Примеряй свои тени

      Ночь наступает, приведя с собой свои создания. Всё, что осталось — идти к краю на глазах толпы. Но лучше быть внимательней, среди открытых ртов этих карателей. На моём месте можешь оказаться ты

3 июля, 2021 год.

Республика Интар, Кальярра.

      — Уже полпервого ночи, а самый главный черт этой тусовки еще не приехал, — наслаждаясь непривычной тишиной и одиночеством, Арон глубоко затягивается сигаретой. — Совсем кукуха едет, уже сам с собой говорю…       Распределение по командам уже произошло, осталось дождаться только опоздавших. Основная часть участников игры перебралась вглубь полигона. Обсуждение свежих новостей, хвастовство новой экипировкой или же оружием перед самим страйкболом уже входит в неизменную традицию.       Арон, будучи всегда душой компании и местным заводилой, сейчас не в настроении. Развалившись на капоте собственной машины, старшина отстраненно наблюдает за ночным небом. На стоянке больше никого нет и его это радует. Даже вечно серьезную малявочку он предпочитает сейчас не видеть.       Арон:       «Ты где?       Вспомнив Асию, он отправляет ей сообщение в сети. Несмотря на гадкое тянущее ощущение в груди. Несмотря на разумные попытки отдалиться от нее.       Асия:       «В раздевалке.       Арон:       «Ты там че, опухла? Второй час уже торчишь. Выходи, дикарка, пообщайся с людьми.       Я:       «Как же ты меня достал! Отвали!       — О-о, доставать тебя одно удовольствие, — слегка хрипловатый голос разрезает глухую тишину стоянки. — Зачем же ты там прячешься, малявочка? От кого?       Арон в глубине души понимает, что вопросы являются риторическими. Но он не хочет этого принимать. Не желает даже вдаваться в подробности вчерашнего случая на дороге. Увиденного достаточно для того, чтобы уже который час быть в напряженном состоянии.       Звук знакомого двигателя выдергивает Арона из собственных мыслей. Натягивая на себя показную расслабленность, он плавно спрыгивает с капота и тушит сигарету. Черный мустанг приветственно мигает фарами. Минуты растягиваются для старшины длинною в вечность. В вереницу неопределенных мыслей: что сейчас будет? Спросит ли он? Или вовсе пройдет мимо? Маркус тем временем выходит из машины и подходит к багажнику, не собираясь сразу вступать в контакт с Ароном.       «Как бы там не оказаться. Судя по его взгляду, это вполне вероятно», — старшина мысленно отпускает мрачную шутку и двигается навстречу приятелю по игре.       — Сильно опоздал? — Савицкий достает большую спортивную сумку и перекидывает ее через плечо. Он выпрямляется во весь рост и коротким взглядом окидывает всю стоянку.       — Не, только-только команды собрали, — Арон отступает на шаг назад, в который раз отмечая разницу в габаритах.       «Если сойтись с ним в ближнем бою, то этот комбайн меня просто сомнет в секунды. Хотя я далеко не дрыщ…», — мальчишеская привычка оценивать каждого потенциального соперника проявляется сейчас в полной мере.       — Твоя? — Маркус кивает на белую машину.       — Моя.       — Как много слышали? — Маркус расплывается в холодной улыбке, отмечая переменившееся выражение лица Арона. — Не смотри как дурак на меня. Я не люблю прелюдии. Вчера, на дороге.       — Слышали? Я был один так-то, но слышал достаточно. Поэтому и мигнул тебе, чтобы не подумал чего лишнего… — легкое напряжение в голосе опытный старшина скрыть не может. Он боится не за себя. За Асию.       Арон, несмотря на свои годы, четко понимает, что стоит знать неосведомленным людям, а что может стать последним моментом в их жизни. Мальчишка, выросший под опекой отчима, ведущего теневой бизнес по всей Кальярре, очень хорошо усвоил главный урок.       — Один? — несмотря на улыбку, голубые глаза Савицкого остаются серьезными, а открытая поза лишь обманчиво выглядит расслабленной.       — Один. Да ладно тебе, я могила… Я даже нихрена не понял!       Арон предупреждающий взгляд распознает сразу, однако, продолжает стоять на своем. Совсем по-мальчишески почесав затылок, он достает полупустую пачку сигарет, но не спешит закуривать.       Кажется и Маркусу не по себе происходящее — в последнюю очередь он хочет теснить в угол хорошего знакомого по игре. Однако деформации от одного только обучения в академии оставляют свой неизменный след.       — Понятно. Расслабься, — Савицкий дружеским жестом хлопает Арона по плечу. — Ну, рассказывай. Кого ты там привез на игру?       — Одну девчонку.       — Девчонку? Серьезно?       Тихий щелчок зажигалки, голос старшины становится увереннее.       — Не страдай сексизмом, старина. Скоро все поймешь… Я пойду найду ее как раз, — только после кивка Савицкого Арон отворачивается от него и уходит прочь от незримого давления. Стараясь идти максимально расслабленно, он мысленно считает оставшиеся шаги до выхода со стоянки.       Маркус напоследок ничего не отвечает ему. Он застывает неподвижной статуей, безотрывно наблюдая за Ароном. Лишь когда его силуэт скрывается за полуразрушенным зданием, Савицкий отводит взгляд. Заледеневшие голубые глаза вновь становятся равнодушно пустыми, а голова очищается от навязчивых образов.

***

             — Все, мам, давай! Игра скоро начнется, а мне еще одеться надо.       — Не забудь отправить геолокацию.       Вместе с гудками отбоя слетает и натянутая на губы идиотская улыбка. К черту эти видеозвонки. К черту эту душную раздевалку. К черту непрошенные эмоции, от которых потряхивает изнутри все тело.       Арон:       «Хорош в конуре своей сидеть. Выходи, или я сам зайду :)       — К черту и тебя, Арон.       Я:       «Дай мне пять минут       Дрожащими руками я отправляю матери свое местоположение и подхожу к зеркалу. Бархатный голос по наставнически ласково звучит в голове.       Шум воды. Он успокаивает. Когда я хочу побыть один, иногда снимаю номер в отеле. В полной темноте, лежа на кровати, слушаю звук льющейся воды из ванной. Только темнота. Пустота в голове. И вода. Круто расслабляет, попробуй как-нибудь, волчонок.       — Что если мне нравятся эти эмоции? Этот адреналин? — безотрывно глядя на свое отражение, я руками ощущаю холод стальной раковины. Пока мое тело сгорает от ожидания, бесконечных вопросов, окружающий мир абсолютно равнодушен. — Не глупи, Асия. Ты придаешь слишком большое значение этому.       Шум воды наполняет помещение. Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и погружаю руки в ледяную воду. Пальцы немеют, а в голове проясняется. Только четкий расчет. Это все, что тебе необходимо сегодня, Асия.       Фокус Маркуса и вправду работает. Напряжение постепенно отступает, больше не хочется сбежать обратно в зону комфорта. Разгрузочный жилет приятной тяжестью садится на тело. Заполнив кармашки всем необходимым, я повязываю на предплечье отличительный знак. Точно такая же у Арона и Росса.       Кое-кто очень постарался нас объединить в одну команду, что не является для меня особо радостной новостью. Если старшину хочется из чувства дружеского соперничества застрелить из любимой винтовки, то Россу стоит выстрелить прямо промеж глаз из чего-то более настоящего. Но… Неприязнь неприязнью, оба все-таки ведут игру с толком. Сегодня должно быть интересно.       Я плотно завязываю черную бандану на лице и завершаю образ камуфляжной кепкой, наслаждаясь результатом. Практически все лицо закрыто. Лишь взгляд карих глаз остается не сокрытым. С легким трепетом в груди я беру винтовку, ласково поглаживая пальцами ствол.       — Извини, подруга, забросила тебя немного…       Самый преданный друг — оружие. С винтовкой мы никогда не расставались, даже в периоды, когда страйкбол на долгий срок выходил из моей повседневной жизни. Помню, как под ошалевший взгляд матери, держащей в руках чеки о покупке всего необходимого, я невозмутимо модернизировала винтовку. Облазив множество сайтов, форумов, прочитав кучу статей, я пришла к самому экономному, но подходящему варианту. Спринговая конструкция оружия приближала ее к реальному аналогу, создавая необходимую атмосферу.       При звуке вибрации телефона я делаю глубокий вдох и отклоняю звонок. Пора выходить. Хватит прятаться за собственной трусостью… Я на негнущихся ногах ковыляю прочь из раздевалки, натягивая кепку на самые глаза и ожидаемо прямо у выхода сталкиваюсь с Ароном. При одной мысли о физическом контакте с ним, я машинально делаю шаг назад.       — Ты в адеквате, малявочка? — он, кажется, даже не удивляется резкому столкновению. — Че ты там делала столько времени?       Арон убирает телефон в кармашек жилета, делая шаг ко мне. Его блекло-зеленые глаза внимательно вглядываются в мое лицо.       — Забей.       Я сильнее сжимаю винтовку, украдкой оглядывая пространство вокруг. Отлично, около крыльца никого нет.       — Воу, полегче, — Арон наклоняется ко мне, аккуратно спуская мне бандану на шею. — Ты в форме сексуальнее, чем голая. Ходячая интрига.       — Ты когда это меня голой успел увидеть?       Начало типичной клоунады, ничего удивительного. Подобные темы с Ароном уже даже стало привычно обсуждать.       — У нас вся ночь впереди, сержант, — его взгляд опускается на мои губы, руку обжигает горячим прикосновением.       — Соблюдай границы.       Арон дергается от резко похолодевшего тона. Не растеряв самоуверенности, он с наглой ухмылкой отстраняется от меня и пропускает вперед. Я с такой же невозмутимостью натягиваю обратно плотную ткань на лицо и направляюсь к собравшимся ребятам. Быстро оглядев шумную толпу, понимаю, что сегодня, кроме меня, девушек на игре не будет. Этот факт начинает немного нервировать…       — Пойдем, сфоткаемся с остальными и разойдемся по своим позициям, — Арон опускает руку на мою талию, под разгрузочный жилет.       — Знаешь, чего я больше всего хочу сейчас?       — Мм? — его рука поднимается чуть выше.       — Стать дальтоником, перепутать красный и синий цвет и во время игры прострелить твою правую руку, — улыбаюсь настолько доброжелательно, как могу.       Вспоминаю, что бандана скрывает практически все лицо, и без лишних слов пытаюсь отстраниться. Хватка на талии становится крепче.       — Да тише ты! Лесник за нами наблюдает.       — Мне-то что? Пусть смотрит, — наконец-то освободившись из плена рук, я стараюсь подавить вспыхнувший интерес. С напускным безразличием слежу за потяжелевшим взглядом Арона. — Это он?       — Да.       Сердце пропускает удар. Шею начинает покалывать.       — Ну и амбал, — выношу я экспертную оценку.       — Ты это ему только не говори, — Арон фыркает, он немного расслабляется. Но лишь на миг. Старшина ускоряется, вырываясь на шаг вперед… Не поняла, это меня сейчас пытаются закрыть что ли? — И вообще не говори с ним.       Я подстраиваюсь под шаг Арона, не желая плестись сзади него. Лесник до сих пор смотрит в нашу сторону. Несмотря на ночь, благодаря фонарному столбу, который освещает двор, можно детально разглядеть звезду полигона.       Высокий, широкий в плечах. Его экипировка наверняка весит примерно как я. Лицо скрывают защитные очки, кепка и бандана. Рост, телосложение, обманчиво расслабленная поза, выверенные намеренно медленные движения. Стоп. Может… Это он?       — Какое настоящее имя Лесника? Имя, фамилия, где живет, на чем приехал?       Пауза. Арон не спешит с ответом. Я легонько толкаю его локтем, повторяя вопрос.       — Без понятия.       — Врешь.       Мы практически равняемся с собравшимися. Лесник стоит в самом центре, переговариваясь со своим напарником по команде. Арон посылает ему приветственный жест и ведет нас в противоположную сторону. На удивление, кроме раздражения, я больше ничего не испытываю. Это и радует, и злит одновременно.       Какого хрена Арон так странно себя ведет?!       — Не думай, что я забуду. После игры поговорим.       — Не рычи, котенок.       — Придурок, — перехожу я на шепот.       — Улыбайся, — Арон бесцеремонно закидывает свою руку мне на плечо и показывает победный знак прямо в камеру. Смотря на растопыренные пальцы неугомонного старшины, я прихожу к гениальной мысли.       Правда, гениальной она является лишь в своей безумности. Но когда меня это останавливало?       Щелчок фотоаппарата. Я поворачиваю голову направо. Словно почувствовав взгляд, Лесник медленно оборачивается в мою сторону.       Щелчок. Он кивает мне. Сомнения в голове стучат набатом. Я определенно играю с огнем… Неважно. Отринув настойчивые мысли, пальцами посылаю ему своеобразный «привет».       Щелчок. Лесник застывает в неестественной позе. Смысл сообщения попадает прямо в цель.       Адреналин разливается по венам, отключая все инстинкты самосохранения. Тело требует движения, разум выстраивает множество стратегий, винтовка в руках начинает казаться как никогда удобной. Я в предвкушении скалюсь, лелея внутреннюю песню.       Отсидеться на крыше какого-нибудь невысокого здания просто так теперь не получится. Проходит несколько долгих секунд. Мы безотрывно буравим друг друга взглядами, словно весь мир вокруг перестает существовать. В конце концов, преодолев ступор, Лесник отвечает мне.       «Встретимся в финале игры. Я тебя специально оставлю на конец», — гласят его жесты.