообещайте мне, что будете хорошо себя вести со своими бабушкой и дедушкой, хорошо? И никаких задабриваний, чтобы поздно лечь спать. Я не хочу слышать, что вы не спали до какого-то неподобающего часа.       — Ты можешь на нас положиться! — ответили они в унисон. Гермиона ни на секунду не купилась на это, но оставила это на совесть своих родителей в надежде, что они не поведутся на их очаровательные лица.       — Гермиона! — послышался голос её матери. — Твой гость здесь!       — Иду!       Гермиона поцеловала своих детей на прощание и осторожно начала спускаться вниз, чтобы избежать ужасного падения и не выставить себя посмешищем. Она облегчённо выдохнула, когда без происшествий добралась до первого этажа.       — Ох, дорогая, ты очаровательно выглядишь.       — Спасибо, мама. Итак, эм, где он?       — Твой отец разговаривает с ним.       Глаза Гермионы мгновенно расширились. — Ты с ума сошла? Ты оставила его наедине с отцом?       — Ну, ты же знаешь своего отца, — пренебрежительно сказала миссис Грейнджер. — Он должен быть уверен в том, кто будет с его маленькой девочкой.       Гермиона возмущённо фыркнула и скрестила руки на груди. — Я уже давно не ребёнок.       Миссис Грейнджер улыбнулась и развела в стороны руки дочери. — Только не для своего отца. Но, согласна, пора спасать парня от лекции о джентльменском поведении.       Гермиона с радостью согласилась, и они направились в гостиную, где стоял Уинстон и вежливо слушал её отца. Она подбежала к отцу настолько изящно, насколько ей позволило платье, и положила руки на его плечи.       — Папочка, — ласково начала Гермиона. — Давай не будем его пытать, хорошо?       — О каких пытках ты говоришь? — невинно спросил мистер Грейнджер. — Я просто дал молодому человеку парочку советов о тебе.       — Советов?       Уинстон усмехнулся: — Ничего лишнего, — он поднял три пальца и начал отсчёт. — Ты любишь закуски больше, чем обычную еду на вечеринках, ты ненавидишь танцевать, но я всё равно должен попытаться вытащить тебя на танцпол и убедиться, что ты выпьешь не больше двух бокалов шампанского, иначе ты превратишься в, цитирую, «хитрюгу».       Гермиона повернулась к отцу. — Папа!       — Это отличные рекомендации!       Миссис Грейнджер изо всех сил старалась сдержать смех и подошла к мужу, чтобы похлопать его по спине. — Да, любимый, всё верно подмечено. А теперь пошлите, позовём наших внуков и позволим Гермионе и — Уинстону, да? Да, давайте позволим им уже отправиться в путь.       Мистер и миссис Грейнджер попрощались, пока Гермиона благодарила Мерлина за то, что она использовала приличное количество румян, что помогло скрыть настоящий румянец.       — Мне жаль, что так получилось, Уинстон.       — О нет, не беспокойся об этом, — он улыбнулся. — Он просто хороший отец. Я уверен, что, когда ваши дочери подрастут, твой муж будет вести себя так же. Ой, извини, твой бывший муж.       Гермиона ухмыльнулась: — Драко будет в десять раз хуже. Я вообще не жду этого.       Уинстон рассмеялся: — Я уверен, что они тоже. Итак, идём?       — Да.       Гермиона не простила бы себе испачканное сажей платье или испорченную причёску, добираясь в Малфой-Мэнор через камин, поэтому она схватила Уинстона под руку и аппарировала их туда. Когда они прибыли, то сразу отправились к бальному залу по коридорам, по пути брюнетка бросила несколько косых взглядов в сторону своего кавалера на ночь (и только на ночь). Она была непоколебима в том, чтобы пойти на вечеринку одной, и её это вполне устраивало до того момента, пока у них с Драко не случилась интрижка в обнажённом виде. Был шанс (с большой вероятностью), что Драко придёт на бал один. Почему бы и нет, если он недавно сказал ей, что готов порвать свои нынешние отношения? Помня об этом, она действительно не должна была брать с собой Уинстона. Это может привести её бывшего мужа в бешенство. Но что, если он пришёл не один? В конце концов, она ему отказала. Это было бы правильно, если бы он продолжил свои отношения, не так ли?       Гермиона слишком много думала. Уинстон был здесь для того, чтобы уравновесить ощущение третьего лишнего, если Драко прибыл с Асторией, и ничего с этим не поделаешь. Так же, как и с внезапным эмоциональным всплеском, который она почувствовала, когда она увидела своего бывшего мужа и его уже-совсем-скоро-официальную-девушку вместе. Уинстон с его чёртовой дружелюбностью помахал им рукой, заставив тем самым Гермиону сделать то же самое. Она не могла понять, что именно означало выражение лица Драко в этот момент.       Не обращая на это внимания (в основном для своего же блага), они подошли к её друзьям, которые стояли возле закусочного стола. Там были Рон и его подруга Элиза, с которой Гермиона уже имела удовольствие встретиться однажды, когда была во «Всевозможных волшебных вредилках» со своими детьми. Тео и Дафна стояли рядом, и на их лицах был виден абсолютный (хоть и хорошо скрываемый) ужас.       — Привет, ребята, — радостно поприветствовала Гермиона. — Где Гарри и Джинни? Блейз и Пэнси?       — Ты знаешь мою сестру, — сказал Рон, небрежно пожав плечами: его куда больше интересовал мужчина под руку с его подругой. — Ей потребуется миллион лет, чтобы собраться.       — Блейз с Пэнси где-то здесь, — сказал Тео. Он прочистил горло и вежливым жестом указал на Уинстона. — Итак, кто твой… спутник?       — Ох! Извините. Мерлин, я ужасна, — Гермиона обернулась. — Все, это Уинстон. Он работает со мной в моём отделе в Министерстве. Уинстон, это Рон, Элиза, Тео и Дафна.       В компании сразу же раздались возгласы: «Очень приятно», «Приятно познакомиться» и «Рад, что вы смогли прийти». Уинстон, как всегда, обаятельный, ответил на любезности и погрузился в беседу с Роном и Элизой. Последняя была чрезвычайно заинтересована Америкой и хотела узнать, с чем её можно сравнить. Это, конечно, заставило оставшуюся тройку погрузиться в неловкую атмосферу.       — Драко не упоминал, что ты с кем-то встречаешься, — пробормотал Тео.       — Он бы и не смог, — небрежно сказала Гермиона. — Он не знает.       Глаза Дафны выпучились. — Ты не сказала ему, что встречаешься с этим парнем? Беды не избежать, когда он узнает!       Гермиона почти рассмеялась. Но сдержалась, и вместо этого она спокойно спросила: — Почему? Потому что я ему не сказала или потому что я вообще с кем-то встречаюсь?       Тео с Дафной начали неловко переступать с ноги на ногу. Гермиона вздохнула. Она не хотела злиться на них. Но почему всех так удивляет, если бы она действительно начала снова с кем-то встречаться? Ведь Драко встречается? Конечно, она оттолкнула его, когда он был готов отказаться от Астроии, но факт остаётся фактом: он встречался с ней почти два месяца до их «ошибки». Она имела полное право делать то, что хочет.       Однако, как бы ни хотелось маленьким чертям, сидящим на её плечах, ещё немного помучить Ноттов, Гермионе не хватило духу продолжать откровенно лгать.       — Ребята, Уинстон просто друг… Мне комфортно в его компании, поэтому я пришла с ним. Ничего особенного.       — Скажи это Драко, — заметил Тео. — Он выглядит так, словно готов совершить убийство.       — Я говорила Астории, что это плохая идея, — Дафна тихо пробормотала что-то себе под нос. Гермиона не услышала её, но она слышала Тео. Она не стала молчать на его реплику и рассержено скрестила руки на груди.       — Это не должно иметь значения, Тео, — она пробормотала. — Ты не видел, как я не находила себе места, сдерживая желание наложить на него обливиэйт.       Ни Тео, ни Дафна не хотели указывать на то, что, бывшая миссис Малфой, может, и не хотела убивать своего бывшего мужа, но она отнюдь не выглядела счастливой. Тео, зная, что Блейз справится с этой задачей лучше, предоставил ему самостоятельно поговорить с Драко, когда представится такая возможность. Дафна, очевидно, потерпев неудачу, в первую очередь старалась изо всех сил огородить свою сестру от всего этого.       И вот пара наблюдала за тем, как Гермиона погрузилась в свои собственные раздумья. Она как можно незаметнее поглядывала в сторону Драко. И да, он действительно выглядел сердитым. И как, во имя Мерлина, Астория не замечала его гнева, это было выше её понимания. Но, с другой стороны, очень мало людей знали Драко так, как знала Гермиона.

***

      Бал его матери был последним местом, где он хотел быть прямо сейчас, и Астория была последним человеком, с которым Драко хотел находиться рядом. Он никогда не сможет вернуть назад то, что произошло между ним и Гермионой. Ни в этой жизни. Но его грызла совесть за то, что он действительно изменил женщине, которую держал сейчас под руку. Нет, они не обсуждали моногамность своих отношений, но для него это всё ещё считалось изменой.       Будь у него такая возможность, Драко бы уже давно рассказал ей об их с Гермионой великолепной «оплошности», но Мерлин смотрел на него сверху и смеялся. Астория уехала в Россию на два дня, уладить некоторые дела, связанные с имуществом, а это была не та новость, которую можно рассказать в письме. Она вернулась только сегодня вечером, идеально одетая и как раз к зимнему балу.       — Драко, — улыбнулась Астория, легонько толкнув его локтем в бок. — Ты не говорил, что Гермиона с кем-то встречается!       Драко сглотнул, машинально помахав рукой, потому что этот… придурок помахал первым. — Я не говорил, потому что она не встречается.       Астория усмехнулась: — Ты уверен в этом? Тем не менее выглядит он неплохо. Конечно, я ориентируюсь только на внешность, но…       Следующие слова Астории были заглушены внутренним монологом Драко. Неужели Гермиона намеренно пыталась расстроить его? Сначала она отказывает ему — отказывает им — в шансе, а потом приходит на бал его матери с человеком, с которым, как сама сказала, она никогда не будет встречаться? С чего вдруг такие резкие перемены? Каковы были её мотивы? Просто… о чём, во имя Мерлина, она думала? И что заставило её купить это потрясающее платье?       Слишком много вопросов. Слишком много вариантов ответов. Драко провёл большую часть вечеринки, размышляя над этими вопросами и ответами, не прекращая наблюдать за своей бывшей женой со стороны. На ней было ожерелье, которое он ей подарил. Кулон аккуратно висел чуть выше её груди, что создавало некое неудобство в его брюках. Всякий раз, когда она оборачивалась, его взору представала её обнажённая спина. Но когда она ходила? Когда она шла, виделась её стройная ножка. В общем и целом, она была абсолютным совершенством.       — В чём твоя проблема?       Драко в замешательстве склонил голову набок. Астория отошла, разговаривая со своей сестрой и Пэнси, поэтому его оставили наедине с собственными мыслями. — Что, прости?       Блейз кивнул головой в сторону Гермионы. Драко проследила за его кивком, и когда она поймала его взгляд, то мгновенно разволновалась и тут же занялась Уинстоном и своими друзьями.       — С вами двумя что-то происходит. Мы на этом балу уже почти два часа, и вы оба выглядите чертовски напряжёнными. Итак, в чём же дело?       — Ни в чём, — быстро ощетинился Драко, и это запустило бомбу под названием инстинкты Блейза. Драко пытался не обращать на него внимания. Он смотрел на всё и всех, кроме него, потягивая шампанское. Выпивал — более подходящее слово. Но даже тогда Блейз не сводил с него глаз.       — Давай-давай, Драко, — игриво поддразнивал Блейз. — Вытащи это наружу.       Драко, стиснув зубы, сделал размеренный, глубокий вдох. — Гермиона и я… возможно…занимались сексом.       Глаза Блейза расширились. — Прошу прощения, повтори?       — У нас. Был. Секс. Хорошо?       — Чёрт возьми, никаких «хорошо»! — почти прокричал Блейз. Драко инстинктивно огляделся, чтобы убедиться, что его никто не слышал, особенно Астория. К счастью, вечеринка проходила в самом разгаре, и до их разговора никому не было дела. — Мне пришлось вытягивать из тебя эту информацию?       — Очевидно, я не хотел об этом говорить, — Драко нахмурился. Блейз рассмеялся. Нечасто блондин так хмурился, будучи взрослым.       — Ты должен рассказать мне. Как всё прошло?       Драко повернулся к нему лицом так резко, что это причинило ему боль. — Что?       — О, да ладно, не надо мне этих твоих «что», — пожурил его Блейз с горящими глазами. — Вы с Гермионой не спали вместе сколько? Год?       — Девять месяцев.       Блейз сделал паузу, а затем криво ухмыльнулся: — Ты считал?       Драко осознал свою ошибку слишком поздно и густо покраснел. — Я не… Нет, я… Просто заткнись и продолжай.       — Ладно-ладно, ты всё ещё любишь её. Очевидно, она тоже. Готов поспорить, секс был взрывным. Так что..?       Драко безжалостно прикусил язык, прежде чем выдавить почти неслышным шепотом: — Это был лучший секс, который у нас когда-либо был.       — Ну и ну! Это уже о чём-то говорит, учитывая, что ты никогда не жаловался.       — Что ж, я рад, что ты находишь это забавным. А я продолжу думать о последствиях этой проблемы.       — Проблемы? — спросил Блейз. Драко кивнул и потянулся ещё за одним бокалом шампанского.       — Ты так удачно забыл, что я встречаюсь с Асторией.       — Ой, — Блейз нахмурился. — Когда вы с Гермионой снова спите, пришлось забыть.       Драко застонал. Шампанским дело не закончится.       — Послушай, приятель, если серьёзно, может, тебе стоит просто сказать Астории, что у вас ничего не выйдет. Что ты и твоя бывшая…       — Мы не сошлись, Блейз, — угрюмо сказал Драко. — Та ночь была ошибкой.       — Ошибкой? — повторил Блейз. Его глаза снова нашли Гермиону, и он заметил, что взгляд Драко тоже прикован к ней. — Твои слова или её?       — Это имеет значение?       — Думаю, что нет. Потому что, как бы то ни было, таких ошибок не бывает.

***

      Гермиона виделась с Асторией всего несколько раз, и каждый раз это было случайное совпадение, например, в Косом переулке или где-то поблизости. Несмотря на то, что Гермиона утверждала, что всё нормально, Драко знал, что лучше не стоит специально сводить свою новую подругу с бывшей женой. Итак, официальная первая встреча двух девушек случилась незадолго после того, как Гермиона дала Драко одобрение, она наведалась к Дафне, чья дочь похитила её собственную для ночёвки.       Брюнетка вспомнила первое, что сказала ей Астория: — Приятно с тобой познакомиться!       Гермиона повторила её фразу, хотя в тот момент она, скорее, подавилась бы собственной рвотой. Именно после этих нескольких слов она проанализировала в девичестве Гринграсс и поняла, насколько она ошибалась в правильности выбора Драко.       Астория была милой. Слишком милой. Её улыбка озаряла комнату, а смех привлекал внимание со всех сторон. Она была грациозной, неудивительно, учитывая воспитание, что делало её ещё более… совершенной. Но Драко никогда не думал, что быть «идеальным» — это идеально. Он считал, что сами по себе несовершенства были идеальными, это он и любил в Гермионе. Возможно, у неё была не самая лучшая осанка и её смех, цитируя любимого блондина, был чем-то средним между мелодией и гоготом. И теперь он был с Асторией, маленьким лучиком света, к которому она сама подтолкнула Драко?       — Гермиона, ты просто потрясающе выглядишь в этом платье! — воскликнула Астория. — Никто не смог бы даже подумать, что ты мать троих детей.       Что? Я должна быть размером с кита?       — Спасибо. Ты тоже, — ответила Гермиона. И, чёрт возьми, она даже не лгала, потому что девушка напротив была одета в облегающую, по-слизерински зелёную мантию, из-под выреза которой виднелась самая пышная грудь, какую только можно себе представить.       — Твой спутник кажется очень милым парнем, — Астория продолжила. — Должно быть, виной тому дружеская беседа с Драко.       Глаза Гермионы расширились, и она повернула голову в том направлении, куда указала Астория. И она была права. Наполовину. Драко, конечно, разговаривал с Уинстоном, но это была далеко не дружеская беседа. Да, он улыбался, но стоит ему чуть крепче сжал свой бокал, то он бы разбился. И как этой женщине удавалось не замечать очевидного?       — Знаешь, я всё ещё нахожу это удивительным.       Гермиона обратила на неё своё внимание. — Что именно?       — Какие вы молодцы — ты и Драко, — уточнила Астория. — Немногие люди могут после развода поддерживать здоровую связь.       Гермиона чуть не откусила себе язык при слове «связь». Вместо этого она спокойно сделала глубокий вдох, улыбнулась и сказала: — Я тоже должна тебя похвалить. Немногим девушкам бы понравилось, что их… молодой человек находится в таких дружеских отношениях со своей бывшей.       Астория пожала плечами. — Наверное. Но я ему доверяю.       «Доверься ему», — мысленно повторила Гермиона. Прямо сейчас она ни на йоту не доверяла Драко, особенно когда её взгляд вернулся к нему и Уинстону. О чём, чёрт возьми, они говорили?

***

      Брак с гриффиндоркой (не говоря уже о гриффиндорской принцессе из трио Гарри Поттера) немного приручил Драко. Рождение детей усмирило его ещё больше. Однако это не означало, что слизеринец внутри него умер. Вовсе нет. Он всё ещё мог играть грязно, когда ему это было нужно, и желание сделать это сейчас росло с неумолимой скоростью по мере продолжения вечеринки, и чем чаще ему попадались на глаза Уинстон с Гермионой.       И вот, как только мужчина (по глупости) остался один, Драко подошёл к нему с улыбкой на лице и наполовину полным бокалом шампанского в руке. Казалось, вполне естественным поприветствовать его на мероприятии своей матери.       — Уэйн, — радостно сказал Драко, протягивая руку. — Рад снова тебя видеть.       Уинстон улыбнулся и пожал в ответ, протянутую руку. — Вообще-то Уинстон. Но всё нормально, я тоже рад тебя видеть.       — Ох, извини. Иногда я просто ужасен в запоминании имён. Прошу простить меня.       — Нет проблем. Отличная вечеринка. Твоя мать точно знает толк в этом деле.       Драко огляделся, и на мгновение ему удалось поймать взгляд Гермионы. — Это правда. Что-то вроде хобби для неё. Рад за вас, хоть и удивлён. Моя дорогая жена обычно не брала плюсов.       — Ну, если бы она ещё оставалась твоей женой, уверен, получилось бы ужасно неловко, — Уинстон рассмеялся.       Драко приложил немало усилий, чтобы сдержать усмешку в ответ на такой двусмысленный комментарий. Не устраивай сцен, Драко. Не надо.       — Совершенно верно, — небрежно согласился Драко, отпивая шампанское. — Сейчас она одинокая женщина. Она вольна делать всё что захочет и с кем захочет. Даже входить в чужие воды, если ей захочется.       Нужно быть полным глупцом, чтобы пропустить такой выпад, и Уинстон странно уставился на Драко, когда атмосфера веселья между ними резко закончилась. Американец усмехнулся, взяв бокал шампанского с летающего подноса.       — Как скажешь, — сказал Уинстон. — Она действительно пока одна. И, между нами говоря, я думаю, Гермионе по душе иностранные воды.       Глаза Драко сузились до щелей. Он уже было открыл рот, чтобы ответить кое-что язвительное и достойное этой дуэли, когда к ним подошли Гермиона и Астория.       — Хорошо поболтали? — спросила Гермиона. Драко сразу же заметил её тон — резкий и на октаву выше, чем обычно. Любой, кто знал её достаточно хорошо, мог понять, что она была вне себя от ярости.       — Даже отлично, — сердечно ответил Драко. — Я просто поблагодарила Уэйна за то, что он порадовал нас своим присутствием на балу моей матери.       — Уинстон, — горячо поправил он. Драко улыбнулся.       — Мои извинения. Уинстон. Вот видишь? Я ужасно запоминаю имена.       Гермиона была готова пыхать огнём, но сдержалась. Вместо этого она натянула самое лучшее «всё-в-порядке» выражение лица, на какое только была сейчас способна, и вежливо увела себя и Уинстона прочь, чтобы они могли пообщаться и с остальными гостями.       — Твой бывший — это нечто, — сказал Уинстон, как только они оказались вне пределов слышимости.       Гермиона сердито нахмурилась. — Я знаю.

***

      — Я готова задушить его! — Гермиона бесновалась в углу. Пэнси веселилась от души, наблюдая за гневной тирадой брюнетки в укромном от лишних глаз месте. Джинни и Гарри тоже были здесь, пытаясь угомонить женщину.       — Да ладно тебе, Гермиона, — начал Гарри. — Ты даже не знаешь, о чём они говорили.       Пэнси усмехнулась, и все взгляды обратились на неё. — Речь идёт о Драко. И мужчине, который развлекается с его бывшей? Я удивлена, что он не посадил его на цепь в своих подземельях.       — Пэнси, — прикрикнула Гермиона. — Ты же знаешь, что Нарцисса избавилась от них ещё много лет назад.       — От всех? Я думала, у неё есть в запасе парочка.       — Да, но по моей просьбе она сделала из них жилые помещения для домовых эльфов.       — О… как… великодушно с её стороны.       — Кхм, — Гарри прочистил горло. — Можем ли мы вернуться к теме?       Гермиона закатила глаза и вздохнула. — Драко — чёртов лицемер. Ради всего святого, он пришёл с Асторией!       Джинни замельтешила. Будь она на месте Гермионы, её бы тоже задело это за живое. Они переспали всего три дня назад, и, несмотря на то, что Драко, казалось, хотел снова быть вместе, он явился на бал с Асторией? Конечно, Гермиона отказала ему. Но он так просто сдался?       Пфф. Сдался. Драко Малфой не сдаётся без боя. Если только это не заведомо проигрышное дело.       И тут Джинни нахмурилась. Неужели?       — Они встречаются, Гермиона, — настаивал Гарри. — Конечно, он придёт с ней.       Гермиона застонала: — Нет, ты не понимаешь.       — А что я должен понимать?       Джинни наблюдала, как лицо Гермионы медленно начинает бледнеть, а Пэнси придвинулась чуть ближе, чтобы послушать продолжение. Чтобы спасти её, Джинни издала преувеличенный стон и встала рядом с ней.       — Как вы оба не поймёте? У Драко свидание, так почему у Гермионы его не может быть? У него нет никакого права нападать на Уинстона со всей своей слизеринской натурой.       Джинни улыбнулась Гермионе, которая улыбнулась ей в ответ, одновременно безмолвно выражая слова благодарности за спасение.       Пэнси рассмеялась: — Слизеринской натурой? Серьёзно? — А как ещё это назвать?       Панси пожала плечами. — Драко есть Драко. Он остаётся собственником, независимо от того имеет он на это право или нет.       Несмотря на то, что это не совсем так, Панси была отчасти права. Тяжело вздохнув, Гермиона объявила, что её драматический всплеск окончен, и призвала всех наслаждаться вечером, в том числе и себя. Вечеринка продолжалась. Минуты превратились в часы, и уже наступило почти одиннадцать вечера. За всё это время Гермиона так ни разу и не заговорила с Драко. Возможно, люди заметили это. Она старалась не думать о мнении остальных по этому поводу, иначе это свело бы её с ума окончательно. Так же она изо всех сил пыталась игнорировать постоянное ощущение, что за ней наблюдают.       Потому что так оно и было. Может, Драко и думал, что он очень умён и скрытен, но она чувствовала его взгляд на протяжении всего мероприятия. Удивительно, что Астория до сих пор не поймала его. Либо он был так хорош, как думал, либо она была так рассеянна, как он рассчитывал. Впрочем, сейчас это не имело значения. Несколько гостей вечеринки втянули её в разговор, поэтому он мог спокойно продолжать свою слежку.       — У вас с Гермионой всё в порядке? — спросила Нарцисса, подойдя к сыну.       Драко сделал глоток шампанского. Он старался пить очень медленно, потому что только во время разговора с Блейзом он выпил два бокала за считанные секунды, прикончил один, разговаривая с этим придурком, и сразу после ещё одну порцию шампанского — нынешний бокал стал для него уже пятым. Хоть его выдержка и была на высоте, бал продолжался довольно долго, чтобы существенное количество людей стали «менее грациозными», но последнее, что ему сейчас было нужно, это потерять над собой контроль на общественном приёме своей матери. Что ещё больше выводило из равновесия.       — Всё нормально, — резко ответил он. Нарцисса подняла изящную бровь и укоризненно на него посмотрела…       — Лгать бесполезно, Драко. Особенно тому, кто прекрасно видит, что ты раздавишь этот бокал, если продолжишь его так крепко удерживать. Ослабь хватку, ладно?       Драко только сейчас осознал, как сильно была напряжена его рука, в которой он держал шампанское. Нарцисса проследила за взглядом своего сына и обнаружила, что он неотрывно смотрел на ту самую ведьму, о которой она спрашивала. Она была с этим коллегой Уинстоном. Кажется, американец и весьма приятный джентльмен. Он выглядел достаточно безобидно, хотя, похоже, Драко его невзлюбил.       — Ты не имеешь права ревновать, дорогой.       Драко перевёл взгляд на мать и едва не прыснул: — Я не ревную.       Нарцисса сдержала смешок. Такая реакция не подобает леди. — Ах, нет? Тогда, пожалуйста, просвети свою мать, почему выражение твоего лица сохраняет эту совершенно отвратительную гримасу, неподобающую джентльмену рода Малфоев.       Драко ненадолго прикрыл глаза и вздохнул. Он не ревновал. Он был расстроен. После случившегося. После тех чувств, которые они испытали. Притащить с собой Уинстона было просто…       — Ты тоже пришёл не один, Драко, — строго подметила его мать. — Не забывай об этом.       Молодой блондин уставился на неё с недоумением. — Прошу прощения, но ты..? Ты рассержена на меня?       — Нет, не сержусь. Я… возмущена тобой. Вами двумя. Впрочем, это не моё дело, и я не хочу делать его таковым.       Драко глубоко вздохнул. Да, это была его мать. Верх осуждения без прямого участия в ситуации. Было интересно, как долго она сможет продержаться, не высказываясь слишком много.       — Простите, матушка, — сказал он, осушив остатки своего бокала и заставляя его исчезнуть.       Нарцисса уже собиралась спросить его, куда он направляется, но остановилась. Она увидела, как Гермиона покинула своего спутника и направилась к выходу из бального зала. И её сын последовал за ней… Женщина закатила бы глаза, если бы многолетнее чистокровное аристократическое воспитание позволило ей это сделать.

***

      Уинстон оказался действительно приятным кавалером. Не то чтобы Гермиона сомневалась в этом, просто было как-то непривычно видеть его в нерабочей обстановке. Он прекрасно поладил с её друзьями. Ему даже удалось заставить Нарциссу засмущаться, что уже являлось достижением. В конце концов, она была рада, что всё-таки пригласила его. Было так неловко за её запрет на свидания с коллегами.       — Эй, Уинстон, я на минутку отлучусь в уборную. Скоро вернусь.       — Конечно, — вежливо ответил он. — И когда ты вернёшься, мы сразу же отправимся танцевать...       Гермиона закатила глаза. — Сколько раз я должна сказать тебе нет, прежде чем ты перестанешь спрашивать?       — Ну, по словам твоих друзей, у меня есть ещё около четырёх попыток, после чего я достигну своего лимита, но мне посоветовали предложить тебе третий бокал, который должен сотворить чудо.       — Я собираюсь убить Джинни.       — Это был Рон, — Уинстон улыбнулся. Она зарычала, и он подмигнул ей, перед тем, как она направилась в уборную. Она успела пройти половину пути, когда голос её бывшего мужа достиг слуха.       — Я думал, ты не собираешься с ним встречаться?       Гермиона повернулась к Драко, уперев руки в бока. — Я и не собираюсь.       — А он в курсе? — спросил Драко, скрещивая руки на груди. Гермиона возмущённо выдохнула, хватая его за воротник и затаскивая их в ближайшую комнату.       — Что с тобой не так? Ты пьян?       Был ли он пьян? Вполне возможно. Пять бокалов шампанского сделали своё дело…       — Я в полном здравии. Я просто подумал, что, если ты захотела отказаться от своих слов о свиданиях с коллегами вместо того, чтобы выяснять отношения со мной, всё, что тебе нужно было сделать, это сказать мне.       — Ты издеваешься надо мной?! — Гермиона закричала. Воспользовавшись моментом, она потянулась к разрезу на платье, прошлась по бедру и достала свою палочку. Она не заметила широко раскрытых глаз Драко и продолжила накладывать заглушающее.       — Уинстон не причина, по которой я не хотела давать нам шанс! Как у тебя хватает наглости? Ты здесь обвиняешь меня, когда сам привёл Асторию после того, как мы переспали!       — Я не хотел брать её!       Гермиона усмехнулась: — И? Она сама себя привела?       — Она была в России с утра четверга, Гермиона, — Драко продолжил со стоном. — Никто не отправляет сову с письмом: «Я переспал со своей бывшей женой, пока тебя не было. Не могу пойти с тобой на бал и продолжать отношения, потому что между нами что-то происходит!»       — Между нами ничего не происходит! Я имею в виду, Мерлин! У нас был один секс после нескольких месяцев, и ты готов просто бросить всё и прыгнуть в омут с головой. — раздражённо сказала она. — Ты понимаешь, насколько это нецелесообразно?       — А почему это должно быть целесообразным? — Драко возразил. — Почему это не может просто… быть?       — Потому что ничего просто так не бывает, Драко. Ничего.       Драко насмехался: — Ну, конечно. У тебя для всего должна быть причина. Всё должно иметь смысл.       Глаза Гермионы сузились. — И что это должно сейчас означать?       — Это значит, что ты не можешь просто жить, Гермиона. У тебя, у всего должна быть цель, значение и прочее дерьмо. Мы ещё не закончили, и нам нужно посмотреть, к чему это приведёт...       — Нет, все, что нам необходимо сделать, так это начать вести себя как настоящая разведённая пара.       Драко моргнул. — Это то, чего ты действительно хочешь?       Правда?       Гермиона глубоко вздохнула: — …Это то, что мне нужно. Возможно, ты и готов строить следующие шаги, опираясь на один случай, то я нет. Мы должны немного подождать.       — Что мне делать? — спросил Драко, прикусив внутреннюю часть щеки и опуская глаза в пол. — Просто… ждать и не знать конца? Остаться с Асторией, чтобы не чувствовать себя опустошённым и одиноким?       Я не хочу, чтобы ты был один, но также не хочу, чтобы ты был с ней.       Гермиона хотела сказать это вслух. Действительно хотела. Она не смотрела на него, пока он говорил, но когда она смогла, наконец, взглянуть на него снова, он уже исчез. Она не могла злиться на себя больше, чем в этот самый момент, и она не знала почему. Разве это не было правильным, не хотеть бросаться с головой куда-то, основываясь исключительно на разовом сексе? Это не имело ни малейшего смысла, зато предвещало катастрофу.       По крайней мере, это то, что твердил ей разум. Слова Джинни (а теперь и Драко) всплыли в её голове, и Гермиона нахмурилась. Она ненавидела, когда её друзья и Драко оказывались правы. Ведь это означало, что неправой оказалась она сама.       А она ненавидела ошибаться. Тем не менее она глубоко вдохнула, вернула палочку на ремешок на внутренней стороне бедра и вернулась на вечеринку. Мерлин точно издевался над ней: первым, что заметили её глаза, был Драко. Он и Астория находились на танцполе, и то, как она смотрела на него — влюблённым взглядом — заставило Гермиону захотеть проблеваться. Вместо этого она отправилась на поиски Уинстона, проходя по пути мимо своих друзей, и сообщила ему, что теперь она готова к танцу.       Её друзья, стоявшие в стороне, выпивая и разговаривая, в основном не обращали внимания на напряжённую обстановку, за исключением двух.       — Идиоты.       Джинни и Блейз замерли и посмотрели друг на друга. Рыжая немного наклонилась ближе и спросила шёпотом: — Ты знаешь..?       — Горизонтальный танец..?       — Они такие придурки из-за этого..?       — Полные придурки, — согласился Блейз.       Джинни вздохнула и сделала глоток шампанского. — Что мы будем делать? Гермиона всё отрицает…       — А Драко смирился. Честно? Я не думаю, что мы можем что-то сделать, если только они оба этого не захотят.       — Проблема в том, что они хотят. Они просто слишком напуганы, чтобы согласиться с этим.       Блейз молча кивнул, и оба продолжили наблюдать за своими друзьями и их растущим напряжением на танцполе.