Глава VII. Ты всё ещё...
22 июня 2022 г., 18:00
В темноте было трудно что-либо разглядеть, но она могла ясно видеть лицо Евы и её приближающийся силуэт. И с каждой секундой, тянувшейся непозволительно долго, Эдвардс становилась всё ближе и ближе.
Ева опустилась на колени перед Ноэль, сидящей в кресле в чёрном шёлковом платье. Посмотрела на неё снизу вверх сверкающими зелёными глазами, в которых поселилась похоть.
— Ты всё ещё меня любишь?.. — прошептала Эдвардс, скользнув по ноге Ноэ рукой.
— Не в этой жизни, — прошипела в ответ девушка, резко приподняв лицо Евы за подбородок.
Женщина ехидно улыбнулась, сняла с неё чёрный каблук и поцеловала внутреннюю сторону бедра. Поднялась выше и дотронулась до плеча. Подобралась к лямке платья, потянула за один конец и развязала её, целуя в шею.
Тихий стон сорвался с губ Оуэн, из-за чего Ева довольно улыбнулась.
Ноэль резко потянула Эдвардс на себя, схватив за цепочку на шее, и, смерив оценивающим взглядом, жадно впилась в её губы.
Создавалось впечатление, будто она владела этой женщиной. Этими волосами, глазами, губами, телом… Даже лучше, чем владеть целым островом или страной.
— Ненавижу, — прошипела Ноэ, глядя ей прямо в глаза. — Я тебя ненавижу…
Оуэн отпустила цепочку и несильно сжала пальцы на шее Евы. Эдвардс поднялась, уперевшись левой рукой в спинку кресла и поставив одну ногу меж колен Ноэ. Теперь она смотрела на неё сверху вниз, взяв Ноэль за сжатые на своей шее пальцы и поцеловав их.
— Я знаю, ты всё ещё…
***
«…любишь меня…» Только договорить это она не успела. Ноэ проснулась. Дыхание сбилось, когда Оуэн резко подорвалась с кровати, оглядываясь. В комнате она была совсем одна, Рим и Антверпен убежали вниз, похоже, близнецы забирали их на утреннюю прогулку. Сон. Всё это было сном. Ноэ была уверена, что никогда больше не позволила бы Еве к ней прикоснуться и никогда не ответила бы ни на одно её прикосновение, ни на один поцелуй. Только теперь совсем не знала, чего хочет: чтобы это оставалось в воспоминаниях и снах или нашло отражение в реальности? Небо заметно посветлело, солнечные лучи пробивались сквозь тюль. Чашка с чаем всё это время стояла на прикроватной тумбочке, напиток в ней успел остыть и покрыться белой плёнкой. Ровно до того времени Ноэль не могла уснуть. Просто сидела на кровати, притянув колени к себе, и плакала, пока Рим и Антверпен с сочувствием смотрели на неё исподлобья, лёжа рядом. От возвращения в комнату и до момента, когда она наконец провалилась в сон, речь Евы не выходила из головы. Те стюардессы, все те девушки, та же Инез — ни к кому из них Эдвардс не имеет отношения. Но продолжает во всё это лезть, лишний раз напоминая о себе. Злость снова накрывала её, но Ноэ старательно не поддавалась, сжимая кулаки. Сегодня она не будет злиться. По крайней мере, постарается. В комнату вошла Ева, предварительно постучавшись. Ноэль резко повернула голову, как животное, почувствовавшее рядом угрозу. — Доброе утро, — поздоровалась Эдвардс. Обычные зелёные глаза без похотливых искр, приветливый тон и примитивное приветствие без подтекста. Но Оуэн встала с кровати и попятились от Евы в сторону окна. — Стой на месте, — приказала Ноэль, идя к ванной комнате вдоль стены. — Что? Почему? — удивилась женщина, разведя руками. Сон, скорее, кошмар всплыл в памяти. Картинка стояла перед глазами девушки. Она сидит в кресле, пока Ева сидит на полу перед ней, ещё и на коленях. Оуэн признавала, что так Эдвардс выглядела лучше всего, но видеть её с самого утра не хотела. — Ева, — жёстко проговорила Ноэль, но сразу же сменила тон, вспомнив про данное самой же себе обещание. — Не могла бы ты уйти? — Что я слышу, да в таком тоне… Что вдруг случилось? Ты даже не накричишь на меня? — Я не хочу ни на кого злиться хотя бы сегодня, — объяснила Ноэль, подходя к ванной. — Сегодня в пять часов моё с Ивон свидание. И этот день ничто и никто не испортит. Оуэн быстро вошла в ванную, закрыв за собой дверь. Ева, постепенно анализируя сказанное девушкой, подошла к двери и постучала по ней, чтобы Ноэль её открыла. — Ноэ! Что за бред ты несëшь?! Какое свидание?! — в замешательстве спрашивала Эдвардс. Кажется, сама Оуэн в этот момент улыбалась, довольная своей игрой на нервах Евы. — Ты никуда не пойдёшь, Эль! А если эта девушка… — Если она такая же, как ты? — небрежно перебила её девушка. — Скажи ещё что-нибудь подобное и правда никуда не пойдёшь. — А тебе не приходило в голову, что это всё — не твоё дело? — донёсся из ванной приглушённый голос Ноэль. — Не моё дело?.. Напомнить, кто забрал тебя тогда из клуба? — Напомнить, из-за кого я сбежала? Женщина вздохнула, устало прижавшись к стене спиной. В чëм-то Ноэ была права. Это правда не её дело. Её дело — Уилфред, за которого она выйдет замуж уже в августе. Не его дочь. Не люди, с которыми она встречается. Не то, что она делает. — Ладно… Просто знай, что если у тебя будут проблемы, я буду первой, кто прибежит к тебе их решать. — Да, конечно! Наверное поэтому ты и бросила меня тогда! — громче сказала Ноэ, чтобы Эдвардс точно её услышала. — Встретимся внизу. Ева вышла в коридор и спустилась на первый этаж. Уже позавтракавшие близнецы просто сидели за столом и молча смотрели в экраны телефонов, не обращая ни на что и ни на кого своё внимание. — Доброе утро, — в усталом тоне поздоровалась Эдвардс. Она со спины подошла к Уилфреду и, положив ладони на его плечи, поцеловала в щёку. — Доброе. Почему такая грустная? Что-то с Ноэ случилось? — поинтересовался мужчина, взяв невесту за руку и погладив её по кисти большим пальцем. — А как же? Она всё ещё злится на тебя, Ева… — заметил Норт, не отрывая взгляд от телефона. — Норт. Будь так любезен, не порть всем настроение, — попросил Уилфред. Он перевёл взгляд на женщину и с сочувствием спросил: — Так что случилось? — Ноэль как-то странно вела себя с утра. Сказала стоять на месте, а сама пошла к ванной вдоль стены, будто я для неё опасность высшей степени… И ещё сказала, что… — впрочем, эту делать Эдвардс решила опустить. Она прикусила нижнюю губу, отведя глаза в сторону. — Неважно. — Тогда присаживайся и завтракай. Я с ней поговорю, — успокоил её Оуэн, делая глоток чая.***
Ноэ лежала в наполненной тëплой водой ванне, глядя в одну точку. Она ушла под воду под тяжестью мыслей, из-за чего взгляд становился нечётким. Ева знает. О том, что было на борту самолёта. Более того, родной отец в курсе и о чём-то догадывается. Она думала, что рассказать семье об ориентации и ситуации с Эдвардс, а после и с Инез, будет намного легче. Только теперь она пыталась взять себя в руки, продумывая каждый свой шаг наперёд. Что Ноэль скажет отцу и братьям об этом? Что пустилась во все тяжкие, находя партнёра на одну ночь чуть ли не в каждой девушке, таким образом переспала с Евой в прошлом году, потом уехала в Испанию на очередной учебный год, где встретила Инез, которую в последние дни отчаянно пыталась вышвырнуть из своей жизни? Нет. Стоит просто выждать момент и рассказать. Но Еву и Инез лучше опустить. В некоторых случаях Ноэ видела людей как буквы в словах, которые иногда выпадают. А что насчёт тех стюардесс? Ноэ не планировала лгать об этом. Скажет всё так, как оно есть на самом деле. Она просто единожды сорвала на них желание отвлечься. Пусть Уилфред и подозревает её, но Оуэн не хотела, чтобы отец жил догадками. Лучше услышит всё от неё самой, чем от других людей. Девушка вышла из воды через долгие двадцать семь минут, окончательно взбодрившись и приведя мысли в порядок. Она обмотала белое полотенце вокруг тела, завернула мокрые волосы во второе полотенце поменьше и подошла к шкафчику у зеркала над раковиной. Достав пузырёк с лёгкими цветочными духами, Ноэль распылила немного на шею и запястья. Этот аромат особенно нравился покойной Эстер. В детстве Оуэн любила наблюдать за матерью, когда та красилась и выбирала духи, в частности. Каждый раз, глядя на дочь, в глазах которой играло детское любопытство, Эстер смеялась, распыляла духи перед ней, а затем говорила пройти под этим «облаком». Ноэ и теперь так делала, разве что, чуть реже. Она с тоской посмотрела на стеклянный пузырёк и печально вздохнула. Вспомнила, почему так не любила возвращаться домой. Больно было всегда. От постоянных воспоминаний и частых «возвращений» назад. Ноэль понимала, что больше никогда не увидит мать, не услышит её смех, не встретит её улыбку… Эстер больше никогда не будет рядом, не научит её чему-нибудь ещё, как когда-то научила читать, плести цветочные венки… Оглядываясь назад, Ноэ понимала, что её родители были по-настоящему счастливыми людьми, пока они были друг у друга. Можно было заметить невооружённым взглядом, что Уилфред и Эстер любили друг друга больше всего на свете. Ноэль видела отца, когда тот после утраты не мог найти себе места в этом мире. Потому не могла поверить, что он действительно решил жениться. Будто может полюбить кого-то больше, чем Эстер когда-то… Оуэн вышла из ванной и, переодевшись в чёрную футболку и штаны, упала на кровать. Она взяла телефон. Всего одиннадцать часов, а встреча с Ивон только в пять. Делать было нечего. Задания выполнены, отправлены учителям и зачтены. Айви в ближайшее время будет занята, встретиться с ней не получится. Останется только ознакомиться с уроками, которые на следующей неделе ей пришлют, и этот учебный год наконец будет завершён.***
В лесу атмосфера была совсем другой. Здесь пели птицы, по веткам скакали белки, кое-где журчала вода в речке. Рим и Антверпен убежали вперёд, в руках Уилфреда остались два поводка. Рядом шла Ева, обхватив его плечо руками. — Я думал насчёт свадьбы… — начал мужчина, посмотрев в небо, проглядывавшееся через верхушки деревьев. — Как ты считаешь? Когда лучше начать подготовку? — Может, ближе к июлю? Мы вполне всё успеваем. — В этом ты права, полагаю… А Ноэ? У неё день рождения в августе, семнадцатого числа. Свадьба тоже в августе, но чуть позже. Где гарантия, что она не улетит раньше времени? — В самом деле, — согласилась женщина, задумчиво глядя вперёд. — Но разве мы так много потеряем? — Ну, может, моя дочь не будет присутствовать на нашей свадьбе. А так… ты права, мы ничего не потеряем. — Я не это хотела сказать. То есть… не станем же мы насильно удерживать её здесь… Если она захочет, то улетит. Если захочет — останется. Дай ей самой решить. Уилфред согласно промолчал, глядя под ноги. За прошедшие несколько дней он множество раз задавался вопросом, сможет ли Ноэль однажды относиться к Еве нормально. Оуэн считал наиболее вероятным вариантом её постоянные побеги. Здесь Ноэ будет сбегать в библиотеки, клубы, потом будет надолго уезжать в Испанию… Слишком много ошибок было допущено за эти шесть лет. Настолько много, что легче перечислить ошибки, которые допущены не были. А впрочем, Уилфред даже не знал что делать и как себя вести в такой ситуации. — Я последние несколько лет не перестаю думать, о том, что в действительности я плохой отец… Будь я рядом, сейчас всё было бы иначе, да и Ноэль была бы совсем другой… — Не говори так, — возразила Ева, посмотрев на него с сожалением. — Мне что-то подсказывает, что вы ещё всё наверстаете. — Мне бы твой оптимизм, — проговорил Уилфред и печально улыбнулся. — Как думаешь, может, сходить с ней куда-нибудь? В зоопарк, например. — Идея хорошая, но с зоопарком ты лет на пять опоздал… Поговори. Просто пообщайся с ней. Я говорила, что в её возрасте у меня тоже были проблемы с родителями? Чтобы их решить мы обычно разговаривали. Иногда было странно, иногда неловко, но это всегда помогало. — Разговорить её будет сложно. — Так начни первым, — сказала Эдвардс и с улыбкой опустилась, когда собаки подбежали к ней.***
Ноэль стояла перед зеркалом, примеряя очередное платье. Одно было слишком красным, другое — слишком синим. Или ей так казалось из-за волнения перед предстоящей встречей и поджимающего времени — оставалось всего полчаса, даже меньше. Оуэн сняла с перекладины в шкафу вешалку с чёрным шёлковым платьем. Хотела надеть его, но быстро передумала и небрежно повесила обратно. Оно напоминало о той несчастной ночи пятнадцатого июля, когда она впервые встретила Еву. Быстро оглядев платья, Ноэ решила, что сегодня не наденет ни одно из них. Девушка достала из комода чёрные брюки, майку на тонких лямках и белую рубашку. Одевшись, Оуэн посмотрела в зеркало. «Вполне неплохо.» Только с волосами что-то нужно сделать. К сожалению, в этом она была так же плоха, как и в налаживании отношений с Евой. Кто-то постучал в дверь, и Ноэль устало ответила: — Проходи. В комнату зашла Эдвардс. Увидев девушку, попытки которой собрать волосы не увенчались успехом, она улыбнулась краешком губ и подошла ближе. — Дай мне помочь тебе… — женщина дотронулась до её плечей кончиками пальцев, но Оуэн сразу же их скинула. — Ну уж нет, я всё сделаю сама, — возразила девушка, вновь пытаясь сделать с волосами хоть что-то. Почему-то сегодня ничего не получалось… — Во сколько у тебя встреча? В пять, да? У тебя осталось всего двадцать минут. Не думаю, что ты хочешь опоздать. — Это точно ты? Помнится мне, с утра кто-то говорил, что я никуда не пойду. — Двадцать минут, Эль, — напомнила ей Ева, ухмыльнувшись. К удивлению, Ноэль спокойно опустила руки и кивнула. — Ладно… Но только один раз. Ева прикоснулась к светлым волосам, взяла расчёску и расчесала их. После разделила на три равные пряди и начала плести простую косу. В конце она закрепила причёску прозрачной резинкой, слегка оттянула волосы, чтобы придать эффект небрежности, и победно улыбнулась. — Вот и всё. Тебе нравится? — поинтересовалась Эдвардс, глядя на Ноэ в зеркало. — Спасибо, — ответила она, укладывая косу на одну сторону. — Знаешь, хоть мне и не очень импонирует вся эта затея со свиданием, но удачи. — Ева поцеловала девушку в шею и улыбнулась, приоткрыв зелёные глаза. В памяти Ноэль тут же всплыла картина, увиденная во сне. Она резко встала с кресла и чуть отошла, смотря в зеркало. — Не трогай меня. Пожалуйста… — как можно более спокойно попросила девушка. — Я отвезу тебя, идём. Они спустились на первый этаж и вышли из дома. Ноэ села спереди на пассажирское сиденье и пристегнулась ремнём безопасности. Ева села за руль, завела автомобиль и выехала с территории дома. Большую часть пути они ехали в полной тишине, пока Эдвардс, повернув к парку, не сказала: — Ты помнишь? Если у тебя будут проблемы, я… — Помню. Оставь меня здесь, дальше я дойду сама, — сухо проговорила Ноэль и вышла из машины, закрыв дверь. Она прошла вперёд и остановилась напротив кареглазой девушки выше неё сантиметров на семь. — Ивон… — прошептала Ева, наблюдая за ними из машины. За одну секунду она возненавидела и это имя, и эту девушку и всё, что даже в теории могло быть с ней связано. Оуэн ушла вслед за Фаулер, весело улыбаясь во время разговора. Одна эта улыбка наглядно показывала разницу между Ивон и Евой в глазах Ноэль. Эдвардс развернула машину и уехала в сторону дома, сжимая в руках руль.***
Они шли по аллее в парке, непрерывно разговаривая друг с другом. Так шёл уже второй час их прогулки. За всё это время Оуэн ни разу не вспомнила о Еве, настолько Ивон помогла ей отвлечься. — Так у тебя есть собака? — спросила Фаулер, посмотрев на спутницу. — Собаки, если быть точнее. Два корги, Рим и Антверпен, — ответила Ноэ и достала телефон, чтобы показать ей фото. — О, какие милые… — девушка улыбнулась, глядя на фото. — Но почему ты назвала их в честь городов? — Это было идеей моих братьев. Сама бы хотела знать… А ты? У тебя кошка или собака? — Кошка. Только она осталась в Манчестере у родителей. Смотри. — Ивон показала ей фотографию питомца, в ответ на что Ноэль умилëнно улыбнулась. — Как её зовут? — Пейдж, — сказала Фаулер. — Кстати, я хотела спросить… — О чëм? — Та женщина, которая привезла тебя. Кто она? Твоя мать? — Хах, даже не знаю… — замялась Ноэль, приложив ладонь к шее. — Как так? — Скорее, мачеха. Это будущая жена моего отца, — с пренебрежением ответила девушка. — Надеюсь, вы ладите. — Назовём это так… — Оуэн на секунду вскинула брови, посмотрев под ноги. Сама Ноэ не знала, даже не была уверена насчёт своих взаимоотношений с Евой, не могла чётко представить себе будущее в целом, не только отношения с одним определённым человеком. Что она будет делать, когда закончит обучение в школе, когда поступит в университет, когда станет взрослым и самостоятельным человеком? Ноэль думала, что останется в Испании навсегда и больше никогда не вернётся в Великобританию. Но теперь вернулась Ева, которую что-то не отпускает. Появилась Ивон, от которой веет теплом и энергетикой «того самого человека». В этот раз покидать страну будет сложнее. — Ты не проголодалась? По близости есть одно очень хорошее кафе, можем посидеть там, — предложила девушка. По сравнению с Евой, просто бросившей её, а теперь изо всех сил пытающейся «вернуть», Ив казалась Ноэль идеальной. — Хорошая идея, — проронила Оуэн, заворожено улыбнувшись. Фаулер заботливо взяла её за руку и повела за собой, чтобы та не потерялась.***
Молодой официант любезно поставил на стол перед ними две чашки с какао. Ноэль поблагодарила его и сделала один глоток. — Ты хорошо ориентируешься здесь, в Лондоне? — поинтересовалась Ивон, неосознанно указав в окно, около которого они сидели. — Честно, нет. Я последние шесть лет большую часть времени проживаю в Мадриде, а в Лондон приезжаю только на два месяца. — Это сложно, думаю… Ты, должно быть, редко видишься с родными. — Да, но я на этот счёт сильно не переживаю. Было тяжело в самом начале, когда мне было двенадцать. Теперь я просто об этом не думаю. — И что же, нет совсем ничего, что тебя держало бы здесь? — удивилась Фаулер, выгнув левую бровь. — Хм… Может, теперь есть. Ты, например. Ивон смущённо посмеялась, спрятав лицо в ладонях. Следующие три часа прошли быстро, почти незаметно. Общаясь обо всём, о чём только можно было, и Ноэ, и Ив совершенно не обращали внимания на время. Казалось, что они знают друг друга всю жизнь, а не пару дней. За эти проведённые рядом с Ивон часы Ноэль ни разу даже подумать не успела об Инез. Будто не было всей той истории с предательством, болью, которая одновременно и резала её сердце на части, и не делала ничего, потому что в один момент стало всё равно. Глядя на Ивон, слушая истории, которые она рассказывала так, что слушать хотелось бесконечно, Ноэ понимала, что наконец встретила хорошего человека. Фаулер не сделает того же, что когда-то сделала Ева, а после Инез. — Ах, только посмотри, уже одиннадцать часов — проговорила Ив, обратив взор на часы, висящие возле витрин с пирогами. — Я отвезу тебя домой, если ты не возражаешь. — Да, спасибо. Они вышли из кафе совсем скоро. Прошли в сторону дороги и сели в автомобиль, когда начался дождь, без умолку разговаривая.
