Влюбиться в вампира

      В каминной комнате Малфой-Мэнора их уже ждала Нарцисса. Она сопроводила Гермиону до ее комнаты, где выдала пропуск-медальон.       — Пока для того, чтобы беспрепятственно перемещаться по поместью, тебе нужно носить его, — сказала женщина и, увидев в глазах вопрос, добавила с лёгкой улыбкой:       — А после обращения магия дома почувствует в тебе истинную Драко, и пропуск будет уже не нужен. Правда, совершенно свободно перемещаться ты сможешь только после того, как вы завершите связь.       — Завершим связь? — переспросила Грейнджер, обдумывая слова и желая в будущем изучить такие мощные охранные чары подробнее. — В книге, выданной мистером Малфоем, тоже была эта фраза, но я не совсем понимаю, что она под собой подразумевает.       — Ты ведь помнишь, что наш вид нуждается в некотором количестве крови раз в месяц? — спросила Нарцисса. — У супругов или у таких пар истинных, как вы, желание укусить партнёра возникает не только при кормлении, но также и при сексуальном контакте. Это не заменяет питание, скорее, больше похоже на инстинкт и желание усилить ощущения. Когда вы обменяетесь кровью в первый раз, тогда и будет установлена связь. Обычно это происходит на пике, когда оба максимально открыты друг перед другом в эмоциональном плане и в плане доверия.              — Единственное, ты должна помнить, что нужно быть аккуратнее с мыслями. Я думаю, ты уже отметила для себя, что у нас зачатие ребёнка происходит несколько другим способом. Оба должны захотеть этого. Но бывали случаи, когда у пары всего лишь проскользнула мысль о детях, и этого оказалось достаточно. Не думаю, что ты хочешь стать матерью так рано, — закончила миссис Малфой, наблюдая за смущённой и задумчивой девушкой.       В мыслях Гермионы мелькнула неуверенность и нотка страха от предстоящего в будущем, и женщина сразу поняла в чем дело. Чтобы не мучать невинную волшебницу подобными разговорами, она решила поступить по-другому.       — Я же тоже была человеком до того, как Люциус обратил меня, и тоже проходила через все это. Не переживай, становление вампиром не так страшно и вполне терпимо. Правда, я больше беспокоилась за установление связи. Сейчас у современной молодежи хранить девственность для мужа уже не почетно, но ещё недавно все было по-другому. Жаль, что мне тогда никто не рассказал, что у нашего вида первый раз проходит безболезненно, я бы меньше волновалась, — вздохнула миссис Малфой. — Ладно, переодевайся и спускайся. Думаю, нам стоит обсудить подробности обращения за чаем.       Нарцисса вышла, оставляя девушку наедине со своими мыслями. По пути в малую столовую ей удачно попался на глаза сын.       — Мама? Ты Гермиону одну оставила? — сразу спросил он.       — Я выдала ей пропуск, дорогу она уже помнит. Я вот что хотела спросить. Ты, наверное, теперь хочешь сам обратить ее? — предположила миссис Малфой.       Драко сбился с шага и пошёл чуть медленнее, задумавшись. Потом неуверенно посмотрел на неё:       — Не знаю, насколько эта идея хорошая. Ты же знаешь, я никогда не кусал человека, и я совершенно не представляю, как инициировать обращение. Я бы не хотел, чтобы из-за моих желаний возникли какие-то проблемы у Гермионы.       — Ох, милый. Поверь, все не так страшно, как ты думаешь. Поговори об этом с отцом, он будет только рад передать тебе эти знания. И я уверена, что ей самой будет удобнее, если это сделаешь ты. Например, мне присутствие Люциуса очень помогало во время обращения. Я буду там только лишней. Уверена, ты справишься, милый, — с улыбкой заверила сына Нарцисса. Ее мальчик стал уже таким взрослым!       — Возможно. Я поговорю с отцом и с ней, — решил Драко.       Пока Грейнджер переодевалась и шла в столовую, Малфой договорился поговорить об обращении чуть позже, а потом поспешил встретить девушку в одном из коридоров.       Гермиона двигалась медленно, обдумывая слова матери Драко. Осознание, что последнее миссис Малфой рассказала, прочитав ее мысли, смущало. Но, информация и правда успокаивала немного. Решив подумать об этом потом, чтобы не выдать мыслей еще и Люциусу, Грейнджер огляделась. Отметив, что вроде бы идет правильно, она услышала шаги, а потом из-за угла вышел Драко. Он был задумчив, но, увидев её, остановился и спросил:       — Все нормально? Ты не заблудилась?       — Нет, как раз подумала, что вроде бы иду правильно, — чуть улыбнулась Гермиона.       Она собралась двигаться дальше, но парень придержал ее за руку:       — Подожди, — попросил Малфой и нервно потер шею. — Мы сейчас будем говорить о твоём обращении и я... В общем, ты бы хотела, чтобы я был тем, кто обратит тебя? — быстро спросил он.       Драко почувствовал удивление и волнение девушки, когда Грейнджер ответила:       — Мне... было бы спокойнее знать, что это ты.       — Просто… Я все равно буду рядом все время, и мама вполне могла бы сделать это. Я никогда не кусал людей, Гермиона, — с волнением признался Малфой. — И хотя я хочу сделать это сам, я не уверен, что…       — Мы — истинные, Драко, — перебила его Грейнджер. — Я знаю, что ты справишься.       Она чуть улыбнулась растерянному и взволнованному парню, взяла его за руку и повела в сторону столовой. Уже у дверей он собрался с мыслями и пропустил ее вперёд.       — Доброе утро, мистер Малфой, — поздоровалась волшебница, все еще думая о только что случившемся разговоре.       — Здравствуйте, Гермиона. Проходите. Я так понимаю, вы решили, кто, — сказал Люциус, не скрывая того, что прочел мысли.       Драко кивнул.       — Я сам.       — Что ж. Об этом мы с тобой поговорим позже. А сейчас стоит подробнее рассказать об обращении. Как дела обстоят сейчас? — спросил мистер Малфой у Гермионы.       — Всю прошлую неделю жар начинался после десяти вечера, вчера длился около двух часов, — отчиталась Грейнджер.       — Ясно. Послезавтра уже полнолуние, а значит этой ночью время увеличится до четырёх часов. Завтра в течение дня вы будете ощущать легкий жар, а уже после шести вечера вам будет становиться только хуже. Лучше поешьте заранее перед этим, потом не будет желания, а силы нужны, — пояснил Люциус.       — Как только взойдёт луна, необходимо будет дождаться, когда оставшийся процент организма пройдёт подготовку к изменениям. Я думаю, после двенадцати ночи можно будет инициировать обращение. Процесс займёт сутки или двое, по ощущениям чуть хуже, чем вы уже знаете сейчас.                    — Обезболивающее поможет, но жар не уйдёт, пока тело не изменится окончательно. Вы сразу поймёте, когда все закончится. Мы с Нарциссой будем в другом крыле Мэнора, если что, домовики на подхвате и могут позвать нас. Дальше все зависит от вас и вашего самоконтроля. Обычно необходимо две недели, чтобы научиться контролировать глаза и клыки, а также освоить окклюменцию хотя бы минимально. Мы уже договорились с одним человеком, он поможет вам с этим. Думаю, к концу каникул вы управитесь. Есть ещё вопросы? — спросил мистер Малфой.       Гермиона некоторое время обдумывала сказанное, потом ответила:       — Пока все ясно.       — Отлично. Тогда вечером я проверю степень изменений, и станет ясно, когда обращать.       Обед Грейнджер провела в компании Нарциссы. Мужская часть семьи была занята обсуждением нюансов обращения, Драко закопался в документах, уточняя непонятные моменты. Люциус отчасти понимал волнение сына, вспоминая себя. Он даже показал кусок воспоминаний, чтобы парень основывался не только на теории.       Около девяти Драко вдруг прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям.       — В этот раз раньше началось, — произнёс он, поднимаясь из-за стола. — Не убирай бумаги далеко, ладно? Я ещё завтра с утра посмотрю.       Сын ушёл, а Люциус подумал о том, что их с Гермионой связь уже довольно сильная. А значит после обращения девушки окончательное закрепление не заставит себя ждать.