Противоположности притягиваются

Юнги теперь воспринимает Намджуна как друга. Раньше он так не считал, хотя они несколько раз общались, и у них был общий друг — Хоби. Он обычно сидел с Намджуном во время обеда, когда Чимина не было рядом, потому что он был с Тэхёном, Чонгуком и Джином. Это случалось нечасто, но они все равно проводили какое-то время вместе — просто недостаточно времени, чтобы стать друзьями. Юнги мало разговаривал, когда они сидели вместе, но Намджун, похоже, не возражал, как и все его друзья, в отличие от друзей Чимина, которым он, похоже, не нравился. В последнее время он все чаще общался с Намджуном во внеурочное время. Последние несколько дней Юнги ходил к Хоби домой, и, по совпадению, Намджун тоже всегда приходил. Юнги подумал, не пригласил ли Хоби в это же время и Намджуна, потому что знал, что Юнги будет чувствовать себя более комфортно рядом с ним, если он тоже будет там. Так и вышло. Юнги считает, что Хоби чем-то похож на Чимина. Он умел разговаривать с людьми, был громким и веселым, и никто не чувствовал себя неловко рядом с ним, потому что он всегда мог как-то поддержать разговор. Они оба делали Юнги счастливым. Находясь рядом с Хоби, с которым было так легко разговаривать и рядом с которым он чувствовал себя очень комфортно, и Намджуном, Юнги стало намного легче разговаривать и узнавать Кима, не испытывая постоянного беспокойства и тревоги. С Хоби ему было комфортно, но рядом с новыми людьми он чувствовал себя неуютно — присутствие обоих одновременно уравнивало ситуацию, и все оказалось в порядке. Теперь он мог общаться с Намджуном без Хоби, и это не было тихо, не было так неловко, как раньше. Юнги все еще стеснялся, он всегда такой, но уже не так сильно, как прежде. Юнги любил Хоби, но было приятно иметь кого-то еще, кроме него, поскольку он не мог быть рядом все время. И Чимин. Было приятно общаться с кем-то, кроме Хоби и Чимина. Общаться с Намджуном было приятно, потому что в последнее время он не общался с Чимином. Они не разговаривали уже несколько дней. Обычно Чимин первым писал смс или разговаривал с Юнги, но он не делал этого с тех пор, как Юнги отверг его поцелуй. С тех пор как он попросил Юнги поцеловать его, Чимин чувствовал себя неловко и немного неуверенно. Из-за этого он не смог первым связаться с Юнги. Ему было неловко из-за того, что его отвергли. Все знаки, которые, по его мнению, подавал ему Юнги, он прочитал совершенно неправильно. Он тоже чувствовал себя неуверенно, но не из-за того, что Юнги его отверг, а из-за того, что сказал ему Тэхён. Ты уверен, что действительно нравишься ему? Чимин испугался, что он на самом деле не нравится Юнги. Последние несколько ночей он провел, думая об этом. Они были такими разными; Тэхён был прав. Чимин не думал, что это плохо. По его мнению, то, что они разные, это хорошо — они дополняют друг друга. Но что, если Юнги считает, что это плохо? Что, если личность Чимина раздражает его? Он пытался убедить себя, что если он не нравится Юнги, значит, тот не стоит его внимания. Но так думать было трудно, особенно когда Юнги ему так нравился, а мысли о неуверенности и смущении не покидали его голову. Юнги тоже смущался, поэтому и не подходил к Чимину. Он чувствовал себя таким жалким, переживая из-за поцелуя, из-за того, что кому-то он нравится больше, чем друг. Это казалось такой мелочью, из-за которой можно так испугаться, и от этого Юнги чувствовал себя глупо. Такое случалось с ним постоянно. Он всегда так глупо нервничал из-за каждой мелочи, и это все портило. Он всегда все портил своими глупыми тревожными мыслями. Это так злило его, что он испугался поцеловать Чимина. Он даже не знал, почему это так его напугало. Юнги нравился Чимин. Очень нравился. Если бы он поцеловал Чимина, они бы больше общались, они были бы не просто друзьями. Но Юнги должен был взять и все испортить, разрушить все их отношения, беспокоясь из-за чего-то, что даже не было страшным! Чимин не сидел с ним за обедом. Юнги сидел с Намджуном, а Чимин — со своими друзьями. Они давно не ходили в парк играть в баскетбол, а во время совместных занятий было странно тихо. Они были стеснительны, чтобы поговорить друг с другом по разным причинам: Чимин был смущен тем, что его отвергли, а Юнги был смущен тем, как он отреагировал. Ни один из них не собирался говорить с другим первым. До этого момента. Юнги решил первым написать Чимину, что заставило его очень, очень нервничать, но он все равно сделал это. Он должен был это сделать. Им нужно было продолжать работу над презентацией — был вторник, а ее нужно было закончить к пятнице. Им нужен был как минимум день, чтобы доделать ее, а Юнги — как минимум два дня, чтобы мысленно подготовиться к выступлению перед всем классом, потому что он снова очень нервничал, а также потому, что хотел потренироваться в репликах, которые собирался зачитывать. Будет очень неловко, если он прочтет что-то неправильно, стоя перед всеми своими одноклассниками. Поэтому Юнги сначала написал сообщение Чимину. Теперь они были вместе в доме Юнги. И, о, это было так неловко. Юнги пользовался своим ноутбуком, сидя за столом, а Чимин — своим, сидя у изножья кровати Юнги. Они не разговаривали, и в комнате была полная тишина, только клавиши на клавиатурах их ноутбуков щелкали, когда они набирали текст. Это было так непривычно. Чимин не мог отделаться от ощущения, что в этой тишине виноват он. Он всегда писал первым, а сейчас не делал этого, потому что ему было слишком неловко. Он все еще чувствовал себя так, и, честно говоря, подумывал не приходить сегодня к Юнги из-за случившегося, но его оценки и оценки Юнги были на кону, и он не мог так поступить. Юнги чувствовал, что это и его вина тоже. Если бы он, как идиот, не струсил поцеловаться, все было бы по-другому. Не было бы неловкости. — Юнги? — неожиданно тихо произнес Чимин, и Юнги почувствовал одновременно и нервозность, и облегчение. Они не сказали друг другу ни слова, кроме «привет» и «здравствуй», когда Чимин пришел к нему домой. Юнги был рад, что Пак заговорил, потому что он слишком волновался, чтобы сделать это самому, но он все еще беспокоился о том, что скажет Чимин. — У тебя есть учебник по истории, который мы используем на уроках? Мой дома, — спросил он, и Юнги кивнул, встал и подошел к своей книжной полке, взяв учебник, который был нужен Чимину. — Вот, — прошептал Юнги, протягивая Чимину книгу. Их руки соприкоснулись. Рука Чимина была теплой, но Юнги быстро отстранился, нервничая. Пак слабо улыбнулся и пробормотал тихое «спасибо». Юнги кивнул. Все равно неловко. Он уже собирался вернуться на свое место за столом, но остановился, услышав, как Чимин снова пробормотал его имя. — Юнги? — прошептал Чимин. Юнги снова повернулся лицом к нему, но не посмотрел на его лицо, а уставился на учебник, который теперь лежал на кровати. — Это глупо, но, — Чимин сделал небольшой вдох, и Юнги удивился, потому что тот выглядел нервным. Он никогда не видел, чтобы Чимин вел себя неуверенно. — Ты, я ведь тебе нравлюсь, да? Юнги слегка расширил глаза. Он не ожидал, что Чимин спросит об этом. Ему стало не по себе. Должно быть, он заставил Чимина почувствовать, что не нравится ему, потому что отверг его. А все потому, что Юнги повел себя глупо и испугался из-за глупого поцелуя. Но Чимин не хотел этого. Он не злился на Юнги за то, что тот сказал «нет», и не это было причиной, по которой он задавался вопросом, нравится ли он Юнги вообще. Конечно, он был расстроен тем, что его отвергли, но то, что он думал, что Юнги не испытывает к нему романтических чувств, не заставляло Чимина автоматически думать, что он вообще не нравится Юнги. Дело в Тэхёне. Слова Кима заставили его переосмыслить всю его дружбу с Юнги. — Нет, подожди, не нравлюсь, как нравлюсь. Я имел в виду «как», — сказал Чимин, увидев, как Юнги расширил глаза. Он начал говорить, чтобы объяснить, но замолчал, заметив, сколько раз он произнес слово «как». — Я имею в виду, что мы разные, верно? Я не говорю, что это плохо, но я не знаю, я много говорю, и мне кажется, что я довольно громкий. Тебя это не раздражает, да? Тебе нравится проводить со мной время? От вопросов и бессвязной болтовни Чимина Юнги стало не по себе. Он никогда не видел, чтобы Чимин так нервничал — он всегда казался таким уверенным в себе. Он знал, что чувство тревоги — не самое приятное чувство, и было грустно, что Чимин чувствует себя так из-за него. Но в то же время, видя, как Пак нервничает, он чувствовал себя немного лучше, зная, что он не единственный человек, который постоянно беспокоится о других и чувствует себя неуверенно. Юнги некоторое время не отвечал. Чимин знал, что он просто задумался, но чем дольше он ждал ответа другого парня, тем больше нервничал. — Мне нравится проводить с тобой время, — тихо сказал Юнги, и Чимин выпустил крошечный вздох, прежде чем его губы расплылись в улыбке. Услышав подтверждение Юнги, он почувствовал себя намного лучше. — Ты мне очень нравишься, — прошептал он и на мгновение запнулся, испугавшись, что это прозвучало слишком похоже на признание. Но, возможно, если бы Чимин подумал, что это было признание, это было бы не так уж плохо. Это исправит ситуацию, сделает ее менее неловкой, и, возможно, Юнги и Чимин смогут стать больше, чем просто друзьями. Чимин с улыбкой кивнул на слова Юнги. На мгновение он подумал, что это признание, но быстро выкинул из головы все мысли о том, что он может понравиться Юнги. Он был уверен, что Юнги не любит его из-за того, что произошло несколько дней назад, даже если это и не так. — Не хочешь на время прекратить работу? — спросил Чимин. Честно говоря, ему было скучно просто сидеть здесь в тишине и смотреть на экран своего ноутбука. — Может, сходим в парк? — предложил он. Юнги широко улыбнулся. Слышать, как Чимин разговаривает, как Чимин задает ему вопросы, как Чимин предлагает пойти в парк, — все это делало его счастливым. Он и не подозревал, как сильно скучал по Чимину в последние несколько дней. Без него он чувствовал себя так странно. Но теперь все в порядке. Они выходят из дома Юнги и добираются до парка, но не успевают взять баскетбольный мяч Юнги. Чимин качается на качелях, любуясь юношей, который забрасывает мяч в баскетбольное кольцо. В парке тихо, но атмосфера совсем не такая, как в спальне Юнги. Здесь не было неловкости, и никто из них не чувствовал нервозности, смущения или неуверенности. — Кто заставил тебя так думать? — спросил Юнги, его голос был тихим, когда он пробормотал свои слова. Он хотел знать, кто заставил Чимина думать, что он ему не нравится. Он боялся, что это он заставил его так думать. — Что ты сказал? — Кто заставил тебя думать, что ты мне не нравишься? — Юнги повторил свой вопрос, его голос стал немного громче. — Я… это был я? — Нет! — быстро воскликнул Чимин, качая головой, и Юнги сразу почувствовал облегчение. Реакция Чимина казалась искренней, поэтому Юнги поверил, что это был не он. — Никого не было, — сказал Чимин, пожав плечами. «Это был Тэхён», — подумал он про себя. Его лучший друг не хотел этого, Чимин знал, что Тэхён никогда бы не стал специально заставлять его чувствовать себя плохо, но это был он. Конечно, Чимин не собирался этого говорить. Он чувствовал бы себя плохим другом, если бы говорил о Тэхёне, когда его здесь не было, ведь это не обязательно было приятным поступком. — Это ложь, — пробормотал Юнги, и Чимин вздохнул. — Ты всегда выглядишь таким… таким уверенным. Наверное, кто-то что-то сказал, чтобы ты так думал, — объяснил он. — Никто ничего не говорил, — повторил Чимин, и Юнги кивнул, решив больше не настаивать на этом. — Почему ты вообще в это веришь? — сказал он. — В тот день я набрался смелости и назвал тебя симпатичным и милым, и это заставило тебя подумать, что ты мне не нравишься, — пробормотал он себе под нос, слегка покачивая головой. Юнги очень нервничал в тот день, и на самом деле он гордился собой за то, что преодолел волнение и дважды похвалил Чимина, даже если в итоге все вышло не совсем так, как он хотел. Несмотря на то, что голос Юнги был немного тихим, Чимин расслышал каждое слово. Это заставило Чимина громко рассмеяться. Юнги подумал, что если бы кто-то другой так смеялся над ним, он бы почувствовал себя очень смущенно, неловко и неуютно, но с Чимином все было иначе. Он знал, что Чимин никогда не будет смеяться над ним со злобой, и то, что он смеялся, заставляло его улыбаться. — Ты нервничал? — спросил Чимин, когда его смех утих. Увидев, как Юнги застенчиво кивнул головой, Чимин тихо пробормотал под нос: «Мило», надеясь, что Юнги не услышит. Юнги повернул голову и спрятал лицо, чтобы Чимин не увидел, как он краснеет.

-

Утро пятницы пролетело быстро. В этот день Юнги и Чимин должны были показать свою презентацию классу, и это был последний день в школе перед рождественскими каникулами. Чимин с нетерпением ждал каникул. Скоро Рождество, а потом Новый год. Это будет весело. Сегодня Чимин тоже с нетерпением ждал занятий. На выходных он снова покрасил волосы. В розовый. Его волосы были розовыми, и он был рад пойти в школу, чтобы показать их. Он знал, что получит несколько комплиментов — люди всегда хвалили его. Но был один человек, от которого он очень, очень хотел услышать комплимент. Юнги. Чимин хотел увидеть его реакцию. Он помнил, что Юнги сказал о розовых волосах, и только поэтому выбрал этот цвет. Он хотел, чтобы Юнги снова назвал его милым, сказал, что он красивый. У него был первый урок с Юнги, и когда Чимин вошел, тот уже сидел за их привычной партой. Пак увидел, как парень слегка расширил глаза, когда он вошел, но ничего не сказал. Чимин был немного обескуражен, но все в порядке. Юнги подумал, что волосы у Чимина красивые. Он еще не сказал Чимину комплимент, потому что слишком нервничал из-за презентации. Ему не хотелось выступать перед всем классом, но он знал, что придется. Он глубоко вздохнул и попытался успокоить себя. Это всего лишь презентация. Ничего страшного. Ему нужно перестать волноваться. Он начал грызть ногти, и Чимин посмотрел на него, чувствуя беспокойство Юнги. — Ты в порядке? — мягко спросил он. Юнги кивнул, его нога теперь подпрыгивала под столом. — Ты волнуешься? — сочувственно пробормотал Чимин, и Юнги снова кивнул, противопоставляя свои слова предыдущим. — Почему? — спросил он. Он хотел знать, потому что это поможет ему лучше понять, что он может сказать, чтобы Юнги почувствовал себя лучше. Юнги убрал большой палец ото рта, чтобы заговорить. — Я просто не хочу, чтобы люди смотрели на меня, — объяснил он. — И я, эм, я не знаю, я боюсь испортить все, — вздохнул он. После этого он снова начал непрерывно грызть ноготь большого пальца. — Прости, — нахмурился Чимин. — Все в порядке. Наша презентация короткая… Чимин прервался, когда Юнги вдруг зашипел от боли и быстро вынул большой палец изо рта. Вздохнув, он посмотрел на свой большой палец и увидел кровь вокруг ногтевого ложа. Глаза Чимина расширились при виде большого пальца Юнги. Смутившись, Юнги быстро повернулся к Паку спиной, схватил свою сумку и расстегнул ее. Юнги всегда держал в рюкзаке несколько пластырей, потому что такое случалось часто. Он кусал ногти, не замечая этого, и вскоре они кровоточили. Эта дурацкая привычка появилась у него давно, но в детстве он никак не мог от нее избавиться, а с возрастом она только усугубилась. Юнги намотал пластырь на большой палец и вздохнул про себя, а затем неосознанно прикусил ноготь на другом пальце. — Ты в порядке? — он услышал вопрос Чимина, Юнги быстро кивнул, и Чимин не стал больше задавать вопросов, чувствуя, что привычка грызть ногти — не та тема, о которой Юнги хотел бы сейчас говорить. — Хорошо, но постарайся не слишком беспокоиться о выступлении, ладно? Презентация короткая — всего несколько минут — и я сам все сделаю, так что не волнуйся. Это всего лишь несколько минут неловкости, а потом все закончится. Юнги кивнул на слова Чимина. Всего несколько минут, и все закончится. Несколько минут беспокойства, и все закончится. Всего несколько минут, и ему больше никогда не придется думать об этом. Чимин и Юнги решили выступать вторыми. Юнги решил, что лучше выступить раньше, чтобы как можно скорее покончить с этим. Во время выступления Юнги нервничал — он говорил несколько «а» и «эм-м-м», но старался говорить как можно громче и четче, потому что было бы неловко, если бы кто-то заговорил и сказал, что не слышит его. Такое уже случалось с ним, и это было совершенно ужасно. Он не хотел, чтобы это повторилось. Чимин оказался прав — презентация закончилась всего за пять минут, и когда они выступили, с плеч Юнги словно свалился груз. Они снова заняли свои места, чтобы послушать следующих участников, и Юнги почувствовал себя гораздо спокойнее, чем в начале урока. Когда его одноклассники в начале класса начали выступать, Юнги посмотрел направо, чтобы взглянуть на Чимина. Его локти лежали на столе, а голова — на руках. Он сосредоточенно смотрел на говорящих, а его свежевыкрашенные розовые волосы красиво спадали на лоб. Розовый. Его волосы были розовыми. В прошлый раз Юнги похвалил розовые пряди в его волосах. Может, мне стоит перекрасить волосы в розовый цвет, как ты думаешь? — сказал Чимин. Юнги задался вопросом, покрасил ли Чимин волосы в розовый цвет ради него. Затем его взгляд переместился на тетрадь и ручку на парте перед ним. Он улыбнулся про себя, так как у него быстро появилась идея. Он открыл блокнот и взял ручку, быстро нацарапал что-то на страницах, затем повернулся и постучал по плечу Чимина. — Не хочешь сыграть в игру? Виселицу? — тихо спросил Юнги, его голос затих, потому что в классе все еще разговаривали. Он поднял тетрадь, чтобы показать Чимину страницу, на которой он писал. Чимин посмотрел на тетрадь Юнги и увидел четырнадцать пунктирных линий. ———— ———— —— ———— Чимин с готовностью кивнул, на его лице появилась улыбка, когда он услышал идею Юнги. Юнги тоже улыбнулся и стал терпеливо ждать, пока Чимин отгадает свою первую загадку. — «А», — угадал Чимин с улыбкой, и она только усилилась, когда Юнги кивнул головой и заполнил одно из пустых мест буквой «А». После этого Чимин продолжил угадывать, выбирая остальные гласные — E, I, O и U. Все гласные были в словах, которые Юнги хотел, чтобы Чимин угадал — в итоге он заполнил семь пустых мест. _OU_ _AI_ I_ _U_E Чимин счастливо улыбнулся. Он угадал половину букв, не имея еще ни одной нарисованной виселицы. Похоже, у него неплохо получалось. Затем он уставился на слово из двух букв. Это могло быть не так уж много слов — потенциально это могло быть «it», «in» или «is». Чимин решил угадать любую из букв в этих словах. — «Т», — произнес он, его голос оставался тихим, так как все еще оставались люди, которые представляли остальной класс. Юнги кивнул головой на догадку Чимина и заполнил одно из пустых мест, но это было не то, о чем думал Чимин — «Т» не было в слове из двух букв, оно было в последнем слове. _OU_ _AI_ I_ _UTE После того, как Чимин решил угадать другую букву для двухбуквенного слова, на этот раз он выбрал «S». Ему удалось угадать третье слово — это было «is». После этого он уставился на листок Юнги. Он не знал, что загадывать дальше. Он не хотел просто выбрать случайную букву — вдруг она окажется неправильной, и тогда Юнги придется начать рисовать виселицу. — Дашь мне подсказку? — шепотом спросил Чимин, с улыбкой глядя в глаза Юнги. Тот быстро опустил взгляд на бумагу в своих руках и кивнул, решив дать Чимину подсказку. — Какая первая буква моего имени? — спросил Юнги. — «Y»! — воскликнул Чимин, шепотом и с энтузиазмом выкрикивая свою догадку. Юнги улыбнулся Чимину и кивнул, заполняя пустое место. YOU_ _AI_ IS _UTE — Первое слово должно быть «your», — заключил Чимин. — «R», — угадал он, и на этот раз Юнги заполнил два пустых места. Чимин был близок к разгадке, и это заставляло Юнги нервничать. Ему было интересно, как отреагирует Чимин. YOUR _AIR IS _UTE Чимин расширил глаза. «Hair»: второе слово должно быть «hair». — Мои волосы… — Чимин сделал паузу. _UTE. — Милые? — прошептал он. — Мои волосы милые? — сказал Чимин чуть громче, глядя на Юнги широко раскрытыми глазами, который смотрел вниз на лист бумаги с небольшим румянцем на щеках. «Он действительно заметил. Я знал, что он сделает мне комплимент», — подумал про себя Чимин, чувствуя неясное чувство в животе. — Да, — тихо подтвердил Юнги, немного стесняясь, когда быстро заполнял остальные пробелы. — Ты все правильно понял, — улыбнулся он. — Спасибо, — тихо поблагодарил Чимин. Он услышал, как Юнги нервно пробормотал «не за что», и это заставило Чимина широко улыбнуться. — Теперь я тоже хочу, — прошептал Чимин, беря у Юнги блокнот и ручку. Он нацарапал на бумаге девять пунктирных линий. ————— ———— Как и Чимин, Юнги первым угадал все гласные буквы. Его догадки были удачными, и в итоге он заполнил пять пустых мест, но он неправильно угадал буквы «А» и «I», то есть Чимин нарисовал голову и тело висельника. _OU'_E _U_E — Гм, первое слово — ты? спросил Юнги, его голос был тихим, пока он смотрел на Чимина. Его глаза опустились на бумагу, когда Чимин уже смотрел на него в ответ. — Да! — воскликнул Чимин тихим тоном, стараясь не шуметь, чтобы учитель их не услышал. Он заполнил пробелы в первом слове. Юнги правильно записал первое слово, и это его обрадовало, но в то же время заставило понервничать. Первое слово было «ты». Что? Кем его считал Чимин? — Хм, — пробормотал Юнги, глядя в блокнот и пробегая глазами пустые места второго слова. Он понятия не имел, что это такое. Его взгляд остановился на словах, которые он выбрал для отгадывания Чимином, и расширился, когда он заметил кое-что. Последнее слово в его отгадке было «милый», а в последнем слове Чимина были те же буквы — U и E. Юнги подумал, не это ли и есть ответ: Ты милый. — Эм, это… — Юнги сделал паузу, и Чимин уставился на него, терпеливо ожидая продолжения. — Последнее слово — «милый»? — он прошептал последнее слово гораздо тише, чем остальную часть предложения. Он почувствовал, что его сердце забилось, ожидая, что Чимин скажет ему, прав он или нет. Чимин с энтузиазмом кивнул, после чего вписал буквы «С» и «Т» в пустые места. Юнги почувствовал, как его лицо запылало от комплимента Чимина. Он судорожно сжимал пальцы, когда Чимин посмотрел на него с ослепительной улыбкой и воскликнул «ты все правильно понял!» после того, как Юнги ответил. — Я, эм, спасибо, — заикаясь, проговорил Юнги. Он никогда не знал, как отвечать на комплименты. Обычно он никогда не получал их, но с тех пор, как начал общаться с Чимином, он стал получать их гораздо больше. Чимин называл Юнги умным, когда они вместе работали в библиотеке, или говорил Юнги, как хорошо он играет в баскетбол, когда они были в парке, или говорил Юнги, что ему нравится его одежда. Они всегда оставляли Юнги немного взволнованным и застенчивым. Чимин широко улыбнулся в ответ на благодарность Юнги, а затем снова взял ручку и сделал еще несколько черточек в блокноте Юнги. — Давай снова поиграем, — радостно прошептал он, и Юнги смог только широко улыбнуться.