Смерч

Иззи пьян. Уже который день. Он не знает, что делать. Он не знает, куда девать всю ненависть, что скопилась в его душе. Ему больно. Он напивается этой болью как вином. И продолжает существовать. Жизнью это уже не назовёшь. Его убивает вид капитана. Его самочувствие. Съедает изнутри. Хочется кричать, выть волком, но нельзя... Он не слабый сосунок, как этот Стид, чёрт возьми, Боннет. Он справится. Да, вот так. Лучше делать вид, что всё идёт туда,куда он и надеялся. Лучше так, чем признать, что облажался.... Проходят недели... Ситуация не меняется.... Ну что, Иззи Хендс, ты доволен? Нравится видеть таким капитана? Хотя нет .... Это уже не Чёрная Борода... От былого пирата остались лишь воспоминания... Теперь это загнанный затравленный зверь, что ищет своей смерти во всём. В глазах которого всё чаще мелькает безумие... Блять. Сука. Как же больно мать твою! Как-будто из груди вырвали сердце и не додумались вставить обратно. Такими темпами его здравие тоже совсем скоро полетит в тар-тарары. И снова срывается, как пёс с цепи. Снова винит во всём всех вокруг, кроме себя. Снова хромает. А затем засыпает прямо на палубе, изредка вздрагивая во сне. Люциус знает, что это. Усмехается беззлобно в ночной тиши, прячась в тени. За всё то время, пока он скрывался от новой команды Эдварда Тича, он успел насмотреться на страдания Иззи. И даже проникся ему. Не настолько, чтобы простить его за всё, нет. Но настолько, чтобы понять его. Иззи похож на ураган. На смерч. Он разрушающий, несущий смерть. Но в самом его центре есть место, в котором царит тишь. Благодати нет, что грустно. Иззи не умеет любить. Его не научили. Жизнь выстрогала его таким образом, что тот умел только огрызаться. А единственный объект его преданности давно стал другим человеком. Этому можно посочувствовать. Людям свойственно меняться, но они не интересуются у своих близких, а хороши ли эти изменения? Люциус осмеливается подойти. Никто его не видит, а Иззи спит. Выражение лица беспокойное, явно снится кошмар. Наверняка в очередной раз Эдвард. Очевидно же. Накрывает покрывалом. Вот. А то простудится дурак, будет не только морально, но и физически страдать. Тогда уж совсем злющим станет, волк. - Отдыхай, мой ураган - едва слышно шепчет, а затем вновь исчезает в тенях ночного корабля.