Противоположности притягиваются

— Я серьезно думаю, что становлюсь лучше! — воскликнул Чимин. — Когда мы сегодня пойдем в парк, я тебе покажу, — промурлыкал он, рассказывая Юнги о том, насколько улучшился в баскетболе. Второй мог только широко улыбаться энтузиазму Чимина и с нетерпением ждать, когда тот покажет ему, насколько он улучшился. Они были вместе на уроке истории, сидели за партами в конце класса. Учительница вела урок, но Чимин почти не обращал на нее внимания: он сидел спиной к женщине и смотрел на Юнги, который все еще говорил о баскетболе, планах на обед и парке. — Чимин, ты можешь повторить то, что я только что сказала? — неожиданно громко сказала учительница. Чимин расширил глаза и медленно повернулся лицом к классу. Она пристально смотрела на него, на ее лице было написано разочарование, так как она ждала, что ученик ответит на ее вопрос. Обычно из-за этого у Чимина случались неприятности: он слишком много говорил и не уделял достаточно внимания урокам. — Хм, — начал размышлять Чимин. Что она сказала? Что-то о домашнем задании? Чимин мысленно ругал себя за невнимательность. Он повернулся к Юнги, сидящему справа от него, и тихо попросил его помочь ему, но Юнги извиняюще пожал плечами. Он тоже не слушал учителя, он слушал Чимина. — Эм… — повторил Чимин. — Она сказала, что презентация будет через неделю, — очень тихо прошептал парень по другую сторону от Чимина, стараясь, чтобы учитель не услышал его слов. — Вы сказали, что через неделю будет презентация, — кивнул Чимин, улыбаясь. Преподаватель ничего не сказала, только кивнула и вернулась к разговору с остальными учениками. Затем Чимин повернулся к сидящему рядом юноше, произнес «спасибо» и улыбнулся. Тот кивнул и поднял большой палец вверх, после чего повернулся лицом к классу. Чимин сделал то же самое, обращая внимание на слова учителя, не желая, чтобы его снова вызвали. — Я хочу, чтобы вы разбились на пары и вместе подготовили и представили свою презентацию, — сказала она, и Чимин нахмурил брови. Боже, как жаль, что он не был внимателен. Они должны были сделать презентацию? — Как сказал Чимин, презентация должна быть представлена на следующей неделе, в последний день перед рождественскими каникулами, — продолжила она. Объяснив, о чем будет презентация, она рассказала ученикам, что им нужно сделать. — Мы можем сами выбирать, с кем работать? — спросил кто-то спереди, и учительница кивнула. Как только она это сделала, парень, сидевший рядом с Чимином, и парень, находившийся перед ним, повернулись и посмотрели на него. Оба спросили одно и то же: «Чимин, ты хочешь работать вместе?» Услышав, как два разных человека просят Чимина работать с ними, Юнги тихо вздохнул, понимая, что ему, скорее всего, придется искать кого-то другого. Он почувствовал, как его захлестнула волна нервозности — он не знал никого в этом классе, кроме Чимина. — Извините, — услышал Юнги извинение Чимина. — Я работаю с Юнги, — сказал Чимин, и от этого у Юнги защемило сердце. Оба парня кивнули и повернулись к другим людям, теперь уже прося их работать вместе. Чимин повернул голову и посмотрел на Юнги, который уже смотрел на него в ответ. — Круто, да? — спросил Чимин. На мгновение он опешил, ведь не спрашивал Юнги о совместной работе, но уже сказал, что они будут работать вместе. Юнги посмотрел на стол под собой и кивнул. Чимин улыбнулся и начал обсуждать особенности их презентации, а Юнги достал блокнот и ручку, делая несколько заметок из того. — Не хочешь зайти ко мне после школы? — спросил Юнги, подняв голову. Услышав его голос, Чимин посмотрел на него, что заставило Юнги опустить взгляд на блокнот в своих руках. Он начал рисовать маленький цветок в углу страницы и продолжил, — И мы могли бы поработать над презентацией? — Да, — быстро кивнул Чимин, на его лице появилась небольшая улыбка. — Звучит неплохо. Остаток учебного дня Юнги слишком сильно переживал из-за того, что Чимин придет к нему домой. Он не знал, почему так волнуется. Он убеждал себя, что все будет как в прошлые разы, когда он проводил время с Чимином. Но это не помогало — он всегда нервничал рядом с ним. Он не помнил, в каком состоянии оставил свою комнату. А вдруг там будет беспорядок, когда они придут к нему домой? Он не помнил, была ли она чистой, когда он выходил из дома сегодня утром. Будет безумно стыдно, когда Чимин зайдет в его комнату. Он не хотел, чтобы тот подумал, что он грязнуля. Но, к счастью, когда они пришли к нему домой после окончания школы, в его комнате было чисто. Он почувствовал огромное облегчение, когда, войдя в дверь своей спальни, не увидел грязной одежды на полу или неубранной постели, а за ним следовал Чимин. Когда Чимин вошел в комнату Юнги, его глаза расширились, и он с любопытством осмотрелся. Стены в комнате Юнги были темно-синего цвета, вокруг висело несколько плакатов. Большая часть мебели — кровать, шкаф, например, — была черной, а в углу комнаты Чимин заметил небольшой черный синтезатор и гитару. — Симпатичная у тебя комната! — похвалил Чимин, подойдя к синтезатору Юнги. Он провел пальцами по клавишам, медленно нажимая на них. Затем он поднял голову и широко улыбнулся Юнги. — Ты играешь? — спросил он. Юнги молча кивнул, улыбаясь, и подошел к синтезатору. Он тоже нажал на несколько клавиш. — Да. Сейчас я учусь играть на гитаре, — пробормотал он, указывая на гитару, которая стояла рядом с синтезатором. — Не может быть! — взволнованно сказал Чимин. — Ты никогда не говорил мне. Это так круто! — он улыбнулся. Юнги никогда не рассказывал об этом Чимину, потому что не думал, что ему это будет интересно. Он не хотел говорить о вещах, которые Чимину покажутся неинтересными, потому что он будет казаться скучным. Он хотел понравиться Чимину. Юнги заметил, что он пытался произвести впечатление на Чимина, стараясь казаться лучше, чем он есть на самом деле. Когда Чимин затруднялся с ответом на домашнее задание, Юнги объяснял ему, как мог, чтобы помочь и показаться умным. Когда они играли в баскетбол в парке, Юнги старался играть как можно лучше, чтобы казаться спортивным и крутым. В последнее время он старался почаще заводить разговоры с Чимином, чтобы не показаться скучным. Может быть, ему стоит поговорить об инструментах, на которых он играет и учится, потому что Чимин сказал, что это круто, а он хотел показаться ему классным. Юнги изо всех сил старался казаться лучше, круче, интереснее, но он даже не был уверен, нравится ли Чимину в ответ. Сначала Юнги даже не был уверен, что Чимин действительно хочет с ним подружиться — он думал, что это может быть из жалости, ведь Юнги никого не знает. Но после того, как Чимин перестал сидеть со своими друзьями ради него, стало ясно, что тот действительно хочет с ним общаться, но не уверен, что это значит что-то большее. Чимин всегда делал ему комплименты. Он говорил Юнги, что тот хорошо выглядит, когда видел его, говорил, что он умный, когда Юнги помогал ему с домашним заданием, признавался, что ему нравится проводить с ним время. Он думал, что это были очень тонкие намеки на симпатию Чимина, но Юнги заметил, что тот был таким почти со всеми. Он говорил случайным людям в коридорах, что их одежда выглядит симпатично, или что у них красивая прическа. Иногда он даже обнимал незнакомых Юнги людей в коридоре или взъерошивал им волосы. Чимин не делал этого с Юнги, и поэтому он не был уверен, нравится ли он Чимину так же сильно, как тот ему. После того как Чимин осмотрел комнату Юнги и еще немного поиграл с клавишами на синтезаторе, они уселись поудобнее, чтобы начать работу над презентацией. Юнги взял свой ноутбук и создал пустой документ, в который они должны были внести свою информацию. Они начали искать материал по своей теме — Чимин использовал свой телефон, а Юнги — ноутбук. Они также решили, кто какие части будет зачитывать. Юнги спросил у Чимина, сможет ли тот произнести большую часть реплик, потому что он нервничает во время выступления, и Чимин был вполне согласен говорить больше, особенно если это поможет Юнги чувствовать себя менее неловко. Они потратили около полутора часов на презентацию, и вскоре Чимину стало скучно, и он спросил Юнги, можно ли на сегодня прекратить заниматься исследованиями и набором текста. Юнги согласился, так как ему сейчас тоже не хотелось работать. Чимин улегся на кровать Юнги, а тот устроился рядом с ним. В заднем кармане Чимин почувствовал вибрацию от телефона. Он достал его и увидел уведомление от Тэхёна. От Тэхёна: Ты сейчас занят? Мы можем пообщаться в FaceTime? Тэхёну: Прости! Я сейчас не дома. Хочешь, я позвоню, когда вернусь домой? От Тэхёна: Да. Я хочу поговорить с тобой. Подожди, где ты? Тэхёну: Дома у Юнги. От Тэхёна: Что? Сначала ты тусуешься с ним каждый обеденный перерыв, а теперь еще и ходишь к нему домой? Чимин перевернулся на живот и вздохнул, прочитав ответ Тэхёна. На днях Ким уже говорил об этом. Он сказал, что это несправедливо, что Чимин проводит большинство, если не все, обеды с Юнги, и пожаловался, что больше не видит своего лучшего друга, что было ложью, потому что Чимин звонил ему почти каждый день, и они проводили вместе каждые выходные. Тэхёну: Он хороший. Мы сейчас работаем над презентацией. Тэхён ответил язвительно, сказав что-то о грубости Юнги, и Чимин снова стал защищать его, после чего сказал, что ему пора идти и что он позвонит Тэхёну, когда вернется домой. Чимин сел на кровать Юнги. Прямо напротив него стояло зеркало, и он посмотрел на свой внешний вид, проведя рукой по волосам, чтобы поправить их. — Кажется, я снова собираюсь покрасить волосы, — пробормотал Чимин, начиная разговор. — О, э, какой цвет? — спросил Юнги, наблюдая, как Чимин рассматривает себя в зеркале с небольшой улыбкой на лице. Тот пожал плечами в ответ. — А мне нравится этот, — прошептал Юнги. Этот цвет волос подходил Чимину — блондин с вкраплениями розового и фиолетового. Ему нравилось. Юнги увидел, что Чимин широко улыбнулся, и на его щеках появился легкий румянец. — Да? — тихо спросил Чимин, и Юнги кивнул. — Да, — подтвердил черноволосый. На мгновение он уставился на Чимина. Он почувствовал внезапный прилив уверенности и неожиданно сказал, — ты выглядишь, ты выглядишь мило. Улыбка Чимина расширилась, и Юнги тоже улыбнулся. После того, как он сделал комплимент Чимину, он на мгновение встревожился, но улыбка на лице Пака заставила его беспокойство рассеяться. — Правда? — прошептал Чимин, желая, чтобы Юнги подтвердил это еще раз. Юнги никогда раньше не говорил ему ничего подобного, и услышать от него комплимент было немного неожиданно. Этот комплимент и то, как Юнги вел себя в парке, когда помогал ему забрасывать мяч в обруч, — все это было сделано по инициативе Юнги. Это значит, что юноша стал чувствовать себя рядом с ним более комфортно. Чимину стало интересно, нравится ли он Юнги. Должен же он ему нравиться? Юнги был таким застенчивым, а теперь он делал комплименты Чимину, держался рядом с ним — Юнги не стал бы так внезапно поступать, если бы не испытывал чувств, верно? — Действительно, — подтвердил Юнги тихим шепотом. — Розовый цвет тебе очень идет, — снова похвалил он. Ему показалось, что его сердце сейчас выскочит из груди. Он снова почувствовал прилив тревоги без всякой видимой причины. Разговор и комплимент Чимину заставили его нервничать без причины. Не то чтобы Чимин собирался плохо отреагировать или обидеться. Он был милым, и Юнги не знал, почему беспокоится. Чимин хмыкнул и повернул голову к Юнги. — Может, мне стоит перекрасить волосы в розовый, как думаешь? — спросил он. Юнги быстро опустил взгляд на свои колени, а его пальцы начали играть с краем толстовки. Казалось, его осенило то, что он сказал. Он действительно дважды похвалил Чимина, как будто это было пустяком. Он не знал, откуда взялась эта уверенность, но Чимин не выглядел удивленным. Он выглядел очень счастливым. — Ага, — тихо кивнул Юнги. — Я думаю, это будет смотреться… хорошо. Да, я думаю, это будет выглядеть красиво. Чимин улыбнулся застенчивости Юнги. — Тогда я так и сделаю, — прошептал он. Вскоре наступила тишина, и Чимин на мгновение уставился на Юнги, наблюдая за тем, как тот закусывает губу и возится со своей толстовкой. — Ты когда-нибудь красил волосы? Или хочешь? — спросил Чимин, продолжая разговор. Он увидел, как Юнги кивнул: — Один раз. Чимин вздрогнул от любопытства. — Правда! В какой цвет? — спросил он. — Блонд. — Это самый скучный цвет на свете, — шутливо вздохнул Чимин. Юнги улыбнулся на замечание Чимина. — Я просто не очень люблю выделяться, — пожал он плечами. — У тебя есть фотографии? Я хочу посмотреть, — с любопытством спросил Чимин. Когда Юнги кивнул и достал свой телефон, он подошел поближе, чтобы получше рассмотреть телефон парня. Чем ближе становился Чимин, тем больше нервничал Юнги. Их тела разделяли считанные сантиметры, и Юнги глубоко вдохнул, нажав на фотографию, на которой он был изображен со светлыми волосами. Чимин улыбнулся, как только увидел фотографию. На снимке Юнги был запечатлен с улыбкой и знаком мира. — Тебе идет. Ты хорошо выглядишь, — похвалил он и увидел, как Юнги улыбнулся, немного смутившись. — Спасибо, — прошептал Юнги с улыбкой, глядя на свой телефон, а не на Чимина, который смотрел прямо на него. — Я думаю, тебе бы очень подошли рыжие волосы, — неожиданно заявил Чимин, и Юнги поднял на него глаза, но лишь на мгновение заметил его смущенное лицо, после чего снова опустил взгляд на телефон. — Это естественный цвет, так что ты не будешь сильно выделяться, и я не знаю, просто мне кажется, что он тебе пойдет, — объяснил свои доводы Чимин. Юнги хмыкнул. — Может быть, — пробормотал он. Сейчас ему действительно хотелось покрасить волосы в рыжий только из-за того, что сказал Чимин. — Ты хочешь, — повторил Чимин. Затем он придвинулся ближе к Юнги и сел прямо перед ним. — И тебе стоит убрать волосы назад, — пробормотал он. Его рука запуталась в волосах Юнги, и он медленно отодвинул черные волосы назад, открыв его лоб. Юнги замер. Чимин так близко к нему и проводит рукой по его волосам. Сердце учащенно забилось, а в животе все сжалось. Юнги поднял глаза от телефона и посмотрел на Чимина, который смотрел на его губы. Юнги тяжело сглотнул. Увидев реакцию Юнги — напряженное тело и расширенные глаза, Чимин испугался, что мог заставить его почувствовать себя неловко. Ему не следовало вот так просто прикасаться к волосам Юнги. Он только начал теплеть к нему, и Чимин не хотел испортить ситуацию, сделав что-то, чего Юнги не хотел. — Да? — Юнги пробормотал тихо, так тихо, что беспокойство Чимина исчезло в мгновение ока. На губах Юнги появилась небольшая улыбка. Он не чувствовал себя неловко. Чимин ничего не испортил. Чимин поднял голову и посмотрел прямо в глаза Юнги. Он не отвел взгляд, хотя сейчас очень нервничал. Он готов был поклясться, что его сердце буквально вырывается из груди, а ладони снова стали потными. Они были так близко. Чимин был так близко к нему. Чимин слабо хмыкнул в знак согласия, быстро опустил взгляд на губы Юнги, а затем поднял глаза. Юнги не чувствовал себя неловко. Он улыбался, хотя и нервничал. Они были близки. Юнги он наверняка нравится, верно? Если бы это было не так, он бы сказал Чимину остановиться или отодвинулся. — Можно я тебя поцелую? — неожиданно спросил он, слова вылетели у него изо рта прежде, чем он успел осознать, что сказал. Глаза Юнги расширились. Он нервничал. Он был встревожен. Он слишком нервничал и слишком волновался. Он никогда ни с кем раньше не был в таких отношениях и не знал, что делает. Ему нравился Чимин, но все шло слишком быстро. Еще секунду назад он даже не знал, что нравится Чимину. Это было слишком быстро. Юнги молча покачал головой, и в ту же секунду Чимин отодвинулся, убрав руку с волос Юнги. Он пробормотал короткое и тихое «прости», как только оказался далеко от Юнги. Нет, подумал Юнги. Нет, нет, нет, нет. Он заставил Чимина чувствовать себя виноватым. Он не хотел этого. Он просто не был готов. Ему нравился Чимин. Он бы поцеловал Чимина, но он слишком нервничает. Он не хотел заставлять Чимина чувствовать себя плохо. Вместо того чтобы высказать свои мысли Чимину, Юнги просто прошептал: — Все хорошо. Это не было нормально. Все оставшееся время, пока Чимин был в доме Юнги, он чувствовал себя немного неловко. Чимин чувствовал себя смущенно, что случалось с ним нечасто, и это ему не нравилось. Он чувствовал себя таким тупым. Должно быть, он совершенно неправильно понял знаки, которые подавал ему Юнги. Он говорил ему комплименты, сближался с ним, а раньше так не делал, и Чимин подумал, что, может быть, он нравится Юнги, но, похоже, нет. Иначе с чего бы Юнги отказывать? Когда Чимин вернулся домой, он написал Тэхёну сообщение, сказав своему лучшему другу, что они могут пообщаться по FaceTime, если он хочет. Тэхён ответил почти сразу, подтвердив, что он действительно хочет, а затем сообщил, что Чонгук и Джин тоже присоединятся к их разговору. — Чимин, мы пойдем за рождественскими покупками через неделю, через несколько дней после закрытия школы на рождественские каникулы. Хочешь пойти с нами? — сразу же спросил Тэхён, как только раздался звонок. — Да, конечно. Будет весело, — тихо согласился Чимин, укладываясь обратно в кровать, его мысли все еще были заняты тем, что случилось с Юнги. — Круто! А вы ведь придете на мою новогоднюю вечеринку? Это будет через несколько недель, — спросил Тэхён у всех ребят. — Да, — утвердительно кивнул Чонгук, и Джин сделал то же самое. Чимин был рассеян. Он думал о Юнги. Ему все еще было неловко, что он получил отказ. Мысли об этом определенно не дадут ему уснуть сегодня ночью. Ему действительно казалось, что Юнги любит его в ответ. Он задавался вопросом, не разрушил ли он дружбу с Юнги, пытаясь поцеловать его, ведь после этого он чувствовал себя так неловко. Как будто они только что впервые встретились друг с другом. — Чимин, ты ведь придешь? — его лучший друг повторил свой вопрос, и Чимин слегка подпрыгнул из-за экрана своего телефона, а затем рассеянно кивнул. — Это будет через три недели, почему мы говорим об этом сейчас? — неожиданно спросил Джин. — Потому что это будет самая грандиозная вечеринка в истории, и я хочу, чтобы все были там, — пожал плечами Тэхён. Затем он быстро сменил тему. — Чимин, как прошли твои занятия с Юнги? Я удивлен, что ты не вернулся с синяком под глазом, как он. — Ты снова был с Юнги? — воскликнул Чонгук, расширив глаза. — Это пугает. Чимин закатил глаза на реакцию своих друзей. — Он не пугающий, и он не ударил бы меня! — надулся Чимин. Они знали, что Юнги не страшный — они познакомились с ним во время обеда, — поэтому он не понимал, почему они продолжают так себя вести. Он полагал, что это просто шутки. Возможно, ему не стоит слишком обороняться. Он не хотел, чтобы его друзья думали, что он не умеет шутить. — Не верю, — ответил Тэхён. — Серьезно? Как ты вообще с ним общаешься? — Он хороший, — ответил Чимин, надув губы. — Да, конечно, — с сарказмом сказал Тэхён. — А ты уверен, что ты ему действительно нравишься? — Что? — Чимин нахмурил брови. Услышав от Тэхёна такие слова после того, как его отвергли, Чимин был поражен в самое сердце. Он знал, что его лучший друг не имел в виду ничего подобного; он явно спрашивал, нравится ли он Юнги по-дружески, а не романтически. Но все равно это был странный вопрос. Почему бы он не нравился Юнги? — Наверняка он социопат, который ничего не чувствует, — кивнул Чонгук. — Или это психопат? Я не знаю разницы. — Что? — повторил Чимин. О чем они вообще сейчас говорили? — Чонгук, я не это имел в виду, тупица, — покачал головой Тэхён. Затем он обратился непосредственно к Чимину. — Я не знаю, Чимин-и, вы, ребята, совершенно разные. Ты такой шумный и разговорчивый, а он такой тихий. О чем вы вообще разговариваете, когда вместе? — Хм, — произнес Чимин. Всего несколькими словами Тэхён сумел так быстро вывести на чистую воду его самую большую неуверенность в себе. С самого детства Чимин был экстравертом, шумным, дружелюбным, разговорчивым. Многим это нравилось в нем: с ним было легче общаться, рядом с ним не было скучно. Но другие люди быстро находили его раздражающим — они говорили, что он слишком громкий, слишком болтливый, его слишком много, и это действовало им на нервы. В последнее время такого не случалось. Большинство, если не все, люди в школе любили его, и он не чувствовал себя таким неуверенным в себе, как раньше. Но слова Тэхёна о том, что он не нравится Юнги, напомнили ему об этой неуверенности. Неужели Тэхён действительно так думает, что Юнги его не любит, потому что он гораздо более экстравертный? — Ведь Юнги почти не разговаривает, верно? Он действительно хочет пообщаться или просто не отказывает, потому что боится говорить или что-то в этом роде? — риторически спросил Тэхён, и Чимин задумался. Он вспомнил, каким был Юнги с Хоби в библиотеке. Он широко улыбался и оживленно разговаривал. Он выглядел таким счастливым и взволнованным. Юнги никогда не был таким с Чимином. Он никогда не разговаривал так много, как с Хоби, и было ли это только потому, что он не нравился Юнги? Неужели единственная причина, по которой они общались, заключалась в том, что Юнги слишком нервничал, чтобы сказать «нет»? — Ладно, давайте не будем обсуждать дружбу Чимина с Юнги, — внезапно сказал Джин, почувствовав, что Чимин чувствует себя не очень хорошо после разговора об этом. — Давай лучше поговорим об этой дурацкой вечеринке или о чем-нибудь еще. — Она не дурацкая! — защищаясь, ответил Тэхён. Парни продолжили разговор, но Чимин молчал, погрузившись в свои мысли. Слова Тэхёна и то, что его отвергли, заставляли Чимина слишком много думать. Но в этом был смысл, верно? Чимин думал, что Юнги в последнее время стал выходить из своей скорлупы, но может быть, он стал больше говорить только потому, что его вынудили? Потому что Чимин так много говорил? Неужели ему совсем не нравился Чимин, и он проводил с ним время только потому, что чувствовал, что не может ему отказать? Неужели он действительно не нравится Юнги? Он действительно раздражал Юнги?