Like Volleyball (formerly "How Will I Survive You, Hinata?")

Кагеяма       Когда я прихожу на нашу субботнюю тренировку, Хината уже отбивает мяч о стену. Я позволяю себе насладиться молчаливым наблюдением за ним в течении минуты или около того, прежде чем объявить о своём присутствии. — Привет.       Он оборачивается, чтобы увидеть меня, и мяч попадает ему в голову. Я подавляю улыбку. — Эй! — говорит он, восстановив равновесие. Взгляд его блестящих глаз был устремлён на меня. — Ты опоздал. — Неа. Ты рано. — Неважно. — он одаривает меня ухмылкой. — Давай работать.       Прошло пятнадцать минут нашей тренировки, и я наконец заставил себя задать болезненный вопрос. — Как прошло твоё свидание? — Хм? Ох. Всё было хорошо.       Хината явно не сосредоточен на разговоре, который я начал — его внимание посвящено тому, чтобы держать мяч в игре. Я пытаюсь казаться непринуждённым, но не могу удержаться, чтобы не поймать мяч, положив конец нашему «ралли». — Хорошо?       Хината выглядит слегка раздраженным из-за того, что его тренировку прервали, но он пропускает это мимо ушей. — Да, — говорит он. — Джелато было хорошим. Много разных вкусов.       Я хмурюсь. Он намеренно ведёт себя по-идиотски? — Джелато? А как же девушка, тупица?       Хината пожимает плечами. — Она была милой. — И? Она тебе нравится? Вы собираетесь встретиться снова?       Хината раздраженно фыркает. — С каких пор ты стал так одержим девушками, Кагеяма? Мне всегда казалось, что тебе нет никакого дела до противоположного пола.       Хотя Хината, вероятно, не хотел намекать на мою сексуальную ориентацию, но я ничего не могу поделать, потому что начинаю волноваться. — Я… Э… — Чёрт. — Забудь об этом. Я просто пытался начать разговор.       Я подбрасываю мяч и он летит в сторону Хинаты, немного сильнее, чем мне хотелось бы. Кажется, что в вижу, как на его лице промелькнула нотка раскаяния до того, как он успевает принять мяч. Хината       Кагеяма пытается быть хорошим. Он пытался быть хорошим другом. Почему я просто не рассказал ему о своём дурацком свидании?       Я встаю в позу, чтобы отбить мяч обратно Кагеяме, но он рикошетит далеко влево. Я отвлёкся.       Кагеяма бежит за мячом, а я с сожалением наблюдаю за ним. Когда он возвращается и подает мяч в мою сторону, я ловлю его обеими руками. Он качает головой, вопросительно глядя на меня. — Моё свидание было хорошим, — выпаливаю я. — То есть, вроде того. Она играет в лякросс, так что мы немного поговорили о спорте. Она не так много знает о волейболе, но, похоже, ей было интересно узнать о нём. Она предложила мне провести некоторое время, обучая её, на втором свидании. — Ого, — Кагеяма медленно кивает. Его лицо абсолютно бесстрастное. — Звучит…идеально. — Да… не знаю.       Я кручу мяч в руках — трюк, которому я научился сам после того, как увидел, как Кагеяма делает его перед подачей. — Наверное, я просто… Я не хочу отрывать время от тренировок, понимаешь?       Кагеяма смеётся. Звучит немного неискренно. — Не будь дураком, Хината. Мы говорили об этом. Волейбольный сезон закончился, а твоя следующая игра будет только следующей осенью. Я, конечно, уважаю твоё желание поддерживать свои навыки и форму, но если и есть время, когда ты можешь с кем-то встречаться, то это сейчас. — Да… — я ударяю мячом о землю, мои глаза устремлены вниз. — Я бы предпочёл быть здесь, тренируясь с тобой.       Кагеяма молчит долгое время. Когда я наконец поднимаю глаза, то его лицо совершенно искажено — он выглядит так, будто его душат досмерти. Моя грудь сжимается в тревоге. — Что? — я спрашиваю, с тревогой. Я сказал что-то не то? — Что это за лицо?       Кагеяма прерывисто втягивает носом воздух. — Ничего. Не беспокойся об этом.       Он подбрасывает мяч вверх и отбивает его в мою сторону. Кагеяма       Чёрт бы побрал этого маленького засранца.       Я ударяю по мячу.       Как только он умудряется говорить мне такие вещи? Как будто он обучен искусству пыток…       Хината снова широко раскрывает глаза.       Я лучше буду здесь с тобой, чем встречаться с красивой, атлетической девушкой, которая хочет, чтобы я учил её волейболу? Да что ты говоришь…       Я делаю выпад в сторону и успеваю отбить мяч одним кулаком. — У тебя неправильная техника, — гавкаю я, более агрессивно, чем собирался. Хината выглядит мрачным, что вызывает резкую боль в моей и без того пульсирующей груди. — Прости, — мой голос дрожит. Я делаю вдох, чтобы успокоиться. — Этот пас вправо, — объясняю я, — сложное движение, на самом деле. Тебе нужно вытянуть руки немного дальше. Должно быть хорошее расстояние между руками и телом… Больше… Нет, нет, это слишком много… Хорошо… Затем твоё плечо должно быть опущено и направлено вперёд… Вперёд… Под углом, видишь?       Я демонстрирую ему. — Вот так? — Да, но ты только что двигал руками. Верни их в исходное положение, а потом сделай плечами вот так… Чёрт, нет, Хината…       Я двигаюсь к нему, намереваясь вручную привести его в нужное положение. На полпути к тому, чтобы протянуть руку к его спине, я замираю. Отдергиваю руку и поспешно отхожу. — Вот так, Хината, — в моём тоне звучит мольба, когда я показываю ему ещё раз, как надо, на безопасном для меня расстоянии.       Пожалуйста, не заставляй меня делать это…       У него опять не получается.       Будь ты проклят… Я собираюсь убить тебя…       Я сокращаю безопасное для меня расстояние.       Спина Хинаты теперь прижимается к моей груди и животу. Стараясь подавить дрожь в руках, я обвиваю их вокруг его тела и осторожно беру за локти. — Немного вниз, -мягко говорю я, направляя его лёгким давлением. — И дальше… Хината       Я чувствую дыхание Кагеямы, щекочущее моё ухо. Кожу на моих руках покалывает в тех местах, где его кончики пальцев касаются меня. — Немного вниз, — слышу я его слова. То есть, я слышу звук слов… В данный момент я не понимаю смысла… — И дальше…       Я позволяю ему двигать моим телом, как он пожелает. Кажется, что я стал податливым в его руках.       Только когда я чувствую, что он начинает отстраняться, в мои мышцы вновь возвращается напряжение.       Я поворачиваюсь и прижимаюсь к нему. — Не надо, — дышу я.       В его глазах мелькает тревога. — Хината, что…?       Я потерял рассудок. Я не знаю, что делаю. Я просто знаю, что должен быть рядом со мной.       Я осторожно притягиваю его к себе, прислоняясь. Я наклоняю голову, и мой нос касается его подбородка. Я встаю на цыпочках, чтобы быть выше. Когда мой рот оказывается в миллиметре от его, я прихожу в себя и делаю паузу.       Хочет ли он этого?       Мы застываем на месте, рты почти соприкасаются на несколько мучительных и счастливых мгновений. Я прижался своей грудью к его, чувствуя, как его учащенное сердцебиение смешивается с моим собственным.       Он проводит рукой по моей шее… и сокращает расстояние.