Caelum et inferos

      Просыпаться на супер удобном мягком матрасе – непривычно. Тонуть пальцами среди нежнейших шёлковых складок постельного белья – непривычно. Ощущать лёгкий холодящий ветерок на открытых участках коки – тоже непривычно. Всё это так нравится парню, что он насильно хочет продлить свой сон. Но сказки рано или поздно кончаются, поэтому Мину приходится разлепить свои веки. Парень потягивается, ощущая некоторое жжение кожи на ягодицах, но ничего более, нашаривает рукой на тумбочке телефон, показывающий на ярком экране лишь время и отсутствие каких-либо важных оповещений.       - Девять часов утра, - проговаривает Юнги, вновь откидываясь на мягкие перины под собой, прикрывая в блаженстве глаза. Вдох полной грудью, пауза, в голове всплывают особо яркие моменты вчерашнего вечера, медленный выдох. Вдох, пауза, осознание, что назад дороги теперь точно нет, хотя старший и уверен, что Чон не будет его удерживать и как-то шантажировать, медленный выдох. Да, собственно, чем шантажировать, если все их встречи и сессии будут выставляться в интернет? Глупо.       Парень откидывает с себя объёмное одеяло. Его тело пробирает волной дрожи до вставших волосков на загривке из-за температуры в помещении, что приходится обхватить себя руками за плечи. Прохладу Мин любит, но не когда его задница пылает огнём, создавая неимоверный контраст температур. В комнате чисто, видимо, Чонгук уже успел убрать всё с прошлой ночи. Собственно, второго участника вечерней сессии Мин тоже не наблюдает поблизости. Он аккуратно высовывает голову из-за двери спальни и немного воровато оглядывает коридор в поисках ванной комнаты. Не то чтобы он ощущал себя тут незваным гостем или лишним, но расхаживать голым без весомой на то причины по чужой квартире – Юнги считал неподобающим. На самом деле причина была – вещей не было ни на полу, где они оказывались вчера, ни на ближайших открытых и закрытых поверхностях, Мин проверял, поэтому единственным решением было заглянуть в туалет, чтобы прикрыться хотя бы полотенцем. Прошмыгнув в дверь напротив спальни, парень находит не только искомое, но и халат, и даже сложенную домашнюю одежду. Судя по размеру, она принадлежит Чону. Выходит Юнги из ванной посвежевшим после утреннего душа, осмыслившим вчерашний вечер, одетым в широкую чёрную футболку, что была ему явно велика и в домашние штаны, туго подпоясанные шнурком.       Их встреча произошла в зоне столовой, что совмещена с кухней и гостиной. За стеклом панорамных окон виднелся Сеул, что покрывался достаточно привычным для него смогом – явление малоприятное и настолько же полезное, но достаточно красивое. Порой кажется, что это не грязный воздух, а туман, что скрывает в себе высотные здания, стеклянные небоскрёбы и природный горный ландшафт столицы.       - Доброе утро, хён. Как ты себя чувствуешь? – интересуется Чонгук, когда ставит кувшин с лимонадом на обеденный стол, - Ничего не болит?       - Ты помыл меня вчера. – не спрашивает, утверждает старший.       - Мгм, - без каких-либо эмоций на лице соглашается Чон, - а ещё я постирал твои вещи. Они сушатся, ты можешь взять их в прачечной.       - И ты обработал мою задницу. – Гук резко вскидывает голову на собеседника и видит одну его приподнятую бровь и улыбку-усмешку.       - Я-я.. Прос…       - Спасибо. – Прерывает его Мин, - Спасибо за твою заботу, Чонгук. – Он отодвигает стул, чтобы присесть для трапезы, - Это очень мило, мелкий. Благодаря тебе моя задница не болит настолько сильно, насколько могла бы.       - Хёё-он, - тянет младший в смущении, - Я же говорил тебе о том, что доминанту тоже нужно удовлетворить свои потребности.       - Ничего не имею против, - Мин пододвигает к себе тарелку с огромным сэндвичем, смотря на кувшин с лимонадом, - просто не могу взять в толк, как ты можешь совмещать в себе личность милого и скромного мальчика, смущающегося от слова секс и краснеющего от похвалы, и доминирующего па-поч-ки, - тянет по слогам старший, издеваясь, - от одного взгляда которого ноги подгибаются и раздвигаются.       Юнги снова усмехается лишь одним уголком губ, вцепившись взглядом в собеседника напротив, что лишь первые несколько секунд теряется под таким напором, а после берет себя в руки.       - Мне тоже интересно, как ты можешь быть таким невинным мальчиком одуванчиком с посетителями в кафе, а после вилять задницей, показывая свою дырку и прося разрушить тебя, ма-лыш. – передразнивает маленький чертёнок, переходит все границы дозволенного, возвращает в воспоминаниях к прошлой ночи, заставляет плавиться мозг, позволяет начать завязываться лёгкому узлу возбуждения внизу живота, пуская электрические разряды в плоть. Умело играет, быстро перестраивается, распаляет и тут же возвращает в реальность, словно ведро холодной воды на голову, - Кофе?, - костится на пустой стакан своего хёна.       - Да, пожалуйста, - быстро приходит в себя Мин, - Не могу без него войти в ритм жизни.       - А вот меня бодрят цитрусы и мята с утра. Я сам его делаю, - стреляет глазами на кувшин, а сам ставит кружку с дымящимся напитком перед Юнги, после тоже занимая своё место за столом напротив.       - Наверное, стоит обговорить наши съёмки, - бубнит Мин, когда в очередной раз кусает вкуснейший сэндвич.       - Предлагаю снимать видео раз в неделю, - кивает в подтверждение его слов, - встречаться на несколько дней, когда тебе удобно, чтобы было время все обсудить, восстановиться, просмотреть вместе видео, обсудить склейку и просто провести время вместе. Как ты на это смотришь?       - Ммммм, - тянет старший, - но я не смогу каждые выходные не работать. В кафе всё равно выручка больше в эти дни.       - Мы можем встречаться и среди недели. Или, если захочешь, то только для съёмок.       - Думаю, мы можем совмещать все эти варианты в зависимости от нашей занятости. Как ты на это смотришь?       - Можно, – соглашается младший. – Видео будем выкладывать на своих сайтах и страницах по очереди: всё, что собираешь на своих платформах – твоё, со своих я отдаю тебе 50%. Согласен?       - Но это же не честно, Гук, - младшему Юнги сейчас напоминает встрепенувшегося птенца, что чем-то недоволен, но он немного успокаивается после пояснений о том, что Чону не нужны деньги, а доход с этого увлечения не является его основным. А т.к. старший нуждается в финансовых средствах, то почему бы не поступить именно по такой схеме. Юнги нехотя соглашается, удовлетворяя внутренние чувства Чонгука.       - Ты уже думал, какой контент будешь размещать в остальное время, на что будешь делать упор?       Юнги на вопрос макне лишь неопределённо ведёт плечами поникая. Поясняя, что он думал о фото, но считает, что это немного пресно и однообразно, что размышлял о записях своего голоса, потому что он достаточно нетипичен для пассивов, да и большинства мужского населения в целом. Он поясняет, что вроде бы как и доволен тем, что придумал, но кажется, что чего-то не хватает. Чон, в свою очередь, обещает подумать тоже о направлении блога старшего, сообщает, что сайт будет готов в ближайшие дни.       После завтрака и ленивых разговоров о личной жизни каждого, Мин отправляется домой удовлетворённый, но с каким-то зарождением чувства тревожности.

***

      К обеду следующего дня Чонгук сообщил Юнги, что сайт готов и кратко рассказал, что ему понадобится куча программ для того, чтобы его не смогли отследить, взломать, что потребуется виртуальный кошелёк для сбора средств и многое другое. Мин всегда знал, что во всей этой сфере он не супер продвинутый юзер, поэтому честно признался младшему, что тому самому придётся пошаманить над его ноутом. Собственно, в связи с этими обстоятельствами, Чонгук сейчас стоит на пороге квартиры Юнги с широченной улыбкой и огромным рюкзаком за спиной. Младший смотрит на хозяина квартиры лукаво, в его глазах можно рассмотреть маленьких пляшущих чертят, но сам он не выглядит не иначе как самый настоящий ребёнок в его безразмерной одежде, кепке, обуви на высокой подошве. Этот рюкзак по размерам похож на походный и Мин действительно удивляется, потому что не думал, что им понадобится так много вещей.       - Впустишь?       Юнги с опозданием кивает, прекращая рассматривать парня перед собой, и отступает, пропуская его в небольшую квартиру. Спустя время, они уже расположились на кровати старшего с двумя ноутбуками. Сидя рядом с Чоном, Юнги ощущал себя настолько крошечным, хотя никогда особо не жаловался ни на свой рост, ни на телосложение. Он был, в своём понимании, совершенно обычным, непримечательным. Тем более сейчас, когда постоянно нуждался в деньгах, работал на износ, не имел возможности постоянного дорогого ухода за собой. Он чувствовал эту пропасть между ним и младшим, хотя последний никак не выдавал своего статуса, но это ощущалось и читалось в его движениях, поведении, умении себя преподнести и показать собеседнику.       Спустя пару часов копания в ноутбуке старшего, несколько кружек вкуснейшего кофе и упаковки рамена, все нужные приложения были установлены, подключены и настроены. Последующие часы Чон провёл за обучением старшего тому, как нужно действовать, выкладывать видео, выводить денежные средства и другим.       - Я тут думал, каким контентом ты можешь заинтересовать людей, - как с места в карьер огорошивает младший Юнги, откидываясь спиной на подушки и изголовье кровати. Встречая только заинтересованный взгляд от старшего, продолжает, - В женском вебкаме есть достаточно популярные модели, что снимают ролики с различными дилдо. Я знаю, что они сотрудничают с определёнными компаниями и помимо денег с продажи видео получают товар и оплату от производителя. Но есть одна проблемка.       - Какая? – Юнги, не отрывая завороженного взгляда от младшего, практически даже не дышит.       - Все эти фаллосы большие. – А спустя небольшую паузу. – Скорее даже пиздецки большие, Юнги. Можно, конечно, поискать их стандартных размеров, но по началу придётся туго во всех смыслах. Но это крутая идея на самом деле. С этим контентом ты сможешь и делать фото, и снимать видео как короткие, так и длинные на продажу. В последствии, с некоторыми производителями можно договариваться о производстве игрушек собственных размеров, но это не сразу. Как тебе идея?       Юнги лишь смыкает и размыкает губы, глупо хлопая глазами. На самом деле, он даже не знает, что можно сказать. Затея классная, да и на гетеросексуальной стороне он видел эти ролики. И их суть заключалась в увеличении размеров последующих игрушек. Не то чтобы Юнги был против огромных и растянутых отверстий, это на самом деле порой горячо, сексуально и заводит, но он не хотел бы такое дупло у себя. У него есть представления о максимальном диаметре своего ануса и он не хотел бы свистеть им как горлышком бутылки, окей? И как бы никто не может его за это критиковать и осуждать. Это же его жопа в конце концов. Пролапс и анальный бутон – прикольно, конечно, но у других. Только он собирается с мыслями, чтобы что-то ответить, как его перебивает младший.       - Ты только сразу не отказывайся, подумай на этим. А пока я бы хотел предложить тебе свою помощь, если ты не против. – Чонгук встаёт с кровати и скрывается за дверьми спальни, давая Мину ещё немного времени заставить шестерёнки в мозгу снова двигаться. Старший слышит какой-то шорох в районе его гостиной, а потом видит Гука: в одной руке у него огромный фотоаппарат, а в другой бархатная коробочка приличного размера.       Снова видя растерянность на лице хёна Гук решает пояснить, что он думал помочь с первым видео и фото материалами, создав более годный контент. Он присаживается на край кровати, откладывая зеркалку подальше, но коробку ставит прям перед Юнги. Старший не решается смотреть, а Гук и не торопит. Он наблюдает за реакцией саба, сменяющимися эмоциями на лице, за тем, как то напрягаются его плечи, то расслабляются, за юрким язычком, что смачивает сухие из-за волнения губы. Когда Мин всё же решается открыть коробку, то ахает от удивления и замирает. Его глаза бегают по содержимому, пальцы одной руки подрагивают, но все же медленно приближаются.       - Какой он красивый, - шепчет Мин, касаясь указательным пальцем мягчайшего силикона. Он достаёт его из коробки, откидывая ту куда-то на пол, и рассматривает в руках фаллос, что принёс ему младший. Он безумно красивого светло-бирюзового цвета с добавлением нежнейшего розового. Он весь покрыт чешуйками различных размеров, с крепким и достаточно увесистым узлом у основания, а его головка конусообразной формы отдалённо напоминает сердечко. Юнги заворожен резиновым членом. Кто бы ему сказал это несколько месяцев назад, сроду бы не поверил.       - На сайте написано, что это член мистического японского волка, что славился своей силой, подвигами и готовностью всегда прийти на помощь. – рассказывает макне, он берет фаллос в свою руку, обхватывая его своей ладонью. – Это самый маленький размер. Длина ствола 18 сантиметров, его диаметр 4,8 сантиметра, а диаметр узла 7, 5 сантиметра. В окружности он реально огромный, больше 20 сантиметров, но никто не заставляет тебя его принимать. – Чонгук второй рукой хватается за основание резинового члена, а другой водит пару раз по длине, останавливаясь большим пальцем на головке. – У этого производителя есть возможность дополнить каждый девайс присоской и системой для эякуляции. – Юнги не сдерживает удовлетворённого писка, а Чонгук удивляется реакции на это, - также они могут ароматизировать каждую игрушку разными запахами и сделать их светящимися в темноте. Я уверен, ты знаешь, что многие в этом направлении делают упор на размер игрушек, - Юнги тем временем забирает фаллос из рук младшего и аккуратно поглаживает его пальцами, - А ты можешь делать упор на эстетическую составляющую данного вопроса. Не будешь гнаться за размерами, но максимально качественно будешь снимать, тщательно продумывать образы, чтобы итоговая картинка сама по себе была огромным поводом подрочить. Что думаешь?       Юнги всё ещё молчит и просто рассматривает член волка, крутит его, поглаживает, надрачивает длину. В его глазах какое-то дикое желание, а черти Гука все подкидывают дровишек в костёр разврата.       - Хочешь попробовать со мной снять свой соло-контент? – интересуется младший, а сам немного тянется к камере, чтобы запечатлеть растерянное лицо хёна. Это заняло не больше 15 секунд времени, именно звук затвора вывел Мина из оцепенения, и он просто мотнул головой в согласии, вызывая на лице Чона улыбку.

***

      Подобрав нежный образ в цвет фаллосу: белые плотные чулки чуть выше колена с нежным розовым бантом и широкую белую рубашку свободного кроя, сквозь которую при правильном освещении можно будет разглядеть контуры тела. Парни решили, что фотографировать и снимать будут на кровати. Младший посетовал, что освещение совсем никуда не годится и пообещал что-нибудь придумать с этим, после того как сделал пробные кадры, но не сводил глаз с Юнги, что достаточно ощутимо зажимался и не знал, какую позу ему принять.       - Хэй, хён, - отодвигая от глаза видоискателя фотоаппарата, - ты стесняешься меня или что?       - Я впервые буду позировать перед кем-то для откровенных фотосессий, - честно признается старший.       - Детка, я видел тебя полностью голым на моих коленях с задранной вверх задницей, которую я шлёпал. Я видел тебя со слюной на подбородке, с закатанными от удовольствия глазами и весь спектр эмоций, когда ты кончаешь. Я тебя сонного на руках относил в ванную, мыл, а впереди у нас будут пиздецки грязные сессии. Ну и напоследок, мы будем продавать видео со своими голыми телами абсолютно чужим людям с неизвестными наклонностями и предпочтениями. А теперь ответь, ты всё ещё меня стесняешься, Юнги? – Чонгук поменял тон своего голоса, чтобы Мин смог немного расслабиться и это, действительно, подействовало.       Все тридцать минут Юнги позировал, медленно сменяя позы, а Чонгук помогал ему: подсказывал, как лучше повернуться, положить ноги и руки, поправлял причёску, хотя она и не попала бы в итоговый кадр, задирал где нужно полы рубашки или спускал чулки. После этого, он вручил Юнги резиновый член, подсказывая несколько положений для лучших фото. После Чон снова уходит из спальни, чтобы принести пару камер для съёмки с разных ракурсов.       - Я выставил несколько камер, чтобы потом смонтировать видео, также буду делать фото в процессе и иногда снимать на телефон.       - Ага, - Юнги переворачивается на живот, а после привстаёт на коленях, чтобы аккуратно дотянуться до прикроватной тумбы за бутылочкой смазки.       Гук обходит все камеры, включая их, а после принимается наблюдать за действиями Мина. Старший в это время садится на попу между пяток, смотря прямо на Чона. Он аккуратно поглаживает ноги от икр к коленям, а после переходит на бёдра чуть-чуть сжимая их пальцами, показывая их мягкость. Совсем немного привстаёт, выводя круги тазом, а после имитирует движения вверх-вниз. Младший лишь смотрит на него, иногда фотографирует то отдельные части крупным планом, то дальним захватывает всего парня на кровати. Это горячо, думается Гуку. Дразнит – в этом младший уверен. Юнги языком проходится по нижней губе, оставляя на ней слишком много слюны, с вызовом смотрит в глаза Чона. «Я знаю, ты меня хочешь» - красной строкой бежит перед каждым из парней, а главное, ни один из них не отрицает этого. Потому что, да, пиздецки хочется. Чонгуку хочется повалить хёна на кровать, прижать своим весом, обездвижить, зацеловать каждый сантиметр этого тела, а после поставить в коленно-локтевую и отодрать до сорванного голоса, до разъезжающихся коленей, до слёз чистого кайфа из глаз, до мольбы остановиться. Юнги тоже хочет, хочет горячее тело сверху, хочет грязных разговоров и стонов до хрипа из горла, но когда он закрывает глаза, перед ним не Чонгук. Он видит перед собой другое тело, слышит другой голос, не эти руки ощущает на своих бёдрах, шее, лопатках. Юнги немного стыдно, он понимает, что пользуется Гуком, но между ними договор, он ничего не обещал младшему помимо прописанных пунктов на белых листах.       Юнги встаёт на четвереньки, рукой тянется к дилдо, а после поворачивается к камерам спиной, усаживаясь в прежнюю позу. Он своими длинными пальцами невесомо кружит по ягодицам, задирая край рубашки, снова приподнимается и разводит ягодицы в сторону, показывая гладкую поверхность и тугую сжатую дырочку. Он тянется к ней, кружит подушечками пальцев, цепляя края.       Секунда. Старший уже облокачивается на плечи и покачивает тазом из стороны в сторону. Дразнит.       Вторая. Смазанные густым лубрикантом пальцы касаются сфинктера, что непроизвольно сжимается ещё туже. Звук затвора камеры.       Третья. Мин проникает сразу двумя пальцами внутрь, издавая глухой стон наслаждения.       Четвертая. Он сам подаётся на свои пальцы, чтобы ощутить заполненность внутри. Звук затвора.       Пятая. Юнги переворачивается, усаживается на попу.       Шестая. Щелчок крышки смазки и густая жидкость стекает по силикону. Звук затвора.       Седьмая. Старший откидывается на подушки за спиной, поднимает одну ногу к груди, придерживая под коленом.       Восьмая. Головка кружит у трепещущего нутра. Звук затвора.       Девятая. Мин пытается просунуть в себя головку. Низкий стон. Звук затвора.       Десятая. Юнги плавными возвратно-поступательными движениями аккуратно погружает в себя игрушку на половину.       Взрыв. Резкое движение рукой. Фаллос по узел в Мине. Высокий стон. Он выгибается на кровати чуть ли не до хруста позвоночника. Звук затвора.       - Блять, что же ты делаешь, а?! – риторический вопрос в пустоту комнаты, потому что Мин уже не в себе. Он настолько отдался этим ощущениям, что работает в себе игрушкой так, что видно, как он забывает дышать.       Юнги отпускает ногу, расставляя их по сторонам, опираясь пятками в матрас практически у ягодиц, приподнимая их в воздух. Он меняет темп, глубину и резкость проникновения. На особо глубоких толчках с оттяжкой можно проследить, как кожа в районе пупка натягивается. Старший тянется к члену, потому что каждым движением проезжается аккурат по простате. Для него сейчас слишком много всего: камер, ощущений.       - Без рук, детка, - низкий голос пригвождает его к матрасу, но из-за него Мин ещё жёстче и яростнее начинает входить в себя. – Ты можешь потрогать свои соски.       Юнги в момент задирает просторную рубашку до шеи. Была бы его воля, разорвал бы её прям тут, но одной рукой это невозможно. Стоны, хлюпанье смазки, шлепки мокрой от предэякулята головки члена о низ живота, стимулирование соска и старший не выдерживает. Он спускает себе на живот, сильнее отрывая таз от кровати, стонет настолько сладко и протяжно. Его анус пытается сжаться на узле, он не вошёл в него даже на четверть, но Чонгук видит эти мышечные сокращения у расширения дилдо.       - Умница, а теперь вынь его из себя и покажи, какой ты растраханный, хорошо? – в ответ младший слышит лишь всхлип, но Мин отбрасывает игрушку, поднимает ноги к груди, светя своим трепещущим нутром прямо на Чонгука. И снова звук затвора камеры.       Чонгук быстро поднимается, выключая все девайсы, подходит к разнеженному Юнги, перехватывает его ноги под коленями одной своей ладонью, прижимая их еще ближе к груди, а пальцами другой руки проходится по сфинктеру. Юнги извивается под ним, хнычет от переизбытка ощущений.       - Юнги, твои бедра и задница – что-то невероятное, - свободная рука скользит по задней поверхности бедра от колена к ягодицам, легко сжимает одну половинку, а после резко проникает внутрь растраханной дырочки старшего. – Блять, ты такой горячий и мягкий внутри, но до сих пор такой узкий. – разводит пальцы ножницами, оглаживая податливые стенки. – Как бы я хотел спустить глубоко в тебя, а потом наблюдать, как сперма вытекает из тебя, прокладывая дорожки по этим пиздатым мраморным бёдрам, - нажимает на простату двумя пальцами, а потом резко отпускает ноги и прекращает любые действия со старшим.       - Гук, пожалуйста, - просит его Юнги. Всхлипывает, пускает дорожки слёз по раскрасневшимся щекам и о чем-то просит. – Пожалуйста, - протягивает вслепую руки вперёд. Ну а кто Чонгук такой, чтобы отказать?       Они быстро меняются местами. Младший подхватывает лёгкое тело на руки, прижимая к груди и устраивается спиной на кровати, укладывая Мина на себе. Он нежно взъерошивает волосы на голове, невесомо гладит меж лопаток, по спине, бедру и ягодицам. Старший в его руках такой хрупкий, что совершенно не хочется его ломать.       В этой квартире сейчас находились два человека, скреплённые узами договора, но каждый из них думал о другом, а не друг о друге.       Когда Юнги немного отпустило, и он пришёл в себя, ребята договорились о их первом совместном видео в следующие выходные. С пятницы по воскресенье Мин останется в квартире для съёмок младшего, они снимут не только видео, но отредактируют его и попробуют снять ещё какой-нибудь контент. Как бы старший не предлагал, Чонгук сказал, что поедет к себе домой, чтобы сверстать видео и загрузить на сайт хёна.

***

      - Ты представляешь, - возмущается Джин, сидя на диване в гостиной, - этот козёл меня единственного отправил на пересдачу. ЕДИНСТВЕННОГО, Юн! Да он даже тем, кто ничерта не знал поставил тройки! Я был уже и на неё согласен, лишь бы не видеть его больше никогда в своей жизни, но он, он…       - Джини, может он хочет извиниться? – усмехается Мин в горлышко бутылки соджу.       Они сидят в квартире младшего, потому что в обед Мину позвонил Сокджин и предупредил, что приедет к нему с едой и выпивкой из-за «этого мудилы, что мне всю жизнь испортил».       - Профессор Ким? Извинится? Передо мной? – горько усмехается Ким, - Ну-ну. Сам-то веришь в эти сказки?       - А если, гипотетически, он все же извинится, потому что осознал, что был не прав, ты простишь его? – интересуется Мин.       - Не знаю, Юн, - серьёзно начинает Сокджин, - Он мне, действительно, причинил боль. Но сука судьба всё равно меня толкает к нему. Я не хочу его прощать сразу после извинений, если они будут, но и не смогу не простить. Мои чувства никуда не делись. Меня к нему тянет, он мне импонирует внешне и привлекает внутренним миром. Мне хотелось бы узнать его настоящего, а потом понять, справимся ли мы со всем вместе. Типо, знаешь, - усмехается он, - нужно оценить, стоит ли игра свеч. Потому что если нет, то лучше пусть переболит, и я сдвинусь с этой мёртвой точки вперёд.       - Ммммм, понимаю, - в подтверждении кивает ему Юнги.       Второй вечер подряд в квартире находятся два человека, что думают каждый о своём.

Обратит ли он на меня внимание? Получится ли? Нужен ли я ему? Стоит ли игра свеч?

      В голове каждого из парней одни и те же вопросы, но обращены они к разным людям.