Полет Дахарты

      — В каком смысле? — спросил я. Дахарта промолчала. Я снова посмотрел на изображение пиратского корабля на экране. Он был большой и совсем не похожий на Дахарту, в первую очередь потому, что состоял из двух почти раздельных тел. Оба его тела были вытянутые, темные, с большими округлыми носами. Левое оканчивалось обыкновенными корабельными двигателями-щупальцами, которые сейчас были в полураспущенном состоянии — корабль не хотел подходить слишком быстро. Правое же тело было странное и кончалось расширяющимся огромным механизмом, похожим на раскрывшийся цветок. Этот механизм показался мне смутно знакомым.       — Дахарта, — сказал я. — Мне кажется, или на этом корабле стоит двигатель, снятый с космической станции?       — Именно так, — сказала Дахарта.       Незнакомый корабль стал поворачиваться, и я наконец понял, что неправильно его себе представил. Правое тело, тело с двигателем, рассчитанным на движение огромных станций, было, на самом деле, нижним, а левое, обыкновенное корабельное тело — верхним. То есть на нас медленно надвигался двухэтажный корабль.       — Что вы хотите сделать? — спросил я, пропуская все остальные вопросы, которых у меня к Дахарте было множество.       — Рассматриваю предложения, — сказала Дахарта. — Для простоты обозначу второй и третий корабли как B и С. Их имен я не знаю. Первый же корабль — Амасса. Я не готова его уничтожать, если он не откроет по нам огонь.       — А если откроет? — спросил я.       — Тогда я перебью сцепку его тел, — сказала Дахарта. — Я знаю, он может ее восстановить, но на это уйдет время.       — В обще-то инструкции не позволяют оставлять пиратов в большом космосе, — сказал я.       — Инструкция позволяет оставлять пиратов в большом космосе, в случае если их силы превосходят ваши, — сказала Дахарта.       — Но они нас не превосходят! — сказал я. — Мы можем их уничтожить!       — Хотите подраться со мной за управление? — спросила Дахарта. Я посмотрел на нее осуждающе. В принципе у кораблей на ранней стадии развития капитан может отобрать управление, но даже тогда это считается большим нарушением личного пространства. Мне бы в голову не пришло попытаться взять контроль над системами Дахарты, тем более, что я никогда не смог бы в них разобраться.       — Давайте не ссориться, — сказал я. — Что вы предлагаете?       — Хочу выйти с ними на связь, — сказала Дахарта. — Возможно я смогу с ними договориться. При последней встрече с Амассой мы расстались друзьями. Странно, что он меня не узнал.       — То есть если бы ваш друг нападал на незнакомые ему корабли, вас бы это не смутило? — спросил я.       — Амасса не друг, — сказала Дахарта. — Он организатор миссии спасения кораблей с Раскола.       Тут я вспомнил, что и вправду читал что-то о корабле, на который установили мощнейшие двигатели для того, чтобы он мог вытаскивать из пустоты полумертвые тела других кораблей. Меня, о чем я уже сильно сожалел, не особенно интересовали подробности спасения выживших у Раскола, поскольку я сам был одним из них и чувствовал, что и так достаточно об этом знаю.       — Посылайте предложение выйти на связь, — сказал я. Эту команду, по правилам, всегда отдает капитан, хотя в данном случае это была просто формальность. По голосу Дахарты я слышал, что сейчас я не принимаю здесь никаких решений.       Амасса ответил сразу, но на экране Дахарты почему-то не возникло его лица или, хотя бы, позывного. Вместо этого на экран сразу вывелось лицо капитана. Это было неожиданным нарушением существующих даже для пиратов переговорных протоколов. Обычно первым представлялся корабль, а за ним уже капитан.       Лицо у пиратского капитана было металлическое, составленное из маленьких неровно сбитых пластин, в которых почти сразу возникли три щели. В двух загорелись красные глазки, а в нижней, жутко растянутой, блеснули стальные зубы.       — Здравствуйте, капитан, — сказало это существо и по механической дрожи голоса я понял, что передо мной робот, а не человек в неприятной маске.       — Ваше здоровье, — сказал я. — С кем имею честь разговаривать?       — Адмирал флота крайнего космоса, капитан Амассы-Два, Катай, — сказал робот, шире раздвигая свой пугающий рот. Стало видно, что зубы у него расположены неровными рядами, один за другим, будто он питается не электричеством, а замороженными органическими блоками. Я уже хотел его спросить о том, что за «флот крайнего космоса» он имеет в виду, но Дахарта меня перебила.       — Я бы хотела поговорить с Амассой, — сказала она.       — Молчи, железка, — сказал Катай. — Или разговаривать тебе больше будет нечем.       — Не разговаривайте так с моим кораблем, капитан, — сказал я.       — А вы не разговаривайте вообще, ка-пи-тан, — передразнил меня Катай. — Слушайте меня внимательно.       Я чуть сжал пальцы левой руки, то ли пытаясь поддержать Дахарту, то ли ожидая, что она все-таки передумает и ударит со всей силы по пиратам. Дахарта ничего не сказала, но на ее экране, поверх лица неприятного робота возникла надпись: «ЧТО-ТО НЕ ТАК». Это мне было ясно.       — Капитан, — сказал Катай. — Я бы хотел, чтобы вы передали мне свой корабль и сами сдались. У ближайшей станции мы обменяем вас на выкуп, и вы будете свободны.       — Вы не хотите узнать мнение моего корабля? — спросил я.       Робот покачал головой. Его шея при этом не изгибалась, а двигалась из стороны в сторону, будто по рельсе.       Дальнейшее произошло мгновенно. Я почувствовал толчок и увидел, что Дахарта выпустила в сторону Амассы протонные торпеды, и в этот же момент по быстро бегущей строке цифр по левому краю экрана стало ясно, что и Дахарта подбита. Вред ей был нанесен крошечный, но Дахарта дернулась, резко развернулась, и меня бросило на пол — она вышла на первую космическую скорость без подготовки, так что большая часть систем, уберегающие меня от переломанных костей, не успели включиться. Я ударился головой и остался лежать, еле-еле удерживаясь на краю сознания.       Я попытался подняться, но Дахарта ускорилась снова, и я оказался прижат к стене нарастающей силой тяжести. Все тело разрывало болью, и если бы мне не сдавливало легкие и горло, я бы закричал. Наконец включились системы сглаживания, и я смог нормально вдохнуть — я повалился на четвереньки, сорвал шлем, пытаясь вернуть в сплющенные легкие воздух.       — Что произошло? — прошептал я совсем тихо, но Дахарта меня услышала.       — Я получила тайный сигнал от Амассы, — сказала она. — Он сказал, что нам нужно срочно оттуда убираться. Я разбила его тело пополам и вышла из туманности. Простите, что не успела проконсультироваться с вами.