Ангельские трубы

У Фэнга не было сил даже ответить, подать голос, что он живой. Парень продолжал лежать на животе в попытках отдышаться. В голове каша. Он и сам понятия не имел, зачем они только что это сделали. Нет, это не вызывало смущения, а скорее... Много вопросов к самому себе. Вновь стояла эта тишина. Кажется, стоит привыкнуть к тому, что иногда нужно просто...Молчать. Да и Фэнгу, в общем-то, было уже плевать. Его мысли были забиты не тем, не волнением об этой мнимой неловкости. Что будет утром? Понимание того, что они только что совершили ошибку, переступили черту так глупо... Разве оно стоило той мимолётной эйфории? Ни на один из вопросов, задаваемых самому себе, тот не мог ответить, и это удручало ещё больше, заставляя копаться в самых отдалённых уголках своего сознания, лишь бы найти заветные ответы. Тем временем одышка у Эдгара давно прошла. Его томный взгляд устремлялся в тот самый серый потолок. Брови нахмурились, после чего парень слегка приподнялся, снимая использованный презерватив, наскоро завязывая и выкидывая в дальний угол комнаты. Ему было всё равно. Пусть этим займётся кто-то другой. Кто-то, но не он. Так как эмо так и не удосужился снять свои брюки, он поправляет нижнее бельё, вместе с этим застёгивает ширинку. Его мысли были совсем пусты, они не были наполнены страхом, надеждой или хоть какой-нибудь нормальной для человека эмоцией. Немного потрепав свои волосы, Эд поднялся с кровати, обхаживая комнату. Со стороны балконной двери раздался неприятный писк, а сам челкастый направился, кажется, в коридор. – Пожалуйста...Воды, - единственное, что смог промямлить азиат, всё продолжая лежать на животе. Он чувствовал себя максимально использованным и униженным. Этот нарастающий ужас, где-то внутри его грязного тела, останется с ним теперь навсегда. Брюнет остановился, переводя свой взгляд на Фэнга. Кажется, рука уже было потянулась к пакету, что стоял на столешнице, но сразу отпрянула. Тот ничего не ответил. Просто промолчал, обулся и вышел, а проводил его тот самый неприятный писк заблокированной двери. Теперь Фэнг чувствовал себя отвратительно вдвойне. Он остался один в черной, мрачной комнате. Не то, чтобы он боялся монстров. Но в последнее время в его голову приходили не самые позитивные мысли, каждый раз, как его мозг не был занят. Самым лучшим решением было бы просто попытаться уснуть, но азиат и правда очень хотел пить. Сознание мутнело с каждой минутой всё больше... Было похоже на состояние при высокой температуре. Всё же парень смог пересилить себя... Через полчаса. В руках он держал бутылку воды, понемногу отпивая. Он всё не мог насытиться, поэтому продолжал пить, пока жидкость не иссякла. Он провел о мокрые губы тыльной стороной ладони, позже вытирая её футболкой. Ноги ужасно болели, даже более того, их трусило. Его бросили? Воспользовались и бросили. Губы изогнулись в нервной ухмылке, а через несколько секунд по помещению раздался тихий смешок. –Ладно, ты выиграл, - было кинуто куда-то в пустоту, видимо, самому себе. Ладони впечатались в лицо, а ноги зашагали в сторону ванной. ___________________ Эдгар стоял у круглосуточного маркета, смотря на только что купленную пачку сигарет в руке. Хотелось закурить, но мешал дождь, что, кажется, лишь усилился. В лужах отражалась вся красота неонового, ночного города. Такой яркий...И слишком вызывающий. В нём хотелось утонуть, утопиться в этом бесчисленном количестве рекламных вывесок и фонарных столбов. Телефон, что лежал в кармане брюк, завибриловал. Его владелец цыкнул, понимая, что экран сейчас будет просто расплываться в дождевых каплях, но не взять трубку не имел права. Поэтому переложив пачку сигарет в другую руку, позже пряча её в карман, челкарь хватает мобильный, на заставке светится контакт "Управляющий". Эдгар устало вздохнул, откидывая голову влево, приоткрывая рот в немом крике. * Неужели нельзя написать сообщением? Эти старики...* - жаловался парень, принимая вызов. – Слушаю, - тот немного откашлялся, пытаясь выровнять голос, – На улице. В квартире, - небольшая пауза, – Район отследишь. Так хотел то что? - парень встал под каким-то козырьком, судорожно открывая недавно купленную пачку, руки стали труситься с огромной силой. Он знал, что именно хотел сказать ему Алекс, но до последнего не хотел признавать. Сигаретный дым начинает наполнять лёгкие, а губы неразборчиво мямлили в трубку: "ДА НЕ КУРЮ Я", но звучало неубедительно хотя бы потому, что сигарета мешала говорить. Пальцы сжимали телефон настолько сильно, что, казалось, могли сломать его в щепки. ___________________ Фэнг сидел в полной воды ванне, вглядываясь в однотонную плитку на стенах. Его мысли сменялись одна за другой, и больше всего его терзали думы о родителях. Как его старики там без него? Наверное, с ума сходят. От этого сердце сжималось, завязываясь в маленький узел, а пальцы сжимали мокрые от воды и шампуня волосы. Было больно осознавать, что не сможешь увидеть родных в ближайшее время. Выходя из ванны, тот уже хотел было лечь на кровать, но вспомнил, что сделал с нею час назад. Это вырывало из него нервный смешок, после чего он протёр испорченную часть простыни влажными салфетками, что лежали в одной из тумб, тяжело выдыхая. Таз уже начал жутко тянуть, чувствовались покалывания, поэтому он быстро повалился на койку, только на другую её сторону, смыкая глаза. Совсем не хотелось ни о чём думать. Благо, в этот раз парню удалось уснуть более, чем на пару минут. ___________________ Громкий хлопок раздался по квартире. Фэнг уже достаточно давно не спал, просто лежал с закрытыми глазами, не желая "просыпаться", и это его насторожило. Он вернулся. Шуршание пакета и характерный звук для открытой банки газировки. – Куда ходил? - азиат, как всегда, решил заговорить первым. Вопрос был задан не из интереса, а скорее, это была попытка избежать неловкости в их недо-отношениях. – Никуда. – Ясно, - парень приподнялся, садясь на постель, еле раскрывая свои веки, потирая их ладонями. – Винсент, - Эдгар поднёс стакан газировки к своим губам и сделал несколько небольших глотков, внимательно вглядываясь в лицо второго. Тот опешил, поднимая глаза на челкаря. – Что? – Парень, Винсент зовут, - брови приподнялись, что говорило: "Я всё знаю". – Ты о чём? - Фэнг заметно занервничал, пытаясь избегать взгляда брюнета, однако, голос его не задрожал. – Ты знаешь, - парень вытер губы собственным рукавом, избавляясь от оставшихся капель напитка на них. – Нет. Челкарь просто продолжил высокомерно смотреть на второго, изредка отпивая из банки. Недолго Фэнг смог противиться. У него сложилось ощущение, будто Эдгар всё знает. Он вёл себя слишком... Самоуверенно. Кареглазый не хотел...Чтобы всё произошло так. Его ноги поджались, лицо упало на колени, а пальцы скреплялись в замок перед собой. Он начал очень деликатно, иногда останавливаясь. – В старшей школе у меня был...Нет, не так, - сиреневласый продолжал вжиматься в собственные ноги, – В старшей школе у нас в классе был пацан... Он относился ко мне...Слишком резко, - недолгая пауза, после чего последовал выдох, – Он называл меня богатеньким сыночком и выскочкой... - вот сейчас-то голос задрожал, – Я искренне пытался подружиться, - пальцы парня вжались в собственные волосы, – Нет...Нет, блядь, я не пытался, - голос стал более агрессивным и не таким прерывистым, нос учуял уже знакомый запах табака, голова поднялась, и азиат увидел спокойно курящего Эдгара, что опёрся о кухонный шкафчик, опуская голову в сторону. Фэнг продолжил, отводя взгляд: – В общем...Я один раз не сдержался...Ну и, - на этот раз пауза продлилась намного дольше, – Он умер. – Ясно. Фэнг вновь поднял голову на Эдгара. Такое холодное "ясно" его явно не устраивало. Он только что вытащил из себя душу, и это то, что он получает взамен? Глаза азиата стали наполняться бликами, а после слёзы вырвались наружу, стекая тонкими дорожками по щекам, после скатываясь на шею. – Блядь... Фу, ты нытик что-ли? - челкарь с каким-то отвращением взглянул на нюни второго, – Есть проблемы и посерьёзнее. Последние слова кольнули больше всего. Не то, чтобы Эдгар был кем-то важным для Фэнга...Просто это его задело. Оставило на груди много несозерцаемых ножевых ранений. Никто и никогда не относился к нему настолько...безразлично? Наверное, это не то слово. Пока горел табак они оба молчали. Эдгар смотрел в балконную дверь, всматриваясь, как из-под горизонта поднимается горящая звезда, а Фэнг... Просто сидел и наблюдал за первым. Ему ничего не оставалось. В душе была прорубь размером с Марианскую впадину. Его заставили по кусочкам вспоминать больное прошлое, при этом не сказав ни одного слова в поддержку. Для кареглазого это был парадокс. Вызывало злость и апатию, хотя это совершенно противоположные друг-другу состояния. – Ты придурок, - сделал вывод азиат, вытирая лицо от высохших слёз. – Как будто ты первый, кто это говорит.