mad bts world

Ты проснулась из-за какого-то постороннего треска. Что происходит? Ты не знала, да и знать не хотела. Учитывая то, что Хосок радушно позволил тебе заснуть только на рассвете, желания просыпаться и начинать новый день у тебя не было никакого. Зажмурившись от неприятного звука, перевернулась на бок и провела ладонью по соседней половине кровати. Та оказалась пуста. Ты моментально пришла в себя ото сна и распахнула глаза. Где, мать его, Чон? Приподнявшись на локте, нахмурилась и окинула небольшую спальню по периметру цепким взглядом. Повернув голову, ты увидела мужскую фигуру на кухне, отгороженную от спальни. Оттуда же слышался раздражающий треск. Он что, готовил завтрак? Приняв сидячее положение, опустила ноги на пол и выдохнула. Его футболка лежала в кресле вместе с твоей одеждой. Закусив губу, ты поднялась на ноги и, взяв его футболку, надела её. Ты тихо пересекла спальню и зашла в кухню. Сев на стул, закинула ногу на ногу и, скрестив руки на груди, осмотрела парня с ног до головы. Он стоял у плиты в одних спортивных брюках с голым торсом и жарил обычную яичницу. На голове его был творческий беспорядок, а лицо было абсолютно расслаблено. Похоже, тот неприятный звук, разбудивший тебя, был треском масла. Повернувшись лицом к столу, чтобы взять бутылку подсолнечного масла, Хосок вздрогнул от неожиданности. Сердце на секунду ушло в пятки, тело бросило в пот, как при встрече с призраком. Он не слышал, как ты зашла в комнату. Незаметно выдохнув, он взял бутылку и повернулся к плите. Открутив крышечку, Чон подлил немного масла и, приподняв сковородку за ручку, ловким движением руки распределил его по горячей поверхности. — Между прочим, подкрадываться сзади очень неприлично, — нарочито серьёзно сказал он, перевернув блинчики. — Могла бы и заявить о своём присутствии. — Не каждый день увидишь полуголого Чон Хосока, готовящего завтрак, — парировала ты. — Мне хотелось, чтобы сей момент отпечатался в памяти надолго. Поднявшись на ноги, ты подошла к нему со спины и крепко обняла за торс, прижавшись щекой к рельефной спине. — Доброе утро. — Надеюсь, ты не против, что я взялся готовить завтрак. Обычно, из этого ничего хорошего не выходило. — Всё в порядке, — отозвалась ты и, встав на носочки, стала наблюдать за процессом приготовления пищи через мужское плечо. — Не терпится попробовать твою стряпню. Он неожиданно обернулся. Крепко обняв тебя за талию, Хосок зарылся носом в длинные волосы и закрыл глаза, полной грудью вдохнув их аромат. Ты обвила его шею руками и прижалась щекой к скуле. Отстранившись буквально на сантиметр, он начал покрывать личико трепетными поцелуями, ласково гладя тебя по волосам. Ты же, чувствуя его теплые губы на своей коже, прошептала: — Я люблю тебя… — Я люблю тебя больше. Взявшись за ворот фартука, притянула певца к себе и нежно поцеловала в губы. Не прошло и секунды, как он вдруг углубил поцелуй. Со страстью терзая пухлые маленькие губки, он обхватил руками тонкую талию и прижал тебя всем телом к себе. Ты обняла любимого за шею и встала на цыпочки, развязно целуя его в ответ. Его руки медленно сползли вниз и начали поднимать края футболки. На несколько секунд прервав поцелуй, он чуть отстранился и пронзительно посмотрел в твои глаза. Ты затаила дыхание. Он одним движением снял с тебя свою же вещь. Ты стояла перед ним полностью обнажённая посреди кухни и смотрела прямо в глаза. За его спиной шипело кипящее масло, из открытого окна доносилось громкое пение птиц и звук небольших волн, бьющийся о берег озера. Заведя руку за спину, Чон на ощупь выключил плитку, после чего развязал фартук. Рывком скинув его с себя и бросив на пол, он вдруг жадно впился в твои губы и нагло проник в ротик языком. Углубляя поцелуй с каждой секундой, Хосок напористо повёл тебя в спальню. Пятясь назад, ты запустила пальцы в его волосы и обвила рукой шею. Он же, подойдя к кровати, повалил тебя на неё. Страстно лаская его язычок, ты потянула резинку брюк вниз. Спустив их вместе с боксерами, ты обхватила его член рукой и уверенно начала ей двигать, постепенно наращивая темп. От нежных, но настойчивых ласк его дыхание участилось, сердце забилось в бешеном ритме, а плоть быстро стала максимально упругой и твёрдой. Желая как можно скорее войти в тебя и взорваться от удовольствия, парень попытался примоститься между твоих ножек, но ты вдруг толкнула его в грудь. Он отстранился и непонимающе посмотрел в твои глаза. — Что такое? — Ложись. Сегодня я буду сверху. Окинув женское тело вожделенным взглядом, он послушно откинулся на спину. В голове невольно всплыло воспоминание вашей первой близкой ночи, проведённой в их общежитии. Как ты несмело ласкала его тогда, сидя сверху… Низ живота вдруг обдало очередной волной нестерпимого жара, а из груди вырвался хриплый стон. Смотря на аппетитную грудь, Чон сексуально закусил нижнюю губу и затаил дыхание, ожидая дальнейших действий любимой. Сев на рельефный торс, ты подвинулась чуть ниже и приподнялась. Широко расставив ноги, направила возбужденный орган в себя и аккуратно на него опустилась, расслабленно выдохнув и прикрыв глаза от накатившего наслаждения. В этот момент с губ Хосока сорвался громкий стон, а мышцы живота свело от пробежавшего по телу электрического разряда. Положив ладони на твою талию, он попытался настроить темп, но ты не поддалась. Вместо того чтобы следовать за его руками, ты начала двигаться так, как тебе того хотелось. Ты с закрытыми глазами стала протяжно подниматься, почти полностью выпуская его член из себя, и медленно опускаться, то и дело кусая губы. Всё сильнее сжимая твою талию, он еле сдерживал утробные стоны, вырывавшиеся из груди от проводимой тобой пытки. Сложно описать словами то, что вы чувствовали. Бабочки в животе бились в экстазе всё сильнее с каждым новым толчком, сердце откровенно пыталось вырваться из грудной клетки. Его тёплые ладони ласково бродили по женскому телу, заставляя бархатную кожу покрываться мурашками, нежные губы уже давно нежно целовали твой правый сосок, а сладкое мучение в виде медленного темпа сводило вас обоих с ума. Казалось, ещё немного, и ты просто умрёшь от блаженства, в очередной раз ощутив себя целиком заполненной любимым мужчиной. Тебе хотелось, чтобы это чувство бескрайнего счастья от полного душевного и физического соития длилось вечность, делая тебя самой счастливой женщиной на планете. Он был таким тёплым, таким трепетным, осторожным… Таким родным… Тебя буквально разрывало от любви к этому человеку. Когда его влажный язык начал ласкать твой левый сосок, ты громко застонала и напряглась, ещё сильнее покрывшись мурашками тотального наслаждения. — Я хочу быстрее, — напряжённо прошептал он, подняв на тебя туманный взгляд. — Пожалуйста… Я больше не могу терпеть эту пытку… Решив более не терзать вас обоих, ты наклонилась к его губам и накрыла их нежным поцелуем, упершись руками в поверхность кровати. Не прошло и минуты, как ты стала уверенно наращивать темп, кратко постанывая после каждого чересчур глубокого толчка. Сжав твои ягодицы ладонями, он громко застонал сквозь поцелуй и начал входить во влажное лоно всё быстрее. Каждая клеточка его тела напряглась в преддверии подступавшей разрядки. Оторвавшись от его губ, ты откинула голову назад, сжала влагалищные мышцы и простонала: — Жёстче… Чувствуя, как женское тело забила мелкая дрожь, он переместил руки на талию. Быстрые поверхностные толчки внезапно сменились на максимально глубокие, пронзающие. Задыхаясь от переизбытка чувств и сильнейшего возбуждения, которое вот-вот должно было дать ему разрядиться, он начал грубо насаживать тебя на изнывающий от напряжения орган, стараясь входить настолько глубоко, насколько это было возможно. Ты стала громко стонать, сжимаясь всё сильнее с каждой секундой. Ещё пара толчков, и ярчайший оргазм настиг вас одновременно, заставив тебя сорваться на крик, а его застонать и закатить глаза от накатившего тёплой волной блаженства. Ты легла на его грудь и прикрыла глаза. Его грудь плавно вздымалась от тяжёлых, глубоких вдохов. Он пытался прийти в себя и восстановить сбившееся из-за яркого оргазма дыхание. Ты лежала, прижавшись щекой к бледной коже и вслушивалась в его сердцебиение. Он же, когда звенеть в ушах от бесновавшегося сердца перестало, повернул голову и кратко чмокнул тебя в затылок. — Иди в душ. Я как раз успею закончить с готовкой, и мы позавтракаем вместе. — Хорошо, — ты растянула губы в полуулыбке и, приподнявшись на локтях, потёрлась кончиком носа о его нос. — Не спали здесь ничего. Он не сдержал смешок. — Постараюсь. Когда с душем и завтраком было покончено, и Хосок уже развалился на берегу озера, запуская пальцы в горячий песок, ты вспомнила цель путешествия. Быстро переодевшись в футболку и шорты, прошла к багажному отсеку и распахнула дверь. Ухватившись за раскладные кресла, ты потащила их на себя, даже не задумываясь о том, чем это может обернуться. В следующую секунду палатка, спальные мешки и остальные штуковины, которые могли бы пригодиться во время маленького отпуска посыпались градом на тебя. С громким криком ты утонула во всём этом, приземляясь задницей на зелёную траву. На твой вопль обернулся Чон и, ужаснувшись, мигом подлетел к тебе. Скинув с твоего тела палатку, он уставился на твоё красное от смеха лицо. — Ты в порядке? — парень попытался поднять тебя с земли, но ты брыкалась и продолжала смеяться. Прошло несколько минут прежде, чем ты отдышалась и начала соображать. Приподнявшись на локтях среди бардака, исподлобья посмотрела на Хосока, который сидел рядом на разложенном кресле. Какой шустрый! — С каждым разом всё больше и больше сомневаюсь в твоей адекватности, — фыркнул парень, смотря, как ты садишься на колени. — Это сказал тот человек, который лизал ромашковое мыло, — ты закатила глаза, припоминая этот случай. — Ты сказала, что это была шоколадка! — воскликнул Чон, насупившись. Как ребёнок, ей Богу! — Откуда я знала, что ты поверишь, — хохотнула ты, вставая на ноги. — Давай лучше палатку поставим, пока она опять не упала на меня. Следующие пять минут прошли за вытаскиванием места ночлега из чехла и нахождения дна. Когда с этим было покончено, вы поняли, что теперь проблема состоит в том, чтобы установить её. В чехле нашлись железные колышки и штормовые оттяжки. Если с первым ты разобралась, то со вторым — нет. Вздрогнула, когда над тобой раздался решительный мужской голос: — Можешь заняться чем-то другим, а я этим, — он кивнул на верёвки в твоих руках. — Как скажешь, — протягиваешь ему предмет и отходишь, чтобы не мешать. Хосок, с видом знатока, находит петли на тенте. Завязав на конце оттяжки петлю, он продевает один конец и слегка затягивает узел. Второй же конец Чон привязывает к колышку. Пока парень проделывает такие же махинации и с другими оттяжками, ты успеваешь расставить кресла и приготовить спальные мешки. Плюхнувшись прямо на землю, предварительно сняв обувь, наблюдаешь за сосредоточенным Хосоком. Когда он погружается в процесс какого-либо действа, то закусывает уголок нижней губы. Как сейчас. Мужчина, занятый чем-то и делающий это со знанием, выглядит и правда сексуально. Ты видишь, как напрягаются мышцы спины под тонкой футболкой, и радуешься, что на тебе солнечные очки. Можно пялиться сколько душе угодно. Водишь ноготком по губам, созерцая идеальную мужскую фигуру. Внезапно накатившее возбуждение вынуждает сглотнуть и отвернуться. Чёртов Чон Хосок со своей чёртовой фигурой Аполлона! — О чём думаешь? — тебя вырывает из мыслей слегка хриплый голос парня, который завязывает последний узел. Смотришь прямо на него сквозь тёмное стекло очков и не знаешь что ответить. Сказать правду или отмахнуться от вопроса? Хосок выжидающе прожигает взглядом и ждёт. Ты глубоко вздыхаешь, готовясь выдать что-то, но потом выпускаешь воздух и машешь рукой: — Не важно. Чон хмурится, пока заканчивает установку палатки. Он не понимает причины твоего странного поведения, в принципе, как и ты сама. Казалось бы большая проблема, захотела мужика, своего причём! Бери и всё, но нет, нам нужно раздуть из мухи слона. Ох уж эта женская логика… Встав, идёшь к берегу и садишься там, где недавно сидел он. Переводишь дыхание, вдыхая запах природы. Через две минуты слышишь приближающиеся шаги, а потом рядом с тобой садиться Чон. Парень неришительно протягивает руку, но потом уверенно притягивает тебя к себе. Кладёшь голову ему на плечо и щекочишь носом чувствительный участок кожи за ухом. Хосок тихо смеётся и слегка отстраняется, а ты лишь улыбаешься. — Что было только что? — интересуется он, бросая на тебя любопытный взгляд. — Да так, — мямлишь ты, — фантазировала. — О чём? — не успокаивается Чон, ложась головой тебе на колени. — Знаешь, — протягиваешь, зарываясь пальцами в его шевелюру и чуть оттягивая волосы, — меньше знаешь — крепче спишь. — Коварная женщина, — выдаёт он. — Будешь умничать — будешь спать в палатке, а я в машине, — смотришь пристально, стараясь напугать своей серьёзностью. Хосок ничего не отвечает, а лишь, прищурившись, рассматривает твоё «серьёзное» лицо. Изо всех сил стараешься не рассмеяться и отворачиваешь голову в сторону палатки. — Мы не проснёмся где-нибудь в чаще леса или в воде? — насмешливо спрашиваешь, косясь на него. — Очень смешно, — парень закатывает глаза и встаёт: — Я хочу позвонить ребятам. — Здесь нет сети, — отвечаешь и запрокидываешь голову, чтобы посмотреть на Чона. — Вообще? — хмурится он. — Совсем, — ты киваешь. — Не переживай, у них всё хорошо. Тем более ты должен здесь отдыхать, а не работать. — Тогда я рыбачить, а ты… — брюнет замолкает, задумавшись, — а ты тоже займись чем-то. — Очень красноречиво, — кричишь вдогонку и заливисто смеёшься. Хосок только качает головой и улыбается, поражаясь твоему заразительному смеху. Ты ещё минуту сидишь на горячем песке, опаляющем твои босые ноги, а после поднимаешься. Кажется, ты придумала себе занятие на ближайшее время. Коварно ухмыляешься, направляясь к фургону.